27. Оригами

– Это... Листы из какой-то книги? – настороженно интересуюсь я. – Нет, это обычная никому не нужная бумага, – в своей обычной манере отвечает Барадун, – Я бы не стал портить книги ни в коем случае! Я киваю с некоторым уважением. По крайней мере, доля адекватности в этом хаотичном чародее есть. Он уважает книги. Я задумчиво наблюдаю за тем, как он ловко складывает из бумаги какие-то фигурки. Это выглядит так сложно и красиво, что я не могу оторвать взгляд. – А что ты делаешь? – я не выдерживаю, и всё-таки спрашиваю. – Это? – Барадун указывает на одну из готовых фигурок, – Оригами. Техника восточного искусства. Ну, очень просто говоря, это фигурки из бумаги. – Как у тебя это получается? – продолжаю расспрашивать я, – Это магия? – Нет, никакой магии, – тут же возражает он, – Это просто фигурки. Обычные. Мне скучно, я где-то нашёл бумагу, и решил сложить что-нибудь. – Это и в правду так просто? – задумчиво интересуюсь я, – А можно я попробую? Барадун пожимает плечами и протягивает мне почти не смятый чистый листок. Первым же неаккуратным движением я рву его, отрывая едва ли не половину. Проговариваю под нос что-то, напоминающее извинения, и пробую ещё раз. На этот раз снова отрывается кусок. – Ты слишком напряжена, – говорит он, – Так ты будешь постоянно рвать бумагу. Нужно мягче, нежнее, словно держишь в руках... – Нет, нет нет! – я довольно быстро прерываю его, зная, что он произнесёт, – Не хочу слышать пошлых шуток. И даже знать не хочу, откуда в твоей голове именно подобные сравнения. – Ты убила это, – обречённо произносит Барадун, глядя на рваный листок в моих руках, – Дай сюда. Он забирает у меня позорное недотворение, первый неудачный дубль, и одним изящным движением руки поджигает бумагу. Она тут же вспыхивает, и через пару мгновений от неё остаётся только горстка пепла. Я смотрю на догорающую бумагу, как зачарованная. – Красиво горит... – восхищённо произношу я. – Хорошо, что мы больше не в лесу Эолин, – благоразумно замечает Барадун. – А можно, я попробую ещё раз? – неуверенно спрашиваю я, – вдруг получится получше, чем... это? – Всё лучше, чем это! – без доли сочувствия заявляет Барадун, – Так что старайся. Если хочешь, конечно, чтоб у тебя хоть что-то дельное получилось. – Тьфу, весь настрой пропал, – разочарованно отвечаю я. – Ну и ладно, – он пожимает плечами, и возвращается к своему занятию. Вот же ж заняться нечем на привале! Я глубоко вздыхаю, и тоже возвращаюсь к своему занятию – наблюдать за тем, что делает он.