Часть 42

— Я не понимаю, почему мы до сих пор это обсуждаем. — Рейнира видела, как раздражена Рейенис, которая сверлила короля взглядом. — Лорд Хоберт совершил величайшее из предательств: он вступил в сговор с другим лордом, чтобы избавиться от вашего законного наследника. Единственное, что хорошо в этой ситуации, — это то, что Джейсон Ланнистер уже мертв. — Как ты можешь так говорить? — Алисента недоверчиво посмотрела на Рейенис. — Ты рада, что один из наших верховных лордов мертв? — Я не говорила, что рада. — Рейенис закатила глаза. — Я просто сказала, что это хорошо, потому что так нам не придется казнить двух лордов. — Вот именно, лорд Хоберт — довольно влиятельный лорд. — Сказал ее отец, глядя на всех, кроме нее и Деймона. — Насколько суровым может быть наказание? — Он не так уж важен, это лорд из мелкого дома. — Рейнира старалась не расстраиваться из-за того, что у отца возникли вопросы по поводу убийства человека, который хотел причинить ей вред. — Лорды действительно не так сурово наказываются за мелкие преступления, как простолюдины, но наказание за измену для всех одинаковое. Отец по-прежнему не смотрел ей в глаза. — Неужели нам обязательно становиться такими жесткими? — И это все? Ты с ума сошел? — Рейенис хлопнула ладонью по столу, заставив короля, Алисенту и нескольких лордов подпрыгнуть. Она с отвращением посмотрела на Визериса. — У нас есть письменное доказательство того, что он планировал убить Рейниру, что еще тебе нужно? Ты хочешь, чтобы кто-то еще пришел и попытался убить твою дочь? Потому что именно это и произойдет, если люди решат, что им сойдет с рук измена только потому, что они важные лорды. — Ты не можешь убить моего дядю. — Алисента умоляюще посмотрела на Визериса. — Мы даже не знаем, его ли это письма. Их мог подбросить кто-то, кто желает зла моей семье. — Это самая глупая вещь, которую я слышал за весь день. Твоя семья — единственные ублюдки, которые желают нам зла, начиная с твоего отца и дяди! — Рейнира чувствовала гнев мужа и, в отличие от других случаев, не делала ничего, чтобы его успокоить. Если отец не защитил ее, то это сделает Деймон. — Письма написаны почерком твоего дяди, и он даже настолько глуп, что использовал свое имя и печать. Отец безуспешно пытался успокоить Деймона. — Деймон… — Нет, к черту тебя, Визерис! — рявкнул Деймон, хлопнул ладонью по столу и резко встал, опрокинув стул. — Если ты не убьешь этого человека за то, что он задумал, я сам отрублю ему голову. Моя жена и ребенок не будут в опасности из-за твоей слабости и нежелания действовать. — Деймон, я… — Она увидела, как отец понял, что имел в виду ее муж, и на его лице появилось растерянное выражение. — Дитя? Ее муж, не колеблясь, ответил. — Рейенира беременна. — Что? — Отец бросил на нее обиженный взгляд. — Почему ты мне не сказала? — Одна проблема сменяла другую. — Она не хотела, чтобы королева узнала об этом, потому что не доверяла Алисенте. — К тому же, как только что заметил мой муж, вы не собираетесь меня защищать, поэтому я не хотела, чтобы мои враги знали о моем ребенке. Ей больше нечего было сказать, она устала постоянно ссориться с отцом и всегда проигрывать. Она встала и вышла из комнаты, не желая вступать в очередную бессмысленную перепалку. Она