Хогвартс

Прижавшись лбом к холодному оконному стеклу, Скарлет рассеянно наблюдала за пролетающими за окном пейзажами. Мимо стремительно проносились зеленые луга, пестрые поля и живописные холмы, но девушка почти не замечала этой красоты. Ее мысли были далеко от этого купе Хогвартс-экспресса. Она все еще не могла поверить, что оказалась в прошлом, в теле Скарлет Паркинсон, богатой чистокровной волшебницы из знатного рода, которая была похожа на нее, как две капли воды. Или так думал ее воспаленный мозг, который убеждал девушку, что именно так она всегда и выглядела, даже когда была Скарлет Снейп в 1996 году. Совсем недавно она закончила школу, терзаемая горечью от утраты Сириуса Блэка, но окруженная верными друзьями. А теперь она оказалась в прошлом, в семье, которую никогда не знала и не хотела бы знать. Единственный человек, с кем Скарлет не испытывала неприязни при общении, оказался старший брат, Гектор Паркинсон, который жил отдельно от семьи и работал в банке Гринготтс ликвидатором заклятий. Он, конечно, же был не без аристократичных замашек, считал магглорожденных недостойными и неполноценными волшебниками, однако ему было чуждо высокомерие и надменность. Весь остаток приема Скарлет проболтала с ним, ловя на себе косые взгляды своих родителей и младшей сестры. Иногда она пересекалась взглядами с жутким мужчиной и снова мысленно пряталась в любимом пледе. Скарлет не успела еще удивиться, что помимо младшей сестры у нее есть старший брат, как он представил ее еще одного члена семьи Паркинсонов. Для Скарлет это, конечно же, было новое знакомство, но она пыталась сделать вид, что давно знает свою старшую сестру, Рамолу Паркинсон. Эта та девушка, которая стояла у окна с жутким мужчиной и улыбалась ей, как оказалось, приветствуя ее как сестру. Рамола показалось ей немного нервной и слишком активной, но вскоре она потеряла к ним интерес и вернулась к своему жуткому спутнику. Скарлет так же не могла выкинуть из головы слова Гектора о том, что она должна была выйти замуж за Блэка, но по каким-то причинам брачный договор до конца не был оформлен. Не желая привлекать внимание брата к этой щепетильной теме, Скарлет решила не спрашивать его о причинах размолвки. Скарлет была почти уверена, что дело было в Сириусе, который не поддерживал идеи своих родителей. Оставшиеся дни каникул Скарлет провела, укрывшись в своей комнате, стараясь не попадаться на глаза равнодушным "родителям". Поначалу девушка пыталась разгадать, как именно шкатулка смогла перенести ее в прошлое. Она была почти уверена, что из-за этого потускнели некогда сияющие камни на дне чудесного артефакта. В моменты тоски и одиночества Скарлет перечитывала письма Сириуса, и тогда ее душу наполняло тепло, подобно густому, душистому меду. По вечерам Скарлет склонялась над раскрытым блокнотом, с надписью «Тайны Скарлет» на первой странице, который, как она предполагала, являлся личным дневником настоящей Скарлет Паркинсон. Девушка надеялась, что с помощью этой записной книги она сможет лучше понять, какой новой жизнью ей предстоит теперь жить. Увы, ни одно из известных ей заклинаний так и не смогло приоткрыть завесу тайны, скрывающую содержимое дневниковых записей. Тогда Скарлет сама взяла в руку перо и начертила несколько строк на чистых, белоснежных страницах. Скарлет думала, что страницы заколдованы так, будто чернила тут же испарятся, однако строчки остались. Погруженная в глубокие раздумья о своем непостижимом будущем, Скарлет вдруг ощутила, как в ее сознании зарождается отчаянно смелая идея. А что, если ей каким-то образом удастся изменить ход событий в этом незнакомом времени? Эта мысль все сильнее завладевала ею, и девушка понимала, что просто не может упустить такую возможность. Как-то раз, решительно взяв в руки пергамент, Скарлет принялась методично записывать свои рассуждения, стремясь превратить запутанный клубок мыслей в четкий, последовательный план. Она осознавала, что Сириус Блэк все еще учится в Хогвартсе, а значит учатся и ее собственный отец, Северус Снейп, а также родители Гарри Поттера, Ремус Люпин, и, конечно же, предатель Питер Петтигрю. Бросив взгляд на дневник настоящий Скарлет Паркинсон, девушка отложила пергамент и раскрыла дневник на одной из страниц. Выводя неприятные