IV. Партнёрша. Лечение. ГИДРА

Если ты намерен сдержать своё слово, не нужно уверять меня в этом, просто сдержи его и всё.

Айн Рэнд

«Атлант расправил плечи»

      — Я знаю этот район, — сидя на заднем сиденьи, вещал Стивен. — Меня избивали вот здесь, — пальцем указывает на переулок, мимо которого они только что проехали. — И на той парковке. — и вовсе насупившись, добавил: — И за той закусочной.       — Вы принципиально не хотели убегать? — спрашивает с любопытством и сожалением одновременно Картер.       — Раз убежишь и будешь бегать вечно. — не решаясь взглянуть на агента, едва вымолвил Стивен. — Даёшь отпор, отбиваешься и они когда-нибудь отстанут.       — Я понимаю какого это, когда перед тобой закрывают все двери. — поделилась с ним Пегги. Стив посмотрел на неё и восхитился профилем, обрамленным шоколадными прядками. В такси всю поездку витал цветочный запах, точно лилии начали цвести прямо в салоне.       — Никак не пойму, зачем идти в армию такой красивой дамочке? — спорол глупость, вот идиот. — Ну красивой девушке. — попытался исправить ситуацию он. Пегги повернула голову в сторону Стивена с читающимся вопросом в глазах. — Агенту, не дамочке. Вы красивая, но…       Ситуация ухудшалась и Стив вовсе замолчал, чтобы не испортить всё проделанное между: начатый откровенный разговор по душам. Такой хрупкий, что смущенность Роджерса растоптала воображаемый мостик их сердец грубыми массивными туфлями.       — Вы даже не представляете, как разговаривать с женщиной. — немного хмуро сказала агент, ужасаясь от осознания и от того, как приходилось раньше этому щупловатому парню.       — Вы вторая, кому я сказал больше двух слов. — хмыкнул с толикой горечи тот.       Собеседница внешне проявила интерес — бровь слегка задралась к потолку автомобиля. Она накрашенными губами прошептала:       — И кто же первая?       — Моя сестра, хотя это наверное не в счёт. — он всё ещё чувствует неловкость, исходящую от себя. — Так что, вы первая. Женщины не горят желанием танцевать с тем, на кого могут наступить.       — Вы не танцевали? — удивилась агент, а брови сошлись в жалости.       — Пригласить девушку на танец для меня было страшней смерти. — Стивен уткнул взгляд на кожаный салон такси, пытаясь раствориться от взора собеседницы. — В последние годы я уже смирился с этим, решил подождать.       — Чего? — проникшая его историей, она смотрела на Роджерса.       — Своей партнерши. — кивнул своим словам он, разглядывая знакомые многоэтажки, пока Картер спрятала свою улыбку.       

