Глава 1. Просто кто-то очень нужен

MILKOVSKYI - Нужен кто-то Девушка бежала прямо по лужам, оставляя на светлых джинсах брызги, сама того не замечая. Важнее было не выронить несколько банок краски и цветок в белом керамическом горшке. Ее телефон стабильно раз в минуту сигналил одним и тем же сообщением «ну где ты?», на которое она не могла ответить из-за занятых рук. Наконец добежав до нужного места и зацепившись свободным мизинцем за ручку двери, девушка приоткрыла дверь и быстро подставила ногу, чтобы та не закрылась. — Ну неужели, — придержал дверь изнутри среднего роста молодой человек. — Кать, тебя только за смертью посылать. — Прости, прости, прости, — протараторила светловолосая девушка, быстро сгружая на столешницу все те вещи, что она тащила от метро, и громко облегченно выдохнула. — На Балтийской опять толкучка, весь город резко решил рвануть в Петергоф. — Надо было через Нарвскую ехать, — прыснул молодой человек. — Олеж, а вот черт тебя дернул найти точку в сто пятьсот километров от метро? — повернулась к парню Катя, злобно выстрелив в него молниями из глаз. — Другого места свободного не было? — Здесь было очень выгодное предложение по аренде, — недовольно выдохнул Олег. — Да и классное место, хватит загонять. Вон, напротив ребята какой-то театр организовывают, как раз от них посетители будут. Плюс парк Екатерингоф недалеко, самое то гулять по нему с кофе. Да и вообще, у нас есть преданные покупатели, они точно приезжать будут. Короче, все продумано, Катюх, не парься. Мы завоюем свое место под солнцем. Того и гляди франшизу продавать начнем. — Ты сначала эту кофейню открой, а потом уже о франшизе думай, — закатила глаза Катя. — И вообще, почему ты все еще здесь? Кто меня подгонял, что у него запись в налоговой в пять часов? — Все, бегу! — подхватил с барного стула рюкзак парень. — Ты же поможешь там с фасадом, да? — Ну раз я краску притащила, как ты думаешь? — строго посмотрела на Олега Катя. — Иди давай, скатертью дорога. — Люблю тебя, сестренка! — на бегу выкрикнул парень, скрываясь за дверью. Девушка улыбнулась, заправила выбившуюся прямь светлых волос за ухо, и оглядела пространство. Полная разруха, лишь отдали напоминающая будущую модную кофейню. В разнобой поставленные стулья, столы друг на дружке, в коробках маркетплейсов - подобранные Катей декорации для интерьера. Несколько минут девушка смотрела на сваленную в кучу мебель, не зная, с чего начать. Техническое открытие было запланировано на первое июля, а экран мобильного напоминал, что сегодня уже девятое июня. Оставалось меньше месяца, что волновало Катю, но не Олега, хотя сама кофейня принадлежали ему. И так было всегда. Олег - амбициозный, устремленный к реализации постоянно возникающих в его голове идей, действующий быстро и порой необдуманно. Катя всегда тянулась за своим старшим братом, не уступая в количестве амбиций, но более скрупулезно обдумывающая каждый свой шаг. Бунтарь и перфекционистка - так их дуэт называла мама. И ведь это всегда был дуэт: еще с детства Олег везде таскал свою сестру за собой. По началу ему просто было так проще за ней присматривать, затем он стал замечать, что компания Кати, пусть и младше его на пять лет, ему интересна. Даже первые девушки, которые стали появляться у Олега в подростковом возрасте, ревновали его к сестре: слишком много времени он проводил с ней. Конечно, столкнувшись с взрослой жизнью, совместно проведенного времени становилось все меньше. Сначала Олега на два года засосала активная студенческая жизнь, затем, после намеренно проваленной сессии, его на год забрала армия. Ровно в тот момент, когда Катя столкнулась со своими первыми экзаменами, волнительными и доводящими порой до истерики. Олег прятался под кроватью, шепотом объясняя Кате по телефону задачки из ОГЭ по математике, готовый в любой момент попасться и получить наряд вне очереди, а то и два. Потом и Катю засосала суматоха выпускных классов и первая любовь, лицо которой разукрасил Олег, как только дембельнулся. Просто потому что никто не имел права обижать его сестру. Не желая возвращаться в университет, Олег раз за разом пытался построить свой бизнес, но постоянно прогорал. Катя и мама упрашивали его восстановиться в университете на когда-то любимом им экономическом факультете, но он стоял яро против. Так же жестко он стоял за обязательное получение высшего образования Катей. Вот такой парадокс. Просто он видел себя добытчиком семьи, забирающим все обязанности по финансовой части на себя. Как он любил цитировать Козловского из одного фильма, «бабки, сука, бабки» были его прерогативой, когда единственной задачей, поставленной перед Катей, было стать счастливой. И не важно, что она сама понимала под счастьем: семью с пятью детьми, учебу в лучшем университете города, новый Майбах, - да что угодно, во всем Олег был готов поддержать сестру. Так же, как и она его. Помогала воплощать в жизнь каждую идею для его бизнеса. Вместе с ним сколачивала шкафы для продажи жидкостей для вейпа, когда такие лавки и углы росли в Петербурге как грибы, на