Глава 11 (ч. 1)

Можно подумать, что если ты переспишь с двумя женщинами, то по крайней мере одна из них все еще будет рядом, когда ты проснешься. Ну, со мной этого не случилось. Я проснулся один после лучшего сна в своей жизни; мне потребовалось много времени, чтобы заснуть, но потом я спал как убитый. Я сделал двойной поворот и подумал, что я только что проснулся от долгого, подробного сна. Но, увидев, что у меня все еще было мифическое тело, и почувствовав запах секса все еще витавший в воздухе, я понял, что все, что произошло, не было сном. Следовательно возникал следующий вопрос: где мои девочки? Очевидно, пока я все еще спал, Рейна и Элла встали и спустились вниз, чтобы приготовить мне завтрак. - Ты знаешь, как готовить французские тосты? - спросила Элла, наблюдая, как Рейна трудится над горячей плитой, выглядя очень сексуально в одной из моих поношенных футболок. - Да, но когда я научилась их готовить, они не назывались французскими тостами. На самом деле они назывались пан дульче, или пан-хлеб на древней латыни, - сообщила ей Рейна, переворачивая хлеб, чтобы поджарить другую сторону. - Древняя латынь? Но я думала, что французские тосты были созданы во Франции. Это заложено в названии. - На самом деле это неправильное название. Видишь ли, даже во Франции они называются pan dulcis. Место, где они получили название "французские тосты" — Америка. Само блюдо намного старше Франции. Могу сказать с уверенностью, так как я научилась этому у толстого римлянина по имени Луций в эпоху Возрождения. Он был шеф-поваром, который любил готовить для своих любовниц. Он рассказал мне историю их создания и научил меня, как их приготовить — и все это до того, как я оседлала его на нескольких мешках с мукой. - Подожди, ты жила в эпоху Возрождения? - спросила Элла. Шок и трепет были написаны на ее лице. - О да, я же говорила тебе, что живу уже давно. Стоп, ты это слышала? Это был Макс? В любом случае, давай просто скажем, что я кое-что видела, - Рейна хихикнула, почувствовав, как глаза Эллы впились ей в затылок. - Не могла бы ты немного поработать с плитой? Я должна пойти проверить нашего бесстрашного Хозяина, - сказала Рейна, выходя из кухни. - Вау, эпоха Возрождения, интересно, что еще она видела, - говорила Элла сама с собой, следя за тем, чтобы хлеб не подгорел. Она была так поглощена своим долгом, что не услышала, как кто-то еще вошел на кухню. - Эл, это ты? - спросила моя мама, заметив полуголую Эллу у себя на кухне. Издав небольшой писк, Элла быстро развернулась на 180 градусов, чтобы посмотреть ей в лицо. - Здравствуйте, мисс Картер, я не думала, что вы придете в это время, - сказала Элла, немного смущенная своей реакцией. - Ну, сейчас девять утра, и я почувствовала запах чего-то готовящегося на кухне. Ты ночевала у нас? - Она подметила одежду Эллы; на ней была одна из моих старых футболок, совсем как на Рейне. Элла собиралась изобразить невинность, но потом вспомнила разговор, который у нее был с Рейной. - Да, так и есть. У нас с Максом был наш обычный вечер кино, и что ж, одно привело к другому, и... мы вроде как спали вместе, - сказала она, позволив этому повиснуть в воздухе. Моя мать моргнула от внезапного признания, не зная, как реагировать на такое откровение или просто на тот факт, что ее сын спал сразу с двумя девушками. Она собиралась что-то сказать, но Элла опередила ее. - Я знаю, что это немного личное, но я не хочу, чтобы между нами были секреты. В конце концов, вы были для меня как вторая мать, и я просто хотела, чтобы вы знали. - Ох, хорошо, я ценю, насколько ты открыта, - сказала моя мать, все еще неуверенная во всей