услышала, как за ее спиной вышел Деймон, быстро схватил ее за руку и повел в их покои. Стражники не задавали вопросов, просто поклонились и открыли двери. — Уходите. — Две служанки, которые занимались приготовлениями, поклонились и быстро вышли, закрыв за собой двери. Муж развернул ее к себе и обхватил ее лицо своими большими теплыми ладонями. — Не волнуйся, любовь моя. Я не солгал, я сам отрублю этой змее голову. Тебе не стоит переживать, в твоем положении это может быть опасно. Слезы застилали ей глаза, и она ненавидела их, ненавидела себя за то, что все еще хочет любви и защиты отца, несмотря на все разочарования. — Ненавижу, что он колеблется, даже зная, что задумал тот человек. — Не плачь, иначе я пойду и убью своего брата. — Он поцеловал ее в лоб. — Я сделаю так, что Хоберт Хайтауэр так или иначе умрет. Рейнира улыбнулась, зная, что он не блефует. Деймон всегда защищал ее и не собирался останавливаться. Она любила его больше всего на свете и знала, что он любит ее. Она чувствовала, как между ними нарастает напряжение. Рейнира подняла взгляд на Деймона, ее губы слегка приоткрылись в предвкушении. Глаза Деймона горели желанием, когда он наклонился к ней и нежно, но страстно поцеловал. Она обняла его за шею, притянула к себе, и они слились в поцелуе. Их языки танцевали, страсть между ними разгоралась с каждой секундой. Мир вокруг них растворился, остались только они двое, затерянные в волшебстве их объятий. Когда они прервались, чтобы глотнуть воздуха, ее щеки пылали, а глаза сияли любовью. Деймон улыбнулся, его глаза светились любовью к ней. — Я люблю тебя. Ее голос дрожал от волнения. — Я тоже тебя люблю. Они были половинками одного целого, искрами одного пламени, их души были неразрывно связаны до скончания времен.

***

Рейнира рассмеялась, когда Деймон закружил ее в танце, а затем обнял. Пир прошел так, как и было задумано. Перед началом пира отец поговорил с ними, желая лично сообщить ей, что Хоберта Хайтауэра казнят на следующий день. Если он думал, что она будет благодарна или обрадуется, то он ошибался. Поступок отца глубоко ранил ее, и она не простит его так просто. Ее разозлило, что только Рейенис и другие лорды смогли убедить его поступить правильно. Она не разговаривала с ним всю ночь, но прекрасно провела время с мужем и детьми, с большинством своих детей. Висенья и Бейлон были слишком малы, чтобы приходить на пир, поэтому она оставила их в детской, к большому неудовольствию дочери и Эймонда. Ее сын дулся весь вечер и лишь однажды встал со стула, чтобы по настоянию матери потанцевать с Хеленой. Ей не нравилось, что ее сын так сторонится других людей, за исключением братьев и сестер. Похоже, ему не нравились другие люди, и он не мог их терпеть. — Хватит смотреть на нашего сына с таким грустным выражением лица. — Голос Деймона привлек ее внимание. — С Эймондом все в порядке. — Я беспокоюсь за него. — Она беспокоилась за всех своих детей, но больше всего — за Эймонда и Висенью. — Ему не нравится проводить время ни с кем, кроме братьев и сестер и нас. У него нет других друзей, и, похоже, другие люди его не интересуют. — Эймонд очень серьезный ребенок, он любит планировать все в свое время. — Он поцеловал ее в лоб. — Не волнуйся, с Эймондом все будет в