Хиджиката как-то сказал

— А смелости тебе не занимать, — произнес Такасуги. Дым от сигары обволакивал его силуэт, опускался вниз под тяжестью холодного воздуха. Да сколько можно дымить, подумал Сого. Дымит, как паровоз. Хиджиката как-то сказал, что курит для успокоения нервов, но сам всегда такой нервный, словно и не курит вовсе. С другой стороны, кто знает, каким бы он был без сигарет, может, психом в кубе. Такасуги выглядел респектабельным и спокойным человеком, хотя сам являлся боссом мафии, а это работенка похлеще, чем прохлаждаться в Отделе по борьбе с нелегальным алкоголем и организованной преступностью. Так что, возможно, сигаретный (сигарный в данном случае) дым в самом деле убаюкивал нервы. — Надеюсь, ты хорошо подумал прежде, чем наставить на меня пушку, — продолжил свою мысль Такасуги. — И ты надеешься остаться в живых после этого? Ну и ну. Ошибаешься, подумал Сого. Я вообще не думал, когда наставлял на тебя автомат, это был чистый инстинкт. И да, черт возьми, я намерен выжить! Но теперь, когда самого Сого держала на прицеле вся улица, выживание стало несколько проблематичным. Нужно опустить оружие, но если он это сделает — проиграет. В висках у него стучало, но страха не было. Почему же они не стреляют? Почему? Вывод напрашивался только один: пока босс не отдал приказ, стрелять нельзя. Ну Хиджиката, ну ублюдок! Покажи ему, говорит, свой потенциал, Сого. Сделай что-то неожиданное, прояви фантазию, и тебя примут в Кихейтай, как пить дать. «Как пить дать» — отличный слоган для тех, кто изо всех сил борется с нелегальной торговлей алкоголем! Ну что же, нужно и дальше держать марку внезапности. — А почему на вас нельзя наставить пушку? — дерзко спросил Сого. — Только потому, что вы глава Демони Ностра? Такасуги по-прежнему выглядел спокойным, попыхивал сигарой. Может он задался целью обеспечить себе дымовую завесу? — Почему же нельзя, можно. Возможно, у тебя получится выжить после этого. Почему ты думаешь, что у тебя получится? — Потому что вы возьмете меня на работу, — ухмыльнулся Сого. Ухмылка вышла жалкой, по правде говоря. — И зачем бы это мне брать на работу копа под прикрытием, м-м-м? Вот и конец, подумал Сого. Вся жизнь прошла перед глазами, хотел бы он сказать, но ни хрена не прошла. Пристрелят? Пусть. Хоть одного он заберет с собой. Такасуги, конечно, прикроют, значит не его. В памяти всплыла подсказка от Хиджикаты. Он как-то сказал, что Такасуги преуспевает во всем лишь потому, что… — Потому что вам нравится делать то, чего не делают другие, вот почему. — Хм, — промолвил Такасуги, — ты даже не стал возражать. Честность — вот что я ценю в людях. Пожалуй, ты принят. Опустите пушки, — негромко добавил он. И оружие словно испарилось из рук, что только что его держали. Сого тоже опустил свой пулемет. Если его приняли, нужно подчиниться приказу босса.