Часть 1

Лили Эванс нервно шла по заросшей траве. Видимо никто не следит за состоянием двора. Но это мало волновало девушку. Она нервно теребила лямку сумки и все время заправляла короткие волоски за ухо. Ее колено, которое она разбила этим летом, неприятно саднило. Эванс упала с велосипеда, когда пыталась затормозить перед двухлетним ребенком, стоящим впереди дороги. Но тормоза почему-то отказали и ей пришлось завернуть велосипед в кусты. Болван по имени Джеймс Поттер, вновь испортил настроение Лили. Она собиралась поговорит со Снейпом, впервые после того случая у дерева, но Поттер почему-то именно в тот момент решил встать перед всеми на одно колено и пригласить на дурацкое свидание. — Просто злости не хватает на него, — она плюхнулась на сырую траву, совсем не заботясь о своем здоровье. На дворе стоял октябрь и в погоде звучали нотки приближающейся зимы. Рыжеволосая откинулась на ствол дерева и шумно вздохнула. Впереди виднелся Хогвартс во всей своей красе. «Почему я так отреагировала на него? Возможно дело в том, что я так долго собиралась поговорить с Северусом, а Поттер вновь мне помешал. Как всегда.» Вдобавок недавно пришло письмо от родителей, в котором они выражали свое беспокойство и уговаривали дочь вернуться домой на домашнее обучение. Они хоть и маглы, но тоже чувствовали некую опасность из другого мира. Лили еще не ответила на письмо, но думала, что ответит так же, как и на все похожие письма от родителей. Ей было грустно, страшно и обидно. А хуже всего то, что она не знала как теперь относиться к Джеймсу Поттеру. Этому придурку, чей голос слышит каждый день, чей запах древесины и мужского одеколона витает в гостиной Гриффиндора и чей взгляд все время прикован к ней. Она сидела так четверть часа, как внезапно услышала треск позади себя. Гриффиндорка встала и схватилась за палочку, вспоминая все оборонительные заклинания. Сердце колотилось так сильно, что она даже перестала дышать. Но на удивление, рука, которая держала палочку, не дрожала. На встречу ей выпрыгнул большой черный Пес. Девушка вздохнула от облегчения, и готова была упасть прям на месте, ведь ноги от такого напряжения, вдруг стали ватными. — Мерлин, зачем так пугать?! — Эванс села на место, ожидая, что Пес уже ушел. Но Пес лишь подошел к ней, весело виляя хвостом. Он сел перед ней и высунул язык. Лили хихикнула, гладя собаку за ухом. На что Пес прикрыл глаза от удовольствия и навалился всем телом на Лили. — Ничего себе, а ты у нас любишь ласки, — усмехнулась девушка. Она очень любила животных. — Ладно, я прощаю тебя за твое неожиданное появление, — Эванс вновь откинулась на кору дерева. — Ты не хочешь пить? — Эванс трансфигурировала из крышки от бутылки, найденную в своем портфеле, небольшую миску. С помощью заклинания «агуаменти», наполнила емкость водой и протянула песику. В кармане мантии нашла печенье, завернутое в салфетку. Она готовила это для Марлин, ведь та вечно ходит полуголодная. Пес посмотрел на нее с нежностью в глазах и принялся за угощения. — У тебя нет хозяина? — сказала девушка, не замечая у животного никакого ошейника. На что Пес кивнул и Лили удивленно подняла брови. — Так ты у нас умный песик, — она взяла его за лицо, вглядываясь в глаза. Почему-то этот щенячий взгляд показался ей знакомым. — Как тебя зовут? Хм, может Луи? — предположила девушка. Пес лишь скривился. Лили рассмеялась, продолжая отгадывать: — Кнопка? — пес закатил глаза так по-человечески, что Лили показалось, будто она говорит с человеком. — Ладно, может Лоцман? Филипп? На все предложенные имена, Пес лишь