порядке. Рейнира улыбнулась, когда танец закончился и они с Эймондом направились к высокому столу. Она села и провела рукой по голове сына, слегка улыбнувшись ему, но он не ответил на улыбку. — Что случилось, мой милый? — Я не понимаю, почему Висенья не смогла прийти. — Он дулся всю ночь и отказывался делать что-либо еще. — Ее не должны запирать в детской, пока мы здесь празднуем. — Она не взаперти, — Рейнира закатила глаза, глядя на театральные выходки сына. — Висенья, как и Бейлон, слишком мала для таких торжеств. — Хорошо, — Эймонд с надеждой посмотрел на нее. — Тогда я могу пойти к ним? — Нет, Эймонд. — Она надеялась, что сын найдет себе друга на пиру. — Мы чествуем короля, и ты тоже примешь участие в празднике. — Почему? — Ее сын еще ниже опустил голову и скрестил руки на груди. — Что король сделал для меня? Он даже не знает, что я существую. — Эймонд, — Ей стало не по себе, потому что она прекрасно понимала, что он говорит правду. — Отец может быть очень бесчувственным по отношению к другим людям, но он не злой. — Нет, — Ее сын бросил на короля, сидевшего неподалеку, испепеляющий взгляд, — Но он слаб, и это так же плохо. Рейнира не знала, что на это ответить, ведь ее сын говорил правду. В конце концов ей и не пришлось ничего говорить, потому что к ним подошел Десмонд Мандерли со своей старшей дочерью, которая была на пару лет старше Эйемона. Она улыбнулась мужчине. — Лорд Десмонд, рада видеть вас в Королевской Гавани. — Благодарю вас, принцесса. — Мужчина поклонился и подтолкнул девочку вперед. — Это моя дочь Мара. — Добро пожаловать, Мара. — Девушка сделала реверанс, и Рейнира заметила, как она покраснела, взглянув на Эймонда. — Ты такая хорошенькая. Девушка покраснела еще сильнее. — Спасибо, принцесса. Рейнира посмотрела на сына, который даже не поднял головы. — Разве она не красавица, Эймонд? Ее сын наконец поднял глаза и без особого интереса окинул девушку взглядом. — Да, так и есть. Рейнира заметила радостное выражение в глазах девочки, когда Эймонд согласился с тем, что она очень хорошенькая. Девочка захлопала ресницами, глядя на Эймонда, отчего ее сын нахмурился и вопросительно посмотрел на нее. — Что-то не так с твоими глазами? Деймон громко расхохотался, но смех сменился ворчанием, когда Рейнира наступила ему на ногу. Бедняжка Мара покраснела до корней волос, и Рейнира поняла, что та смущена. — Эймонд, — Рейнира предупреждающе посмотрела на сына, давая понять, что ему не поздоровится, если он еще хоть раз поставит в неловкое положение бедную девушку. — Почему ты не приглашаешь Мару на танец? Она видела, что Эймонд хочет возразить, но, заметив выражение ее глаз, просто вздохнул и встал. Рейнира наблюдала, как он обошел стол и протянул руку Маре, которая тут же ее взяла. Лорд Мандерли, похоже, был доволен случившимся и перед уходом еще раз поклонился. Деймон усмехнулся, взял ее за руку и поцеловал. — Я вижу, что ты сделала, жена, но не думаю, что это сработает так, как ты рассчитываешь. — Я ничего не жду. — Она улыбнулась ему и покачала головой. — Я просто хочу, чтобы у нашего сына было больше друзей. Деймон усмехнулся и поцеловал ее в губы. — Будем надеяться, что Висенья об этом не узнает. Ее дочь так же ревностно оберегала Эймонда, как он оберегал ее.