***

      Стивен лёг на кушетку. На него смотрели железные двери, отчего со стороны конструкция походила на алюминиевый гроб графа Дракулы. По позвоночнику противно пробежал холодок, соревнуясь на перегонки со стекающим потом. Эрскин приблизился к конструкции, заглядывая внутрь, дабы убедится в наличии юноши.       — Как? Удобно? — доктор внимательно наблюдал за Стивом, пока тот невольно нервничал, живот вздувался, отчего виднелись ребра сквозь тонкую кожу.       — Великовато. — отшутился тот, пытаясь придать своему лицу менее болезненный вид. И ему вспомнилась сестра со своей манерой — вставлять комментарии, иногда даже чересчур колкие. — А шнапса вы мне оставили?       — Такое у меня не задерживается. — признался доктор. Хотя бы честно. — Извини. В другой раз. Мистер Страк, что с уровнями?       — Уровни на сто процентов. — ответил прибывший в комнату Говард Старк. Стив помнил демонстрацию на празднике и то, как алая, будто кровавая, машина, едва взлетев, упала.       — Good, — в своей манере ответил Эрскин.       — Возможно, оставим пол-Бруклина без света, но мы готовы, — миллиардер взглянул на тощие тело Стивена и едва не поморщился от ужаса. — Как никогда прежде.       Пегги направилась в комнату для наблюдения, которая находится выше и за стеклом. Перед этим бросив взгляд на него, и Стив не упустил возможности тоже посмотрел на неё. В душе засело ощущение, что он в последний раз любуется Картер.       — Меня слышно? Он включен? — доктор пальцем постучал в микрофон, привлекая внимание собравшихся. — Дамы и господа, сегодня мы сделаем не очередной шаг к самоонегиляции, а первый шаг на пути к миру. — к грудной клетке прицепили две полуклешни так, что они упирались ему в кожу. Иголочки медленно, точно пытка от немцев, впивались в белоснежную кожу. — Мы начнём с серии микро инъекций в основные группы мышц испытуемого. Введение сыворотки повлечет за собой мгновенное изменение клеток. — пробирки с синей жидкостью вставили в специальные углубления. — Затем, для стимуляции роста, испытуемый будет пронизан Витта-лучами.       Стиву не понравился этот термин. «Испытуемый». Можно было обратиться к менее зловещей версии, а то он чувствует себя лабораторной крысой.       Медсестра поставила ему прививку в плечо. Он заметил вновь подошедшего к нему Эрскина.       — Не так уж и больно.       — Это был пенициллин. — повел бровью доктор. — Введение сыворотки, — обратился вновь к остальным присутствующим. — Все готовы? Пять, четыре, — ещё две полуклешни автоматически впились ему в предплечья. — Три, два, — Эрскин положил свою ладонь на кожу Стива, в знак поддержки или проверял его пульс? — Один.       Синяя жидкость начала исчезать из пробирок, а Стивен почувствовал как в его кожу, будто литрами вводится вода, а тело набухает, полуклешни усилили свое давление, больше пронизывая кожу.       — Давайте, Старк. — кивнул доктор. Говард нажал на рычажок, и Стив из лежачего положения оказался перпендикулярно к полу. Конструкция из металла начала закрываться. И дыры сверху, которые он видел, закрыли огромными шлангами по обе стороны.       — Стивен, — доктор постучал, заглядывая в небольшое стекло. — Слышишь меня?       — Наверное уже поздно в туалет сбегать, да?       Эрскин кивнул своим мыслям и сказал продолжать. Говард по часовой стрелке запустил один двигатель, а после, надев солнцезащитные очки, начал крутить включатель Витта-лучей. Гений отсчитал семьдесят процентов прежде, чем Стив закричал от боли. Его крик был слышен и в комнате наблюдения, откуда выбежала на лестницу агент.       — Стивен! Ты слышишь меня?       — Отключайте!       В одно время крикнули Эрскин и Картер.       — Скорее отключайте. — Пегги схватилась за перила лестницы.       — Отключайте реактор, Мистер Старк. — Эрскин подбежал к пульту управления. — Ну же, вырубайте реактор.       — Нет! — раздался крик Стива из светящиеся конструкции. — Не надо, я выдержу!       Говард, не медля, повысил излучение до девяноста, а после до ста процентов. По всей технике началось короткое замыкание. Свет окончательно вырубился. И после томительных секунд ожидания, Пегги увидела, как открываются железные дверки и идет пар. И на той кушетке лежит Стивен, который стал в разы больше, чем прежний. Тело блестело от пота, и он, кажется, потерял сознание от боли.       Все, кто был в комнате наблюдения, начали выходить, чтобы посмотреть на нового Стивена Роджерса — первого в истории солдата программы «Перерождение». Доктор помог встать Стиву, вокруг него десятки людей, но смотрит он только на агента Картер уже с нового ракурса.       — Как ты себя чувствуешь? — она бросает мелкие взгляды на новое его тело, но пытается сосредоточится на лице.       — Выше. — на издыхании говорит он.       — Всё так, — часто дышит Картер, едва не прикасаясь к его обнаженному телу, кто-то сунул футболку в руки, она поспешно передает вещь новому владельцу. — Ты выше.       Барабанные перепонки прорезало от оглушающего взрыва, Стивен на автомате прикрыл собой агента Картер от многочисленных мелких осколков, царапающих и впивающихся вглубь.       — Остановите его! — выкрикнул кто-то из толпы. Стив заметил, что тот человек, который взорвал комнату (очевидно, так как он начал побег), схватил последнюю колбу сыворотки и выстрелил в Эрскина. Стив подбежал к доктору, нагнувшись к телу. Последнее, что сделал раненный перед тем как отключится — пальцем указал в грудную клетку Стива, где-то в районе сердца.       Он не помнит как выбежал, но в сознании мелькнула фигура девушки. Пегги выбежала на середину дороги, выстрелив в жёлтое такси, где находится похититель и убийца. Когда машина двигалась в десяти метрах от агента, Стив схватил девушку, расположив руки на талии, и вместе они упали на обочину.       — Я бы попала! — возмутилась агента.       — Прости. — вставая, крикнул он, ускоряясь. Набирая скорость, Стива не волновало, что сейчас он босиком, что бежит по улице, где множество машин. Его главной целью сейчас поймать того, кто убил доктора.       Заметив, что похититель свернул, он сократил путь, выбегая на дорогу, где доносились возмущенные сигналы автомобилей. Не удержав равновесие, врезается в свадебный магазин с платьями. Быстро поднявшись, Стивен извиняться и продолжает путь. Перепрыгивая через ограду, чуть не сбивает машина, но Стив попытался огородится рукой, будто это ему поможет. Солдат запрыгивает на капот проезжающей на встречу к нему машины, а после на крышу. Лавируя так с одного на другой автомобиль, Роджерс туловищем припадает к крыше желтого такси.              Он удерживается за опознавательную табличку машины, чтобы не упасть. Похититель начал хаотично стрелять в крышу. Не совладав с управлением, машина перевернулась, и убийца доктора вышел на улицу, стреляя в Роджерса. Взяв в руки отвалившуюся дверцу такси, Стив начал приближаться.       Похититель взял под прицел подростка.       — Назад, — угрожает тот. Стив вскидывает руки к небу, показывая, что, мол, белый флаг, но когда мужчина скрылся, то быстро бросается вслед.       — Нет, постой. Не надо. — пытался облагоразумить тот, похититель перевёл пистолет с подростка на Роджерса, но пуль у него не осталось, и, не придумав ничего лучше, он закинул рыжего мальчишку в воду, побежав дальше. Отвлекающий маневр не удался — парень умел плавать.       Стив запрыгнул в воду за похитителем, когда тот уже сидел в подводной лодке, разбив стекло, вытащил его на сушу. Пробирка разбилась, выпав из пиджака.       — Ты кто к черту такой?! — хватая за воротник, зло спрашивает Стивен.       — Тот, у кого отсечешь одну голову — вырастет две. — он раскусил у себя что-то во рту. — Хайль Гидра. — с пеной в полости рта прошипел он, окончательно умерев.

