Пролог. Моя сила - это моя слабость

Предыстория 1.

Дали́ родилась и выросла в Хуанлуне, в портовом городе Гуйсу. Где токсин «Адского Гонщика» из Моря пламени вызвал разрушения и массовую эвакуацию города. Вот только когда проходила та самая эвакуация, маленькая девочка 12-ти лет, крепко спала в своей постели после того как вдоволь наплакалась от обиды на родителей, из-за того, что те никогда не выполняли своих обещаний. Возможно, именно глубокий сон её в тот день и спас. Однако, когда Дали проснулась, весь город уже был разрушен и она отчего-то решила, что её глупое желание, сказанное вслух от обиды на родителей сбылось: «хочу, чтобы все лживые люди умерли!» Разумеется, то было лишь самым что ни на есть трагичным совпадением.

Предыстория 2.

Дали́ спала на протяжении долгих лет. И всё то время пока она спала, на её бедре вырисовывалась чёрная метка резонатора в виде звуковой волны. Вероятно, именно эта метка и даровала ей силу вечной молодости или же силу, чем-то схожую с бессмертием. Разумеется, в бою это может показаться весьма бесполезным, только если конечно не использовать тело Бинсюэ в роли пушечного мяса… Тем не менее, благодаря своей способности (о которой даже не подозревает), она проснулась всё той же 12-ти летней девочкой. В течение трёх лет она продолжала жить в заброшенном городе в окружении монстров, замечая то, что те на неё совершенно не реагируют. Кроме того, Дали́ поняла, что совершенно не нуждается в еде. К счастью, девочка была умной для своего возраста. Она умывалась в ближайшей реке; справляла нужду в выкопанной самостоятельно, чем попалось яме; соорудила себе колющие предметы для того, что срезать мешающие длинные волосы; и изучала ближайшую округу для поиска выживших людей и предметов первой необходимости. В её сердце всё ещё теплилась надежда на то, что её желание не сбылось и Дали́ на протяжении этих трёх лет корила себя за это. В какой то мере, Бинсюэ стало настолько одиноко, что та даже стала разговаривать от третьего лица или частенько вела беседы с монстрами о том, что её попытки и поиски весьма бессмысленны. А те в свою очередь, если её и замечали, то по какой-то странной причине как будто-то бы принимали за свою. Но разумеется, ответа от них она тогда ещё не слышала. К счастью, (или вероятно, к сожалению) после встречи с одним из лидеров организации «Фракцидус», она осознала, что живые люди ещё существуют. И тогда в пустом сердце Бинсюэ, загорелась новая надежда на то, что её родители ещё живы.

Предыстория 3. Роковая встреча.

