Часть 9

— Ты чего прилетела, у тебя же сегодня выходной? — удивилась Лера, увидев меня в костюмерной. — Наташа просила привезти одежду, вроде ей что-то нужно для съёмок, — пожала я плечами, ставя сумки на стол. — Так что я просто заскочила по дороге. — Ага, бешеная собачка, — смешливо фыркнула Лера, тут же деловито принимаясь копошиться в обновках. Хмыкнув, я вышла из костюмерной, достала телефон и задумалась, стоит ли написать Антону, что я здесь. В конце-концов мы вроде как решили не афишировать наши отношения, поэтому я я убрала телефон и пошла к лифтам. Проходя мимо одного из кабинетов я услышала знакомый голос. — Я же говорил, что она долго не продержится. — Боже, Антон, избавь меня от этого! — голос Арсения тоже было невозможно не узнать. Я остановилась, прислушиваясь. Знаю, что подслушивать плохо, но ничего не могла с собой поделать. — Арс, я между прочим каждый раз слушаю твои излияния, когда ты проёбываешься или ебёшься с кем-то помимо Серёги, так что будь добр. В конце-концов, не Димке же мне это рассказывать. — Рассказывай, — я прям таки увидела, как Арсений закатывает свои по-неземному голубые глаза и улыбается. — Ну так вот, девочка жаркая, отзывчивая, удовольствия столько, что вертел её всю ночь… — Шаст, пожалуйста, без таких подробностей. Моя тонкая душевная организация такого не вынесет! Тем более, нам с ней ещё работать, а я буду представлять себе такую сцену. И кстати, тот засос — твоих губёшек дело? — Выбесила, не удержался. Ладно, тебе сейчас что-то рассказывать, только слова зря тратить, так что пойду отолью и пойдём уже на площадку, а то Окс снова нам пропишет пистонов, — остолбеневшая я не смогла даже шевельнуться, когда дверь открылась, являя моему взору ухмыляющегося Антона. Я смотрела на него и видела, как бледнеет и вытягивается его лицо. Он начал что-то говорить, но я его не слышала, словно мне залили уши воском. Всё, что я смогла сделать, это толкнуть его в грудь, запихивая обратно в кабинет, и рвануть к лестнице. Ждать лифта — не вариант. Было очень больно. Я чувствовала, как сжимается грудь, не давая сделать вдох. — Стой! Да, блядь, подожди! — я слетала через несколько ступенек, хватаясь за перила, ежесекундно рискуя навернуться и переломать себе все ноги. Сзади слышался топот нагоняющего меня Антона. Только бы успеть. До машины и прочь отсюда. Я выбежала из здания, по-хулигански перепрыгнув валидатор, и только на улице мои ноги меня подвели. Я пропахала асфальт, раздирая ладони и колени в кровь. Попыталась подняться, но не смогла. Из двери вихрем вылетел Арс, а вслед за ним Антон. — Шаст, съебись! — Арсений отпихнул Антона, подбегая ко мне. Я судорожно втягивала в лёгкие воздух, кривясь от накатившей боли, хрипя: — Не надо. Не сейчас. Не подходи! Арсений подхватил меня на руки и потащил обратно в здание. Я обхватила его шею руками, утыкаясь лицом в грудь, тихо поскуливая. Он занёс меня в гримёрку, где меня тут же подхватила Оксана. — Арс, что случилось? — Без вопросов, Окс, просто помоги ей. Мне надо переодеться и уже бежать на площадку, прости. Девушка притащила откуда-то аптечку, заставила меня снять джинсы и принялась обрабатывать мои руки и ноги. — Больно? — Не больно. — Что произошло? — Ничего, — я стиснула зубы, когда перекись зловеще зашипела на разодранных коленках. — Ань, может скорую вызвать? — Не надо. Всё в порядке, — я забрала из дрожащих рук Оксаны бинт и быстро перевязала обе коленки. Встала, натянула джинсы, чувствуя, как неудобно давит повязка. — Спасибо. — Давай я хотя бы такси вызову? — Я доеду. Спасибо, что помогла, — я поковыляла прочь из гримёрки. Дома я как следует промыла раны, сменила повязки и забралась в кровать, включив телевизор, чтобы не лежать уж совсем в тишине. В душе было