Глава 18 (ч. 1)

Я все еще был в шоке от того, что остался жив, особенно после того, как женщина-зверолюдка провела мощную рубящую атаку, но факт остается фактом — я даже был относительно невредим — благодаря ксифосу в моей руке. Последнее, что я знал, это то, что он лежал на заднем сиденье машины Эллы. Прежде чем мы добрались до карьера, мы остановились у моего дома, чтобы быстро пообедать. Пока мы были там, я чувствовал себя неловко, оставляя меч без присмотра, так как этот священник рыскал вокруг. На всякий случай я забрал клинок из своей комнаты и спрятал его в багажнике машины Эллы. Это была главная причина, по которой я бежал к ее машине, надеясь и молясь, что он сможет помочь мне против зверолюдки. Но я никогда бы не подумал, что он придет ко мне, как Мьельнир, и заблокирует массивный огненный меч. Это заставило меня задуматься, что такого особенного было в мече или во мне по отношению к нему. В этом не было особого смысла, поскольку я был наполовину демоном, и он был, по-видимому, каким-то священным оружием. Что еще более странно, я мог поклясться, что слышал, как он пытался что-то сказать мне — заговорить со мной, как будто у него был собственный голос. Как бы там ни было, я был бесконечно благодарен за свою удачу. Я подтянул оба колена к груди и прижал ступни к ее грудине. Затем, используя всю силу своих ног, все еще наполненных демонической энергией, я яростно оттолкнул ее от себя. Она отлетела на несколько футов и, из-за своей неуравновешенности, упала с ног. Я знал, что должен встать, прежде чем она стабилизируется. Как будто инстинктивно, я начал делать подтягивание, но вместо того, чтобы использовать ноги, основная сила исходила от моей спины. Я выгнулся на две ноги с мечом в руке. По бокам от меня яростно развернулись два моих величественных черных крыла, будто готовые к бою. Прекрасная зверолюдка с благоговением смотрел как на меч, который волшебным образом оказался в моих руках, так и на мои черные, как смоль, волшебные крылья. Я не дал ей возможности собраться с мыслями. Одним сильным взмахом крыльев я бросился на нее, подняв меч, готовый нанести удар. Она отшатнулась от импульса моего клинка, усиленного силой моих крыльев; она внезапно перешла к обороне после нескольких минут — которые казались часами — непрерывного нападения и преследования. Я увидел что-то новое на ее лице — две вещи, на самом деле. Одним из них был шок. Другое было то, чего я никогда не ожидал увидеть от свирепого, кровожадного зверя: надежда. Однако этот взгляд был недолгим. Она нашла опору и снова атаковала. Мы обменивались ударами мечей взад и вперед — ну, я просто пытался убедиться, что она не разрубит меня надвое. Мои навыки владения мечом были несколько ограничены. В основном они состояли из просмотра боев на мечах "Игры престолов", Иниго Монтойи из культовой сцены принцессы невесты и нескольких притворных боев на световых мечах. Я должен был оказаться в крайне невыгодном положении, но, похоже, я неплохо справлялся. Я не был настолько глуп, чтобы поверить, что я одаренный от природы фехтовальщик. Казалось, что сам ксифос сражался против зверолюдки. Словно он помогал моему телу парировать или блокировать ее входящие удары мечом. Я все еще не был уверен, как и почему меч делает это, но я не хотел подвергать это сомнению, поскольку это было тем, что удерживало меня от того, чтобы стать нарезанными кубиками. Даже с помощью меча я медленно терял свое преимущество. Небольшие порезы и раны начали окроплять мое тело. Меч мог сделать не так уж много, а у меня начинала заканчиваться демоническая энергия. Если бы я продолжил битву со зверолюдкой, в конечном итоге проиграл бы. Мне нужна была новая стратегия — что-то, что могло бы вытащить меня из глубокой могилы, которую я вырыл для себя. Затем я подумал о том, что сказала гончая, прежде чем мы начали нашу маленькую битву. Я вспомнил, что она не сказала, что я должен победить ее, а скорее, что я должен заставить ее подчиниться. Я понял, что все шло не так в этой битве. Я был сексуальным демоном, существом, которое использует силу секса, чтобы заставить женщин подчиняться мне. Несмотря на то, что она была адской гончей, она все еще была женщиной — и, на данный момент, привлекательной. Это стало моим новым планом. Если я не мог победить ее в бою, тогда я собирался победить ее с помощью секса. Я начал менять свой боевой стиль, в основном парируя и блокируя все ее входящие атаки. Сосредоточившись на самозащите, параллельно, я начал выпускать свою демоническую ауру — ту, которая влияет на женское либидо. С каждой новой атакой она получала небольшую дозу этой ауры. Казалось, это