***

Морды Акул просто бесценны, но Ума волевым усилием сдерживает и ехидные смешки, и комментарии. Дана тоже почти ласкова, но в ее характере в целом есть снисхождение к побежденным, Лесе с этим сложнее. В кулуарах же генштаба уже ходят слухи, что их не слишком удобную, но очень эффективную группу «Нерпы» вскоре отберут у Шального и всучат обратно Булатову, так что не стоит портить отношения с потенциальными коллегами. Справедливости ради «Акулы» принимают поражение достаточно сдержано, если б не забавный белобрысый сапер и его откровенные психи, то можно было бы даже сказать достойно. Но Леся парня не осуждает даже мысленно. Во-первых, прекрасно знает насколько может достать Кот, особенно в качестве тренера, во-вторых, сама психует в таких ситуациях еще сильней. Просто внешне приучила себя сдерживаться. В общем, девушки уходят с легким сердцем и веселыми улыбками, обычно внимательная Умка не то, чтобы не замечает очень странного взгляда командира отряда Акулы, просто считает его реакцией все на то же поражение. Разбор полетов от Кота не затягивается, видно есть еще у командира, садиста и тренера планы на вечер, но Витязь пропускает его мимо ушей, все ошибки он прекрасно поймет и сам. Чуть позже, когда сможет продышаться. Когда отступит это ощущение комка в горле, полузабытый предвестник панической атаки. А как еще реагировать, когда увидел перед собой призрак? Темно-карие глаза девчонки из «Нерп» будят слишком чудовищные, загнанные в глубины подсознания воспоминания. Ира так же смотрела на него в свой последний день, доброжелательно и чуть выжидающе. И так же задорно подмигнула. Это было в шесть часов вечера, Виктор уезжал в город с матерью, домработницей семьи Верниковых, он приехал тогда на сезонную подработку, помочь с садом, а Иришка, дочка Верниковых, вышла в магазин. В очень дорогом и абсолютно безопасном поселке под Владивостоком. То, что от нее осталось нашли на дороге к семи утра следующего дня. Охранники поселка, набранные из крепких, горячие точки прошедших мужиков, не могли сдержать ужас. И самое паршивое, что это сделал кто-то из своих, из очень элитных жильцов. Нет, Валин прекрасно знал даже тогда, что элитный вовсе не значит хороший, особенно относительно человека, но кто же думал, что в этом запертом мирке внешне очень благополучных людей кто-то посмеет напасть на свою? Почти свою… Дочку Верниковы взяли из детдома, знал об этом только Валин, честно говоря, даже мать была не в курсе, девочку они удочерили в раннем детстве и внешне подобрали под себя. Витя тогда просто подрабатывал иногда разнорабочим, это еще до срочки было, в старших классах школы и однажды помогал хозяйке разбирать огромные коробки с документами, она хранила дома кучу всего касающегося бизнеса, имущества и прочего. Тогда и увидел мельком те самые бумажки, оставлять их в общем сейфе домашнем Дарья Андреевна не рискнула, на фирме тогда тоже надежных тайников не было, а в эти коробки кроме хозяйки никто никогда не заглядывал. Увидел и обещал молчать. Слово держал, хотя с Иришкой они были достаточно близки. Верниковы все же были немного менее склонны к снобизму, чем другие и ценили мать Виктора за надежность и исполнительность, да и его самого считали перспективным. Виктор не был тогда влюблен, все же слишком разные миры, но наверно готов был влюбиться. И банально не успел. Не отпускало до сих пор. Даже во сне периодически появлялось то истерзанное тело молодой девчонки, то пустые глаза ее матери. Стоит ли говорить, что убийцу до сих пор не нашли? Хотя искали. Или очень убедительно делали вид. В поселке еще обитали пара судей краевого суда, местное милицейское начальство… И у них были сыновья. Виктора все не покидала мысль, что не было произошедшее ни случайностью, ни разовым эпизодом. Тем более, что в городе давно ходили слухи о пропаже темноволосых девочек в возрасте от шестнадцати до восемнадцати лет. Даже три заявления лежало в разных отделениях милиции, только все те жертвы