молчал. — Тогда не знаю. Ты какой-то бродячий пес, — вздохнула рыжеволосая. Пес весело гавкнул и даже привстал. Лили оживилась, вновь посмотрев на него. — Бродячий пес. Пес вновь гавкнул и улыбнулся. — Бродячий… Бродяга? Так тебя зовут? — выгнула бровь Лили. Пес весело гавкнул, лизнув щеку девушки. Лили, улыбаясь отпихнула его. — Какой слюнявый, — она усмехнулась, вытирая лицо рукавом. — Странно немного, Джеймс и его друзья называют Сириуса Бродягой, — она пожала плечами, поглаживая пса по голове. Стоило ей вспомнить Джеймса, как воспоминания сегодняшнего дня нахлынули на нее с новой волной. Она заметно ссутулилась и грустно выдохнула. Собака издала какой-то жалобный всхлип и упала мордой на колени девушки. Лили улыбнулась. — Почему все становится тяжелее, когда взрослеешь? — Лили нужно было выговориться, а здесь эта собачка, которая просто выслушает и забудет. — В детстве мы не боялись совершать ошибки, потому что всегда знали, что можно начать заново. А сейчас… боишься всего: осуждения, непризнания, непонимания. И это убивает, — выдохнула девушка, все еще поглаживая черного Пса. — А еще эта война, которая приносит смерть, голод и разруху, — она невесело усмехнулась, внезапно шмыгнув носом. — Я не хочу, чтобы умирали мои родные и друзья. Не хочу познать боль от потери. Я не готова. Я ведь еще ребенок, — голос ее дрогнул и Бродяга заглянул в ее зеленые глаза, в которых блестели бисеринки слез. Впервые он видит ее такой сломленной. Лили Эванс никогда не плакала на людях. Никогда не показывала своей слабости, как бы дерьмово не было на душе. В ней каждый мог найти покой, ведь не было в ее сердце ни одной частички, способной ненавидеть. — А еще этот чертов Поттер, — глаза ее покраснели, от сдерживаемых слез. — Ну зачем он геройствует? Зачем он хочет вступить в этот Орден?! Чтобы умереть молодым? Но зачем?! — она уже не сдерживала слез. — А за ним и Сириус, Римус, Питер и все мои друзья, — Лили заплакала. Бродяга положил свои лапы ей на плечи, заставляя смотреть тому в глаза. Лили удивленно покосилась на него, но внезапно притянула Пса к себе и со всей эвансовской нежностью обняла его. — Он ведь нравится мне, Бродяга. А понять этого не может. Или я какая-то не такая, слишком закрытая. Я запуталась, — Эванс отпустила Пса, смотря куда-то вдаль. — А сегодня он меня вывел из себя. Именно в тот момент, когда я хотела поговорить с Северусом, он вдруг решил со мной заговорить о чувствах! Бродяга пристально смотрел на нее. Ему вдруг захотелось вновь стать человеком и обнять это нежное создание, которое он воспринимает уже нечто большее, чем просто однокурсницу или занудную старосту. Но понимая, что тем самым не просто шокирует ее, но и выдаст общий секрет, решил сдержать свой братский порыв. — Джеймс такой… такой странный. Или это мои чувства к нему странные. Иногда так и хочется заехать ему по голове чем-то тяжелым, а в иной раз… зарыться руками в его непослушную шевелюру и поцеловать, — от подобного признания, Лили залилась краской. — Как хорошо, что меня никто не слышал, — успокоилась девушка. — Ну кроме тебя, дружок, — погладила собачку по голове. На что Бродяга незаметно ухмыльнулся и лег на Лили. Сириус был рад услышать подобные слова от Лили Эванс. Он искренне порадовался за друга, ведь осталось дело за малым. Чтобы эти двое чудиков из семейства парнокопытных, наконец соединились. — Вот знаешь, Бродяга, — прошло пару минут и Лили вновь заговорила, — я даже понимаю Сириуса порой. Бродяга навострил уши, ведь вовсе не ожидал, что разговор зайдет в такое русло. — У него есть