Ценность

Когда приближалась следующая игра официальной команды, к Земле само собой стали подходить с вопросами одноклассники. Все знали что рыжик был одним из асов баскетбольной команды и соответственно всегда показывал класс на соревнованиях. Говорить, что баскетболиста собственные сокомандники вышвырнули из команды, зеленоглазый само собой не стал. Наоборот наплел, что сам ушёл, чтобы не играть с всякими ничтожествами. Большинство поверило в этот бред. И верило вплоть до следующей игры ребят. Сам рыжик само собой не пошёл смотреть на бывших товарищей. Но обсуждали эту игру после, как что-то легендарное. Это больно ударило по самолюбию. Так оказывается команда может и без него. Не так уж им и нужен их великолепный ас. На больное к тому же надавил и Артур. Мужчина как-то слишком спокойно отреагировал на то что Земля свалил из дома на несколько дней, а потом не потрудился ничего объяснить. Уже позже, робко уточнив у мамы Луны не звонили ли ей, удалось узнать что отец просто знал где его сын находится. Вот только ни про Луну, ни про его маму зеленоглазый отцу не говорил. Трепаться перед врагом вообще было странно. Тогда как Артур узнал номер? Иногда Земля начинал подозревать, что его как собаку могли просто чипировать, но Артур не выглядел как совсем уж псих и эти тревоги быстро отступали. К тому же как не обидно, но кроме оскорблений отец ему никак не вредил. Дома всегда была еда, по первой же необходимости нанимались репетиторы. Стоило школе сообщить что Земля был исключён из команды, как на кухне дома обнаружилась тренер по баскетболу. Довольно приветливая и дружелюбная девушка, которая впрочем не вызвала у зеленоглазого ни капли доверия. Он хорошо знал, что за заботой в моменте, последует очередной словесный удар, который не получится, не принимать близко к сердцу. Сколько бы рыжик не говорил, но не считаться с мнением родителя не мог. Эта базовая, вшитая на биологическом уровне любовь, делала очень больно и, несмотря на все усилия, отказывалась умирать. На фоне всего этого Земля всё больше тусил дома у Луны. Атмосфера в его доме, настолько отличалась, что выбивала из колеи, отвлекала от ожидания удара. К тому же пожилая дама, вначале вызвавшая у парня такую неприязнь, со временем стала казаться родной и такой доброй. Земля сам не понял, как начал доверять ей больше, чем любому другому взрослому в своей жизни. Луна никогда не был жадным и всегда был готов поделить тем, что имел. Это было так странно. Мелкий в отличии от Земли не мог просто купить два морожных, но всегда был готов отдать своё, даже если всем было очевидно что оно ему самому очень понравилось. Иногда рыжику казалось что он не просто ходит к другу в гости. В речи так быстро появилось слово «мама» подразумевающее сероглазую, что пришлось признать. Луна кажется умудрился поделиться матерью. Земля просто зверел когда видел что Артур уделяет внимание кому-то кроме него. Пепельный щенок наоборот рад, был что Земля не выглядит грустным и больше не ссориться с его мамой. Это было так странно и мило. Невольно заставляло чувствовать себя благодарным. Само собой мгновенно паинькой стать привыкший к безнаказанности баскетболист не смог. Он так и не научился извинять перед Луной. Было проще разобраться с последствиями собственных поступков, чем признать что провинился. Мелкий частенько случайно получал синяки и травмы. Земля не делал этого специально. Рыжика просто не учили быть аккуратным. У него не было младших братьев или сестёр, даже других друзей более младшего возраста. Поэтому то, что зеленоглазому могло показаться дружеским тычком локтем в бок, оставляло на бледной коже синяки. Шуточные драки тоже всегда заканчивались плохо. Обычно рыжик или заигрывался и случайно бил слишком сильно, или промахивался мимо цели и один раз чуть не сломал младшему нос. Либо, что и случалось чаще всего просто не замечал, что они подкатились к стене или кровати и Луна соответственно ударялся обо что-то жёсткое и тут же начинал ныть. Это было скорее положительным моментом. Если бы младший просто терпел боль, не выражая её внешне, то Земля бы вообще никак не смог скорректировать своё поведение. А так можно было хотя бы попытаться, потому что есть явный индикатор. Периодически пожилая дама замечала, что Луна опять обо что-то ударился или пострадал и вызывала Землю на разговор. В этом доме разговор вообще был единственной формой наказания. Рыжик сидел на уже такой родной кухне и панически боялся, что сейчас ему скажут проваливать на улицу. Возможность быть здесь стала слишком большой ценностью и любая угроза этому вызывала искренний ужас. Луна, правда, всегда был на стороне старшего друга. Он в целом, несмотря на нытьё, всегда заступался за Землю перед собственной мамой. Что снова же заставляло чувствовать себя благодарным. Именно с пепельным щенком в этой квартире Земля впервые смог признаться, что скучает по своей маме. Что страдает без неё и мучается от одиночества. Что боится, что его никто никогда не полюбит. Что хочет заслужить любовь отца, но с каждом годом всё сильнее чувствует что это невозможно. Перед сероглазый не страшно было быть слабым. Принимать от него заботу и сочувствие было легко. Несмотря на все выходки Земли, Луна ни разу не попытался сделать ему больно в ответ. Не пытался агрессировать или надавить на больное. Хотя уже очень хорошо знал где именно это больное находится и куда давить. Даже обижался младший из позиции слабого. Он не обзывался и не кидался обвинениями, а просто говорил о своих чувствах. И это трогало, а не заставляло злиться в ответ. Земля и сам не заметил, как заново научился плакать в присутствие другого человека. И не мог не восхищаться, тем как адекватно Луна это принял.