были из неблагополучных семей. Восемнадцать лет назад, в две тысячи третьем, искать их было просто некому. Виктор тоже тогда вряд ли мог бы что-то сделать, но чувство вины не покидало его все эти годы, даже усугублялось. Чем больше он умел теперь, тем больше, казалось ему, мог бы сделать тогда. Спасти мог бы. Девчонка долго бы не выходила из головы, хотя понятное дело Иришкой не была, но недовольное провалом начальство подкинуло столько работы, что голову поднять было некогда, не то что рефлексировать. Впрочем, оказавшись у Багиры на даче в ходе присмотра за соседским пацаном Валин осторожно, под нейтральным предлогом расспросил о тех самых «Нерпах», при косвенной поддержке остальных. Ворон все в себя прийти не мог, Мастер просто девушками интересовался, Авроре доводилось слышать позывные и тоже было интересно. Девочку похожуй на Иришку звали Лесей, но Багира предпочитала называть по позывному Умкой. Впрочем, Валин слышал, как несгибаемая и крутая без скидок на возраст Кошкина по телефону нежно называет Ионова Котёнком, так что это скорее был знак особой привязанности. И лет ей было всего двадцать восемь, а воспитывалась девушка в детдоме. Это уже наводило на некие размышления, впрочем, исключительно абстрактные. История эта так и забылась бы, разве что Валин еще пару месяцев кошмары смотрел, да матери старался звонить пореже, но внезапно Виктор столкнулся с продолжением, причем в очень подозрительной форме. На возню в подворотне Валин среагировал машинально, он и в детстве не мог пройти мимо откровенной несправедливости, а теперь еще и не хотел. Да и мог себе позволить, честно говоря, противников реально опасных для бойца его уровня с каждым годом становилось все меньше. Разумную осторожность все равно никто не отменял, но здесь Валин вроде только щелчок ножа слышал, потому наскоро накрутил на руку куртку и свернул в подворотню, где некий мужик пытался затащить в шикарную машину молодую девчонку, бормоча при этом нечто невнятное. Девчонка, неудобно схваченная сзади как раз ухитрилась ловко выкрутиться и отступила на пару шагов, когда Валин одним прыжком оказался рядом с ней и закинул себе за спину. В этой арке подворотни явно подразумевалось некое освещение, как и во дворе, но фонари почему-то не горели. Ножом его попробовали пырнуть, лезвие Виктор перехватил той самой намотанной на руку курткой, но явно нападавший подмоги не ожидал и запаниковал, стремительно утрамбовываясь в криво припаркованный здесь же автомобиль. Виктора дернула на себя спасённая девчонка с неожиданной силой, спасая от попадания под колеса, у них как раз за спинами оказалась ниша, возможно дверь в дворницкую, такие входы часто делали в арках подворотен. Машина с нападавшим стремительно проехала арку и нырнула во двор, Валин напрягся догонять, но его тормознула девушка, сказав абсолютно спокойным тоном: — Дохлый номер, там двор проходной. Выскочит. Спасибо. Голос показался знакомым. Виктор сунул руку в карман ища ключи с фонариком на брелке, но девушка уже достала телефон и зажгла фонарик сама. — Витязь, вроде бы? — Он самый, — подтвердил Валин довольно мрачно, — а ты вроде Ума? Или лучше Леся? Я Виктор, кстати. Ты поняла кто это был? Что он от тебя хотел? Может номер машины, я тут ни черта не видел. Леся пожала плечами и осветила фонариком противоположную стену арки. На старинном красном кирпиче виден был открытый распределительный щиток с оборванной петлей для навесного замка, Витязь достал все же свой фонарик и подошёл поближе. Все автоматы были отключены. Валин поднял один из рычажков, арку осветил чуть призрачный, но вполне приличный голубоватый свет, на входе замигал огонек камеры. — Вот как? И свет заранее вырубил. Слушай, тебя что ли ждал? — Не похоже. Ждал, да. Но точно не меня. Он будто испугался. Бормотал все время, что меня быть не должно, меня нет. Я призрак. Валин позорно уронил уже ненужный фонарик вместе с ключами. — Призрак? Вопрос был задан одновременно с разворотом