Глава 5. El primer triunfo.

      Пабло вошел в свой рабочий кабинет и со счастливой улыбкой плюхнулся в кожаное кресло, даже не замечая на себе заинтересованного взгляда небезызвестного брюнета. Настроение было, самое что ни на есть прекрасное.  За панорамным окном искрилось яркое весеннее солнце, и даже самые разнообразные громкие звуки, доносившиеся с главного проспекта столицы, не могли заглушить веселое щебетание птиц.       - Я даже не знаю, что сияет ярче, твоя довольная физиономия или небесное светило. – Энрике с ироничной улыбочкой прокомментировал состояние эйфории у своего босса. – Небось, снова все выходные провел с женой Фернандеса?       - Во-первых, не с женой Фернандеса, а с моей Мариссой. – С умным видом поправил его высказывание Бустаманте, поудобнее разваливаясь в кресле и закидывая одну ногу на другую. – Во-вторых, не выходные, а только воскресный вечер.       - И чем это вы таким занимались, что ты до сих пор сияешь, как медный таз? – Иронии в голосе Кике только прибавилось, ему безумно нравилось доставать блондина. И он абсолютно не боялся за свое здоровье. Что этот влюбленный повеса сможет сделать в таком состоянии? Поикать сердечками?       - Ну, уж точно не тем, о чем подумала твоя извращенная фантазия. – Немного обиженно протянул Пабло, так как его собственная фантазия была вовсе не против именно такого времяпрепровождения с девушкой. – Мы вчера выступили в баре и спели пару песен из репертуара нашей школьной группы.       - Ты пел на сцене? С Мариссой? – Энрике был явно и даже можно сказать, приятно удивлен.        - Да, мы пели вместе. И скажу тебе, друг мой, без ложной скромности, наши голоса стали звучать еще лучше. Отличный получился дуэт! – С нескрываемой гордостью и важным видом ответил сеньор Бустаманте, на секундочку генеральный директор одной из самых успешных компаний в Аргентине. Правда, вчера вечером он больше походил на подростка-переростка явно страдающего от разбушевавшихся гормонов. Да только кому, какое дело? Когда в такие моменты ты можешь чувствовать себя по-настоящему счастливым!       - Поздравляю, это правда, круто! Всегда мечтал сделать что-то подобное. – Искренне похвалил его Энрике, подходя к столу и протягивая другу какой-то конверт. – Информация по конкурсу. Сегодня утром прислали с курьером. Мэр сдвинул сроки подачи заявок от участников.       - На сколько? – Пабло сразу перестал улыбаться и потянулся рукой за конвертом.       - Сегодня последний день.       - Что? Не может быть! – Бустаманте не смог сдержать эмоций и подскочил с кресла.       - Видимо, всех кого он хотел видеть в качестве исполнителей, уже подались. – Неуверенно развел руки в сторону паренек, полностью разделяя негодование своего блондинистого друга.       - И Фернандес конечно тоже.       - Как и мы. Наши юристы вовремя подсуетились. Не забудь выписать им премию!       - Плохо, очень плохо. – Кивнув в знак согласия с последней фразой исполнительного директора, Пабло шумно выдохнул, запуская обе руки в свою густую шевелюру и садясь обратно в рабочее кресло.       - Надо было поменьше устраивать ей романтики и строить из себя трепетного возлюбленного. Ты же понимаешь, что пора действовать?       - Да знаю я. – Раздраженно процедил Бустаманте. – Я думал, время есть, хотел посильнее зацепиться, чтобы у нее и сомнений не осталось.       - Времени, к сожалению больше нет.        - И что нам теперь остается?       - Обрушить на него всю правду до того, как объявят результаты и единственного исполнителя госконтракта, и вынудить покинуть гонку досрочно!  - Уверенно замотал головой Энрике, выжидающе глядя в потемневшие голубые глаза друга. И что все было зря? Они не успеют?       - Звучит, как сказочка на ночь!       - Одна сказочная ночь, друг! Всего одна и я уверен, что мы победим.       - А вот я совсем не уверен. – С сомнением протянул Пабло, снова обхватывая светло русую голову руками.       - Между вами уже что-нибудь было?       - Один поцелуй.       - За два месяца?! – Кике не смог скрыть своего удивления и, конечно же, разочарования.       - Это Марисса. Я не мог по-другому.       - Да уж, лучше бы женой Фернандеса оказалась какая-нибудь подстилка, по типу твоих бывших. Тогда бы все давно решилось, а тут ну надо же, первая любовь! Которая, судя по всему еще всем нам выйдет боком.       - Сейчас я даже думать об этом не хочу. – Устало выдохнул Бустаманте, снова обращая внимание на белоснежный конверт на столе. – Что еще там написано?       - Многоуважаемый мэр собирает всех в эту пятницу у себя, видимо, чтобы официально сообщить о закрытии торгов.       - Думаешь, Марисса будет там?       - Уверен на все сто! – Щелкнул пальцами Энрике. – С того дня как вы в первый раз за много лет встретились, она не пропускает ни одного официального мероприятия, хоть отдаленно связанного с фирмой муженька.       - Значит в пятницу. – Пабло о чем-то задумался, легонько покусывая губы. Сейчас он очень сильно сомневался в успехе операции. Слишком мало времени прошло для столь ответственного шага со стороны девушки. И он еще не знал, как действовать в случае отказа. Он просто не мог его себе представить. Только не сейчас, когда между ними столько всего произошло, когда они вновь научились доверять друг другу, понимать и принимать себя такими, какие они есть. На кону стояла слишком высокая цена. Как для самого Пабло, так и для Алехандро Фернандеса. И никто из них, судя по всему, так просто не сдастся!       Пабло сделал очередной глоток шампанского и безрадостным взглядом окинул просторный зал, в котором несколько месяцев назад в первый раз встретил ее. Свою первую любовь, свою бывшую одноклассницу и коллегу по музыкальной группе и, конечно же, жену своего самого главного конкурента и ненавистного врага. Смотря сейчас на разодетую парочку, все время улыбающуюся и кажущуюся такой счастливой, он со злостью сжимал кулаки. Внутри все переворачивалось от сожаления, от собственного бессилия, от ошибок прошлого. Душа просто разрывалась на мелкие кусочки, но он продолжал, как конченый мазохист испепелять взглядом Мариссу, замечая каждую ее улыбку, каждый жест, направленные в сторону любимого мужа.       Бывшая Андраде тоже изредка бросала свои взгляды в сторону Пабло, одиноко стоящего возле барной стойки. Она очень сильно скучала по нему, даже сейчас, хоть оба они и находились в одном и том же помещении. Не хватало его всегда приподнятого настроения, горящих веселыми искорками голубых глаз и нежной улыбки. Казалось, что сейчас между ними были не эти десятки метров, а огромная пропасть, разделяющая их самые сокровенные фантазии и реальную бьющую наотмашь жизнь.       - Дамы и господа! – Высокопарно начал вещать помощник мэра столицы со своего импровизированного постамента, подключая микрофон и постукивая по нему пальцами, тем самым привлекая внимание всех собравшихся. – Минуточку, пожалуйста! – Мужчина в ярко синем галстуке пытался дождаться хоть какого-то подобия тишины. – Во-первых, хочу поблагодарить вас всех, что нашли время и отложили все свои дела. – По залу раздались многочисленные выкрики. Пабло все также не сводил своего пристального взгляда с четы Фернандес. Алехандро как будто специально ни на секунду не выпускал из объятий свою жену, постоянно нежно касаясь губами ее оголенного плечика и шепча что-то на ушко. – Дело в том, что этот вечер не для всех имеет столь большое значение. Но есть среди нас и те, кому это действительно важно, кто в самом ближайшем будущем, своими стараниями и умом, привнесут огромный вклад в развитие нашего прекрасного города и страны в целом.       - Вы хотите объявить результаты конкурса? – Выкрикнул из толпы какой-то темноволосый мужчина. Пабло и Алехандро в этот момент пронзили друг друга вовсе не дружескими взглядами.       - Я попрошу минуточку тишины! Пожалуйста. – Продолжил говорить помощник. – Мы в недельный срок закончили проверку всех ваших поступивших заявок на соответствие норм законодательства и сегодня я с превеликим удовольствием готов назвать вам имена двух лидеров! – В зале снова стало шумно, многие завертели головами, ища победителей среди присутствующих. В деловых кругах уже давно было известно, кем именно были эти так называемые счастливчики. – Итак, поздравляю Пабло Бустаманте и Алехандро Фернандеса с первой победой! – Весь зал зааплодировал, только Марисса растерянно смотрела в голубые глаза. Так вот откуда у блондина столько ненависти в сторону ее мужа. Они были прямыми конкурентами! – У вас есть месяц, чтобы представить свои ценовые предложения и по истечении этого срока мы уже сможем назвать единственного победителя, с которым правительство Аргентины заключит пятилетний контракт. Удачи вам господа!        