инициалы Петтигрю «ПП» в самом верху пергамента, Скарлет твердой рукой ниже начертала: " Нужно убедить Мародеров, что ПП - предатель, из-за которого родители Гарри погибнут, а Блэк попадет в Азкабан.". Девушка понимала, что если ей удастся осуществить задуманное, то она сможет изменить ход истории, предотвратив трагические события, ставшие причиной стольких бед. Но перед этим мне еще как-то нужно с ними подружиться, чтобы они мне поверили… Скарлет грустно вздохнула, украдкой бросая взгляд на свою "сестру" Марту, мило щебетавшую о том, как прошли ее каникулы со своими подругами. Одну из них, кажется, Скарлет видела на приеме у Блэков. Конечно, с кем же еще может дружить чистокровная аристократка Марта? Друзей настоящей Скарлет Паркинсон Скарлет еще не видела, чему была несказанно рада, думая, что они, наверняка, такие же надменные суки, кой ее считает Регулус Блэк. Как же она скучает по своим друзьям! – Привет, тусовка! – беззаботно поприветствовал друзей Фред, плюхаясь на сиденье. – Вы не угадаете, что у нас тут новенького! Ли Джордан в предвкушении потирал ладони. Скарлет и Рейна многозначительно переглянулись и хитро улыбнулись. Джордж ухмыльнулся и поставил на пол необычный прозрачный куб, мерцающий изнутри приглушенным лиловым светом. – Вот это да! Что это еще за чудо-юдо? – с любопытством воскликнула Рейна. – Это, дорогая Рейна, новейшее изобретение наших гениальных умов, – торжественно объявил Фред. – Мы назвали его "Кубик Хаоса". Сейчас вы все увидите, насколько он потрясающе работает, – многозначительно добавил Джордж. Близнецы активировали куб, и тот начал медленно подниматься в воздух, издавая тихое гудение. Ребята с восхищением следили за его полетом. Неожиданно куб резко рванул в сторону, врезаясь в окно. Раздался громкий треск, но стекло почему-то не разбилось. Вместо этого оно начало искажаться, словно отражение в зеркале. – Что за... – успела воскликнуть Скарлет, как в следующий момент стены и потолок купе тоже начали деформироваться, меняя очертания. Пространство вокруг них будто закручивалось в спираль, искривляясь и меняясь на глазах. Мебель плыла в воздухе, а свет причудливо преломлялся, отражаясь цветными бликами. – Это невероятно! – восторженно произнес Ли Джордан. – Как вам это удалось? Из приятного воспоминание Скарлет вырвал смех Марты и ее подружек. Одна из них, кажется, Элиза Вэй, прикрыла рот, хихикая так, словно была на приеме у самой королевы магглов Великобритании. Скарлет еле удержалась, что не закатить глаза и сжала подвеску-шкатулку с письмами Сириуса. Внезапно Скарлет почувствовала, как ее губы сами собой растягиваются в улыбке. Ведь совсем скоро она сможет увидеть молодого Сириуса Блэка! Стоит лишь представить, как она снова встретится с ним, пусть и в далеком прошлом, и Скарлет ощущала, как ее сердце начинает радостно трепетать. Возможно, теперь у нее будет шанс наладить с ним более близкие отношения, ведь в ее времени Сириус погиб, отвергнув ее чувства из-за возраста. За дверью раздались стук и звон, возвещающие о приближении женщины с тележкой, доверху наполненной всевозможными волшебными сладостями. От бурлящих напитков до шоколадных лягушек и кисло-сладких жвачек - весь ассортимент сладостей, которые Скарлет так любила в своем времени, наверняка, и здесь был представлен в изобилии. Женщина с тележкой остановилась у их купе, улыбаясь, и даже не успела начать разговор, как Скарлет буквально подлетела к ней. При виде этого великолепия Скарлет невольно вспомнила, как в ее прежней жизни, в 1996 году, она практически никогда ничего не покупала из-за постоянной нехватки денег. Она вспомнила, как однажды ей пришла огромная посылка со сладостями от Сириуса, который знал, что она любит сладкое, но не может себе этого позволить. С финансами в семье Снейпов всегда было непросто, и Скарлет редко баловала себя вкусностями. Но сейчас, ощущая приятную тяжесть горсти золотых галлеонов в кармане своей мантии, она решила пуститься во все тяжкие. – О, сколько всего вкусного! – воскликнула она, с трудом сдерживая свой восторг. – Я возьму вот этих шоколадных лягушек, пару коробочек бурлящих напитков и, пожалуй, еще немного тянучек. Марта и ее друзья с недоумением наблюдали за действиями девушки. Казалось, что Марта даже