к девушке, так что следом прозвучал уже присвист. Валин себя от этого отучал давно, но получалось плохо. — Ох! Ты вообще как? Больно?! Скорую? Леся машинально провела рукой по щеке, удивленно посмотрела на кровь, только теперь обнаружив, что вообще-то там саднит, потом дала Валину свою сумку. — Там салфетки достань, а? Все нормально, ссадина отчего-то. Перстень у него был, что ли. Эй, что с тобой. — Перстень у него был… А похоже. Очень похоже. Говоришь, призрак. Я тоже так подумал. Идем ко мне, тут недалеко, — Валин все-таки достал салфетки и приложил пару девушке к щеке. — Хоть рану обработаешь. И я все объясню. Точнее… Ну правда разговор не для улицы. Я тебе ничего не сделаю, правда. По результатам совместных учений Ума в этом, пожалуй, и не сомневалась, да и от психа в подворотне сама бы отбилась вполне эффективно, Валин не сомневался, но ему действительно нужно было узнать все о нападавшем. Не бывает таких совпадений! Леся кивнула и даже позволила взять себя под руку, ее немного пошатывало после пережитого. Жил Виктор недалеко, в служебной, но уютной квартире, удивительно пропахшей выпечкой. Леся удивленно хмыкнула, но вопросы предпочла пока отложить, тем более, что Виктор любезно проводил ее в ванну и оставил аптечку и свою старую рубашку на смену. Футболку следовало простирнуть от крови, ссадину на щеке обработать, да и вообще умыться. С кухни тем временем доносилась вполне уверенная возня. В его старенькой рубашке и с убранными в хвост волосами Леся утратила значительную часть мистичности и призраком уже не казалась, Иришка старую фланелевую рубашку в клетку не надела бы никогда. А вот сходство осталось, просто теперь, в спокойной обстановке и при хорошем освещении казалось родственным. Виктор времени зря не терял, успел заварить чай и разогреть некую выпечку, а так же достал некий фотоальбом, который теперь напряженно рассматривал. Парень казался настолько ушедшим в себя, что Леся осторожно положила руку ему на плечо. — Эй, Витязь! Ты в порядке? — Не совсем. Я тоже как призрак вижу. Смотри. Вообще запоздало Валин подумал было, что стоило ограничиться только совместной фотографией с Иришкой и не показывать в свое время нелегально раздобытые копии фото из уголовного дела, но Леся оказалась барышней крепкой. Что, впрочем, было и не удивительно. — Похожи да. Очень похожи. Сколько ей было? — Семнадцать. Это две тысячи третий год. Под Владивостоком было. — Моя мать умерла когда мне было семь. Папа раньше, но за него пенсию платили и мама работала. Мы неплохо жили, хотя много ребенку не расскажешь. Просто я после аварии все-все помню. И мамины разговоры с подругами, которые краем уха слышала. Это был второй брак. Первый ранний, ей даже восемнадцати не было. Мужу первому двадцать, поженились по залету. И маму заставили оставить первого ребенка в роддоме, написать отказ. Ее мать как раз в роддоме работала, а свекровь в доме малютки. Думаю, они это без проблем оформили. Эта девочка была приемной? — Да. Но об этом никто не знал. Очень богатая семья, они ее любили. Я случайно узнал, но молчал. Даже следователям не сказал. Может, зря? Ее убийцу так и не нашли… — И сегодня меня кто-то называет призраком? Думаешь? — Не знаю. Но совпадение очень подозрительное. Ума, ты чай пей. И вот булочки есть. А это пирожки, там курица с грибами начинка. Все свежее, я сам готовил. Иришка такие любила, ей часто мама моя пекла. — Вы дружили? — Не очень близко, честно говоря. Моя мать в их семье домработницей была, на зарплату в школе тогда не прожить было. Ну и я приезжал помогать на сезонные работы. А Ира помогала мне с иностранными языками. У нее друзей не очень много было, в том поселке. Понимаешь, там элита жила. Пальцы веером и все подобное, а она такого не любила. — Понимаю. И похоже ты прав, смотри. Леся протягивает Валину одну из тех самых фотографий, из материалов дела. Там лицо крупным планом, она менее страшная, чем прочие, но все равно Валин старался не всматриваться