Пролог.

Пролог. Приют имени Маргарет Коул, на первый взгляд, имел весьма заурядную историю. Основала его в середине 50-ых годов бывшая заведующая сиротского приюта Вула, в честь которой, после ее смерти, и назвали ее детище. Миссис Коул нельзя было назвать святой, в своей жизни она совершила много того, чем не может гордиться. Тем не менее, лишь благодаря ей сотни сироток пережили все тягости военного времени. Будучи ответственной женщиной, не безразличной к судьбам детей, она из последних сил пыталась свести концы с концами и удержать вверенный ей приют от падения за грань нищеты. Постоянная бедность, необходимость самой приглядывать за всеми хозяйскими, медицинскими и педагогическими проблемами сильно истощили ее здоровье. И пусть сил, чтобы подарить детям еще и любовь ей не хватало, однако, ее отношение все равно поселило глубокое чувство благодарности в сердца воспитанников приюта.  Некоторые из них достигли успеха, найдя стабильный заработок, часть из которого отправлялась миссис Коул. В какой-то момент, не иначе как по велению судьбы, приют привлек внимание одного состоятельного джентельмена, пожелавшего возвести на месте приюта офисное здание. В обмен на это он предложил возвести за свой счет новый приют, лучше прежнего, в другом месте. На что, после недолгих размышлений, дала согласие миссис Коул.  Ко всеобщему сожалению, Маргарет вскоре была сражена болезнью и оказалась прикована к постели. Тем не менее, на тот свет женщина ушла с улыбкой на лице и чистой душой, успев застать открытие нового приюта, на которое собрались десятки ее воспитанников, чтобы отдать в последний раз дань уважения этой женщине.  Заведующей нового приюта стала Марта Коул, племянница покойной, которую та давно готовила в качестве своей сменщицы. И, несмотря на некоторые сложности, та справлялась вполне достойно. Все шло своим чередом и не происходило ничего необычного.  Точнее, не происходило ровно до холодной осенней ночи 1979 года, когда на пороге приюта появился измазанный в крови сверток, к которому было привязано письмо. «Деймос Антарес Эмрис. 17 сентября 1979 года.  Homo quisque fortūnae faber» В свертке оказался крохотный мальчик, весом чуть больше двух килограмм. На голове младенца приглядывался пушок светлых волос, напоминавших серебристые нити. А светло-голубые глаза, что с интересом наблюдали за воспитательницей, что нашла ребенка, казалось, слегка мерцали в темноте.  Впрочем, весь этот таинственный и даже, в какой-то степени, мистический образ мгновенно развеивался, стоило только мальчику начать мило хихикать.  Время шло, а ребенок быстро стал одним из любимчиков всех воспитателей приюта. Несмотря на слегка проказливый характер и легкую гиперактивность, мальчик почти не капризничал и редко плакал. А уж задорный смех и яркая улыбка заставляли и вовсе забыть о любых мелких проделках. Единственным недостатком было здоровье мальчика, довольно слабом от рождения, из-за чего тот болел заметно чаще остальных.  На шестом году жизни мальчик словно внезапно окреп и стал даже крепче здоровьем, чем все остальные дети. Однако, вместе с тем его начали преследовать кошмары, о которых тот долгое время молчал, пока одна из воспитательниц не отметила, что маленький Деймос выглядит не выспавшимся. К сожалению, ничем помочь мальчику не вышло и тот еще пару лет время от времени просыпался в поту, не помня содержания своих кошмаров.  Но в остальном все было хорошо. Конечно, будучи явным любимчиком работников приюта, мальчик вызывал немало зависти у других сирот. Так что, как такового, круга друзей у него не было вовсе, зато были недоброжелатели. Не один раз его пытались «проучить» ровесники, однако, из раза в раз ему удавалось выйти сухим из воды. Где-то помогали быстрые ноги, где-то ловкие руки, но чаще всего помогал коварный ум. Удивительным образом, ему удавалось четко рассчитать и заманить преследователей в ловушку. Например, однажды он умудрился найти в подвале тонкую рыбацкую леску и натянуть ее между двух деревьев. После чего привел туда банду задир и, легко перепрыгнув подготовленную ловушку, развернулся и принялся наблюдать за полетом хулиганов лицом в землю. Единственным, кто остался цел был самый трусливый из задир, которого он заставлял «сливать» информацию.  В первый раз Деймос уговорил его рассказать о готовящемся против него акте «возмездия» еще в возрасте шести лет, подкупив того несколькими шоколадными конфетами, которые ему по секрету подарила на день рождение заведующая приюта, миссис Коул. А уже после заставил того продолжать сливать информацию, шантажируя угрозами, что расскажет дружкам о его предательстве и с ним больше никто не будет дружить.  Если бы хоть одна из работниц приюта услышала об этом, то ни за что не поверила бы. Ведь не мог этот ангел с серебристыми волосами, честными голубыми глазами и обаятельной улыбкой оказаться столь коварным манипулятором. А все потому, что не по годам умный мальчик давно понял одну истину — в приюте важнее всего репутация. Неважно, что именно ты делаешь, главное — сохранять идеальный образ в глазах воспитательниц.  Он, на примере других детей, понял, что не обо всем следует знать этим добрым женщинам. И пусть сначала ему было совестно скрывать от них что-то, но он все же решил, что это лучше, чем расстраивать их. Кроме того, это был единственный вариант, при котором он сможет оставаться на хорошем счету у работников приюта, сохранять дружелюбное отношение с большинством других детей и при этом не получать тумаков от непримиримых завистников.  