***

      — ГИДРА— особое научное подразделение нацистов. Руководитель организации Иоганн Шмидт, его амбиции гораздо больше, чем у Гитлера. — ответила Пегги Картер полковнику и другому чиновнику. Стив затянул бинт на плече, он только что сдал кровь.       — Утром я говорил с президентом. — начал Филлипс. — С этого дня у нашей структуры новая задача. Мы направим все силы на атаку ГИДРЫ. Я уже отправил письма некоторым полкам с планом захвата, они пойдут в атаку. Пакуйте чемоданы Картер, вы тоже Старк, — обратился к инженеру полковник. — Вечером вылетаем в Лондон.       — Сэр, если цель Шмидт, то я с вами. — вмешался Стив, желая использовать всего себя на поимку и свержение Шмидта.       — Тебя будут изучать в лаборатории, — предчуев возражения Роджерса, он продолжил: — Я рассчитывал на целую армию, а получил только тебя. Ты — не армия.

***

      — Хорошая работа, Роджерс. — похвалил её Дин. Хоть в похвале она не нуждалась, Оливия смущенно улыбнулась. Было приятно услышать такие слова от того, кто выше чином. От Филлипса она бы дождалась только инсульта.       — Я вас тоже, офицер. — кивнула и вышла та из шатра в госпиталь. Помощь явно не помещает. Открыв палатку, она увидела людей лежащий на койках.       — Оливия, — обратилась к ней одна из медсестёр. — Денни нужно зашить и обработать глубокую рану.       — Я справлюсь, — убедила шатенка блондинку или саму себя — Роджерс понятие не имеет. Главное что? Держать лицо.       — Сержант вызвался добровольцем, так что он в твоем распоряжении. — неоднозначно хмыкнула блондинка и удалилась помогать другим солдатам. Обернувшись, Оливия увидела Барнса. Он вызвался добровольцем помочь? Интересно почему такую авантюру одобрили? Мол, мало боевых действий и такая погрешность, как медицинская помощь со стороны солдата, приемлема в данном случае?       — Доброволец? — так и спросила она у него с усмешкой.       — Да, решил помочь своим товарищам. — он прошёл к тому самому Денни, указывая ей путь. Она взяла в руки всё необходимое.       У Денни рана в районе рёбер. Оливия присела на корточки, чтобы сравнятся с его телом.       — Хорошо, — девушка собралась с мыслями. — Я приоткрою рану ты её дезинфицируешь, промокнешь ватой, а я зашью.       — Лады, — переключился он, открывая антисептик. В нос тут же ударил запах спирта. Баки посмотрел на Оливию, которая неотрывно смотрела на порез Денни. — В первый раз будешь зашивать?       — На настоящем человеке — да. — тут же собралась она, не желая показывать свою слабость. Баки внутри себя остался доволен, он понимал, что, спросив, предаст ей некую уверенность для дела.       По указанию он продезинфицировал рану. Денни начал шипеть от боли. Оливия взяла уже вставленную в иглу нить, и продела кожаный покров солдата. Совершив первый узел, она вроде как успокоилась. Но под пристальным взглядом Барнса не спешила расслабляться. И сейчас ей пришло в голову, что с раной смогла справится и сама без его помощи.       Его глаза следили за каждым движением руки. Неужели он так боится, что она не так, в прямом смысле этого слова, зашьет солдата?       Продев кожу иглой в последний раз, облегчающий для самого Денни, хотя он не подозревал, что сама боль будет только сейчас, Оливия затянула шов потуже, чтобы он не разошёлся в последний момент. Бедный Денни простонал от боли. Оливия принялась завязывать узел.       — Чедвик, — сладостно пропела медсестра-блондинка, которая встретила Оливию, сама шатенка обернулась за спину, чтобы посмотреть отчего произошёл такой прилив радости. — Милый, ты как?       — Привёз вам письма. — сам Чедвик оказался поставщиком писем или почтальоном. Размяв руку и скривив лицо, Оливия вновь обернулась к солдату и Барнсу сидевшему напротив неё. — Тут одно от Филлипса для Уилсона.       Эта информация заинтересовала Оливию, что такого мог написать полковник? Возникший интерес девушки не ускользнул от Баки. Закончив «чинить» Денни, они перешли к Дрейку. Как описывал блондин, у него вывихнуто плечо.       — Ты умеешь вправлять плечо? — заинтересовался Барнс.       — Только теоретически. — улыбнулась она и обошла Дрейка, и заметив испуг на лице блондина, тут же добавила: — Но, уверяю, я не сломаю его.       — Это мало успокаивает, — он, кажется, смирился со своей участью. Барнс оперся спиной об железную часть кушетки и стал наблюдать. Найдя нужную точку на лопатке, одной рукой взяла плечо другой спину и резким движением под характерный щелчок костей вставила сустав на место. — О Господи. — простонал тот.       — Мисс Роджерс, — голос Чедвика. Оливия обернулась на него. — Это вам. — он удалился. В руках было письмо с инициалами ГС.       — Это Стив? — тут же спросил Барнс, до этого молчавший.       — Нет, — она непринужденно сунула письмо от Старка в карман юбки. Если он написал что-то важное, то всё будет просто замечательно, если какую-нибудь чушь, то она дальше не станет читать. — Думаю, он напишет, когда у него появится время.       — Судишь по своему опыту? — легко спросил он, невольно напоминая, что та не торопилась писать поэмы в Бруклин. В голубых глазах читалась заинтересованность и зрачки бегали от её лица к карману с письмом.       — Можно сказать и так. — девушка повернулась обратно и удивилась от увиденного. Выстроилась так сказать очередь из солдат.       — Я сказал Франческо, а он Сэму в общем-то им всем нужно вправить суставы. — непонятно откуда материализовался Дрейк. Злой взгляд Оливии метнулся к нему. Она подняла бровь, а рядом со стороны Барнса услышала усмешку. — Ну, мне уже помогли, так что разбирайтесь сами.       Оливия посмотрела на Барнса спрашивающим взглядом, а он поднял брови, мол, нужно вправлять. Посмотрев на пустующие кушетки и пожимающую плечами блондинку, Оливия почти смирилась. Почему бы не позволить такое? К тому же штурм оказался удачным.       — Давай я тебе покажу, поможешь мне. — решила запрячь и его. — Ты же доброволец.       — Всё верно, но боюсь не смогу рассчитать силы. — любезно сослался Баки, растянув губы в соскальзывающей улыбке.       — Ничего, я покажу как нужно. — она рукой призвала одного из солдат, чтобы тот сел на деревянную коробку. Барнс подошёл ближе и сложил руки на груди «внимательно», иногда даже переигрывая, начал наблюдать за действиями. — Нужно соблюдать три основных пункта. Плечо, — она взяла в правую руку часть тела. — Спина, — левой рукой спину. — И щелчок. — быстрым движением вправила плечо. Солдат выругался, но встал. — Ты понял?       — Не совсем. — его брови свелись к переносице, а пальцами одной руки он подпер подбородок. — Можешь повторить момент со щелчком.       — Ладно, — терпение быстро начало заканчиваться, Оливия выдохнула, чтобы успокоится. — Повторяю ещё раз для особенных. — особенный. — Плечо, — уже другой парень сидел на кубе. — Спина. Щелчок. — характерный звук. — Сейчас понял?       — Всё же, я не пойму…       — Ты издеваешься надо мной? — вскипела она, и от резкого смена тона третий солдат подпрыгнул на дереве. Взглянув на лицо вовсе «не понимающего» Барнса, решила что будет делать с ним.       Баки в зелёных глазах девушки за всё время пребывания в госпитале увидел блеск, который ему не очень-то и понравился.       — Садись, я покажу на тебе. — гнев сменился на милость. Третий солдат уступил место.       — У меня всё нормально. — усмехнулся он имея в виду плечо. Баки сейчас не хотелось попадаться под горячую руку Оливии.       — Я не сильно, у тебя лишь выйдет воздух из сустав. — она усадила Джеймса на куб. Ситуация ему не очень начала нравится. И зачем он вообще зашёл в шатер? Её рука прикоснулась к его спине. — Расслабься. — весело хмыкнула она. — Плечо, — сквозь рубаху Баки почувствовал, что сейчас рука у Оливии холодная. — Спина. Щелчок. — боли он не почувствовал лишь услышал звук. — Я же говорила ничего страшного. — начала подтрунивать Оливия.       — Да, кажется, я понял. — понял он что нужно делать, ещё когда Оливия вправляя плечо Дрейку.       — Слава Богам. — девушка продолжила «лечить» солдат. Баки невольно засмотрелся на её профиль сбоку. На темные, слегка вьющийся, волосы собранные в небрежный хвост снизу, на напряженную челюсть, которую так и хотелось. Смотреть вечно, конечно же.