когда снимки доставал. Теперь всматривается и понимает, что именно Леся имела ввиду. У Иры среди всего прочего осталась ссадина на щеке очень странной формы. Почти такая же и в том же месте сейчас у Леси. — Номер машины ты не рассмотрела? — Нет, но там была камера. И замок на щитке сломали совсем недавно. Он ждал там кого-то. Похоже не меня, но ждал. — И что нам это дает? — Номер машины, — хмыкает Леся и достает телефон. Номер у нее на быстром наборе, да и трубку некто берет почти сразу. — Илюш, привет. Прости, я знаю, что ты на службе, но это срочно. На меня напали недавно. В арке на улице Кузнецова дом два. Там перед этим сломали щиток и отключили свет и камеру. Сможешь найти видео? Мне? Мне нужен номер машины. Спасибо. Я знаю, что ты гений. За это и люблю. Пригову привет. — Пригову? — Старший лейтенант Илья Петрович Зыков, позывной Дакар. Компьютерный гений, имеет доступ ко всем возможным, невозможным и части официально не существующих баз данных. Сугубо потому, что если доступ ему не дать, он все равно пролезет, только еще и скандал будет. Числится заместителем Пригова по информационно-технической работе. Таких спецов у нас в стране хорошо если десяток наберется. Если запись есть, Дакар ее добудет. А пока давай тоже чай пей. Ты бледный совсем. Классные пирожки. Мать пекла? — Нет, она во Владивостоке. Сейчас сиделка у Иришиной матери, попросил муж, бросить не смогла. Они подругами стали. Та после инсульта, но они до сих пор Иришку не отпустили. Простить себя не могут. Это я сам. Хобби. — Бизон уже в курсе? — Да. Подозреваю, что только поэтому за провал на учениях не убил. — Да нет, и так не убил бы. Бывает. И не такое бывает. Телефончик звякнул, Леся хмыкнула: — О Дакар! Оперативно. Номер, владелец… Судя по программе сличения лиц он за рулем и сидел. А это что за файлики? Ух ты, ух ты, ух ты! Надо же. — Что там? — Смотри. Наш клиент Авдеенко Максим Григорьевич, успешный адвокат, своя компания в Москве, филиалы по всей стране. Даже метил в правозащитники, но пару раз попал на совсем зашкварные дела и замолчал. А вот это его мать. — Авдеенко Эльвира Викторовна, — ровным голосом продолжил Валин, не глядя в протянутый телефон, — судья, доктор юридических наук, очень уважаемая женщина. — Бывшая судья. Ныне депутат краевого заксобрания от оппозиции. Но да, мадама яркая. И вот прям настолько за все хорошее и против всего плохого, что на нее зубы в два ряда у ФСБ. Но бывшая судья. Не подкопаешься. — И сын маньяк. — Убийца. — Да нет, боюсь что именно маньяк. Понимаешь, я тогда возле милиции крутился днями и ночами, мне казалось, что Ириного убийцу точно найдут… Короче, тогда пропадали в городе девушки. Твоего и Ириного типажа. И их не находили. Но это в разный районах было, никто и не подумал дела объединить. — Ага. А машина у него тогда была? — Не помню. Вроде бы… Точно, была. Ему на восемнадцать лет родители подарили, он к Ире подкатывал. А она его терпеть не могла, что с машиной, что без. — Ясно. Слушай, а что он в подвортне торчал? Не меня же ждал. Я и сама не знала, что в городе буду. — Не знаю. А видео твой Илья Петрович может достать и переслать? — Думаю да, сейчас напишу. Видео Дакар переслал за три дня, дальше на серверах все переписывалось, но отсюда стало понятно, что машина Авдеенко три дня крутилась в этом дворе. Увы, в самом дворе камер не было, только на въезде в арку, потому невозможно было отследить за кем именно Авдеенко следит. Но заметочку пройтись там еще и завтра Валин себе сделал, а пока проводил Лесю до квартиры, просто для собственного спокойствия. В его рубашке она смотрелась забавно и как-то очень по-свойски, держалась дружески. Наверно, теперь Валин понял немного поведение Кота. Какими бы «Акулы» не считали себя крутыми и особенными, а «Нерпы» стоят того, чтобы по ним скучать. Может и хорошо будет, если объединят, раскопал где-то Ворон такой слушок. Сработаются. На следующий день Бизон тоже отпускает их всех в город, странное затишье, связанное