Быть может, если бы он сам того хотел, Деймос даже смог бы и вовсе замириться с недоброжелателями, но… Ему это было не нужно. Пусть он и поддерживал образ ангела, но на самом деле, он нуждался в подобной отдушине. Чувстве противостояния, что гнала его вперед, заставляя напрягать свое тело и ум, чтобы выйти победителем, а после… Наслаждаться наполняющим грудь удовольствием, глядя сверху вниз на тех, кого он одолел.  Вначале, когда он впервые ощутил его, то испугался. Подумал, что это что-то ненормальное, неправильное, но вскоре пришел к выводу, что это не так. Ведь что такого в том, чтобы наслаждаться победой? Правильно, ничего такого. Однако и об этом своим воспитателям ничего говорить мальчик не стал, чтобы не беспокоить понапрасну.  Время шло, а количество небольших секретов росло, пока однажды с ним не произошло нечто невероятное. На восьмом году жизни он случайно забыл вернуть книгу в небольшую библиотеку приюта, случайно оставив ту на столе в учебном классе. Что заметили те самые недоброжелатели и бросили ее в ведро с водой, в которой замачивали тряпку для очистки доски. От обиды за собственную невнимательность, из-за которой его могут лишить разрешения выносить книги из комнаты для чтения, которого он и без того добился с огромным трудом, он едва смог сдержать слезы. Все же, здесь было не время и не место для подобного, ведь если его увидят остальные, то обзовут плаксой. Погрустить можно и потом, а сейчас стоило действовать. Быстро протерев глаза рукавом старой и потертой рубашки, он наконец вытащил книгу, молясь, чтобы та не слишком пострадала. Но, несмотря на мольбы, он понимал, что после такого книга никак не может быть «в порядке». И какого же было его удивление, когда он вытащил из воды абсолютно сухую и чистую книгу, выглядевшую даже лучше, чем когда он впервые взял ее несколько дней назад.  Следующие несколько дней Деймос ходил, словно это не книгу, а его самого окунули в воду. А после тщательно взболтали. Тщательно обдумав все произошедшее, он принялся вспоминать все иные странности, что когда-либо приключались с ним. Вспомнилось не то, чтобы много.  Чуть больше года назад, когда он вышел из комнаты после отбоя, чтобы покопаться в подвале, он едва не наткнулся на миссис Коул и какую-то незнакомую женщину. Они шли по едва освещенному коридору, тихо беседуя о состоянии приюта, когда на них чуть было не наткнулся возвращавшийся в комнату Деймос. Испугавшись, он быстро вошел в ближайшую дверь, за долю секунды до того, как из за поворота вышли взрослые. К сожалению, перенервничав, он закрыл дверь недостаточно аккуратно и те это услышали. Мгновенно осознав это, мальчик постарался скрыться под одной из парт классной комнаты, в которой оказался. Увы, времени ему слегка не хватило, из-за чего, стоило только открыться двери, как он вынужден был замереть без движения, так как он точно знал, что любое шевеление, даже в темноте, мгновенно привлекает взгляд. Впрочем, он все равно почти не надеялся, что его не обнаружат, как минимум потому, что его правая нога должна была быть достаточно отчетливо видна. Вдвойне неудачным вышло его укрытие из-за того, что его ногу освещал свет луны, падавший из окна прямо на его конечность. Если бы окно было с другой стороны комнаты, то у него имелись бы шансы, но а так…  И тем сильнее было его удивление, когда миссис Коул со словами «наверное показалось», закрыла дверь и ушла, вновь как ни в чем ни бывало продолжая разговор. Тогда мальчик решил, что во всем виновата невнимательность женщины, однако теперь… Он почти не сомневался в том, что этот случай напрямую связан с чудом, сохранившим книгу.  Помимо этого, Деймос помнил как несколько раз умудрялся открыть двери, которые, как выяснялось позднее, должны были быть закрыты на ключ, а также случаи когда он умудрялся прыгнуть слегка неестественно высоко. Таких случаев… было немало, но он всегда списывал все на то, что ему просто показалось. Но теперь… Задумавшись об этом, Деймос принялся каждый день тратить по паре часов, чтобы попытаться силой мысли сдвинуть ручку с места. Увы, время шло, а сдвинуть ее так и не выходило. Пару раз казалось, что та слегка дрогнула, но уверенности в том, что ему не померещилось, увы, не было от слова совсем. Прошло больше месяца, а время, которое он тратил на сие занятие начало постепенно снижаться, все же, пусть он и был крайне целеустремленным для своего возраста, но столь долгое отсутствие какого-либо результата сильно било по вере и желанию продолжать.  Со дня на день он был готов бросить это занятие, когда в один из вечеров, вместо печали и разочарования, его не охватил гнев на то количество времени, что он потратил в пустую. Поддавшись эмоциям, он сильно ударил кулаком по подоконнику своей небольшой комнатки, на котором и лежала ненавистная ручка, словно издеваясь над его наивной верой. Как вдруг, прямо на его глазах, ручку попросту раздавило, расколов на десятки обломков, а после и вовсе обратив те в пыль.  И вот, вперившись в кучку праха раскрытыми от шока глазами, Деймос ощутил, как внутри него разгорается приятный огонек, а губы растягиваются в широкую улыбку.