Can I? (зарисовка, Тео и Джинни)

Когда тянешься к противному будильнику, чтобы избавиться от писка, хлопаешь по нему и хлопаешь, в ожидании, что вещица заглохнет, и не ожидаешь, что это всё окажется лишь частью сна. Джинни попыталась разлепить веки, покидая приятное пространство Морфея, вытянула руку влево и наткнусь на... что-то. Сон сразу же слетел с девушки, Уизли повернулась на бок и увидела спящего Нотта. Волосы парня были растрёпаны, выражение лица спокойное и даже умиротворённое. Джин закусила губу, затем аккуратно коснулась подбородка Тео. Парень что-то бормотнул, пошевился и рыжеволосая замерла. Не хотела будить Нотта, чтобы вчера вечером или ночью между ними не было. Алкоголь сделал своё дело — их обоих давно чертовски тянуло друг и другу, глупо было это отрицать. Джинни было обидно, что она, как бы не старалась, не помнит ровным счётом н и ч е г о. Ни одного фрагмента ночи с Тео, которая могла бы понравиться гриффиндорке. Нотт внезапно второй раз пошевелился, замер и быстро сгрёб Джиневру в объятья. — Ты чего, эй! — рыжая непривычно смутилась. Лицо Нотт находилось на предательски близком расстоянии от её лица. Он. Она. В полной тишине. И сюда по всему — одни в его квартире. Теодор открыл глаза, оглядывая Уизли, с нежностью провёл руками по огненным волосам Джинни и следил за лицом Уизли, на котором читалась озадаченность. — Тео... Мы вчера? Когда бы пьяные, то?.. — Ничего не было, рыжая, с тобой бы я так не поступил, — ответил Нотт, выпуская пальцы из волос Уизли. Джинни ощущала себя, как в школе на пятом курсе — тогда рыжая недолго встречалась с Дином Томасом и тщательно скрывала волнение перед первым поцелуем или публичными объятьями. С Теодором Ноттом волнение у Джин было из-за неопределённости, в которой оба находились. Уизли не хотела прямого ответа, который бы разрушил связь между ней и Ноттом. — Если я что-то не то сказал... — Стоит меньше говорить, — нагло заявила Джинни. На что-то решилась. Решилась быть смелой, допустить шанс, что Тео очень важна. Нотт смотрел на Уизли секунды две, не более. Втянулся в игру от Джинни вчера вечером, поддался порывам чувств и не собирается упускать свой шанс. Он почувствовал мягкие губы Уизли, а рыжеволосая с удовольствием ответила на его поцелуй, прижимаясь к парню всем телом. Джинни целовала его так страстно и так отчаянно. — Джин? — позвал Нотт рыжую, отрываясь от приятного и замечая, как изменилось поведение девушки. — Иди сюда, — парень обнял Уизли, понимая всё без лишних слов. Чёртова война оставила на Джинни много шрамов и как же Нотт хотел помочь рыжеволосой избавиться от них, создать новые и светлые воспоминания. Вместе. — Почему «рыжая»? — шептала Джин куда-то в шею Теодору. Светловолосый хмыкнул, гладя Уизли по спине. — Я называл тебя так мысленно первые пару лет учёбы. Никогда не была никем другим, только — рыжей. За твои потрясающие и блестящие волосы. Джинни выдохнула куда-то в Тео, пытаясь принять удобную позу, чтобы заснуть. Джин было спокойно здесь — в его объятьях, небольшой квартире, подальше от всего, что напоминало бы о её долге и обязанностях. Уизли хотела отдохнуть, сделать паузу и насладиться обществом Нотта, а сердце радостно подпрыгивало от сознания: чувства Джиневры взаимны. Тео упомянул свидание, в шуточной манере пригласив Джин на него, пока рыжая наслаждалась тёплыми объятьями Нотта, согласившись на новую авантюру. — Ты как большое одеяло, — тихо протянула Уизли. — Так приятно со мной находиться? — усмехнулся Теодор, проводя руками по талии Джин. — Не скрою: обнимать за талию у тебя лучше получается на метле, а тут... репетиция, — ответом Нотта послужил поцелуй в губы Джинни. Она втянулась в него, ощущая необходимое спокойствие в душе. Тео давал ей больше, чем кто-либо другой. Она искренне хотела быть такой-то важностью частью её жизни, какой становился Нотт.