то ли с осенью, то ли с арестом Гекаты и ликвидацией Стратега продолжается вторую неделю и Витязь с Вороном и Мастером проходят мимо нужной арки. Там подозрительное столпотворение, стоит несколько полицейских машин, крутятся местные кумушки, в стороне знакомый участковый утешает одетого не совсем по погоде ребенка лет трех. Курточка оранжевая и явно с чужого плеча, оттого не разобрать мальчик это или девочка. Валин отходит поговорить и возвращается с очень обеспокоенным лицом. Жестом показывает Мастеру и Ворону идти за ним, сам достает телефон и открывает мессенджер, Леся вчера перекидывала ему видео, там может быть и номер телефона. На звонок девушка отвечает быстро, обещает ждать у двери его квартиры. С учетом всей ситуации Валин предпочитает думать, что все тут в представлении друг другу не нуждаются и сразу переходит к делу, профессионально игнорируя все тональности сопения Ворона. Мастер как и всегда в критических ситуациях, эмоций не проявляет. — Лесь, машина Авдеенко сегодня снова была в той арке. И пропала девушка, темноволосая, шестнадцать лет. Зовут Наташа, живет в том самом дворе, гуляла с младшим братом. Семья неблагополучная, родители и сейчас бухие в хлам, там вроде опека работает. Мальчишку пока им передадут. Твой знакомый может раздобыть адрес? — У меня есть все адреса. Даже тех объектов недвижимости, которые якобы не его. Во всяком случае те, до которых ФСБ дотянулось. Полиции сообщим? — А что они сделают? Ты же знаешь, даже тело только Иришки нашли. Что мы им скажем? И что Авдеенко предъявить? Ворон открывает было рот, но натыкается на взгляд Валина и молчит. Мастер чуть щурит выразительные глаза. У него чувство долга это основополагающая доминанта личности, выражаясь весьма устаревшей, даже не маминой, а бабушкиной еще терминологией. А долг велит защищать слабых. — Призрак, — вдруг усмехается Леся, — мы можем предъявить ему призрак. И взять с поличным силами ФСБ. Машину Дакар отследит по камерам. — И ты одна туда пойдешь? — морщится Валин. Ворон не выдерживает и все-таки вставляет свои пять копеек: — А мы зачем? Да и в чем дело вообще? Очень долгую историю Валин ухитряется изложить примерно за те пять минут, которые требуются Лесе на переговоры с загадочным виртуальным Дакаром и более реальным, но тоже малопонятным Приговым. Больше всего в данной ситуации поражает то, что генерал-майора ФСБ Ума легко уговорила на подобную авантюру. Еще десять минут уходит у Ворона на то, чтобы притащить от своей подруги-флейтистки театральный грим и черный балахон с капюшоном. Вопросов Валин не задает, это все равно бесполезно. *** — А это сомнительное строение ваш придурок на себя зарегистрировал? — Ворон деловито осматривает окрестности, прикидывая как бы поудобней форсировать двухметровый забор вокруг особняка, стоящего буквально посреди леса. Вокруг угадываются остатки бывшего поселка, на подъездной дорожке стоит та самая машина, возле колеса Мастер углядел дешевенькую заколку из прозрачного пластика и несколько капель крови. — На фирму, через цепочку подставных лиц, — коротко отвечает Леся, спешно накладывающая театральный грим. Темнеет, Дакар отследил машину настолько оперативно, насколько вообще мог, но все равно темноволосая Наташа уже часа два остается с маньяком наедине. Леся нервничает сильнее, чем сама от себя ожидала. Наконец Ворон находит подходящий уступ на заборе и подсаживает Лесю, потом более легкого Мастера. Леся направляется к дому, Егор прокрадывается вдоль забора открывать ворота Витязю с Вороном. Авдеенко настолько самоуверен, что тут даже камер нет. И ворота прекрасно смазаны и не скрипят. Леся обходит дом, прикидывая как пробраться в дом. Темнеет, грим начинает тускло светиться, темный плащ загадочно шуршит подкладкой из дешевой синтетики. Сзади дома, ровно напротив входной двери расположена гостиная с большими французскими окнами, закрытыми на простенькие замки. Петли тут тоже смазаны, отмычкой Леся давно орудует