По залу снова разнеслись овации, все старались первыми пожать руки и поздравить мужчин. Во всей этой суматохе Марисса и не заметила, как они с мужем оказались прямо перед стоявшим еще одним претендентом на победу.       - Сеньор Бустаманте, мои поздравления. Ваша команда отлично поработала в этом финансовом году! – Искренне похвалил конкурента Алехандро, подавая свою правую руку для рукопожатия.       - Рано радуетесь, сеньор Фернандес. Год еще не окончен. – С нескрываемым презрением ответил Пабло, так и не протягивая своей руки в знак приветствия. Мужчина решил сделать вид, что не заметил этого непочтительного жеста.       - Да уж, кто бы мог подумать, что госконтракт сдвинут на целый квартал. Это стало для «МедикалГрупп» большим сюрпризом. – Без малейшего стеснения проговорил Алекс, притягивая свободной рукой жену поближе к себе.       - Да неужели? – Скептически приподнял светлую бровь Пабло, снова смотря в сторону молчавшей Мариссы и ее натянутого личика. Им двоим сейчас было очень неловко и сложно в присутствии друг друга, но выдать себя они не могли. Надо было держаться, хоть и из последних сил.       - В общем, сеньор Бустаманте, желаю нам обоим удачи на предстоящих торгах. – Вежливо протянул Фернандес, беря жену за руку и собираясь покинуть общество главного соперника.        - А я желаю нам, честной борьбы! – Сквозь плотно сжатые губы процедил блондин, снова с силой сжимая кулаки.       - По-другому и быть не может. Честь и достоинство превыше всего! Хорошего вечера. – Алекс в последний раз взглянул на явно враждебно настроенного владельца «МАРАНД.Инк.» и вместе с женой пошел в сторону бара. Время за полночь, а во рту не было еще не капли. Хотя выпить сегодня всем бы не помешало!       Марисса с равнодушным видом крутила пальчиками бокал с мартини, периодически поглядывая в сторону сидящего рядом мужа. Алехандро со всех сторон обступили его деловые партнеры и коллеги по работе. Все они очень оживленно о чем-то спорили, смеялись и вообще, настроение у них было куда лучше, чем у самой девушки.       Фернандес через какое то время отвлекся от шумной компании, направляя все свое внимание на сидящую за барной стойкой жену. Он ласково погладил ее по распущенным слегка завитым на концах волосам и со всей присущей ему нежностью поцеловал в темно русую макушку.       - Значит, вы с Пабло соперничаете?       - С кем? – Алекс не сразу сообразил о ком идет речь. Как то уж слишком интимно прозвучало это имя из уст девушки.       - С сеньором Бустаманте. – Спешно поправила саму себя Марисса, делая небольшой глоток мартини с водкой, ее любимого коктейля.       - Ааа ты об этом. – Деловито протянул Алехандро, кивая проходящему мимо мужчине. – Что ты дорогая, Бустаманте мне не соперник. Не в плане работы, да и вообще!       - Что значит и вообще?       - Не забивай этим свою прекрасную головку. – Фернандес снова поцеловал жену, на этот раз в висок и посмотрел на нее вопросительным взглядом. – Мне нужно идти к ребятам, ты же слышишь, как они разошлись. – Он указал в конец барной стойки, где вовсю веселились белые воротнички. - Не обидишься, любимая?       - Конечно, нет, развлекайся. Сегодня твой день. – Немного разочарованно ответила бывшая Андраде, улыбаясь при этом мужу нежной улыбкой. Алехандро явно не горел желанием обсуждать с ней свои натянутые взаимоотношения с Пабло Бустаманте, а она не хотела сейчас на него давить. Может быть, позже ей все же удастся прояснить для себя этот вопрос.       Находясь полностью где-то в собственных мыслях, Марисса не сразу заметила подошедшего к ней официанта. Паренек незаметно для окружающих вложил ей в руку небольшой кусочек бумаги и тут же исчез из ее поля зрения. Сеньора Фернандес развернула записку, уже в душе понимая от кого, она может быть. На губах непроизвольно появилась милая улыбка. Она посмотрела в сторону мужа, явно поглощенного всеобщим весельем и пьяными разговорами и не без усилий, так как мешал длинный подол ее черного вечернего платья, спрыгнула с высокого стула и уверенно направилась в сторону лестницы.       