ситуации. - Эл, я не знаю, знаешь ли ты это или нет, но... - она сделала паузу, не зная, как объяснить такую сложную ситуацию, - Макс уже был с другой девушкой. - С кем? Рейна? Ох, я знаю, она тоже была с нами, - ответила Элла с широкой улыбкой, что еще больше сбило мою маму с толку. - Подожди, ты знаешь? - О да, и я согласна с этим. Говоря об этом, вот и наш маленький дьявол, - сказала она, когда Рейна вернулась, что заставило мою маму сделать двойной дубль. - Доброе утро, мисс Картер, надеюсь, вы хорошо спали. Макс сказал мне, что вчера вы закрыли крупную сделку. Я надеюсь, что новый домовладелец был более чем доволен вами, - сказала Рейна, внутренне ухмыляясь, вспомнив, как мы застукали мою мать, делающую минет какому-то бедняге, чтобы поднять цену продажи. Но, хотя это было неожиданностью для меня и Эллы, Рейна знала об этом. Вот почему она предложила нам встретиться с ней там: чтобы мы могли застать мою мать с поличным. - Ох да, он был доволен, - сказала моя мама, делая вид, что это не имеет большого значения. - Он и его жена — хорошие люди, и у них есть двенадцатилетний сын. Так что для них было бы неплохо создать домашний очаг здесь, в Моррисоне. - Держу пари, - ответила Элла, вспомнив, как доктор изменял своей жене. Она не винила мою мать, поскольку доктор мог легко отказаться от ее ухаживаний. Кроме того, моя мать делала это только для того, чтобы повысить цену дома. По сути, она вела себя как проститутка, что Элле казалось просто прекрасным. В конце концов, никто не должен обвинять проститутку в совершении прелюбодеяния, а скорее супруга, который изменяет. Это была немного извращенная логика, но Элла, похоже, придерживалась ее. - Итак, мисс Картер, какие планы на сегодня? - Их пока нет, и, пожалуйста, зови меня Синтия, или, что более предпочтительно, Синди. Мисс Картер просто заставляет меня казаться старой. - Я не думаю, что вы старая. Я имею в виду, я вижу, откуда у Макса такая внешность. Синди, ты просто находка. И если я могу быть откровенна, я считаю, что ты из тех, кого мальчики назвали бы МИЛФА, - сказала Элла с улыбкой, которая стала еще шире, когда она заметила румянец на щеках моей мамы. - Пожалуйста, Элла, ты мне льстишь, я знаю, что становлюсь старше. Я имею в виду, что мне уже 42. - Правда, тебе 42? Когда мы впервые встретились, я подумала, что тебе лет 30, 35, - сказала Рейна, запрыгивая на ближайший стул. - Действительно, хорошо, спасибо. Но я могу заверить вас, что мне 42, - моя мать улыбнулась, поправляя свои волосы. В то время как она старела, известие о том, что она выглядит моложе своего возраста, значительно подняло ее настроение. Она собиралась спросить, что планировали Элла и Рейна, но быстро закрыла рот, когда я вошел в комнату. - Доброе утро, - сказал я, пытаясь скрыть беспокойство в голосе. - Доброе утро, любимый, - промурлыкала Рейна, плавно подойдя и поцеловав меня в щеку. Она сделала это безумно мило, встав на цыпочки, чтобы приблизить губы. Наконец, когда она прервала контакт, она направила меня к столу. - Вот, присаживайся. У меня есть для тебя завтрак. На самом деле, я сделала достаточно для всех нас. Когда мы все сели, Рейна начала подавать свежеприготовленный пан дульче с гарниром из сосисок и теплым кленовым сиропом, который, по словам Рейны, является величайшим вкладом, который Канада когда-либо приносила миру. Второй величайшей вещью была социализированная медицина. Мы все застонали, когда попробовали кусочек с богатым вкусовым, запитанным в хлебе. Это было похоже на поедание пушистых облаков. Пока мы ели, я узнал, что любимым занятием Рейны было приготовление пищи. Она особенно