пусто. Совершенно. Мне, наверное, следовало злиться на Антона, плакать, ну хоть как-то выплеснуть ту боль, которая внезапно на меня свалилась, но как я ни пыталась найти в себе эмоциональный отклик, его не было. Через пару часов начал трезвонить телефон. Антон. Антон. Снова Антон. Трубку я взяла только увидев, что звонит Арс. — Как ты? — Всё в порядке. Спасибо, что помог мне. — Вам надо поговорить. — Не надо. Нам не о чем говорить. Никаких обязательств. Ниче. — Он хочет поговорить, — перебил меня Арсений. — А я нет. Он растоптал мои эдельвейсы, — горько усмехнулась я. — Аня, вы же взрослые люди. — Арс, я тебе благодарна, но не дави на мозг, пожалуйста, — парень шумно вздохнул. — Но со мной ты можешь поговорить? — Я не знаю. Попов просто положил трубку, давая понять, что хочу я или нет, но говорить хотя бы с ним мне придётся. — Ты не должна была это услышать, — оповестил меня Арс, как только я доковыляла до двери и впустила его в квартиру. Я лишь пожала плечами, мол, ну, так получилось, и неспеша двинулась обратно в спальню. Арс, сняв обувь и куртку, последовал за мной. — У вас совсем нет секретов друг от друга? — я поудобнее устроилась на кровати. — Кто ещё знает про нас? — Только мы. Ну, в смысле, Серёга, Димон и я. Стас делает вид, что ничего не знает, но как всегда знает больше всех. Потому что Антон хороший импровизатор, но весьма плохой актёр. И он… он ещё мальчишка. Во всём. Он плохо себя контролирует, особенно в кругу знакомых людей. Поэтому часто проёбывается. И тогда получается то, что получилось сегодня. — Не оправдывай его. Я понимаю, что он твой друг, но… хотя знаешь, мне обидно. Да, у нас пока что непонятные отношения, но чисто по-человечески мне обидно, что он так пренебрежительно обо мне отзывается. И мне кажется, что теперь я в твоих глазах буду выглядеть, как… — я прикусила губу, собираясь с мыслями. — Анют, — Арсений сел рядом со мной и осторожно коснулся моей руки прохладными пальцами. — Я даже и не собирался думать о тебе какие-то гадости. Да, возможно у вас всё слишком стремительно идёт, но это ваш выбор и не мне вас судить. А с Антоном я поговорю. И вообще, все мужики — козлы, да? Я не смогла сдержаться и расхохоталась, глядя на его лисью улыбку и хитрый прищур. И чуть было не испортила всю душевность шпилькой про то, что он наверняка это знает, но вовремя прикусила язык. — Не все, но Антон уж точно. В двойном размере. — Арсений слегка подзавис, но мысль дошла быстро и он засмеялся, поняв, что я намекаю на то, что Шаст Овен и Коза по рождению. — Зачёт! И насчёт него. Вам всё же надо поговорить. Ты мудрее его, так что именно тебе придётся быть главной и умной и подтягивать его до нормальных человеческих отношений. Он будет ещё сотню раз проёбываться, так что ты реши, насколько тебе всё это надо. — Пока не знаю. Он сказал, что готов взять на себя некоторые обязательства, только не озвучил, какие именно. Не то чтобы меня это напрягало, но хочется определённости, чтобы знать, куда танцевать дальше. — Ты говори, если что. Я всё же немного больше знаю Антона, так что помогу, чем смогу. — Спасибо, Арс. Правда спасибо. Ты тоже, если вдруг чего, обращайся. — Ты… — Арс глубоко вздохнул, опуская взгляд. — Как много ты слышала? — Достаточно, чтобы не трепаться об этом. Арсений, я никогда не лезла и не буду лезть в личную жизнь других. Если ты захочешь поговорить, мы поговорим. Нет — значит, оставим всё как есть. Я просто знаю. И ты знаешь, что я знаю. Хорошо? — парень кивнул. — А сейчас я могу тебя попросить об одной услуге? Можешь отвезти меня в травму? Думаю, что прививка от столбняка и нормальная обработка ран мне не повредит. В травмпункте мне в очередной раз всё промыли, обработали, забинтовали, вкатили положенный укол и отпустили с богом, выписав больничный. Пока