Терпение лопнуло...

      Шестикурсник Гарри Поттер вошел в Большой Зал и сел за стол напротив своих друзей. Он огляделся и увидел, как Рон, уже весь перемазанный в каких-то соусах, одной рукой полез в суп-пюре, в другой держал жареную ногу телятины. Гермиона сделала ему замечание, а он замахнулся и бросил супницу в Гарри, хотя целился в их подругу.       — Ой, прости, Гарри. — как обычно проговорил Уизли номер шесть.       — Нет, уж хватит. Терпение мое лопнуло. Надоело. Ты — староста должен подавать пример младшим. Лучше б Невилла выбрали вместо тебя. Он, хоть с этикетом знаком. А ты как свинья. Шестой курс — все как маленький за столом. Противно смотреть. — разошелся Гарри.             — Значок старосты не отдам. — и Рон замахнулся, чтобы ударить и в запале не заметил что хватился за вилку.       Он ею попал в грудь Поттера, которому некуда было отклониться. Гарри сразу начал падать назад, ошеломлено, смотря на этот столовый предмет, что торчал у него в груди. Его кровь стала заливать белую рубашку.       Люди в зале замерли, а юноша потерял сознание.

***

      К нему спешили на помощь, кто-то скинул мантию и подложил ему под голову, а под ним наколдовали носилки и понесли в Больничное Крыло.       Среди оставшихся в Зале царил хаос. Беззаботный шум, обычно присущий собраниям учеников, сменился тревожным гулом. Все взгляды были прикованы к одной точке — к дверям Большого Зала, через которые унесли их однокурсника. Кто находился поближе к Гарри, когда ему оказывали первую помощь, увидели, что его лицо было бледным, а дыхание — прерывистым.       Кто-то из девочек (девушек) всхлипывал, прикрывая рот ладонью. Другие, с испуганными лицами, стояли вокруг, не зная, что делать. Парни, обычно такие шумные и непоседливые, молча переглядывались, пытаясь скрыть растерянность.       В воздухе висело напряжение, смешанное с тревогой и страхом. Каждый понимал, что произошло что-то слишком серьезное, и никто не знал, чем это закончится.       Рона оттащили от стола и связали, уж очень бурным становился. Их декан сама отняла значок и передала его Невеллу. (Астория) «Я — как увидела его, моего Ангела-хранителя, падающим, едва смогла удержаться на месте. Я его, Этого свина… УРОЮ… изведу. Я всегда любила Гарри. Держись, мой Ангел, не уходи за грань. Мне же не жить без тебя.»

***

      В больничном Крыле Северус Снейп и Мадам Помфри боролись за здоровье и жизнь Гарри Поттера.       — Слава Мерлину!       — Что?       — Ни один жизненный орган не поврежден. Это же крылья?       — Хм, Уизли довел даже своего ангельского дружка. Уж у кого-кого, а у Поттера терпение просто ангельское. Ты не проверяла его, не наследие ли Эванс? Возраст уже какой.       И Снейп оказался прав. Гарри Поттер вступил в наследие уже давно. Два года как Светлый Ангел.

***

(Северус)       Северус стоял у окна палаты Поттера, наблюдая, как остальные суетятся вокруг раненого Гарри. Что-то внутри него сжималось от тревоги, необъяснимой и всепоглощающей. Гарри, бледный и неподвижный, лежал на больничной койке, а он, Северус, чувствовал, будто с каждым его вздохом из него самого уходит жизнь.       Он не понимал, почему так сильно волнуется. В конце концов, это всего лишь ученик, один из многих. Но что-то в его взгляде, в чертах лица, в самой его беспомощности вызывало в нем странное, почти отцовское чувство. Он чувствовал, как душа его разрывается от боли, как будто рана на теле ученика — это его собственная рана.       Он пытался убедить себя, что это просто профессиональное сочувствие, что любой преподаватель так бы себя чувствовал.       Он не знал, что его волнение — это голос крови, зов отца, который еще не знает, что у него есть сын. Он не знал, что судьба уже давно связала их невидимыми нитями, и что скоро ему предстоит узнать правду, которая перевернет всю его жизнь.       — Северус, Гарри… — вплакнула колдомедик. — Он впал в кому…