Часть 1

И, хотя мы были уверены в своей правоте, система нас всё равно сломала.       Существует четыре типа людей: те, кого система ломает; те, кого система прогибает; те, кто избегает систему и те, кто сам становится системой. К первому типу из обителей «Пятницкого» относились и относятся Глухарёв и Карпов. Один устал и сдался, а другой временно потерял разум, лишился давно потрёпанных нервов окончательно. Что же до второго типа...иногда я отношу к нему себя. Но лишь иногда, потому что сразу же задаюсь вопросом: «а так ли это?». Честно говоря, даже не знаю. Ну, впрочем, для этой группы у нас есть ещё люди: Исаев и Терещенко, плывущий по течению Дэн, генерал Захаров...их много. По крайней мере достаточно, чтобы назвать эту группу самой многочисленной. Третий тип и вовсе удивителен. Почему-то в эту «компанию» вошли Агапов и Черенков. Простые, незатейливые и, самое главное, не думающие о происходящем вокруг. Казалось бы: как можно работать в органах и избежать систему? Я без понятия! Но они каким-то чудом смогли. Система...кто же стал само́й системой? Ирина Сергеевна. Думаю, она всегда была прирожденной начальницей. Пользоваться системой в своих целях, находить в ней лазейки и успешно прижиться во всем этом — действительно талант. А я? Я не система. Я идеалист. Идеалист, которого почему-то занесло в систему. Идеалист, который почему-то не прогнулся под систему. Идеалист, который почему-то не сломался. Идеалист, стажер-мальчишка, сын известного адвоката, «тот следак, что подмочил репутацию нефте-магнату», следак из ГСУ. Николай Викторович Тарасов. Ну или «Коляня» в конце концов. По крайней мере так называл меня сломанный системой Глухарёв. «Тарасов» — фамильничал сломанный системой Карпов. «Николай», иногда попросту «Коля» называла меня сама система в лице Зиминой. «Колян» — обращались ко мне прогнувшийся Дэн и избегающие систему Агапов и Черенков. А вот к какому типу отношусь я? Не знаю.