каждом шагу. Выбирала с ним дизайны чехлов для нового магазина аксессуаров для телефонов. Даже научилась крутить идеальную шаверму, когда Олегу приспичила идея открыть свою модную забегаловку. И вот она сейчас в очередной раз стоит посреди полного бардака, который в голове ее брата должен был стать новым успешным делом. Но в этот раз девушка сама, как никогда, верит в успех этой затеи, потому что она их общая. Катя, еще на фоне выпускных экзаменов пристрастившаяся к кофе, в какой-то момент нащупала только появляющийся тренд на спешалти-кофе, разную обжарку и даже моду на декаф. Олег, глаза которого загорались от одного щелчка пальца, воодушевился идеей настолько, что уже как год имеет свой бизнес по обжарке кофе в Петербурге. Локальный бренд постепенно стал расти, и Олег наконец мог позволить вложить большую сумму денег в давнюю мечту сестры (ну и, если честно, свою тоже) - кофейню. Кате не особо нравилось расположение выбранного для аренды пространства, но не хотела ругаться с братом из-за этого. Она доверяла ему в принципиальных решениях, лишь изредка выступая против. В основном девушка или подчинялась, или втихую делала так, как сама считала нужным, всегда становясь правой. Поэтому, взвесив по степени важности все задачи, Катя громко выдохнула и полезла через залежи стульев и столов за стремянкой. Необходимо было аккуратно замазать царапины на внешнем фасаде, которые случайно нанесли при установке вывески названия кофейни. Погрузив лестницу себе на плечо, блондинка с горем пополам вылезла из кофейни на улицу. Поставив на верхнюю ступеньку литровую банку краски, Катя посмотрела и оценила масштаб предстоящей работы. Вновь мысленно задала себе вопрос, почему она здесь, в миллионный раз помогает брату, пока тот бегает где-то. В этот душный летний день хотелось тусить где-то в парке Трехсотлетия с подружками, но не вдыхать запах краски. Быстро справившись с минутной слабостью, девушка проверила устойчивость стремянки и медленно полезла наверх. Курляндская улица, по своему обыкновению, была пуста: можно было увидеть в лучшем случае одну машину в час. Народ тоже проходил здесь редко. Поэтому Катя даже удивилась, услышав какой-то гогот через дорогу от нее. Оборачиваться не стала, боясь навернуться с не особо устойчивой лестницы, хоть и было интересно, кому принадлежали звонкие голоса. Все-таки с вывеской хотелось разобраться быстрее. Из-за своего невысокого роста Кате приходилось вставать на носочки, чтобы дотянуться до уже всем сердцем ненавистных черных полос. Стараясь аккуратно их замазать белой краской и не задеть вывеску, она попутно старалась лавировать на неустойчивой стремянке. Гогот парней на заднем фоне уже успокоился, до Кати долетело лишь громогласное «всем пока». В этот момент она полезла к самой высокой царапине, решив самое сложное закрасить первым. Послышался шум откуда-то взявшейся и стремительно проезжающей машины. Катя даже не отреагировала бы, ведь она находилась на пешеходной зоне. Однако, стремянка почему-то все равно на мгновение качнулась, заставив девушку быстро схватиться за поручни, тем самым задев стоящую наверху банку краски. Не успела Катя успокоиться от неожиданного страха упасть, как видит, что в секунду банка с краской улетела вниз, оставляя на бордюре красивые длинные брызги белой краски. А еще и на штанах и кроссовках мимо проходящего парня. — Черт! — не сдержала ругательства Катя. — Боже мой, простите пожалуйста, я сейчас помогу оттереть. Спрыгнув с лестницы, высоту которой еще пару секунд назад она боялась, Катя помчалась в кофейню за влажными салфетками. Не теряя времени на их поиск в рюкзаке, просто схватила сумку с собой и выбежала к стоящему смеющемуся парню. — Ничего страшного, этим кроссам все равно такая участь и предстояла, — выдохнул дым сигареты юноша. Катя, не отреагировав на слова, подлетела к нему, судорожно вытаскивая салфетку из пачки и пытаясь оттереть с носка обуви белые пятна, которые уже крепко схватились с кожей. — Да ну что ты, прекрати, а. Молодой человек присел на корточки, беря девушку за локоть и поднимая ее с асфальта, подальше от своих кроссовок. — Давайте я заплачу тогда за новые кроссовки, — нервно ответила Катя, поднимая глаза на парня. Только тогда она заметила, что он обратился к ней на «ты», а еще поймала себя на мысли, что он слишком хорош. — Еще раз повторяю, прекрати. У нас у самих вон там, — махнул головой на здание через дорогу, — типа стройка. Убил бы их все равно. — Мне все равно очень неудобно, — засмущалась Катя и даже опустила глаза. — Позволь хотя бы кофе угостить. — А вы тоже скоро открываетесь? — оглядел вход кофейни молодой человек. — Д-да, — запнувшись, ответила Катя. — Через три недели. — Я забегу на открытие, — подмигнул парень, заставив девушку еще более смутиться. — А сейчас надо идти. До встречи, прекрасный маляр. Отсалютовав, юноша поспешил в сторону метро. А Катя так и осталась стоять на месте, смотря то на уходящего рыжеволосого парня, то на узоры растекающейся краски, и ругая себя за то, что тоже резко перешла с ним на «ты».