Арс вёз меня обратно, я отписалась Наташе, что до конца недели я московская недвижимость. Пару блаженных дней я провела в тишине. Подспудно я, конечно, боялась, что Антон мне позвонит или напишет и нам таки придётся говорить о произошедшем, но он молчал и я тоже не предпринимала попыток с ним пообщаться. Звонок поднял меня в 7 утра. — Не бросай трубку! — не здрасьте, не до свидания, доброе утро, Антон. — Иди в жопу! — хриплым ото сна голосом отозвалась я. — Я хочу… — Блядь, Антон, мне до звезды, чего ты там хочешь. Вот прямо сейчас я не настроена с тобой общаться. Пока. — Да ёб ты, дай мне всё объяснить! — я протяжно зевнула, окончательно просыпаясь. — А ты не думал, что я не хочу тебя слушать? Мне неинтересно. Ты так меня опустил перед Арсом, что любое твоё объяснение уже ничего не исправит. Оставь меня в покое, Шаст. — Не раньше, чем мы поговорим, — ослиное упрямство Антона бесило неимоверно. Особенно таким ранним утром.- Я еду к тебе. Спустись, пожалуйста, и поговори со мной. Иначе я поднимусь и перебужу всех соседей. — Козззлина, — процедила я, сбрасывая звонок. Злобно рыкнув, выбралась из-под тёплого одеяла, прошлёпала на кухню, чтобы включить чайник и ушла в ванну умываться. С Антона станется действительно перебудить как минимум три квартиры. А выяснять потом отношения ещё и с соседями мне совершенно не хотелось. Натянув тёплые спортивки и худи, я заварила себе в термокружку кофе с лимоном, надела куртку и кроссовки и спустилась вниз. Отчаянно хотелось спать, поэтому пришлось отхлёбывать ненавистный кофе и ждать появления чёрного Тахо. Как только джип припарковался напротив подъезда, я забралась на переднее сиденье, мрачно зыркнув на Антона. А он молчал, кусая губы и нервно барабаня пальцами по рулю. — Если ты приехал помолчать, то давай ты помолчишь без моей компании? Антон, ты или говори, или… — Я не собирался ему рассказывать. Ну, не сейчас, наверное. И, наверное, не так всё это должно было звучать. Но понимаешь, меня словно распирало и надо было выговориться. Как-то у нас с тобой всё завертелось, и я немного растерялся. Хотя и понимаю, что я сам всё это спровоцировал, — я слушала, потихоньку отпивая свой кофе. — Но и ты тоже… в общем, ты вместо того, чтобы как-то всё сгладить, начала провоцировать в ответ. И не то чтобы я привык к победам в любом случае… ну, как-то… это было… блин, я даже не знаю, как это сказать! — Это было такое, о чём надо было срочно кому-то растрезвонить? — мрачно поинтересовалась я. — Нет, не так, — Антон привычным жестом запустил пятерню в чёлку. — В общем, они все заметили, что что-то у меня происходит и долго докапывались, кто у меня появился. Я удивлённо приподняла бровь. — А после того как у нас... как мы… — Переспали, — подсказала я. — Да, переспали, меня снесло и я как-то всё рассказал Арсу. — И ты не мог не упомянуть, что та, с кем ты переспал, была я? — Вообще про тебя Поз догадался. Сказал, что у меня морда как у слюнявого щенка, когда на тебя смотрю. Он, сука, всё замечает, но молчит до поры, до времени. — Ты понимаешь, что теперь Арсений будет на меня смотреть как на жаждущую наживы недолюбовницу? — знать о нашем разговоре с Арсом Антону необязательно. Если только, конечно, сам Попов не посвятил его в детали. — Нет, — Антон тряхнул чёлкой, разворачиваясь корпусом ко мне. — А мне это видится именно так, — я покосилась на него. — Тётка в возрасте прыгнула в постель к богатенькому успешному мальчику… — Да подожди ты! Не говори глупости, пожалуйста. Я не знаю, что у тебя за комплексы по поводу возраста, но ни я, ни Арс так не думаем. — Ты так уверенно говоришь за других, — усмехнулась я. — Я уверен, потому что до этого, я ему сказал, что хочу, чтоб ты была моей, — у меня чуть кофе носом не пошёл от этих