Она смотрит своими пустыми глазами вниз, и словно в замедленной съёмке её длинные ресницы слегка подрагивают. Ветер небрежно колышет её короткие двух-цветные волосы, где в основном преобладает чёрный. А странная, длинная, жёлтая прядка извивается в такт её лёгкой поступи. На выжженной земле отчётливо видны её шаги. Чёрные, тяжёлые сапоги ломают рёбра, трескающихся веток под ногами, но та идёт почти не спеша, не обращая внимания на эти звуки. Краем глаза, девушка видит странное движение сбоку и наконец, поворачивает голову в сторону непрошенного собеседника. Возможно, она слегка удивлена, ведь её светлые, жёлтые брови вздёрнулись в вопросительном знаке, а её нежно-розовые губы сомкнулись, рисуя маленькую букву: «о». Теперь её овальное личико выглядело забавным как у маленького ребенка. Её голубые глаза смотрели изучающе, словно пытаясь что-то понять, а длинная жёлтая прядка, эта дурная чёлка, так и наровила скрыть половину её озадаченного лица. — Ты… — Её тихий голос звучал охрипше. Ранее ей ещё никогда не приходилось с кем-то говорить, — …Меня видишь? — Внезапно спросила она, прочистив горло и нелепо моргая своими длинными ресницами. Вероятно, это было вовсе не то, что она хотела спросить. С другой стороны чего ещё следовало ожидать от 15-ти летней девочки, которая думала, что осталась в этом мире совершенно одна, в окружении разве что «молчаливых зверушек»? А теперь внезапно видит перед собой взрослого парня, что на две головы выше неё… Кроме того, по мнению Бинсюэ Дали, тот был уж слишком странно и ярко одет. Словно какой-то посланник из далёкого будущего: красно-серая форма в обтяг, больше напоминающая костюм аквалангиста, но серые брюки выглядят более свободными, а к низу и вовсе расклешены и окрашены тем же алым оттенком. Бинсюэ лишь про себя отметила ещё и то, что юношу можно было бы считать довольно красивым, если бы его лицо не было изуродовано шрамами. Однако сама Бинсюэ не могла похвастаться таким выделяющимся образом. На ней было всё, что попалось под руку: длинный разодранный, временем плащ от дождя, кожаные сапоги, что ей явно не по размеру, и огромная футболка, что ушита умелыми руками и совсем слегка напоминает платье скрывающее всё самое важное. Юноша слегка склонил голову набок, уже готовый прыснуть со смеху. Но затем, собираясь идти дальше по своим делам, вдруг заметил метку резонатора на левом бедре девочки. Тогда он стал слегка задумчивым, словно взвешивая все «за» и «против», но внешне этого фактически не показывал. Наконец, когда он обернулся к девочке полностью, их взгляды пересеклись. — …А разве не должен? — Хмыкнул он, отвечая на её нелепый, как ему показалось вопрос. Его взгляд был очевидно зловещим, скрывая самые ужасные намерения, но девочка на это даже не обратила внимания. Хотя явно стоило. Если бы она только знала о том, кто перед ней стоит, то бежала бы со всех ног без оглядки. Но Бинсюэ лишь тихонечко улыбнулась, ведь перед ней стоял не привычный для неё монстр, или как, она могла предположить призрак. А человек! Живой человек! И что, самое главное для Дали́ — это то, что он разговаривал с ней. — …Дали́ думает, что нет. — Девочка задумчиво отвела взгляд вдаль, — Дали́ ещё никогда не встречала людей… Живых. «Лишь бы это был не призрак!» — Взмолилась в мыслях она и даже успела предположить, что сошла с ума от одиночества. О шизофрении к слову, она знала давно, ведь её мама работала психологом, а дома (пока тот ещё не был разрушен) всегда было полно всяческих заумных книжонок. И Бинсюэ приходилось их читать, ведь родители никогда не покупали для неё детскую литературу. «А иначе почему бы у этого парня напротив, такая необычная внешность?» — Задумалась она. Хотя ей явно стоило и самой разок в зеркало заглянуть… У парня же были платиново-белоснежные волосы, где у корней лежал красный цвет. Разноцветные глаза, один из них алый, а другой имеет серый, безжизненный оттенок. И большой шрам на лице от ожога, которой совершенно не пугал и не отталкивал Дали́. Скорее наоборот, заставлял задуматься о том, что этому юноше похоже тоже пришлось несладко. В конце концов, её второе впечатление о нём было, как о своём собрате по несчастью. Однако же, оно быстро развеялось, после того, когда он по-странному ухмыльнулся и подал голос: — …Тогда позволь мне показать тебе, что живые люди ещё существуют… — Юноша хотел было продолжить свою пламенную речь, но внезапный смех девочки сбил его с толку. Бинсюэ начала громко смеяться, а из её глаз потекли слёзы. Она сделала несколько шагов назад. Странный переизбыток противоречивых чувств переполнял её: — Живой… Ты правда живой!