Глава 5

Вечером того же дня Гермиона сидела на своей кровати, переписывая конспекты, а после бросила их, переключившись на объявления о новой работе. Неожиданный стук в дверь прервал все её поиски. Гермиона никого не ждала, она проверила телефон на пропущенные уведомления, но ничего не обнаружила. Никто не писал и не звонил ей. В области груди как по щелчку пальцев заиграла паника и тревожность. Она никогда не славилась гостеприимством и совсем не любила непрошенных гостей на пороге своего дома. Стук усилился, и ей всё-таки пришлось засунуть свои ноги в тёплые тапочки и встретить неизвестного, покушавшегося на её покой. Это был Рон. И вот его она точно не ожидала увидеть у себя за дверью. Гермиона быстро запахнула полы махрового халата, скрывая свою ночную сорочку. — Здравствуй, Гермиона, — поприветствовал он её, качнувшись на пятках. — Здравствуй, Рон, — ответила она почти беззвучно. Рон почти не изменился. Он был таким же, каким она помнила его семь месяцев назад: немного потрёпанный с поджатой улыбкой на лице, всё в той же куртке из плащевой ткани, которую она ему когда-то покупала. Времени прошло не так много, но между ними уже успела образоваться неподвижная стена. Разошлись они мирно, если это так можно было назвать. Не было ни ссор, ни громких скандалов и хлопанья дверью, абсолютно ничего из этого. Просто оба выгорели в своих чувствах друг к другу. Понять в один единственный момент, что ты проживёшь так всю оставшуюся жизнь - бок о бок с человеком, к которому бессовестно не испытываешь великих чувств, – мука. С Роном они были солидарны в тот день, когда сели и спокойно поговорили об их отношениях. Так они и развелись: тихо, без лишних слов. Слишком незаметно. Как и весь их брак. На тот момент у него уже была другая женщина, о которой Гермиона даже и не подозревала в силу своего безразличия к их рутинным отношениям. Они больше ни разу не виделись после того, как она ушла из его магазина. И зачем он сейчас пришёл к ней – было известно одному Мерлину. — Я войду? — спросил он с надеждой. — Да-да, конечно, — торопливо ответила она, распахивая дверь и впуская его внутрь. — Проходи. — А тут ничего не изменилось, — с иронией прокомментировал он, оглядев обстановку. — Тот же стул, та же хлебница и даже накидку диванную не поменяла… ты решила оставить всё как было, когда мы были вместе? Гермиона качнула головой в знак согласия и уже открыла рот, чтобы задать волнующий её вопрос о его присутствии у неё дома, но он опередил её. — Ты, наверное, задаёшься вопросом: какого драккла я тут делаю? Он прошёл в столовую, выдвинул стул и по-хозяйски на нём устроился. Сложив руки на груди, Гермиона тоже прошла в столовую и включила электрический чайник. — Ты прав. Не понимаю, чем обязана твоему визиту, — она открыла кухонный шкафчик, собираясь уже по привычке достать чёрный чай. — Чай или кофе? — Чай. Если можно зелёный. — Ты всегда пил чёрный. — Ну… знаешь, вкусы меняются, — сказал он сначала замысловато, но решил всё-таки не таить. — Нимея любила зелёный, и я вроде как перенял эту привычку. Вот так. Гермиона сделала вид, что совсем не обратила внимание на то как он отозвался о своей “возлюбленной” в прошедшем времени. Она не сильно жаждала подробностей их расставания. Чайник наконец-то закипел, и она налила две кружки чая. Ему зелёный, себе чёрный с шиповником. Своим вкусам она пока не успела изменить. Гермиона поставила кружки на стол и села напротив бывшего мужа. — Так зачем ты тут? — прямо спросила Гермиона, опустив холодные пальцы на теплую керамику. — Я пришёл к тебе как к другу, — почти доброжелательно сказал он. — Чтобы уберечь тебя от ошибки. Гермиона