слов. Я вытаращилась на Антона, уже в который раз пытаясь собрать мысли в кучу и облечь их в слова. — А почему ты мне этого не сказал? Это во-первых. А во-вторых, мы же вроде договаривались на отношения без обязательств. Не привязанностей, не любви, не обязанностей. Это же твои слова. Что-то изменилось за это время? И почему я опять-таки не в курсе? — Я боялся, что ты мне откажешь. Не захочешь быть со мной по-серьёзному. Хотя, теперь ты этого захочешь ещё меньше. Я полный придурок, — Антон отобрал у меня термостакан и громко швыркнул, отпивая кофе. — Очень хорошо, что ты это понимаешь. Если это всё, что ты мне хотел сказать, то верни стакан и езжай, куда ехал. Мне надо подумать. Обещаю, мы с тобой ещё поговорим до твоего отъезда. Но если после всего, что теперь знаю я и того, что знают остальные, хоть один из парней поднимет эту тему, пиздюли огребать будешь ты. Всё, уезжай, — я выдернула из пальцев Антона свой стакан, распахнула дверцу и, выбравшись из салона, похромала к подъезду. Где-то в глубине души, очень-очень глубоко, моя внутренняя маленькая глупенькая девочка визжала от восторга и болтала ножками, вися у Антона на шее. Но моя внешняя женщина не могла так быстро сдать свои позиции. Даже перед всем его раскаянием и обаянием. День был похерен напрочь. Раннее и не очень приятное пробуждение, разговор с Антоном совершенно выбили меня из колеи. Я пыталась занять себя какой-то домашней рутиной, но в мыслях была очень далеко от наведения уюта в своём гнёздышке. Этот грёбанный Шастун за столь короткий промежуток времени навёл такой хаос в моей жизни, что я совершенно не понимала, по каким полочкам распихать все наши с ним сложные отношения. Он не хотел обязательств и я к ним тоже не стремилась. Нас устраивал секс по дружбе и необходимость это скрывать. А теперь вдруг выяснилось, что Антон рассчитывает на что-то серьёзное. Только готова ли я к этому? Под медитативное мытьё посуды я попыталась для самой себя прояснить, что я чувствую к Антону. Секс с ним мне однозначно понравился, но это чистая физиология и совместимость тел. Нравится ли мне Шастун? Что я к нему чувствую? Я вспомнила, как он трепетно заботился обо мне, когда меня обвинили в краже. Да, неуклюже, но так искренне. Вспомнила тепло его глаз, когда он смотрел на меня перед тем, как предложить встречаться. И я поняла, что очень хочу отозваться на его ласку, неумелые попытки выказать заботу. А поскольку такого тепла было мало в моей жизни, я неосознанно к нему тянулась. Поэтому уже вечером, сидя за компом при просмотре сериала, я поняла, что готова дать ему шанс. Ему и себе. Настойчивое жужжание телефона вырвало меня из дрёмы, в которую я с трудом погрузилась. На экране светилась фотография Конотопской. Видимо что-то случилось, Наталья не стала бы меня беспокоить по пустякам. — Алло? — Анечка, прости, что так поздно тебя тревожу, но очень нужна твоя помощь! Я знаю, что ты сейчас на больничном, — Наталья вздохнула, — я бы и сама полетела, но у меня фотосессии, которые ну никак нельзя отменить или перенести. — Куда полетела? Что произошло? — спросонья я совершенно ничего не понимала, а взволнованная Конотопская совершенно не добавляла происходящему ясности. Пока что. — Кому-то надо полететь с ребятами в тур, но я с Ирой заняты на съёмках, Лера и так мечется одна по площадкам, а у ребят внепланово возникли съёмки для местных каналов. Выручишь? — Д-да, — я тихо зевнула, помотала головой, пытаясь прояснить мысли. — Отлично! Тогда свяжись с Оксаной, она тебе всё расскажет, завтра Лера привезёт тебе одежду. Спасибо, дорогая, ты меня так выручаешь! Обнимаю, — и на этом Наталья завершила звонок. Я запихнула телефон под подушку, завернулась в одеяло и с мыслью, что разберусь со всем завтра, таки наконец уснула.