Глава 1. За несколько часов до...

      Хиро слушал гудки из телефона, перебирая работы учеников на столе. Его ученики писали сегодня контрольную по физике, и он только завершил проверку.       «Да, Хиро, что-то случилось?»–немного уставшим голосом спросил дядя Энт.       –Друг мой, вот объясни! Почему все ребята написали контрольную на 4 и 5, а моя Элис на 2? Почему ведет себя так плохо? Долго мне еще слушать на уроках её болтовню? А нарочное непослушание, что с этим делать? Её проделки уже поперек горла! Вот вернётся домой...       –Хиро, у неё просто такой возраст, это нормально.       –Нет, это не нормально! Почему остальные ребята ведут себя хорошо? Сидят тихонько, учатся.       –Генетика такая, себя вспомни в 13 лет. Учился?       –Учился!       –Ага, учился ты, если только из под палки. Помню, как дядя Фрай ухо твое дергал за плохие оценки, когда вы только из кабинета директора вышли. Вспоминаешь?       Конечно, Хиро помнил о том, как он "учился", как отца в школу вызывали, как тот, ради наказания, мог и через весь город, держа сына за ухо пройтись. И как Фрай порол непослушного мальчишку то за драки, то за прогулы. Всё это мужчина помнил, зла на отца не держал, но каждый раз после наказания, лежа в кровати и глотая слезы, клялся себе, что никогда не станет так поступать со своими детьми, слишком уж глубокие раны оставил данный метод воспитания.       –Было дело. Но ведь вырос! Жив, здоров! Всегда знал, что за дело...       –Поэтому неделю с родителями не разговаривал? Может, для дяди Фрая это и был концерт, но тебе просто не хватало отцовской любви. Да и ты обещал её в полном объеме дать своим детям.       –Я и так их балую!       –Пару минут назад ты хотел избить Элис. Может, ей тоже не хватает твоей любви, как у тебя когда-то?       –Не избить, а наказать. Да и нашел кого сравнить... Меня отец, извиняюсь, драл так, что молнии из рук во все стороны летели! И это только за 3 по математике! А вот если бы я ему урок сорвал... Ууу, даже представлять страшно. Прям в аудитории, наверное, и поучил бы правилам поведения. Я разве так делаю? Часто ли я её вообще ремнем бью? Вот в нашем детстве, как ты помнишь, был праздник, если в руках старших ничего не было. Отшлепают, да и всё. Да, до слез и истерики, да, садиться тоже больно. Но хоть не ремень, который так кожу разогревал, что даже несколько дней после больно было.       –Это было в прошлом! Да, согласен, дядя Фрай был строже в воспитании, чем ты, но и ты не главный мученик, раньше детей и для профилактики розгами секли, и что теперь, пойдешь на улицу ветки собирать?       –Да смысл её для профилактики сечь? Она себе за день на целый рапорт зарабатывает...       –А может она пытается понять границы дозволенного? Поэтому и творит, что хочет и не хочет.       –Думаешь?       –Ну, вдруг... А вообще, у меня сын так делал, когда пытался понять, что сильно плохо, а что я воспринимаю нормально. Только у него это было в детстве, сейчас он вырос, прощупывать уже страшно. Мы ведь не можем предугадать, что они будут делать и где гулять. Догадываются, что неправильно, но как мы отреагируем–не знают.       –Ну так ладно твой сын, ты вообще парень непредсказуемый!       –В смысле?       –В прямом. Ты детей не бьешь, они вообще не знают, что от тебя ждать. Вдруг натворят что-то слишком серьезное, а ты взбесишься и через колено. А мои дети знают, что если что-то серьезное, то отшлепаю точно.       –Так потому и скрывают свои грехи, знают, как получать больно, а вдруг получат еще больше, чем обычно. Ты не смотришь со стороны детей.       –Хорошо, что ты предлагаешь?       –Предлагаю сесть вам спокойно и поговорить. Ты должен объяснить, что её поведение тебя расстраивает.       –Оно меня не расстраивает, оно меня раздражает! Элис ленится, ведет себя просто ужасно, наносит материальный ущерб и делает всё это нарочно!       –Хиро, для Элис ты–отец. После смерти Коралины–единственный родитель. Кто, как не ты, должен искать подход к дочери? Что изменится от того, что ты поднимешь на неё руку? Неужели последние 10 лет не являются для тебя примером того, что никакая порка не изменит поведение детей? Элис–милый ребенок с большим будущим!       –Ага, этот "золотой" ребенок сейчас у меня в школе класс разносит.       –С чего ты взял?       –У меня камера в классе весит, вижу свое золотце во всей красе.       –Ты повесил камеру в классе, чтобы следить за дочерью?       –Неа, просто постановление пришло, что в школе необходимо поставить камеры. Бух...       –"Бух"?       –Ага, она телевизор уронила.       –Оу, дорогущий, наверное... Но я уверен, что она не специально.       –Конечно, просто мяч по классу гоняла. Я вот думаю, как мне её теперь наказать...       –Ну, мы ведь не рассматриваем вариант с отсутствием физического насилия?       –Конечно.       –Тогда не знаю...       –Может по методике "стоимость=удары"?       –А сколько он стоял?       –142 тысячи.       –Тогда не стоит... Хиро, ты извини, нас всех к начальнику вызывают, давай продолжим разговор попозже, хорошо?       –Да, конечно. До звонка.       –До звонка.       Разговор прервался. Хиро не отрывал взгляд от экрана компьютера, где Элис кружилась в классе. Когда девочка вышла из школы, мужчина пошел делать себе кофе. Он полночи потратил на то, чтобы составить контрольную, отчего не выспался и ему требовалась дополнительная энергия. Отец спустился на первый этаж, заварил кофе и принялся пить. Как он понял чуть позже, дядя Энт был прав. Поведение Элис его печалило и расстраивало, он не знал, что делать. Хиро хотелось, чтобы это всё был сон. Чтобы Коралина была жива, чтобы дети вели себя хорошо. Но это было невозможно.       Пил он медленно, мысли его сильно захватывали. На третьем глотке, кофе стал холодным. Только на пятом глотке Хиро понял, что совсем забыл добавить сахар. Он совсем потерялся во времени, и в очередной раз, подогревая кофе, услышал, как раздался телефонный звонок. Мужчина взял трубку, и на том проводе услышал голос воспитательницы, которая спрашивала, когда он заберёт сына из детского сада. Глаза Хиро округлились, он бросил взгляд на настенные часы и понял, что уже 6 часов вечера. Извинившись и пообещав, что через 15 минут будет на месте, он повесил трубку, быстро оделся и сделал последний глоток кофе. Однако, мужчина совсем забыл, что буквально только что разогрел напиток, отчего тут же почувствовал боль.       Во время бега, он почувствовал, что язык стал больше, но значения этому особо не придал. Когда отец уже подошел к воротам сада, он увидел воспитательницу и сына, которые весело резвились на площадке. Женщина, увидев родителя воспитанника, взяла мальчика за руку и отвела к отцу. Хиро уже хотел поблагодарить её, однако, язык слушаться совсем не хотел, да и больно было. Поблагодарив воспитательницу улыбкой и поклоном головы, он повел за руку мальчика домой. Малыш ничего странного не заметил, так как рассказывал всё сам. А на вопросы о покупках мороженного и игрушек, Хиро вертел головой.       Когда они пришли домой, Элис в здании не было.       «Как странно, она уже должна была давно вернуться...»–подумал Хиро: «Я планировал её наказать, пока Хико был в детском саду. Гуляет что-ли?»       «Папа, а можно мультики посмотреть?»–прервал мысли Хиро мальчик.       Отец улыбнулся и положительно кивнул. Хико побежал скорее усаживаться на диван и искать пульт, пока мужчина накладывал ему еду.       «Отлично, Хико под присмотром, Элис пока где-то гуляет, а у меня есть время поработать.»–подумал отец, в глубине души надеясь, что с дочерью всё хорошо и она скоро вернется.