Часть 35. Выпьем.

Энджел тут же напал на свой долгожданный холодный напиток, втягивая алкоголь с трубочки. — О, да, блядь! Это ахуенно... — заключил он, закатывая глаза от этого великолепного вкуса. Хаскер хмыкнул, и не сомневаясь в своих способностях бармена с многолетним стажем работы. — Тебе твой любимый? — спросил он, слегка улыбнувшись мне, уже зная мой ответ. — Ты меня знаешь, — подмигнула я, наблюдая за его знакомыми действиями. На этот раз он не рассказывал рецепт или историю создания этого напитка, он просто делал привычные рукам движения, зная, какой коктейль я любила и люблю до сих пор, ведь с этим напитком связано много воспоминаний... Вытащив из ящика клубничный сироп и перемешав его в шейкере с лимонным соком и прозрачными кубиками льда, он, обхватив лапой уже использованную минуту назад бутылку белого рома, налил в шейкер ещё семьдесят пять миллилитров светлой жидкости, а после начал встряхивать емкость, одновременно переворачивая его и подкидывая в воздух. Вылив содержимое в блюдце для шампанского через стрейнер, он подал мне мой любимый напиток цвета крови. — Клубничный дайкири для Иллюзии, — объявил он, передав мне бокал, и опрокинул в себя оставшийся в бутылке ром. Холодный, кисло сладкий напиток приятным жжением разливался во рту, зажигая ярким настроением. Спиртное разжигало в нас веселье. Мы сидели и плели разговоры, приплетая все новые темы и идеи для обсуждения, перескакивая с одной вещи на другую, с того, как они сегодня устроили резню и до других Колец Ада. Я выпивала уже второй коктейль, а Энджел — третий. Хаск за все это время выпил две или три бутылки алкоголя, что он использовал для напитков. Иногда он отвлекался на разговоры и смех, а потом вновь припал губами к горлышку бутылки. За его спиной уже стояло две пустые, а сейчас и третья. — ...Да, а потом выяснилось, что все это время я учил сценарий для другого фильма! — посмеялся Энджел локтем случайно столкнув пустой стакан. Тот с громким лязгом разбился о пол и десятки осколков разный величины разлетелись по деревянному полу. — Сама аккуратность, — колко хохотнула я. — Да ничего страшного. — махнул он рукой, взяв в рот соломинку и продолжая выпивать. — Убрать, убрать, убрать.... — бормотал внезапно появившийся тонкий женский голос. По полу мигом пробежала Ниффти и тут же смела в совок все осколки. Мы удивлённо наблюдали за этой картиной и ее резкими и уверенными действиями, переглядываясь друг с другом. Снова быстро исчезнув, она выбросила все в мусор и уставилась на нас, когда опять показалось в нашем поле зрения. — Эй, Ниф, а ты чего не спишь? — выгнул бровь Хаск. — Уже часа два ночи. — Поспишь тут с вами, грязнулями! — топнула она ногой, упокоив руки на бедрах.  — Прошу прощения. — пожал плечами Энджи. — Хочешь с нами? — предложила я, протягивая ей руку. — Ты что, блядь, смеёшься? — уставился на меня мой многорукий друг. — А почему бы и нет? Ей же есть восемнадцать. Букашка прыгнула на мою руку и, забираясь по мне, села на соседний стульчик между мной и пауком, что недовольно отвернулся, уронив подбородок на одну из ладоней. Положив руки на край стала, Ниф стала разглядывать полки с выпивкой оживлёнными бегающими глазами. — И что, по-твоему, я должен ей налить? — спросил Хаск, не очень довольный этой идеей. — Что-нибудь некрепкое. Хаск удручённо вздохнул и потянулся вниз за сиропами. Вдруг он достал с морозильной камеры перепелиное яйцо и, разбив его и отделив желток, добавил белок в серебряный шейкер. Сверху он налил немного лаймового сока и ещё больше малинового сиропа, заливая это все сухим лондонским джином. Набрав кубиков льда в совок, он насыпал их в ёмкость и, плотно закрыв ее, хорошенько встряхнул. Ниффти, сияя нездоровым блеском в глазах, дёргала ногами, желая поскорее заполучить свое угощение. Вылив содержимое в блюдце для шампанского, бармен украсил розовый коктейль сливочным кремом, закрученной горкой и, насадив малину на острую шпажку, проткнул воздушный десерт, окуная в жидкость иглу, которые так любит Ниф. — Кловер Клаб. — объявил он и поставил стакан перед Ниффти. Та запрыгнула на стол и села в позе лотоса перед своим желанным десертом. Хаск, с самодовольной  улыбкой на мятом лице вручил ей тонкую длинную серебряную ложку. Проведя языком по губам, горничная тут же принялась выпивать холодный коктейль залпом, а остальное содержимое доедать ложкой. Меньше чем за минуту бокал опустел и Ниф, вновь облизнув губы, стала сверлить взглядом Хаска, как бы давая знать, что она хочет ещё. Мы друг другу улыбнулись, смеясь над ее стилем. — Кто хочет попробовать Б-52? — спросил бармен, доставая четыре стопки. — О, я только за! — сжал кулак Энджел. — Зажжем! — ударила я ладонью по столу.  Хаск, поставив четыре небольшие стопки бок о бок, пролил над ними кофейный ликёр. Струя, разливаясь и на стол, наполнила одну треть всех шотов. То же самое он повторил с айриш кримом, добавляя в том же количестве в каждую стопку — один к одному. Сверху он добавил ту самую изюминку из трипл сека. Четыре Шота были готовы менее, чем за минуту. Это был напиток с трёх цветов и жидкостей, что, по законам физики, не смешивались между собой. Снизу на дне это был кофейного цвета ликер, выше - нежный белый крем, а всю эту жгучую прелесть покрывала прозрачная жидкость. Мы уже с нетерпением ожидали, когда бармен дойдет до самой зрелищной части. — Готовы? — спросил он. — Спрашиваешь? — усмехнулся Эндж. — Жги, Ама! — крикнул он. Я провела когтем в сантиметре от стопок и верхняя жидкость в них загорелась синим пламенем. Через секунду, как потух огонь, все схватили свою стопку и опрокинули в рот, за один присест сглатывая напиток. Нежный кофейный вкус казался жгучим, оттого и приятным и уникальным на вкус. Каждый напиток только прибавлял сил и энергии, заставляя нас смеяться все громче и ярче, наполняя весь холл праздничной атмосферой. — Ещё по одной? — спросил Хаск, уже теряя фокус и без того расслабленного зрения. — Да! — обрадовалась Ниффти. — Хаск, а ты уверен, что ещё способен держать в руках шейкер? — усмехнулась я. — Само собой! Встряхнув головой, его взгляд мигом сфокусировался на новой порции шотов Б-52. Будто за секунду слетело похмелье и он вновь протрезвел. И снова по новой. После очередной порции коктейлей, все уже начали говорить менее четко, но распознать и отделять слова все ещё являлось вполне возможным.  — Хочу ещё! — тянулась к алкоголю Ниффти. — Ниф, тебе на сегодня хватит, малышка, — сказала я, схватив ее за талию и усадив на стул как ребенка, с трудом удержав ее в руках. — Так нечестно! — яро запротестовала она.