сработало. Ее атаки нисколько не замедлились, но я заметил небольшое потемнение вокруг ее прекрасных щек. Это было не от напряжения, а от возбуждения. Когда эта часть моего плана сработала, я начал работать над другой: использовать свой уникальный, пока не названный навык. Я потянулся к разуму зверолюди. Это было неизмеримо труднее делать во время боя — как из-за физического напряжения от парирования ее атак, так и из-за сильного истощения моей демонической энергии, которая позволяла моему телу едва-едва поспевать за ней. Тем не менее, у меня не было другого выбора. Я использовал каждую возможность, которую мог найти, и использовал каждую частичку энергии, которую мог сэкономить, чтобы попытаться проникнуть в ее голову. Это было все равно, что пытаться ухватиться за кусок веревки, который был едва в пределах досягаемости и развевался на ветру. Каждый раз, когда я чувствовал, что завладел ее разумом, он просто ускользал. Между отражением атак зверолюди, наполнением ее моей демонической аурой и попытками связаться с ее разумом, моя демоническая энергия быстро падала. Затем, когда все казалось потерянным — когда я бежал от демонических испарений — мне удалось крепко ухватиться. Морально и физически истощенный, я мог отдать только одну простую команду. "КОНЧАЙ!" закричал я в ее разум. Она мгновенно издала гортанный стон, согнувшись пополам, когда волна эйфории пронеслась по ней. Одной рукой, все еще крепко держась за свой гигантский меч, она использовала другую, чтобы наклониться и обхватить свою мокрую киску. Ошеломленная и поглощенная своими мыслями, она не заметила, как я сделал своевременный выпад. Я успешно прижал ее к стволу ближайшего дерева. Я отбил ее меч своим и крепко сжал ее шею. Она собиралась ударить меня, но с яростным взглядом в глазах остановилась. Я встретился с ней взглядом и снова использовал тот же трюк. "КОНЧАЙ!" Она ахнула, когда моя команда овладела ею. Ее ноги начали дрожать; они угрожали подкосится в этот ответственный момент. - Что это за магия? - спросила она, все еще тяжело дыша от последовательных оргазмов. Я только улыбнулся ей, когда наклонился. Наши носы были всего в нескольких дюймах друг от друга. - Ты связалась с демоном, мой маленький щенок, - сказал я со всей самоуверенностью и самодовольством, на которые только был способен. - Теперь пришло время завершить наш контракт, заставив тебя полностью подчиниться мне. Оглядываясь назад, вероятно, было плохой идеей угрожать дикому адскому зверю, но моя демоническая сторона кричала, чтобы я доминировал над ней. По выражению ее лица я действительно подумал, что она может хотеть того же. Удерживая ее на ногах, я перевернул ее, пока она не оказалась лицом к дереву. Затем, собрав все свои оставшиеся физические силы, я прижал ее к нему лицом. Обычно, когда чье-то лицо прижимается к твердому дереву, они злятся или расстраиваются, но то, что я услышал, было стоном — стоном истинного удовольствия. Именно тогда я понял, почему моя демоническая сторона так кричала. Ей нужно было, чтобы ею управляли, чтобы кто-то полностью взял ее под свой контроль. Что ей было нужно, так это альфа-самец. Придя к этому осознанию, я понял, что должен сделать все возможное, чтобы стать альфой, поэтому на усталых ногах я двинулся вперед. Я потянулся вниз и расстегнул молнию на штанах, выпуская свой чудовищный член. Как только он был освобожден, я полез под ее кожаную юбку, которая была просто связкой кожаных лент, свисающих с ее бедра. Как только я оказался в ее простых льняных трусиках, я хорошенько их дернул. Громкий звук разрыва заполнил лесную подстилку, и я поднял изодранные остатки ее нижнего белья, как трофей. Ослабленный почти полным отсутствием демонической энергии и невозможным физическим напряжением, я все же нашел в себе силы продолжать — даже если это был в основном блеф. - Ты готова подчиниться мне? - проворчал я своим низким голосом. Она не ответила, но попыталась оттолкнуться от дерева — или это было то, что я подумал сначала. Но вместо того, чтобы попытаться оттолкнуть свою голову от дерева, все, что она сделала, это подтолкнула ко мне свою большую, упругую задницу. На моем лице появилась улыбка, когда я понял, что она будет моей. Я направил свой член к ее мокрой киске. Одним плавным движением я погрузил в нее все двенадцать дюймов толстого, твердого члена. Затем произошло нечто удивительное. Волна чистой энергии перетекла от зверолюди и проникла в меня, пополняя мои истощающиеся резервы и даже расширяя мой резервуар. Это было так же, как когда я впервые переспал с Эллой. Зверолюдка была девственницей, и, забрав ее невинность, я пожал эту девственную