… — Её голос звучал волнительно и больше походил на истерику. И тогда, Дали́ резко ухватилась за рот, словно бы её вот-вот стошнит. Благо, было нечем, а иначе зрелище вышло бы не из самых приятных… Юноша, тем временем, со сложной эмоцией на лице наблюдал за девочкой. И вряд-ли он хоть сколько нибудь беспокоился о чужих тараканах в голове. Точнее его вообще ничего не заботило в принципе, кроме поиска сильных людей для вступления в ряды организации «Фракцидус». Однако любопытство всё же заставило его задать вопрос: — ...С тобой всё в порядке? — С пренебрежением и неким отвращением спросил он. Возможно даже не конца понимая, зачем вообще решил остановиться. Ведь мог бы сейчас спокойно идти дальше, а не смотреть на то как маленький ребёнок ловит паническую атаку ни то от страха, ни то просто сумасшедшая. «Я ведь даже ей ещё ничего не сделал...» Дали́, наконец-то прекратила свои попытки проблеваться, и немного откашлявшись, с раскрасневшився лицом от смущения и от недостатка кислорода, сипло ответила: — Да… Прости, я правда, думала, что больше никого не осталось в живых… — Бинсюэ мягко улыбнулась. — Значит, ты можешь показать мне и других оставшихся? Юноша самую малость призадумался, ведь ранее он не успел дополнить свою речь тем, что вместе со своей организацией, собирается вызвать второе бедствие, которое точно уничтожит остаток людей. Тем не менее, он всегда был честным и потому ответил прямо: — Верно, я могу показать тебе оставшихся людей, но в замен… Ты поможешь мне их уничтожить. — На его красивом лице сияла зловещая, широкая улыбка. Этому человеку явно нравилось ломать чужие надежды. Бинсюэ внезапно затихла, притаив дыхание. Её меланхоличный взгляд стал ещё более грустным, но лишь на короткий миг. Ей в целом, было уже плевать на остальных людей. Её основной целью было убедиться в том, живы ли её родители или же нет. В конце концов, каким бы не был ответ на этот вопрос, Дали́ смогла бы это принять. Ведь главное, в таких ситуациях, знать о том, что произошло, чем извечно беспокоиться и считать себя виновной в их смерти. Девочка слегка кивнула головой, а её взгляд наполнился уверенностью: — Тогда, если я помогу тебе, то пообещай мне, что если мои родители ещё живы, то их ты не тронешь. — Я не обещаю того, что не могу выполнить. — Усмехнулся юноша пожав плечами. А затем прикрывая глаза, вздохнул и только хотел было продолжить свою речь, не лишённой манерной издёвки, то Бинсюе моментально покачала головой. — …Ничего страшного! — Перебила она, — По крайней мере, ты сильно отличается от моих родителей. — Девушка задумчиво посмотрела вниз, вновь вспомнив о своём глупом желании. «Возможно, оно действительно, сбылось…» — Подумала она, осознав, что приняла смерть родителей ещё три года назад. Теперь Дали́, зная о том, что живые люди ещё существуют, винит себя лишь за то, что ей стоило намного раньше начать исследовать мир. Возможно, если бы дела обстояли иначе, она бы наткнулась на другую сторону людей, противников «Фракцидуса», на развивающийся город Цзиньчжоу, кипящий своей жизнью, или возможно, когда-нибудь повстречала бы и Ровера. Вот только встретилась она именно со Скаром, маньяком и убийцей, но как ей показалось, вовсе не злым, а самое главное, честным. И потому, она протянула руку в знак согласия вступить в их организацию со словами: «Тогда позаботься обо мне, старший братец!» В её мыслях всё больше расцветала навязчивая надежда, — «Дали́ больше не нуждается в своих лживых родителях. Теперь у Дали́ есть честный друг. Но если всё-таки, есть хоть малая возможность их найти, то я должна сделать вид, что согласна на его любые условия…» Скар, увидев, как Бинсюэ решительно протянула руку, испытал странное чувство кризиса, ведь обычно ему приходилось заставлять людей силой прильнуть к их организации. Но мало было и этого. Когда юноша, наконец, осознал, что перед ним стоит маленькая девочка, с ещё не сформировавшимся мировоззрением, Скар задумался над тем, что это была бы тяжёлая ноша, ведь детей тяжело держать под контролем. Он не был готов к тому, чтобы стать для кого-то опорой. «Ответственность за другую жизнь может ирязядно прибавить проблем». Скар, слегка опешил от такого напора, не сразу протянул свою руку в ответ. Его лицо оставалось непроницаемым, но внутри бушевал целый ураган эмоций. «Глупая, маленькая овечка, которая заблудилась? И что я должен с тобой делать?...» Но что-то в её наивном взгляде, в этой показной уверенности, заставило его пойти против своих принципов. Медленно, словно нехотя, он протянул руку и крепко пожал её тоненькую ладошку. "Старший братец"? Это звучало странно и непривычно, но почему-то... Забавно? — Хорошо, овечка, — произнёс он с лёгкой усмешкой, — Я позабочусь о тебе. Но помни: в обмен ты отдашь мне свою преданность и беспрекословное повиновение. И не вздумай обмануть меня.