хмыкнула, откинувшись на спинку стула. — Так, очень интересно и заботливо, продолжай Рон. — С неделю назад, в утренней газете я случайно наткнулся на одно очень интересное фото. Там была ты, какая-то светская элита, ну, одни из этих богачей из высшего общества, — он нервно хохотнул, его пальцы крутили стакан по кругу столешницы, словно детскую юлу, — и Драко Малфой рядом с тобой за столом. И я тогда подумал: что же Гермиона делает с ним, не за одним общим столом или просто в общем кругу, а рядом, почти за руки держась, — его речь становилась неровной, язык заплетался с каждым сказанным словом, к тому-же он неумышленно преувеличивал. — Я спросил Джинни, может, она что-то знает, но она сказала, что ей некогда со мной что-либо обсуждать. Поэтому, может, ты объяснишь мне? Ты и… он, вместе? Или что? Он впился в нее требовательным взглядом. Такого Рона она ещё никогда не видела перед собой. Гермиона почувствовала, как негодование и гнев перемешиваются вместе, грозя устроить взбучку бывшему мужу, который нагло пришёл к ней домой и задаёт вопросы, которые теперь совершенно его не касаются. — Я… — Произносить такое вслух даже странно! — хохотнул он, перебив её. — Поверить не могу! Надеюсь я ошибаюсь. Скажи, что это неправда, иначе я буду корить себя за то, что мы разошлись. — Дай мне договорить, Рон, — перебила она его, выставив ладонь. — Во-первых: почему ты требуешь от меня что-то, а во-вторых: нет, мы не вместе, то есть вместе,— она поспешила объясниться, хотя понимала, что не должна этого делать. — Мы вместе работаем. Я собираюсь увольняться, но это не важно. Важно то, что тебя это уже не касается. В-третьих: в нашем с тобой разводе виноват не только ты. Мы ведь обсуждали это и между прочим не раз. Рон вздохнул с облегчением. Даже чаю выпил от радости. — Так и кем ты работаешь у него? Неужели, другой подходящей работы не было? — Почему мы всё ещё говорим об этом? Это касается только меня, а не тебя или кого-либо другого, ясно? — Хорошо, мне вполне ясно, если не хочешь - не говори, конечно, дело твоё, — мирно сказал он. — Но если ты всё равно решила увольняться, почему бы тебе не вернуться работать ко мне? Я понимаю, мы разошлись, но мы ведь можем и дружить, и работать вместе. Секунд десять Гермиона пыталась понять, что он сейчас произнёс. Неужели он снова пытается затащить её в свой бесперспективный бизнес. — Ты только что пытался осудить меня якобы за то, что я “встречаюсь” с Малфоем, — она усмехнулась, понимая насколько абсурдно это звучит, — какие ещё друзья? — Не придирайся к словам, — цокнул он языком. — Не хочешь дружбы - не будет. Но тебе ведь всё равно нужна работа, поэтому подумай. — Нет, Рон, — категорично покачала головой Гермиона. — Даже если и так, то не волнуйся за меня, я найду куда податься. — Слушай, я не справляюсь без тебя, — почти слёзно сказал он, проведя ладонью по лицу. — Новый бухгалтер загнал меня в долги, таким боком я вскоре разорюсь. Без тебя. — Ты понимаешь что сейчас делаешь? Ты вешаешь свои проблемы на меня, — непроизвольно повысила голос Гермиона. — Зачем ты вообще тогда этот магазин открывал, если знал, что не справишься? — Я не знал, у меня ведь была ты! И сейчас я тоже хочу, чтобы была… Ты мне нужна. Твёрдый ком встал в горле и даже чай не помог протолкнуть его дальше. Как понимать Рона - она не знала. Он говорил о работе, но так, словно и об отношениях тоже, которые хочет возобновить. Она не хотела больше продолжать этот бессмысленный разговор о прошлом. Слава богу, зазвонил телефон. На экране высветился номер её “любимого босса”. Надо же, не зря говорят, что если припомнить человека, то он тут как тут! Но на самом деле Гермиона была даже