20. Красота

Осень полноценно вступила в свои законные права. Деревья сменили окрас, и их листья стали золотистыми, багряными и оранжеватыми. Какие-то из них кружили в небе, поддерживаемые ветром, а какие-то, наоборот, всё ещё оставались на ветках. Шарлотта разглядывала их с искренним восхищением. Ей нравилась осень за её разнообразие цветов и яркие краски. Иногда, если на улице стояла тёплая погода, она выбегала из дома и собирала гербарий, который потом трепетно высушивала дома. Но больше всего она обожала смотреть на листопад. Её всегда завораживало то, с какой грациозностью листья опадали с деревьев и, танцуя на ветру, уносились куда-то вдаль. И сейчас она тоже надеялась застать это действо. Феликс же её энтузиазма не разделял. Вообще. Он хотел поскорее оказаться дома, потому что на сегодня у него было запланировано много дел. И любование дурацкими листьями, которые будут падать с деревьев, в них явно не входило. Однако Шарлотте он ничего не говорил: не хотел портить ей такое редкое сейчас хорошее настроение. Вместо этого он лишь продолжал молча идти, придерживая и свою, и её сумки, и мысленно надеялся, что никакого листопада сегодня не будет. Надежды его всё же не оправдались. Потому что в какой-то момент Шарлотта остановилась посреди дороги, глядя в сторону деревьев. — Ты чего, Шарлотта? — Феликс так же остановился и глянул на неё. Он уже понимал, в чём дело, но в душе всё равно надеялся, что она просто увидела выпавшего из гнезда птенца. Или собаку. Или ещё что-нибудь, кроме этого дурацкого листопада. — Смотри, — прошептала она и указала пальцем куда-то вперёд. Он медленно повернул туда голову и замер на месте. Там, впереди, кружились в причудливом лёгком танце красные, золотые и оранжевые листья. Они срывались с ветвей деревьев, свободно вспархивали ввысь, словно бабочки, и улетали куда-то далеко-далеко. Выглядело это настолько красиво, что Шарлотта совсем не могла отвести глаз. Она стояла на одном месте и наблюдала за их непредсказуемым движением, словно околдованная. Глаза её светились детским восторгом, с губ не пропадала улыбка. Лёгкий ветерок колыхал её длинные белоснежные волосы, то чуть приподнимая, то опуская их обратно, и это показалось Феликсу гораздо красивее листопада. И, пожалуй, он всё-таки нашёл причину задержаться на улице ещё ненадолго.