покраснела то ли от стыда, то ли от зависти. – Скарлет, ты что делаешь? – тихо спросила Марта, теребя Скарлет за юбку. – Ты никогда раньше не покупала столько сладостей! Перестань! Не позорь меня! – с легким укором произнесла она. Скарлет обернулась к Марте, одарив ее широкой улыбкой. – Да брось! – беззаботно ответила она, вновь поворачиваясь к женщине с тележкой. – Давайте-ка мне еще пару пачек ирисок и несколько шоколадных палочек. Вам, девочки, взять что-нибудь? Марта и ее друзья проигнорировали ее вопрос и с некоторым недоумением и даже брезгливостью наблюдали, как Скарлет, не обращая на них внимания, принялась жадно поглощать одно лакомство за другим, то и дело пачкая шоколадом уголки рта и облизывая пальцы. – Ну и аппетит у тебя сегодня, Скарлет, – заметила Марта, морща нос. – Ты никогда раньше не ела так неаккуратно. Видела бы тебя мама. Но Скарлет лишь отмахнулась, продолжая наслаждаться сладостями. Ей было плевать на осуждающие взгляды сестры и ее друзей – впервые за долгое время она могла позволить себе такую роскошь, и она собиралась насладиться ей сполна. *** Сидя за длинным столом Слизерина в Большом зале, Скарлет Паркинсон чувствовала себя ужасно неуютно. Ее роскошная дорогая мантия с вышитым на ней змеиным значком Слизерина казалась ей ужасно тяжелой и неудобной, а заискивающие взгляды соседей по факультету вызывали у нее лишь раздражение. Тепло и радость возвращения, возникшие едва она пересекла родной замок, улетучились, словно сниджеты. Ей хотелось снова побегать по коридорам Хогвартса наперегонки с однокурсниками, повеселиться с друзьями, поговорить с любимыми портретами и даже посетить занятия, но понимала, что ни друзей, ни однокурсников, даже некоторых преподавателей ей не встретить в 1977 году. За столом Слизерина Скарлет нашли ее лучшие подружки, а точнее, лучшие подружки Скарлет Паркинсон, кой она сейчас стала. Одной из них была Регина - девушка с русыми волосами, с вытянутой, словно у лошади, челюстью и карими глазами. Когда она улыбалась, её и без того огромная нижняя челюсть казалась еще более внушительной. Вторую "подругу" звали Алисента. Она была намного симпатичнее Регины, но, несмотря на это, ее смех напоминал пронзительные визги поросенка. Ее маленькие черные глазки метались по Большому Залу в поисках очередной жертвы для насмешек и злобных пересудов. Глядя на этих девушек, Скарлет невольно испытывала отвращение. Неужели теперь она должна считать их своими лучшими подругами? Скарлет твердо решила, что одной из первых перемен, которые она намеревалась внести в жизнь настоящей Паркинсон, станет полный разрыв всяческих отношений с этими девицами. Она просто не могла представить себя в роли их ближайшей подруги, делившей с ними все секреты и радости. – Вы только посмотрите на этих грязнокровок, – презрительно поджав губы, проговорила сидящая справа Алисента. – Каждый год они становятся все страшнее и страшнее. Скарлет невольно сжала кулаки, едва сдерживаясь, чтобы не сказать этой глупой слизеринке что-нибудь резкое в ответ. Ее возмущало такое презрительное отношение к людям, не обладающим чистокровным статусом. Ведь в ее времени Гермиона Грейнджер, будучи магглорожденной, была одной из самых блестящих учениц Хогвартса! – А вы видели новых первокурсников? – заговорила Регина, обнажая свои лошадиные зубы. – Говорят, некоторые из них такие же страшные, как троллье отродье! Ее «подруги» громко расхохотались, обмениваясь едкими комментариями. Скарлет поморщилась, чувствуя, как внутри нее закипает возмущение. – Знаете, – процедила Скарлет сквозь зубы, – Мне кажется, вам стоит заняться чем-нибудь более полезным, нежели обсуждать чью-то внешность и происхождение. Это просто отвратительно. – Что с тобой, Скар? – спросила Регина удивленным тоном, бросая взгляды на Алисенту. – Ничего! Помолчите лучше! – ответила Скарлет, продолжая попытки найти знакомые лица среди учеников Хогвартса. Девушки еле заметно переглянулись и замолчали, бросая удивленные взгляды на подругу. Повисла неловкая пауза – очевидно, они были озадачены поведением Скарлет. Скарлет лишь думала о том, что вряд ли у нее получится долго претворяться надменной и высокомерной Паркинсон. – Ну а как вам Сириус Блэк? – вдруг нарушила молчание Алисента, кокетливо