рада, что он звонил, причём очень настойчиво. Теперь выпроводить Рона не составило труда. — Думаю, тебе пора Рон, — сказала она, встав со стула. — У меня очень важный рабочий звонок. К тому-же нам уже поздно о чём-либо разговаривать. Демонстративно и без лишних слов она отворила входную дверь, намекая, чтобы он убирался. По Рону было ясно, что уходить он не желал, но противостоять напору Гермионы – не мог. Он допил свою кружку чая и нагло засунул в карман брюк пару конфет из корзинки на столе. На прощание он попытался поцеловать её в щеку, но Гермиона отшатнулась, давая понять, что лучше не стоит, и тогда он молча вышел за порог, неловко споткнувшись об её придверный коврик. И как в его голову вообще пришла мысль явиться к ней и отчитать её, а потом просить вернуться к нему на работу? Она ещё долго не сможет выкинуть этот вечер из своей головы. Телефон перестал звонить ещё минуту назад, а теперь снова разразился пиликающей мелодией. Гермиона, не смотря на всю свою обиду на своего босса, решила всё-таки ответить ему. Возможно, он хотел извиниться? — Да, слушаю. — Мне срочно нужен свод-анализ, — начал Драко, даже без всяких приветствий. И это совсем не то, что она ждала от него в девять вечера. — Я уволилась, ты помнишь? — Не помню чтобы я подписывал твоё заявление об увольнении. — Хорошо, завтра увидишь его на своём столе, — уже не скрывая своего раздражения, сказала она. — Это будет завтра. День ещё не закончился, сегодня ты всё ещё работаешь на меня. Гермиона сделала глубокий вдох и выдох, но нервное напряжение всё равно осталось при ней. Её настроение было вконец испорчено. К тому же она ещё не отошла от разговора с бывшим мужем. — Ладно, — попыталась как можно лояльней ответить она. — Но это последнее что я сделаю в качестве твоего секретаря. Куда мне его выслать? — Я отправлю адрес смс-кой. Гермиона положила трубку. Она скинула с себя халат и, не став даже переодеваться, надела поверх сорочки плащ. Наряжаться не было смысла. Она быстро аппариует к офису и отправит через волшебный факс папку. Дело пяти минут, не больше. По крайней мере, она так думала до тех пор, пока не обнаружила поломку в факсе. Он не работал по этому адресу. Портал просто не пропускал её: факс выплевывал документ обратно и никак не хотел отправлять его. А это значило только одно, что ей придётся поработать также и личным курьером. Она настолько разозлилась на Малфоя, что совершенно не хотела видеть его лицо. Она сделала вывод, что он нарочно закрыл портал по своему адресу, чтобы она сильнее помучилась перед тем, как уволиться. Сделал он это из вредности или у него действительно веская причина – выяснять даже не хотелось. За целый день она настолько вымоталась физически и эмоционально, что готова была на всё, лишь бы вернуться обратно в свою постель, сделать маску для лица и включить любимую передачу перед сном. Но у Драко были свои планы на неё. Гермиона не могла точно представить где именно находится дом по адресу в смс. А если она не знала точной картинки и маршрута – значит и не могла воспользоваться аппарацией. Это вдвойне усложняло задачу. Именно поэтому ей пришлось взять такси и доехать прямо к двери жилого дома на Мэйфере в компании очень любопытного таксиста, который то и дело играл с ней в переглядки в зеркале заднего вида. Этот вечер она отметит в календаре чёрным цветом - как однин из худших за неделю. После двух коротких стуков дверь ей открыл Малфой. Он выглядел по-домашнему: обычные серые спортивные штаны и футболка на два размера больше его. Гермиона, вспомнив, что она тоже сейчас в своём пижамном стиле, быстро запахнула полы плаща одной рукой, а второй протянула ему