Бустаманте уже ждал ее у дверей запасного выхода. Рядом стоял припаркованный автомобиль с водителем сидящим внутри. Марисса подошла ближе и встала рядом с ним под одиноко светящим фонарем, стрелки часов уже давно перевалили за полночь и, беззвездное небо накрыло город своим темным полотном.       - Как хорошо, что ты пришла. – Пабло без лишних прелюдий притянул девушку к себе и крепко обнял, все сильнее притягивая к себе и зарываясь лицом в ее шелковистые волосы. – Мари, родная, я столько хочу тебе сказать. – Он нежно провел ладонями по ее оголенной спине и снова крепко прижал к себе.          - Пабло, пожалуйста. Нас могут увидеть. – Сеньора Фернандес, нехотя отстранилась от бывшего парня и посмотрела на него просящим взглядом, своих почти черных в свете тусклого фонаря, глаз.       - Мне плевать, Мари. Я хочу быть с тобой! И только с тобой! Ты должна уйти от мужа, прямо сейчас! – Выпитое количество алкоголя и нервозное состояние, не покидавшее его на протяжении нескольких месяцев, пагубно сказалось на умении размышлять здраво. Ну, кто же так начинает разговор?       - Что ты сказал? – Марисса не смогла сдержать недоуменно взгляда.       - Знаю, это звучит как полный бред. – Начал свою оправдательную речь Пабло, нервно теребя при этом края пиджака. – Но после того, что между нами было…       - А что было? – Резко прервала его девушка, мгновенно раздражаясь от каждого его слова. – Один невинный поцелуй? Что ты себе напридумывал?       - Невинный поцелуй? – Бустаманте тоже начал выходить из себя от ее такого неприкрытого равнодушия и явного высокомерия. Что снова вернулись на десять лет назад? – А то, что мы на протяжении всех этих месяцев не отлипали друг от друга и все свободное время проводили вместе? Это ничего для тебя не значит?       - Конечно, значит. Для меня это было прекрасное время, Пабло. – Попыталась хоть как-то объяснить свою позицию сеньора Фернандес, каждый раз, опасливо озираясь по сторонам. Вдруг кому-нибудь взбредет в голову воспользоваться черным выходом. – Мне было очень хорошо с тобой, я как будто вернулась во времена нашего колледжа. Снова почувствовала себя юным подростком. Беззаботным и счастливым. Но …       - Что но?! – С такой же злостью в голосе спросил Бустаманте.       - Но ведь мы уже не дети. – Снисходительно проговорила Марисса, смотря на закипающего блондина своей самой нежной улыбкой. – Мы выросли Пабло, все изменилось. Я замужем, и не собираюсь разводиться. Если я каким-то своим поступком дала тебе надежду на то, что мы …       - Ты издеваешься сейчас надо мной?! – Резко прорычал Пабло, грубо хватая ее за руки и с силой притягивая к себе. Разум, к сожалению, полностью отключился, от накрывшей его дикой боли и обиды. – Ты хочешь остаться с ним? С этим подонком? – Блондин несколько раз хорошенько встряхнул явно напуганную девушку. – Отвечай!       - Мне больно, Пабло! – Марисса попыталась высвободиться из его сжимающих рук, чтобы хоть немного привести мысли в порядок.       - А мне не больно? Какого сейчас мне? – Бустаманте лишь немного ослабил свою хватку, но полностью не отпустил. – Мы столько времени провели вместе, снова вспомнили все наши чувства. Какого х… тогда ты позволяла мне быть рядом? Зачем позволяла прикасаться?       - Я ничего тебе не обещала, и наше общение с тобой было сугубо дружеское! – Уверенно проговорила сеньора Фернандес, не оставляя попыток освободиться.       - Дружеское? Черта с два, родная! – Пабло наконец-то немного пришел в себя, прокручивая в голове, как ему казалось весовые аргументы, и разжал пальцы. – А как же ночь на крыше? Тот поцелуй? Или ты думаешь, что измена может быть только физической? Ты уже давно изменила своему мужу!       - Неправда! – Выкрикнула Марисса, прикрывая оголенные плечики двумя руками.       - Стоит только посмотреть в твои глаза, Мари. В них же все так отчетливо читается! Ты можешь лгать сейчас мне, себе, хоть самому  дьяволу. Но глаза … Ты любишь меня так же сильно, как и я тебя!       - Что? – Девушка внезапно замерла на месте, от шокирующего для самой себя заявления.       - Что слышала, родная. Я тебя люблю! – По буквам произнес Бустаманте, снова приближаясь к ней. – Люблю, как и десять лет назад. И даже еще сильнее, если это вообще возможно. – Он чуть наклонился вперед и обхватил ее растерянное личико своими теплыми ладонями. – И ты тоже любишь меня, Мари. Признайся!       - Нет, нет, нет! – Бывшая Андраде резко отпрянула от стоявшего так близко парня, и лихорадочно заходила кругами по освещенному кусочку тротуара. – Тебе все это кажется, это не любовь. Это просто наши воспоминания, тоска по прошлому, по временам молодости… это просто наваждение какое-то!       - Это не воспоминания, Мари. Это и есть та самая первая любовь, которая никогда не умирает. И мы тому прямое доказательство. – Пабло, уже полностью пришедший в себя и успокоившийся, с умиротворенной и нежной улыбкой наблюдал за стенаниями девушки. Ему и самому было нелегко признать это, а уж тем более признаться в своих чувствах Энрике. Но что поделать, такова жизнь. И не угадаешь, что или кто ждет тебя за поворотом. Великая любовь или вероломное предательство!       - Ты должен сейчас уехать, Пабло. – Медленно проговорила, тоже уже пришедшая в относительную норму, сеньора Фернандес.       - Только с тобой. – Нежно улыбнулся блондин, кивая светлой макушкой в сторону автомобиля. – Нас уже давно ждут!       - Я не могу …       - Давай, Мари. Ты сможешь! – Он не хотел давить, но ведь время и, правда, уже подгоняло. Все так изменилось, и весь их с Энрике грандиозный план уже летел в тартарары. Нужно было срочно доводить начатое до конца. Когда, если не сейчас?!       - Я не могу. – Марисса снова отрицательно качнула головой.       - Я люблю тебя, глупышка.       - Уезжай!       - Я даже дышать без тебя не смогу. – Уверенно проговорил Пабло, замечая, как по ее щекам покатились прозрачные слезы. – Один шаг, Мари. Давай! – Он протянул к ней свою руку ладонью вверх и выжидающе посмотрел в печальные карие глаза. Водитель уже вышел из машины и приоткрыл для них пассажирскую дверь.       - Прости меня, Пабло.       - Ты разбиваешь мне сердце. Уже во второй раз.       - Прости …       - Я молю тебя, забудь обо всем, просто послушай свое сердечко. Я на расстоянии слышу, как оно неистово бьется у тебя в груди.       - Слишком поздно идти назад. У нас был шанс быть вместе, и мы его упустили. – С разрывающей души горечью произнесла Марисса, делая шаг назад. – Теперь я люблю Алехандро и дальше пойду вместе с ним, только вперед …       Услышав вновь это ненавистное имя, Бустаманте со злостью сжал кулаки. Ему показалось, что ее слова, словно раскаленный металл, сейчас разливались по его венам, принося просто дикую и нестерпимую боль. Сколько можно унижаться перед ней, доказывая свою правоту и любовь? Насколько у человека вообще хватает терпения и понимания? Но всему когда-то приходит конец!       - Будь счастлива! - Пабло слегка кивнул, еле сдерживая подкатывающие слезы и быстро сел в припаркованный автомобиль. Уже через минуту под небольшим островком, освещенным светом фонаря, стояла лишь одинокая женская фигурка, молча глотающая катящиеся без остановки слезы.       Марисса прижалась лбом к прозрачному стеклу, с безучастным видом наблюдая за проезжающими мимо автомобилями, за яркими огнями ночного города. Она не сразу поняла, как оказалась в машине с водителем, увозящим ее, судя по всему в сторону дома. Она также не помнила, как на ватных ногах, постоянно запутываясь в длинном подоле своего черного платья, вернулась в общий в зал, где веселье все еще продолжалось. Не помнила, и как встретил ее муж, явно перебравший с алкоголем, как она поспешно прощалась с ним, скрывая все еще катящиеся слезы и как села в одно из ожидающих возле главного входа такси. Она не понимала, сколько времени они уже ехали, не узнавала улиц и зданий вокруг. Даже слез уже не было. Внутри осталась лишь гнетущая, пугающая своей неизвестностью пустота. Но от каждого воспоминания из такого далекого прошлого, от каждого счастливого момента, произошедшего уже совсем недавно и от каждого услышанного сегодня признания, его признания … пустота заполнялась чем-то пока еще не понятным, не ясным, но уже вполне осязаемым. Это была крохотная надежда на то, что все еще может получиться, все еще может быть по-другому, что она сама вправе сделать свой выбор, хоть и такой не простой.       - Стойте! – Марисса резко соскочила с места и положила обе свои ладони на впереди расположенные кресла. – Нам нужно в другое место!       - В какое еще другое место? – Недовольно пробурчал таксист, наблюдая за девушкой в зеркало заднего вида.       - Куда же нам надо … - Бывшая Андраде начала спешно соображать, какой же указать адрес. В его квартире она никогда не была, в офисе тоже. – Мы едем в отель!       - В отель? – Водитель с удивлением приподнял обе слишком густые брови. – Почти пять утра! Вы уверены?       - Сомнений нет! – С улыбкой на губах смело проговорила сеньора Фернандес. - В отель Альвеар Паласе! И побыстрее, пожалуйста. – Командным тоном добавила Марисса, откидываясь на спинку пассажирского сиденья и снова расплываясь в самой искренней улыбке. Выбор сделан!       Поднимаясь по последнему пролету лестницы, ведущей на крышу, решимость девушки начала стремительно улетучиваться, в голове сразу, словно по волшебству  возникли тысячи вопросов «а что если?». Что если дверь на крышу будет закрыта, что если его там не будет, что если он ее прогонит, что если она сделала неправильный выбор? Но Марисса ту же усиленно мотнула темно русой головой. По крайнее мере на последний вопрос она могла уверенно ответить сама себе.       Когда девушка в свете неяркой луны смогла различить очертания его одинокой фигуры, склонившейся возле ограждения на самом краю крыши, внутри у нее все ухнуло куда-то вниз от облегчения, от нахлынувшего чувства радости и безграничного счастья. Всего несколько шагов и все сомнения и тревоги останутся позади, растворяясь без остатка в этой беззвездной ночи.       Марисса аккуратно сняла свои туфли и босыми ногами, приподнимая немного все еще мешающийся подол платья, медленно и почти бесшумно приблизилась к своему самому главному человеку на земле.       Пабло слегка дернулся от внезапного прикосновения к своей спине ее маленьких и таких теплых ладоней. Но остался стоять неподвижно, даже не оборачиваясь в сторону девушки, так же сохраняющей молчание. Их удары сердца можно было услышать на расстоянии километра. Пульс заметно участился, а дыхание наоборот замедлило свой ритм, давая им двоим небольшую передышку.       Марисса опустила ладони ниже и крепко обхватила его талию руками, сцепляя их в замок и прижимаясь всем телом к его широкой спине. Она несколько раз провела щекой по тонкой ткани его белоснежной рубашки и облегченно выдохнула, когда почувствовала его сильные руки на своих все еще скрещенных пальчиках. На глазах снова появились слезы, и она мысленно просила у вселенной, чтобы этот миг спокойствия, тишины и полного единения никогда не заканчивался.       Пабло все же развернулся и со всей нежностью посмотрел на ее заплаканную мордашку и блестящие в свете луны черные глаза. Он наклонился вперед, нежно обхватил ее личико руками и осторожно начал стирать губами дорожки слез. От этих трепетных и ласковых прикосновений его мягких губ по всему тему разлилась приятная волна, а оголенные плечики непроизвольно потянулись вверх к любимому. Плакать больше не хотелось! Хотелось просто раствориться в этих сладких ощущениях и не думать больше ни о чем.       Его губы уверенно накрыли ее, и на смену нежности пришли более глубокие и всепоглощающие чувства. Страсть, желание, удовольствие. Сейчас слова были не нужны, может быть, позже им все же придется поговорить, но сейчас все и так было понятно. Она здесь, в его сильных руках, полностью раскрывается под его любящим взглядом и отвечает на все поцелуи и прикосновения. Она сама пришла, нашла его в таком огромном ночном городе. А он лишь молча, открыл для нее свои крепкие объятия уже, будучи в полной уверенности, что больше никогда не отпустит. … Пока все жаждали побед Мы совершили с тобой побег И мы здесь на крыше мира … … Когда сомнений больше нет Когда грешить это нет, не грех … Гузель Хасанова, «В пять утра».