поправляя выбившуюся прядку волос, глядя то на Скарлет, то на Регину. – Он стал таким красавчиком, правда? Я слышала, он уже пользуется бешеной популярностью у девчонок. Услышав заветное имя, Скарлет тут же вскинула голову, обращая к Алисенте пылающий взгляд. Она так мечтала о встрече с Сириусом, что сейчас не могла упустить возможность узнать о нем побольше. Алисента и Регина снова странно уставились на Скарлет, которая изменилась в лице. – А... А где он сейчас кстати? – спросила она, стараясь придать своему голосу как можно более равнодушный и отстраненный тон. Алисента оценивающе окинула ее взглядом, видимо, удивленная той живостью, которую Скарлет не смогла скрыть. – Ну, ты чего, Скарлет? Неужели и тебя Сириус успел очаровать? Поэтому ты себя так странно ведешь? – хихикнула она, явно довольная своей догадкой. – Вон он, смотри. Она кивком указала на другой конец Большого зала, где среди прочих учеников еле-еле был заметен Сириус Блэк. Скарлет сразу узнала его. Его густые волосы спадали на плечи темными волнами, а на губах играла обворожительная улыбка, подчеркивающая его идеальные черты лица. Глядя на него, Скарлет почувствовала, как ее сердце радостно забилось. Краем глаза заметив, что Регина и Алисента гадко усмехнулись, Скарлет поспешила надеть маску равнодушия. Она пожала плечами и сделала вид, будто бы изучает свое отражение в столовых приборах. Подавив любопытство, она попыталась надменно улыбнуться подругам, хотя на душе у нее было невыносимо легко от осознания, что Сириус Блэк жив! Стараясь выглядеть непринужденной, Скарлет стала расспрашивать Регину и Алисенту о том, как они провели каникулы, и те наперебой стали рассказывать. Скарлет кивала головой, совсем не слушая их, думая лишь о Сириусе Блэке. Скарлет окинула взглядом преподавательский стол. Дамблдор и Макгонагалл были моложе, но в целом выглядели так же, как и в 1996 году. Лесничий Хагрид все так же был выше всех преподавателей почти на три головы и шире, по крайней мере, в два раза. Скарлет еле удержалась от того, чтобы не помахать ему, но вовремя вспомнила, что находится в прошлом, да еще и в теле «надменной суки», которая вряд ли снизошла бы до знакомства с полувеликаном, не говоря уже о дружбе. Больше всего Скарлет поразила молодая женщина, занявшая место преподавателя Защиты от Темных Искусств. За столом, выпрямив спину и гордо вскинув подбородок, сидела черноволосая красавица в строгой темно-изумрудной мантии. Она почтительно улыбалась, но то и дело нервно поворачивала голову или слишком активно поправляла свои блестящие пряди. Вглядевшись пристальнее, Скарлет вдруг поняла, что это была старшая сестра настоящей Скарлет Паркинсон, Рамола! Будто почувствовав устремленный на нее взгляд, Рамола одарила сестру ослепительной улыбкой и лукаво подмигнула. Скарлет в ответ выдавила вежливую улыбку, но в ее сердце закрались тревожные мысли. Ведь совсем недавно на приеме в доме Блэков Рамола без зазрения совести болтала со всеми известными Пожирателями Смерти. Это обстоятельство совершенно не вызывало у Скарлет доверия к ее старшей сестре, и теперь девушка не на шутку встревожилась, гадая, что же Рамола могла замыслить, оказавшись здесь, в стенах Хогвартса. Неужели они готовят проникновение в школу? Или, быть может, Рамола будет вербовать новых сторонников из числа учащихся? От этих мрачных размышлений Скарлет передернуло. Скарлет пыталась вспомнить, рассказывал ли Сириус о чем-то необычном на своем последнем году обучения. Когда под оглушительные аплодисменты очередной первокурсник занял место за столом Райвенкло, Скарлет с облегчением выдохнула. Наконец-то закончился этот нескончаемый поток новеньких, и сейчас, наконец-то, начнется пир. Ей уже порядком надоело слушать непринужденную беседу со своими так называемыми "подругами" – этими напыщенными девицами из Слизерина, которые с каждой минутой все больше вызывали у нее острое отвращение. Накладывая жареную картошку и куриные крылья, Скарлет делала вид, что очень занята своим ужином и совсем перестала обращать на разговор Регины и Алисенты, которые положили себе немного овощного салата и пару кусочков тушеного мяса. Они что, все помешались на своей фигуре? Думала Скарлет, но даже не смела их спрашивать. Иногда она украдкой поглядывала