силу. Мне просто повезло. Внезапно я почувствовал, что более чем готов доминировать над этим могущественным существом. Положив одну руку ей на голову, а другую на ее чрезвычайно толстое, но крепкое бедро, я отодвинулся назад, пока только кончик члена все еще был внутри нее. - Теперь пришло время узнать, каково это на самом деле, когда над тобой доминируют, - сказал я низким, командным голосом. Я грубо вонзился в нее, заставляя ее громко ахнуть. Я начал перестраивать ее внутренности, трахая ее сильнее, чем я когда-либо трахал что-либо или кого-либо за всю свою жизнь. Я думал, что киска Рейны или рот моей матери были горячими, но дырочка зверолюди чувствовалась как настоящая доменная печь. Обжигающий жар окутал мой твердый член. Было так жарко, что любой нормальный мужчина, вероятно, сжег бы свой член или, по крайней мере, получил серьезные ожоги. Для меня же это было по-настоящему божественно. Я продолжал проникать и трахать ее, и, в ответ, из ее прекрасного рта вырвался непрерывный поток громких вздохов. Ее язык высунулся, когда она пыталась отдышаться, и, ни с того ни с сего, я заметил, что он синий. Это заставило меня задуматься, что еще было синим, когда я посмотрел вниз, где мой член погружался в ее мокрую киску. Я решил, что тщательный осмотр может подождать. Пока она была отвлечена, а я полностью контролировал ситуацию, я начал глубже проникать в ее разум. Я внедрил несколько команд, большинство из которых были похожи на те, что я вложил в Рейну и Эллу. Одной из основных стала направленная на ее центр удовольствия, базирующаяся так, чтобы её шерсть была спусковым крючком. Как только эта команда была дана, ее киска крепко прижалась к моему члену. Она разразилась криком, когда кончила от своего первого в жизни оргазма, вызванного членом. Затем произошло кое-что новое. В моем сознании начали появляться видения: черная, бесплодная земля, насколько мог видеть глаз, без солнца или звезд на небе. Из-под земли вырывались шпили пламени, единственное освещение. В центре этого огромного пространства было небольшое мерцание синего света. Я осознал сильное чувство одиночества, пронизывающее видение. Мне потребовалось всего мгновение, чтобы понять, что я смотрю в воспоминания зверолюдки. Я чувствовал боль и одиночество, которые она испытывала все эти годы в подземном мире. - Я знаю, чего ты хочешь, - сказал я ей, замедляя свой темп, чтобы можно было поговорить с ней должным образом. - Я знаю, что ты долгое время была одна. Я не знаю, что случилось с тобой или твоей семьей, но я знаю, что ты жаждешь что-то найти. Подчинись мне, и я исполню твое самое сокровенное желание: быть в стае — быть в моей стае. Она оглянулась через плечо; наши глаза снова встретились. Небольшая слеза навернулась на ее глазах, а затем я увидел, как она наклонила шею — легкий кивок. Это было все согласие, которое мне было нужно. Я не просто собирался сделать ее своим фамильяром; Я собирался сделать ее своей рабыней. С этим намерением в голове я начал накапливать свою демоническую энергию. Буря в моем ядре начала расти, и с вливанием силы гончей она быстро росла. Когда мои яйца начали взбиваться, я в последний раз проник в ее разум, внедрив команду, что, когда я кончу в нее, она кончит в десять раз сильнее, чем в свой самый сильный оргазм, который она когда-либо испытывала самостоятельно. Когда я, наконец, кончил, демоническая энергия вырвалась из меня, выполняя рабское клеймо и заставляя одинокую зверолюдку испытывать истинное, восторженное наслаждение. Она кончила так сильно, что дерево под ее ладонями начало раскалываться. Она испытала то, что очень немногие люди или существа когда-либо испытывали. - С этого дня твое имя будет Азура, и ты будешь моей верной воительницей и рабыней. Ты будешь любить и защищать свою новую семью — свою новую стаю — и, взамен, я обещаю, что ты никогда больше не испытаешь чувства одиночества, - мое дыхание было затруднено, так как вся энергия покидала мое тело, но, закончив свое заявление, я почувствовал, что наша связь укрепилась. Я знал, что она станет и моим фамильяром, и моей рабыней. - Да, Хозяин Стаи, Азура будет защищать свою новую стаю — свою новую семью, - сказала она с любовью и преданностью в голосе, который стал еще более женственным, чем раньше. - Азура позаботится о том, чтобы они были в безопасности. - Ее лицо, когда-то наполненное пламенной страстью, теперь отражало те же эмоции — и даже намек на восхищение. Глядя вниз на новоиспеченный рабский ошейник на ее шее, я заметил, что он уже был украшен золотом с серебряной инкрустацией вместо стандартного железного, с которого начинали две мои другие рабыни.