💀

— Ну что, Сопливус, всё уяснил? — приставляя палочку к шее слизеринца, спрашивал Джеймс Поттер, пока Римус и Питер стерегли коридор с двух сторон, ведь сегодня дежурит профессор Стебль, она умеет быть строгой, пусть и хорошая сама по себе дамочка. — Пошёл ты, Поттер! — выплюнул в лицо с кровью слова Снейп. — Ну всё, ты покойник, Снейп! — зарычал Блэк, ведь не позволит плеваться в лицо его лучшего друга. — Стой, Бродяга, — попросил Джеймс, убирая палочку, а после ногой ударяя по руке до хруста костей. Северус завыл, не желая подарить им свой крик боли. — Шухер! — подбежал Хвост. — Бежим в сторону Лунатика. Не успели мародёры скрыться из виду, как профессор Стебль нашла Снейпа. И как не пыталась выяснить, почему он побитый перед отбоем лежит под библиотекой, не смогла. Он сказал, что напали со спины, а свечи уже не горели в коридоре. Профессор тяжело вздохнула, а Северус решил, что обязательно отомстит. Он уже упал в глазах Лили в прошлом году, а значит можно мстить в этом мародёрам без тормозов. И начнёт он с малого. Почти две недели Северус сторожил вход в гостиную Гриффиндора и выяснил пароль. Оборотнее зелье он приготовил себе ещё в прошлом году на всякий случай, теперь оставалось выпить его, чтобы Полная дама впустила. Больше всего по комплектации Снейпу подходил Люпин, чтобы одежда подошла после обращения, и на занятиях по ЗоТИ сумел взять волосок.   *** — Обожаю Хэллоуин! Настоящий праздник, а не день! — смеялся Джеймс, входя в гостиную и направляясь в спальню. — Ненавижу Самайн, — закатил глаза Сириус. — Моя семейка на нём помешана. — Но ты теперь не сын Блэков, — напомнил Хвост и Сириус засмеялся. — Какое облегчение. Римус открыл дверь спальни и удивлённо уставился на четыре съедобных огромных пончика в виде черепов. Вдохнув запах, Люпин поморщился, будто зельем отдавали. — Лили обещала сюрприз, наверное, это он! — восхитился Джеймс. — Странный запах, — прошептал Римус. — Маггловские рецепты отличаются от наших, — припомнил Петтигрю. — Точно! — воодушевился Поттер. — Давайте попробуем еду моей будущей жены. — Я пас, — заявил Римус, присаживаясь на кровать под неодобрительные взгляды. — Я — пас! — Ой, Луни, — попросил Сириус. — Давай уважем Лили. — Мне не нравится запах. Я — пас! — Хватит, ребят. Он лишается вкуснятины, четвёртый поделим между собой, — засмеялся Джеймс, беря в руки пончик. Трое из четверых мародёров с удовольствием вкушали вкусности, а когда доели, то как раз вошла Лили с коробкой в руках. — Привет, ребят! А вот и мой сюрприз — маггловские самые вкусные шоколадные конфеты. Родители целый ящик прислали. Ребят? Улыбка с лица Лили исчезла, глядя на перепуганных троих ребят. Римус же сидел и улыбался, а остальные мародёры переглядывались с круглыми от ужаса глазами. — Лили, здесь были пончики в виде черепов. Разве это не твои? Тематика Хэллоуина, — прошептал Джеймс. — Нет. Я же сказала, что зайду. Может, здесь записка есть от кого-то? Римус хлопнул себя по лбу, ведь нужно было сразу проверить. Подняв поднос, увидел записку. Достав, начал читать вслух: — «Надеюсь, вам понравились пончики со слабительным. И да, внутри них моя моча». — Снейп! — закричал в ярости Блэк. Питер ухватился за задницу и за рот, желая вырвать и опорожниться. Сириус рванул за ним, хватаясь за задницу, а Джеймс, виновато улыбаясь Лили, подошёл к сундуку с чистыми вещами. — Джеймс, ты чего? Иди очередь занимай в туалет, — засмеялся Римус. — Так-то оно так, но мы с Бродягой сегодня на ужине подлили слабительное четвёртому курсу, достали сильно кричать о грязнокровках, наслушались слизеринцев. Там всё занято, я сразу в душ. Джеймс пукнул, виновато глядя на Лили, а после быстро рванул прочь за дверь, матерясь на весь коридор. Записка самовоспламенилась, а Лили недовольно покосилась на поднос. — Ну, Северус! Я ему устрою! — Не лезь в нашу битву. Уверен, Сириус с Джеймсом придумают наказание. Лили не придала этому значение, как и Римус, но в этот же год оборотень чуть не убил Северуса Снейпа, поэтому уже через год Снейп на Хэллоуин прислал мародёрам огромный череп с тыквы и мяса. И пускай они его не ели, но тухлое мясо завоняло всю гостиную. — Я его убью! Клянусь! Я его убью!