бесшумно, сигнализации то ли нет, то ли отключена. Гостиная пуста, Леся сворачивает в коридор, прислушиваясь. Шум слышно чуть сбоку и будто бы снизу. Девчушка оказалась не робкого десятка, она все же яростно борется за жизнь. Девочка вырывается, умудряется опрокинуть своего мучителя и взбежать вверх по лестнице, наткнувшись как раз таки на очень эффектную Лесю. Наташа визжит, Леся быстро закидывает девчушку за спину почти таким же жестом, как позавчера Валин ее саму, еле успевает увернуться от удара. Авдеенко тоже досталось, по лицу мужчины течет кровь, взгляд безумный, в руках то ли арматурина, то ли кочерга от камина. Леся ухитряется увернуться от одного удара, на втором чертова кочерга пробивает стену и застряет в ней. Авдеенко с бешеным рыком вытаскивает ее, вырывая заодно кусок гипсокартона. Коридор не зря показался Лесе узковатым, фальшстена из гипсокартона забирает примерно полметра от настоящей, а за ней висит скрепленный скелет. Белые, явно вываренные и специально скреплённые проволочками кости. Наташа визжит еще громче, парни выламывают входную дверь. Руки Леси действуют отдельно от разума, тот зацепился за эти белые косточки и просто отказывается воспринимать что либо еще, потому девушка сама не может объяснить как она выхватила кочергу из рук мужчины вдвое крупнее и куда его била. Впрочем, последний вопрос не особо кого-то интересует. Рассвет Леся, так и не стершая дурацкий, но весьма эффективный грим встречает во дворе все того же домика, вокруг клубятся ФСБшники в неподдающихся подсчету количествах, несколько судмедэкспертов, стоят машины для перевозки трупов. В доме обнаружили четыре фальшивые стены, за каждой скелеты, от трех до пяти. Всего около пятнадцати девушек пока, но поиски еще не закончены. Леся кутается в пиджак Пригова, накинутый лично генералом и вяло пытается понять, что же от нее хочет сам Пригов. — Уманова, ты только держись. Ты молодец. Вы все молодцы. Такого маньяка раскрыли, такое дело раскрутить помогли. Его мать теперь у нас будет вот где, к ней тоже сейчас оперативники поехали. С такой санкцией на обыск, что никакая неприкосновенность не спасет. Уманова, держись. Грейся, ты дрожишь вся. Только в обморок не падай. Только в обморок не падай. Меня ж Багира за такое убьёт. И Дакар телефон намертво заблокирует. — Посмертно? — Леся хмыкает, почти приходя в себя, — да все нормально, Владимир Викторович. Просто. Гадость какая, господи! Сначала сам убивал, а потом еще и кости обрабатывал? Проволочки эти, лак… Пригов тщательно осматривается, убеждается что все вокруг заняты своим делом и компромат снимать не будут и крепко прижимает Лесю к себе. — Все, девочка, не думай. Не поймёшь ты такого, ты нормальная. Я и сам сколько не сталкиваюсь, а не понимаю. Все. Я сейчас тебе «Акул» поймаю и езжайте отсюда побыстрее. До приезда съёмочной группы. Нечего вам на камеры светиться. *** Обыск в доме бывшей судьи Авдеенко всколыхнул бы весь поселок просто по факту, но уж больно жуткими оказались и находки. Шесть тщательно обработанных девичьих скелетов было вмуровано в стену гаража, еще два нашли в домике для прислуге. Бывшую судью вывели в наручниках, неприкосновенность с нее нынешние коллеги сняли очень оперативно. Бывшие коллеги, то есть весь судейский корпус, клялись по всем региональным и части федеральных СМИ, что ни о чем даже не подозревали и всеми конечностями за честь мантии. Верниковы напряженно всматриваются в новости, испытывая пусть темное и сумрачное, но облегчение, Дарья Андреевна даже находит в себе силы встать с кресла, впервые после инсульта и внимательно смотрит на домработницу и подругу. — Машенька, это тебе Витя звонил, да? Он про новости рассказал? — Да. — Попроси его узнать, что случилось с этой выжившей девочкой, последней жертвой. — Ее Наташа зовут, она сейчас в больнице. Еще у нее братик младший, три года. Инициирован процесс лишения родителей родительских прав. — Ясно. Ну что ж. Пора вставать с кресла. Мне есть чем заняться.