на стол Гриффиндора, надеясь лишний раз взглянуть на Сириуса, но теперь его совсем не было видно за спинами студентов. Стараясь не выглядеть странно, Скарлет скользила и взглядом по слизеринскому столу, надеясь, найти молодую версию своего отца. Но все попытки были тщетны. Едва закончился ужин, среди студентов началась толкотня. Скарлет встала, и ее взгляд скользнул по столу Гриффиндора в надежде увидеть знакомую фигуру. Заметив подозрительный взгляд Алисенты, Скарлет сразу отвела взгляд, чтобы окончательно не вложить в «подруг» уверенность в заинтересованности в Блэке. Скарлет вдруг уловила знакомый профиль. Ее дыхание перехватило, когда она узнала в молодом высоком юноше с копной темных растрепанных волос Северуса Снейпа, ее отца. Северус шел в окружении таких же хмурых и недружелюбных слизеринцев, которые с ожесточением расталкивали окружающих, стремясь пробиться вперед. Скарлет внимательно всматривалась в его лицо - острые черты, хищный нос, устремленный взгляд. Он был таким молодым, но уже носил на себе отпечаток суровости и отчужденности. Она отвела взгляд и тяжело вздохнула. Она поймала себя на мысли, что испытывает отвращение к этой версии своего отца Оставив попытки вновь поискать глазами Сириуса, Скарлет поспешила покинуть Большой зал. Скарлет с тоской оглядывалась по сторонам, идя рядом с болтающими Региной и Алисентой. Она совсем не чувствовала себя частью этого слизеринского сообщества. Темные коридоры подземелий навевали на нее тоску и неприязнь - ей так не хватало уютной атмосферы гриффиндорских башен. – Ну что,Ск арлет, готова к новому семестру? – щебетала Регина, цепляясь за ее руку. – В этом чертовом году мы наконец-то закончим школу и больше не вернемся в это пристанище грязнокровок! Скарлет с трудом выдавила из себя вежливую улыбку, кивнув в ответ, выдергивая руку. Наверное, за сегодняшний вечер эти две слизеринки сказали слово «грязнокровка» больше, чем Скарлет слышала за все семь лет обучения в Хогвартсе в своем времени. Внезапно кто-то окликнул Скарлет, и девушки остановились. Скарлет обернулась и заметила, что к ним направлялся грозного вида молодой волшебник со змеиным значком на груди. – Скарлет! – сказал парень и, подойдя ближе, натянуто улыбнулся. – Привет, Скарлет! Хотел тебя спросить, а почему ты сразу пошла в гостиную. Ты, конечно, не думай, я не осуждаю, просто… просто ты забыла, что ты староста?! Скарлет вздрогнула, застигнутая врасплох. Она и вправду совсем забыла о том, что она староста – она наткнулась на значок Скарлет Паркинсон в доме Паркинсонов и благополучно забыла про него. В будущем Макгонагалл вряд ли бы в здравом уме назначила старостой Гриффиндора Скарлет Снейп. – Я... я просто... – залепетала она, пытаясь оправдаться. Позади парня столпились первокурсники, вытягивающие свои шеи, чтобы получше рассмотреть Скарлет. – Я, конечно, могу сегодня и сам, просто… – лепетал парень, хлопая глазами совсем, как домовик Буби, который боялся, что ему прилетит от хозяйки. Какого черта? Скарлет чувствовала, как внутри росло неприятное чувство: неужели однокурсники ее боятся? Слизеринцы? - Да, я, наверное, и правда забыла, - ответила Скарлет, улыбаясь. – Извини. Парень на миг опешил от слов Скарлет, словно она сказала что-то совершенно немыслимое. Скарлет даже показалось, что в его глаза пробежал… страх? – А вы, две высочки, почему не напомнили ей? – рявкнул зло парень и поочередно посмотрел то на Регину, то на Алисенту, которые лишь открывали рты, не зная, что ответить. – Смотри, Паркинсон, я сам отведу малолеток в гостиную, без проблем. – улыбнулся парень, и, бросив гневные взгляды на Регину и Алисенту, развернулся на каблуках и направился к первокурсникам. Поторопив нерадивых студентов, парень, стараясь не смотреть на Скарлет, прошел мимо девушек. Первокурсники едва поспевали за ним, бросая любопытные взоры на Скарлет и ее подруг. – Вот же придурок этот Малкин, – гнусаво проговорила Регина над левым плечом Скарлет, когда процессия скрылась за поворотом. – Думает, что раз староста, то пуп земли. - Наверное, Слиззи сделал его старостой, чтобы мадам Малкин продавала ему панталоны со скидкой, - хмыкнула в ответ Алисента, и Скарлет, подавив в себе нервный смешок, пошла следом за процессией, гадая, кто такой Слиззи.