любила изучать новые рецепты. Она также предложила заплатить моей маме за пользование ее продуктами, от чего, в конце концов, моя мать отказалась. Она сказала, что было приятно, когда кто-то готовил ей завтрак, а не наоборот. И поскольку еда Рейны была настолько впечатляющей, моя мама фактически намекнула, что она не возражала бы против еще одного домашнего блюда Рейны. Как только все наелись, Рейна начала убирать посуду, но моя мать остановила ее. - Нет, позволь мне. В конце концов, ты старалась изо всех сил, чтобы приготовить нам завтрак. Меньшее, что я могу сделать, это прибраться. - Хорошо. Ну, я думаю, мы с Эллой могли бы пойти к ней домой и поговорить с ее матерью о том, чтобы снять у нее комнату, - подумала Рейна вслух, убирая использованную посуду. - Действительно. Ты переезжаешь в соседний дом? - спросила моя мама. - Ох да, знаешь, я остановилась в этой паршивой адской гостиничной дыре. Как только Эл услышала об этом, она предложила мне переселиться к ней, так как у них есть свободная спальня. Мне просто нужно встретиться с мисс Саммерс, - она улыбнулась, увидев озадаченный взгляд на лице моей матери. - В любом случае, нам нужно одеться, прежде чем мы уйдем. Эл? - сказала Рейна, подняв руку. - Да, - согласилась Элла, затем посмотрела на меня сверху вниз. - Тогда увидимся после того, как поговорим с ней, - сказала она, а затем просто поцеловала меня в щеку, что было огромным триггером для Рейны. - Так ты прощаешься со своим возлюбленным? - сказала Рейна, упрекая Эллу в отсутствии привязанности. Затем она перешагнула через меня и посмотрела вниз, туда, где я сидел. - Вот так ты должна прощаться с любимым, - затем она схватила меня за щеки и одарила одним из своих душераздирающих поцелуев, не побоявшись при этом использовать немного языка. Ее аромат жареной корицы окутал меня, когда я потерял себя в нашем страстном действии. В течение жаркой минуты казалось, что это были только я и она — как будто ничто другое не имело значения в мире. К тому времени, как мы разъединились, мы оба запыхались. Затем, со своей очаровательной улыбкой, она встала и посмотрела на Эллу. - Вот это был поцелуй. Я был настолько поглощен поцелуем, что забыл о других женщинах в комнате. Я, наконец, оглянулся и увидел, что у Эллы были красивые розовые щеки. Кроме того, поскольку она была связана со мной, я также мог чувствовать ее возбуждение и ее свирепость. Это было неудивительно, поскольку Элла, казалось, всегда отличалась склонностью к соперничеству, но что меня удивило, так это то, что у моей матери тоже были румяные щеки. "Она возбуждена?" - спросил я себя, все еще глядя на нее, но у меня не было времени на это, так как Элла быстро приземлилась прямо мне на колени. - Я покажу тебе поцелуй, - сказала она в ответ Рейне, поднимая перчатку, которую бросила Рейна. Поцелуй Рейны был наполнен чувственной потребностью и немного похотью. Элла, с другой стороны, была полна голода и желания. Я почувствовал, как наши губы врезались друг в друга, когда она яростно пожирала мой рот. Ее язык проник в мои губы и начал сражаться с моим. Это было далеко от того, что делала Рейна, но это почему-то казалось правильным. Это была горячая, торопливая электрическая страсть, которую могла дать только Элла. Я начал усиливать свою реакцию и даже попытался взять верх. Я приблизил ее к себе. Когда мы, наконец, расстались, мы совершенно запыхались, и наши лица были красными от напряжения. В этот момент Элла полностью забыла о своем вызове против Рейны. Все, что я видел, была чистая любовь в ее глазах. - Увидимся позже. Хорошо? - сказала она, все еще пытаясь отдышаться.