***

Дали и Скар двигались в сторону заброшенного здания, когда девочка задала вопрос: «Можешь ли ты мне рассказать об этом мире больше, чем знаю я? И… Как ты собираешься уничтожить их? О каком бедствии ты говоришь?..» Юноша усмехнулся про себя. «Так она ещё ничего не знает о мире, и вот так просто согласилась пойти со мной?... Ха-ха... До чего же умилительно!» Но вместо этого ответил с достойным злодею коварством: «Существует множество способов. Люди не понимают, что их единственные враги — это мы, а вовсе не Тени Тацета, и эти убеждения делают их уязвимыми». В её глазах блеснули тени сомнений, но она сдерживала их. Она решила не думать о последствиях — лишь о том, чтобы найти родителей.

Предыстория 4.

В один из дней, Скар оповестил Дали́ о том, что нашёл некоторые зацепки, которые могли подтвердить или опровергнуть её надежды на то, что её родителям удалось спастись. — Овечка, если будешь долго копошится, я тебя прикончу. — Раздражённо выдохнул он, смотря на то, как девочка 17-ти лет, приводила себя в порядок. Она по какой-то странной причине, была уверена, что теперь всё будет хорошо, что она наконец-то сможет отбросить все сомнения, что терзали её; что она сможет расстаться с виной на её сердце, что царапала острее ножа. Скар лишь презрительно усмехнулся. И тем не менее, за те два года, что они провели вместе, вербуя новых людей в организацию «Фракцидус», он ещё никогда не видел её такой взбудораженной и счастливой… По мере их продвижения, Бинсюэ заметила, как юноша останавливается возле одного из заброшенных зданий, прислушиваясь к звукам вдалеке. «Овечка, ты готова узнать правду?», — произнёс он, и тогда её сердце забилось быстрее. Открыв новую страницу своей жизни, она поняла, что готова встретиться с любыми ужасающими открытиями, лишь бы сделать шаг к восстановлению справедливости и собственному освобождению. В конце концов, её родители уже давно скончались. Вот только, не во время бедствия, а от старости… Дали́ даже не стала ничего говорить, лишь молча вышла из здания: «…Но как такое возможно?.. Прошло ведь всего лишь 5 лет… Или же… Намного больше?» Скар наблюдал за Дали́, ощущая, как её эмоции колеблются между надеждой и страхом. Он знал, что правда может уничтожить её окончательно или, наоборот, подарить ей долгожданное облегчение. Сладкая лёгкость ожидания поблекла, уступая место тяжёлой действительности. Наконец, он решился сделать шаг вперёд. — Овечка, — произнёс он, устремив взгляд на тусклые окна здания, — иногда правда может быть ещё страшнее лжи. Выслушай меня. Я нашёл людей, которые говорили о твоих родителях. Они надеялись, что ты не забудешь о них, пока мир не забудет о них. Дали́ отозвалась тихо, её голос дрогнул: — Что вы имеете в виду, учитель?.. Нет, вы ведь не понимаете, я не… — Не спеши, — Прервал её Скар, стягивая с себя бремя собственных слов. — Твои родители… Они были вовлечены в дела, которые касаются «Фракцидуса». Правда... — Иронично усмехнулся он, — по другую сторону баррикады. Внутренний мир Бинсюэ Дали дрогнул. Она не ожидала, что найдёт своих родителей в истории борьбы. — «Видимо… Я спала слишком долго.» — Наконец, поняла она. — «Начиная с того, что люди здесь носят оружие, заканчивая тем, что в мире существует множество организаций по исследованию, войной с Тенями Тацета… Теперь мне очевидно, что за пять лет мир не мог поменяться настолько сильно.» Бинсюэ задумчиво подняла голову: — Учитель, а сколько лет прошло после первого бедствия? Скар ожидал истерики, но никак не этого вопроса. — Где-то сотню лет?.. — недоумевая, почему его ученица не плачет, он почесал затылок. — Тогда мне всё ясно. — Девушка обречённо улыбнулась. Скар почувствовал, как в уголках рта девушки сплетается улыбка, и на его сердце легла совершенно не привычная ему тяжесть. Он не знал, что сказать. В свою очередь, для Бинсюэ, правда о родителях, о мире, который сменился до неузнаваемости, была слишком многогранной. Она тяжело выдохнула, а затем набрала в лёгкие как можно больше воздуха: — Ха!.. Чёрт!.. Нет, ну правда… — Усмехнулась она, но в её глазах не было ни капли веселья и продолжать говорить та явно не собиралась. Скар неверяще взглянул на Бинсюэ: — Да что с тобой такое? Тогда Дали́ и вовсе рассмеялась, а из её глаз покатились слёзы: — Со мной всегда что-то не так. Скар остолбенел от её реакции. Он ожидал увидеть её сокрушённую, а вместо этого перед ним стояла девушка, смеющаяся сквозь слёзы. Этот контраст наводил его на размышления, неужели ей действительно не страшно узнать правду о родителях? Ведь он-то явно не понимал, того, что кроме этого в её мыслях были и другие сомнения. — Овечка, — произнёс он осторожно, — это не повод для смеха. У тебя есть право на боль. — Не без доли некоторой иронии ответил он. Ведь ровно как человек, любящий смотреть на страдания других, их и ожидал. А вместо слёз получил что-то явно не свойственное нормальному человеку. — Возможно, но смех — это мой щит. — Дали́ снова глубоко вздохнула, вытирая слёзы, и взглянула на Скара с неожиданной решимостью. — Я хочу понять, что случилось с ними. Я хочу понять, что случилось со мной. Я просто… Слишком многого не понимаю. Скар закатил глаза к небесам. «Её способ трансформировать горечь в силу…» — Раздражает. — Выдохнул он, разминая плечи. В мыслях же эту фразу Скар закончил совершенно иначе: «Чертовски привлекательно! Ах, моя овечка такая милая, когда пытается храбриться! Так и хочется как можно скорее сорвать с неё всю эту спесь!»