***

— Сестра, — Хелейна улыбнулась Эйгону, — Ты прекрасно выглядишь. — Спасибо, брат. Ты тоже очень хорошо выглядишь. — Она лукаво улыбнулась ему. — Ты надеялся, что сегодня здесь будет одна рыжеволосая особа? Эйгон покраснел и отвернулся. — Я не понимаю, о чем ты говоришь. — Конечно, не понимаешь. — Она хотела, чтобы брат был счастлив, и знала, что Мэнси — именно тот человек, который ему нужен. — Я знаю, что ты ее поцеловал. Эйегон широко раскрыл глаза и огляделся, чтобы убедиться, что их никто не слышит. — Откуда ты это знаешь? — Я видела вас обоих, — Она чуть не рассмеялась, когда Эйегон покраснел, — Тебе стоит быть осторожнее, мама будет в ярости, если узнает, что ты заигрываешь с Мэнси. Ты же знаешь, как она уважает Мэнси и ее мать. — Я с ней не играю. — Эйгон выглядел почти оскорбленным. — Я не собирался ее целовать. Хелейна кивнула, зная, что он говорит правду. Эйгон мог быть импульсивным и часто поддавался чувствам. — Ты мог бы жениться на ней, она из знатного рода. Эйгон удивленно посмотрел на нее. — Откуда ты это знаешь? Она пожала плечами и загадочно улыбнулась. — Я много чего знаю. Эйгон открыл рот, но замолчал, когда к ним подошел Криган и почтительно поклонился. — Принц Эйгон, принцесса. Хелена улыбнулась, радуясь, что находится рядом с этим человеком. — Лорд Криган. Мужчина ответил ей улыбкой, его лицо смягчилось. — Я надеялся, что вы согласитесь потанцевать со мной. Прежде чем Хелейна успела ответить, раздался раздраженный голос Эйгона. — Почему? Разве ты не должен танцевать с девушками своего возраста? — Эйгон! — рявкнула Хелейна, но ее брату, похоже, было все равно. Она закатила глаза, а потом повернулась к Кригану и снова ему улыбнулась. — С удовольствием. Она взяла Кригана за руку и предупреждающе посмотрела на Эйгона, не желая, чтобы он испортил ей этот момент. Вскоре она узнала, что Криган отлично танцует. Ей нравилось танцевать с ним, а он всегда вел себя уважительно и соблюдал дистанцию. — Я слышала, вы уезжаете завтра. — Да, принцесса. Я слишком долго отсутствовал, и путешествие будет долгим. — Желаю вам счастливого пути, милорд. — Ее сердце сжалось при мысли о его отъезде. — Надеюсь, вы благополучно доберетесь до дома и хорошо проведете зиму. — Я тоже на это надеюсь, принцесса. — Он, казалось, задумался на мгновение и с надеждой посмотрел на нее. — Я найду книгу северных сказаний, как и обещал, и отправлю ее, как только приеду в Винтерфелл. — Спасибо, — Она была рада, что он, кажется, всегда помнил все их разговоры. — Я постараюсь найти книгу о Драконьем Камне, написанную не на валирийском. Как только найду, пришлю вам Надеюсь, вы поделитесь своими мыслями по этому поводу. — Я буду рад поделиться с вами своими мыслями. Хелейна была счастлива просто оттого, что находилась рядом с Криганом, и наслаждалась покоем, который он дарил ее душе. Она понимала, что, хотя северный лорд, казалось, был к ней неравнодушен, он не смотрел на нее как на женщину. Он по-прежнему считал ее ребенком, но она не возражала: скоро она вырастет. — Старк, — От гневного голоса отца лорд отпустил ее и сделал несколько шагов назад. — Что, по-твоему, ты творишь? Криган сглотнул, но не отступил. — Я просто наслаждался танцем с принцессой, мой принц. — Моя дочь еще несовершеннолетняя. — Ее папа посмотрел на Кригана, как дракон-мститель. — И даже если бы она была совершеннолетней, ты ее недостоин. Она — драгоценный камень, и я еще не встретил человека, который был бы ей под стать. — Я не позволял себе неподобающего поведения с принцессой, мой принц. — Криган посмотрел папе прямо в глаза. — Я знаю, что она несовершеннолетняя, и никогда бы не поступил с ней неподобающе. Я знаю, что принцесса любима, и ценю ее. На папу это не произвело впечатления. — Тогда почему ты до сих пор здесь? Криган поклонился им обоим и ушел, оставив ее отца смотреть ему вслед. — Папа, не надо было с ним так грубо. Лорд Криган хороший человек и всегда вежлив. — Да, но я не хочу, чтобы у него были какие-то идеи на этот счет. — Папа обнял ее и поцеловал в макушку. — Я бы ни за что не позволил тебе уехать так далеко от нас. Она обняла папу в ответ, зная, что он говорит это из любви к ней. Родители не хотели разлучаться с ней, и она тоже не хотела уезжать так скоро. Она любила родителей и всегда чувствовала себя с ними в безопасности. Чувства, которые вызывал в ней Криган, были непривычными, но не такими уж неприятными.