младший брат, Регулус. Но у них не особо близкие отношения, я бы даже сказала, очень прохладные и отстраненные. Я как-то случайно подслушала их разговор, точнее спор, в ходе которого Регулус произнес одну фразу, которая звоном отразилась в моих ушах, — она медлила, словно решая, говорить ли дальше. А Бродяга тем временем, уже пристально смотрел на Лили. — «Ты изменился, что они сделали с тобой, брат?» Она замолчала, вновь погружаясь в тот момент. Сириус, припоминая эту «беседу», произошедшую в конце 5 курса, помрачнел до ужаса и его мордочка приняла такой вид, будто он не ел и не спал пару суток. — Петуния сказала мне почти то же самое, — прошептала девушка. Бродяга припоминал, что у Лили была старшая сестра, носящая такое же цветочное имя. Он поднял взгляд на подругу и понимающе улыбнулся. Бродяга положил свою лапу на руку Лили. Эванс посмотрела на него и какие-то теплые чувства поселились у нее в сердце. Эванс и Блэк посидели еще полчаса. Наконец стемнело и Лили решила уходить. Она намеревалась попрощаться с Бродягой, но тот уверенно зашагал вперед, иногда останавливаясь и оборачиваясь на нее. Лили недоуменно догнала его и произнесла: — Ты что, со мной? На что Блэк лишь хмыкнул и пошел дальше своей собачьей походкой. Лили удивилась, но последовала за ним. — Так ты у нас еще и воспитанный песик, — усмехнулась она. — Но темноты я не боюсь. Бродяга весело гавкнул и Лили вспомнила звонкий лающий смех Сириуса. От подобной, не первой схожести за вечер, в голове Эванс засела пища для размышления. Но пока она решила откинуть лишние мысли. Когда они дошли до входа в Хогвартс, Лили присела на корточки и заглянула в глаза Бродяги. — Спасибо тебе, Бродяга, за этот вечер. Может мы больше не увидимся, но я всегда буду ждать тебя, в случае чего, — пожала плечами Эванс, вновь погладив песика. Бродяга улыбнулся и чуть привстал, закинув две лапы на плечи девушки. Внезапно их идиллию нарушил знакомый голос: — Твою мать, Бр… Это был, конечно же, Джеймс Поттер. Заметив Лили, он решил исправиться и ляпнул: — Бррр… Как холодно. Эванс, ты в тоненькой мантии, не замерзнешь? — он подошел ближе и красноречиво взглянул на собаку. Лили встала, все так же смотря на Бродягу. — Вовсе не холодно, Джеймс, но спасибо за заботу, — тепло в ее тоне приятно ласкало слух гриффиндорца. Джеймс заметил, как дрожала тоненькая фигурка Эванс, словно осенний лист. Он закатил глаза, не понимая, зачем она соврала и без лишних дифирамб, снял с себя мантию и накинул на плечи Эванс. Он не предал этому жесту особого значения, ведь в семье его всегда учили заботиться о женском поле. А также, не повышать голос, не ругаться и не говорить плохие словечки в присутствии дам. За последними вещами он редко следил и иногда забывал. Лили от подобного жеста чуть не расплылась в улыбке. Она промолвила тихое «спасибо», но этого хватило, чтобы снести Поттеру мозги. Джеймс расплылся в довольной улыбке и запустил пятерню в волосы. Отчего Бродяга и Лили одновременно закатили глаза. Бродяга, играюще куснул Джеймса за ногу и предусмотрительно отошел назад. Поттер, от подобной наглости, наслал летучемышиный сглаз на друга. Бродяга с нескрываемым ужасом, убежал прочь. — Кажется ты ему понравился, — сказала весело Лили, наблюдая как стая летучих мышей гонится за Бродягой. — Ага, он мне тоже, — саркастично ответил Поттер. Смех Лили звонкой рекой разлился по коридору Хогвартса. Когда она обернулась к Джеймсу, то увидела как тот с какой-то странной, но одновременно доброй улыбкой, смотрит на нее. Ей почему-то захотелось улыбнуться в ответ, что