проклятый свод-отчет. — У меня для тебя кое-что есть, — сказал он вместо приветствия, отворяя дверь шире. — Проходи. Немного поколебавшись, Гермиона все-таки зашла внутрь, оставила папку на тумбочке в прихожей и прошла дальше. Увиденная картина её очень сильно удивила. Малфой стоял возле плиты на большой кухне, соединенной с гостиной. Он что-то готовил, а после переложил содержимое сковородки на две тарелки. На мраморном острове уже был накрыт ужин на двоих со свечами и вином. — Надеюсь, ты голодна, — сказал он и отодвинул стул для неё. Драко вогнал её в ступор. Ноги одеревенели и даже мышцы лица не хотели поддаваться работе. — Я не понимаю. — Хочу просто поговорить с тобой. Присядь, пожалуйста, — снова сказал он, настойчиво приглашая её за стол. — Еда не отравлена. На лице Драко появилась ухмылка, ни капли не намекающая на издевку. Хотя его извращённый способ пригласить к себе домой на ужин был как раз-таки похож на злую шутку над ней. Тем не менее ей захотелось остаться, хотя бы потому что аромат, исходящий от еды, был чудесным, а она совсем не обедала и даже не ужинала. Чёртов чай с Роном нужно было чем-то перебить. — Я не стану снимать плащ, — Гермиона тут же залилась румянцем, поправляя свой тренч. — Я не одета. Не ожидала, что меня таким образом вытащат в гости. Его взгляд снова оценивающе скользнул по её оголенным ногам. — Да, я это уже понял. Даже сейчас Драко излучал какую-то неимоверную сексуальную и располагающую к себе энергию, заставляя её ноги приволочиться к этому стулу и послушно сесть на него. Когда он был так преступно мил и добр с ней, она начинала забывать все свои обиды на него. Конечно, в данный момент у него всё-таки не получилось стереть её память окончательно. Утренняя обида всё ещё била по собственной ценности и не давала спокойно насладиться обстановкой. К тому же, ей до чёртиков надоели эти личные противоречивые чувства, которые она не должна испытывать к своему боссу. Как может человек так раздражать и нравиться одновременно было известно только одной вселенной. Открытая бутылка вина рядом с бокалом на тонкой, изящной ножке, привлекла её внимание. — Я ведь говорила, что не пью. — Не жертвуешь принципами даже ради вкусового наслаждения? — он взял бутылку кьянти, убрал её под столешницу на полочку и сел напротив Гермионы. — Я использовал вино для соуса, поэтому оно уже открыто. Не переживай, от него сильно не опьянеешь. Частично алкоголь выветрился. — Прекрасно, — с улыбкой сказала она, приступая к ужину. — Откуда у тебя время на готовку? Ты ведь целыми днями на своём рабочем месте. — Обычно я заказываю ужин из ресторана, но раньше, когда у меня было больше времени, я увлекся готовкой. У меня есть знакомый шеф-повар и он благородно, за небольшое вознаграждение, давал мне частные уроки. — Вот это да, — с нескрываемым удивлением прокомментировала Гермиона. — Я поражена. Уроки не прошли даром. Ужин получился действительно потрясающим. Ей было даже немного стыдно за себя, ведь искусно и интересно готовить она никогда и сроду не умела. Несчастная яичница с ветчиной и жаренная картошка не считались за высшее кулинарное мастерство, но только это она и умела на «отлично». Кулинарная книга, некогда подаренная бывшей свекровью, до сих пор пылится где-то в темной кладовке вместе с ненужным хламом. Это была первая книга в её жизни, которая не вызвала абсолютно никакого желания её прочесть. Возможно, если там есть рецепт этой восхитительной пасты с кьянти, то возможно, Гермиона однажды даст ей шанс и всё-таки заставит себя вооружиться фартуком и половником. Приятная музыка из колонок немного разбавляла атмосферу и фоновое молчание. Это было