***

      После того, как вся суматоха с лечением закончилась, Оливия обессилено поплелась к Уилсону. Ей очень хотелось узнать, что написал Филлипс, потому что знала, что просто так он точно не напишет.       Оставив шатер позади себя, Оливия остановилась перед входом. Уже стемнело. Поздно все-таки, может офицер и спит. А она придет такая, чтобы усмирить своё любопытство. Нет, как это не правильно.       — Оливия, — из угла в темноте появился Барнс.       — Господи! — она подскочила на месте от испуга, кинув удар в сторону возникшего голоса, но Баки перехватил её руку в запястье.       — Вообще нет, — усмехнулся тот, почувствовав, как потеплевшая кожа исчезает из его ладони. Оливия благодарна погоде или факторам природы, что сейчас ночь, иначе бы он смог разглядеть её покрасневшую шею и частично лицо. Какое-то касание воспроизвело такую реакцию на её организм, что ей поплохело. Некий спазм появился в животе.       Не драматизируй, — этот голос она тут же заткнула в своей голове. Хоть сейчас и был небольшой ветерок, сдувающий его прикосновение, на своем запястье Оливия ощущала его отчетливо. А может просто она и вправду драматизирует?       — Ты идиот? Я чуть к праотцам не отправилась. — Оливия попыталась успокоить своё дыхание, предварительно ударив его в плечо, будто ничего не было для неё и внутри сердце не пляшет чечетку.       — Дороти попросила сказать тебе, что следующая поставка только через три дня. — не обращая внимания на оскорбление, продолжал Барнс, как бы соглашаясь с ней игнорировать тот факт, что их лица освещает лунный свет, отчего, если напрячь глаза, он видит панику и смущенность на лице Роджерс.       — Дороти? — она попыталась напрячь память, чтобы вспомнить это имя, а в сложившийся ситуации её мозг просто отключился.       — Блондинка из госпиталя. — любезно подсказал Барнс, замечая рассеянность той, и сощурил глаза в ухмылке.              — Точно. — она отсалютовала ему, в знак благодарности, как недавно он делал ей самой и прокляла себя за это. Что она это будет теперь пародировать его ему же? Какие глупости.       — Решила в гости заскочить? — взглядом он указал на подобии шатра, где находился Уилсон. Баки упирался на палку удерживающую ткань.       — Хочу узнать, что написал Филлипс. — поделилась Оливия, вроде как успокоившись. Сейчас атмосфера ощущалась не такая же как и в Бруклине, там все душило, мысли съедали голову изнутри, а здесь было немного простора. Было и время для раскладывания мыслей по полочкам.       — Он написал о переустройстве полка. — голос Уилсона сзади напугал Оливию, отчего та подскочила. Оказывается он не спал и вообще был на улице. — Пошли. — обратился Дин к Роджерс. Девушка напоследок взметнула бровями, показывая Баки, что сейчас начнётся самое интересное и зашла в шатер.       — Переустройство полка? — любезно напомнила тему разговора она, когда они остались наедине, огорчившись, что контакт с Барнсом так внезапно прервался. В душе что-то начало неприятно скребсти.       — Полковник сообщил, чтобы мы все силы направили на штурм ГИДРЫ. — угрюмо сказал он.       — А зачем? — девушка большим пальцем указала на вход.       — Завтра я объявлю всем, — тут же ответил Уилсон, приоткрывая полотно шатра.

***

      Утром Дин собрал полк и сообщил, что они выдвигаться через пару часов. Также он сказал, что их противник куда серьёзнее.       — Филлипс приедет завтра. — сообщил Уилсон ей. — Тогда начнется дождь. Нам нужно успеть дойти до штаба ГИДРЫ, прежде чем пойдёт ливень.       — Может нужно подождать полковника? — осторожно спросила Оливия.       — Шмидт с каждым днём делает свое оружие опасней. — он затянул шнурки на портфеле.

***

             Находясь внутри клетке с солдатами, Оливия лихорадочно пыталась придумать план. Сердце бешено стучало. Последователи Шмидта взяли их в плен.       Оливия слышит выстрелы. Это уже не просто захват лагеря, у сектантов намного прогрессивнее орудие нежели у них. Оливия видела, как синий заряд энергии промчался мимо неё в солдата позади нее. Он со скоростью врезался в дерево от мощности оружия, повредив себе позвоночник.       — Не трать на меня повязку. — с придыханием произнес он, когда та закрепила ему голову. — Я все равно умру.       — Ты не умрёшь, — хотела она себе верить. — Я оставлю тебе маечек, когда всё стихнет нажмешь на него, с помощью его местонахождение можно отследить и тебя найдут. Ты главное, не двигайся. — он кивнул. Оливия высунула голову, ветками прикрывая тело солдата, замаскировав.       Тем временем в десяти метрах от неё, офицер Уилсон сражался с врагом. Но у последнего было преимущество, он выстрелил в Дина. Оливия прицелилась в противника и выстрелила в цель. Она подбежала к нему, оторвав у себя на рубашке часть материла, и приложила к его ране. Ткань мгновенно пропиталась кровью.       — Офицер, главное не отключайтесь. — она знала, что в таком случае он больше не очнется. — Попытайтесь сосредоточиться на чем-то. — она достала из поясной сумки антисептик. — Слышите? Главное не закрывайте глаза. — она одной рукой похлопала его по щеке приводя в чувства. Но в карих глазах офицера всё меньше прояснялся рассудок.       — Д.зи, — прохрипел он, а на губах его была кровь, и глаза застыли. Пощупав пульс, Оливия его не обнаружила. Офицер Уилсон мертв. Руки у неё задрожали, да и не только они, все тело било огромную судорогу. Офицер мёртв. Смерть казалась такой нереальной, когда они праздновали удачный штурм лагеря немцев, а сейчас.Сейчас он умер.       Она поднялась с колен. Остальным важнее помощь. С болью в сердце Оливия убрала руки от раны Уилсона.