Предыстория 5.

Вместе с организацией «Фракцидус», они отправились в мир, где новые открытия ожидали на каждом шагу. Бинсюэ понимала: это путешествие не только о прошлом, но и о том, как построить новое будущее. Эта история, как и сама Бинсюэ Дали́, только начинает зарождаться. Теперь уже не существует той глупой девочки, говорящей о себе в третьем лице. А детская наивность давно стёрлась из её души от многочисленных моментов, когда ей и самой приходилось лгать для того, чтобы заманивать людей в ловушку, помогать организации в экспериментах скрещивания Теней Тацета с людьми, которые в 90% случаев не закачивались ничем хорошим. Бинсюэ Дали́ — это взрослая девушка, которой ровно 20 лет. Она отреклась от своей доброй фамилии, от своей семьи, которая так долго противостояла «Фракцидусу». — «Если прошлое моих родителей скажется на организации, в которой я состою, то в первую очередь будут винить во всём меня, но я обещаю… Когда они будут слишком близко ко второму разрушению мира, то я остановлю их, даже если мне потребуется убить учителя, приютившего меня под своим крылом.» Хотя, когда она размышляла над последним, то её сердце от чего-то рухнуло вниз. Девушка подняла голову к небу, и горько вздохнула. Уже завтра она встретит в своей жизни нового человека, которого нужно будет завербовать любыми способами. — «Некий герой, о котором написано в пророчестве…» Поэтому, ей совершенно некогда задумываться о настолько далёком будущем.