странно – вот так сидеть наедине с Драко за столом. Ни намека на присутствие еще кого-либо рядом, делало обстановку до откровения интимной. Теперь она и вовсе запуталась. Взгляд упал на нетронутую папку с документами, которые она в спешке печатала для своего загадочного босса. — Так никакой свод-отчет тебе не нужен был? — с подозрением спросила она. — Это была уловка, чтобы сначала напрячь меня, а после вкусно накормить? — Именно так, — усмехнулся Драко, накрутив на вилку длинные спагетти. — Мне удалось? — Да, ты справился на все десять баллов, — получилось слишком грубо, но она не собиралась больше любезничать. — Ужин, без сомнений, очень вкусный и я точно получила моральное напряжение сегодняшним вечером. И всё-таки мне совсем не понять для чего эти игры, мистер Малфой. Гермиона сделала небольшой глоток воды, чтобы убрать во рту вкус волнения. — Это в качестве благодарности за сделку, — Драко очаровательно ухмыльнулся, — а это… Он отставил свой бокал и залез в карман, достав оттуда синюю бархатную коробочку. Неспешно, будто боясь сделать неверный шаг, он приблизился к ней. Перед её лицом раскрылась упаковка, и предстала взору розовый сверкающий бриллиант в филигранной огранке из белого золота на цепочке. — А это мои извинения, — пояснил Малфой, доставая украшение. — Позволишь? Гермиона неуверенно повернулась к нему спиной, поднимая свои распущенные волосы на затылке. По лопаткам пробежали тысячи мурашек, когда прохладный камень коснулся груди, а мужские пальцы её шеи. Казалось, он так долго возился с застежкой, будто нарочно продлевал этот момент неизбежной близости. Она прикрыла глаза, сделала глубокий вдох, чтобы избавится от переполняющего чувства неудобства, и повернулась к нему. — Тебе идёт, — сказал он, оценив свои старания. — Скажи, ты всё ещё думаешь об увольнении? — Это подкуп, Малфой, — нахмурилась Гермиона. — Нет, это подарок. — Это… это правда очень красиво и, конечно, неожиданно. Но неужели ты решил, что я сразу передумаю? Малфой почесал затылок, а после удрученно опустил голову. Слова Гермионы для него прозвучали словно звонкая пощёчина. Купить её прощение у него все-таки не вышло. — Мне встать на колени? — с надеждой спросил он. — Это лишнее. Достаточно слов. Драко собрался с мыслями, облокотился на остров и сцепил руки в замок. — Ладно, я действительно был не прав, признаю это, — сдался он. — Я был резок и груб и не должен был срываться на тебе, это было неправильно с моей стороны, — он прикрыл веки и помассировал глазницы подушками пальцев. Было видно, как ему сложно озвучивать вслух то, о чем сейчас сверкал бриллиант на её шее. Пауза прервалась его следующими словами: — Я правда не хочу, чтобы ты увольнялась, Грейнджер. Сообразительная, талантливая, уверенная в себе, я буду просто сумасшедшим, если подпишу твоё заявление. Ты мне нужна, понимаешь? «Ты мне нужна», –эти слова отозвались в ней трепетным эхом в груди. Услышать их от Малфоя было гораздо приятнее, чем от Рона. — Ты хотел сказать – нужна компании? Он обнажил зубы, проникновенно посмотрев в её глаза. Отчего-то внутри всё потеплело. — Технически, я - это компания. — Хорошо. Это всё, что я хотела услышать. Даже немного больше, — её рука невесомо коснулась камня на груди. — Я принимаю твои извинения. Его губы снова дрогнули в тихой полуулыбке. Никакого снобизма или фальши. Просто Драко, который искренне рад её ответу. — Так мне говорить отделу кадров, чтобы искали тебе замену? — иронично спросил Драко. Гермиона не сдержала улыбки. Он был настолько убедительным в своём сожалении, что она решила дать ему ещё один шанс, надеясь, что это не окажется ошибкой. — Не в этот раз, мистер Малфой.