„ Словно душу высосали “

— Ты ведешь себя слишком подозрительно, Эвтида, — в который раз, ходя из стороны в сторону по залу, отчитывал девушку Реммао. — Сколько ещё раз мне. — Нужно повторить, чтобы ты держалась подальше от эпистата и не взывала к куче проблем на нас при таком положении. Знаю. Ты уже раз десять об этом говорил. — слегка вымученно, закатив глаза сказала Эва. — Раз понимаешь, почему мне одиннадцатый раз приходится повторять? Резким движением она встала с досок, на которых сидела и подошла к своему наставнику, между ними оставалось несколько шагов. Злилась. — Ты что думаешь, что мне так сильно этого хотелось? Я по-твоему на рожон лезу? Не смей винить меня в этом. А если что-то не нравится предъяви свои жалобы этому несносному эпистату, — сказала та на одном дыхании, вымещая всю злость и обиду на собеседника. Через несколько секунд молчания, вздохнув, кротко добавила. — Уже даже на улицу спокойно выйти не могу. — Бедная, — закатив глаза ответил Реммао. Он подошёл к стеллажу с книгами, недолго изучив, что написано на корешках, достал нужную ему. — Что это? — Ничего. — Что? Почему смотришь так на меня? — Ты выглядишь свежо и бодро для человека, который весь день пробыл в пустыне. — отметил Реммао Она осмотрела себя, затем хмыкнув на его замечание, спросила: — Всё? Я пойду. — Будь осторожна, Эвтида. И я не только про охотников. *** Как только Эва вышла из библиотеки, кто-то взял её за руку, резким движением завернув за угол, прижал к стене. — Эй… — хотела возмутиться она, но ей закрыли рот. — Тихо ты, мне надо кое о чем спросить тебя, срочно, тут Тизиан рядом ошивается. — тихо прошептал Реймсс и убрал руку с её рта. Они ушли в более укромное место. — Не хватай меня так больше. — процедила Эва, строго смотря на своего «коллегу». Ничего не ответив на её слова он продолжил: — Что-то узнала? — По поводу чего? По поводу твоих манер? — Мне некогда выслушивать твои недовольства. Ты понимаешь, о чем я. — Не знаю, — с легким разочарованием в сказанном ответила она. — В смысле не знаешь? Ты провела с ними весь день. Ничего нет? Ты понимаешь, чем твое молчание может для нас стоить? — По дороге видели несколько трупов. Ливий так и не понял, что с ними, — говорила девушка опустив голову, устремив свой взгляд на ногу играющуюся с пылью на полу.— Говорит, мол: «словно душу высосали» …Они вправду были жуткие. Мы до этого уже видели трупы на практике, но те, что я видела сегодня отличаются… — Чем? — Не знаю, просто отличаются. — Плохо дело… Эва пожала плечами. — Не зацикливайся, нужно решать про-, — но не дав ей договорить мимо их тайного местечка прошел Тизиан, двое не остались не замеченными. — по мере их поступления. — процедила себе под нос Эва, смотря на Тизиана, но как бы обращаясь к Рэймссу, или больше дополняя это для себя? — Что вы оба там делаете? Эпистат приказал всем собраться у его дома. *** После переклички, убедившись, что все присутствуют главарь начал речь: — Вы должно быть хорошо наслышаны о том, что и в эти земли пробралась страшная хворь, — начал он своим громким, статным голосом. Люди в округе зашептались. — Сомнений нет, это дело рук этих проклятых шезму. К речи присоединился Ливий. — Люди умирают от неизвестной нам болезни, у них нет травм или каких-либо других внутренних повреждений, которые могли бы свидетельствовать о смерти. Сами тела. не разлогаются, от них нет запаха, который присущ всем трупам. — Что в очередной раз доказывает, что это не может быть обычная зараза. Мы уже сталкивались с такими делами. Этот бесноватый приемник Сехмет сгубил очень много невинных людей. Немые вопросы, которые читались во взглядах слушателей делились на два типа: «что же нас теперь ждëт? «, «что эпистат сделал с тем черномагом? » — Его ждало прилюдное сожжение заживо. Когда он был на грани смерти, в страшнейших ожогах мы его спасли, но только чтобы продлить мучения. Его обмазали мёдом и напустили на него рой диких пчёл. Он умер через несколько минут, а пчелы продолжали кусать его тело. Он легко отделался, потому что умер так быстро. Но, уверен, Маат сделала всё возможное, чтобы этот пёс страдал всю свою загробную жизнь. — Мы просим вас, — продолжил Ливий. — Не уходите далеко от своих домов, а лучше не уходите вообще в тёмное время суток. — Мы увеличили охрану поселения, теперь охотники будут патрулировать город и по ночам. Все кто куда-либо выходят сначала должны доложить мне: куда, зачем и насколько. Если увидите кого-то подозрительного, сразу сообщайте мне или кому-то из ближайших охотников. *** После долгожданного ужина все разошлись по своим домам. Единственный, кто еще не был дома — Тизиан. Сегодня он патрулирует поселение. Заворачивая уже в который раз, за который угол, мужчина почувствовал легкое покалывание в ступнях. «Ох уж эти круглосуточные смены» — подумал он про себя и начал разминать одну ногу за другой. Одна из его ног онемела. Он упал на землю, не понимая, что с ним происходит, попытался как-то поднять «остывшую» часть тела, но его попытки оказывались тщетными. Тизиан решил призвать кого-то на помощь, но только открыв рот, чтобы позвать он начал сильно кашлять, но никто не слышал этого хриплого звука. Изо рта начала литься кровь, его внутренности разъедало. Но он все еще четко мыслил, видел, несмотря на сильную боль, которая должна была уже лишить его жизни. В тени одного из домов он увидел, как нечто шевельнулось. Он точно знал, что это нечто смотрит на него и необъяснимо как, но он чувствовал, что это нечто желало ему смерти, обрекало на муки, которые он сейчас испытывал. В темноте блеснули голубые глаза. Из темноты вынырнула рука, пальцы сжались в кулак, словно мучая куклу Вуду, тень заставила своего мученика схватиться за горло, к разъедающей боли добавилось удушье. Тизиан чувствовал, что оно улыбается, эти мучения доставляли невидимому зрителю удовольствие, словно чем больнее ему было, тем бóльшим счастьем наполнялось чудовище. Из-за угла послышались чьи-то шаги. Мужчина что не прерывал зрительного контакта с этим существом увидел промелькнувший в его глазах страх.быть пойманным? не закончить начатое? Его глаза забегали, рука разжалась, и словно пытаясь отряхнуться от грязи, оно встряхнуло рукой. За удушьем начали пропадать и другие признаки недуга. Слегка опешив от отступившей боли, Тизиан не заметил куда пропали те ярко голубые глаза. Последнее что он увидел был приближающийся к нему силуэт Амена…