она и сделала. Раньше бы Поттер расценил это как призыв к действию, но сейчас он стал опытнее и немного мудрее. — Учишься у меня, Поттер? — веселым тоном поинтересовалась Лили. «Она не вредничает и не пытается скрыть свой интерес под маской равнодушия. Может Бродяга над ней поколдовал? Стоит спросить у него» — подумал Поттер. — Да, знаешь, твой летучемышиный сглаз навеки отпечатался в моей памяти, — он усмехнулся и они оба прыснули. Джеймс жестом пригласил ее пройтись и они зашагали вместе к гостиной. — Слушай, Эв… Лили, прости меня за мою выходку. Обещаю, уже который раз, но честно, обещаю, что больше такого не повторится. Я не знал, что ты хотела поговорить со Снейпом, — последнее предложение он произнес немного обидным тоном, но все же, натянуто улыбнулся ей. Лили заправила короткую прядь за ухо, но через мгновение она вновь упала ей на лицо. Она заговорила каким-то волнительным тоном: — И ты меня прости, Джеймс, что накричала и обозвала. — Ну к этому я уже привык, — он искренне улыбнулся. Они внезапно остановились и Поттер решил сделать рискованный шаг — заправить огненную прядь за ухо. Она не отодвинулась, не убрала его руку, не остановила. Просто стояла напротив и затаив дыхание, смотрела на него. Джеймс посмотрел в ее изумрудные глаза и ему показалось, на мгновение показалось, что у них может что-то получиться. Эванс смотрела на него, будто ожидая продолжения, но Джеймс, умудренный многолетним опытом, решил сменить тактику игры. Поттер убрал руку и продолжил идти дальше, будто ничего и не было. Будто не было той обжигающей встречи карих и зеленых глаз. Будто дыхания их не задерживались, а сердца не отбивали чечетку. Немного разочарованная, Лили последовала за ним, надеясь, что ее румянец не был таким заметным. — Так где ты встретила этого наглого Пса? — привычный тон Джеймса Поттера вернулся на место. — О, я сидела под деревом, недалеко от замка и Бродяга сам ко мне подошел, — от подобного заявления, Джеймс едва не поперхнулся слюной. — Бродяга? — непринужденно поинтересовался Джеймс. — Да, я как-то догадалась, что его так зовут. Точнее, он мне сам подсказал, — пожала плечами девушка. Джеймс подумал, а не догадалась ли Лили, что это тот самый Бродяга? Ведь она явно была умной девушкой, но может она не до конца признавала талант Сириуса Блэка? Не брала в расчет тот факт, что ему хватило бы выдержки стать анимагом? Но глядя на искренне недоумевающее лицо Эванс, парень решил, что она действительно еще не поняла. — И о чем вы еще болтали? Точнее, ты? — с интересом спросил парень. Лили слегка покраснела, что не утаилось от Джеймса. — Ну, о всяком, знаешь. О чем-то таком, неинтересном тебе. Ну об уроках всяких, книгах. Да и к тому же, о чем мне говорить с собакой? Лили Эванс явно не умела врать. Хотя вспоминая те редкие моменты, когда она прикрывала их задницы от Филча и некоторых профессоров, то у Джеймса складывалось впечатление, что она умелый манипулятор и может контролировать свои эмоции. Но он решил пока не пускаться в такие дебри. — Мерлин, Эванс, ты настолько погружена в занятия, что даже с животными это обсуждаешь? — фыркнул Поттер. Лили насупилась и даже сложила руки в закрытую позицию. — Вовсе нет! — раздраженно выпалила она. — Разве непонятно, что я не хочу об этом говорить? — нахмурилась девушка, явно не понимая, почему до Поттера не дошло. Но до Поттера действительно не дошло, ведь он на то и был просто Поттером. Просто парнем. Джеймс примирительно развел руками и ангельски улыбнулся. — Все, отстаю от вас, Мисс Эванс, — усмехнулся Поттер, но сегодня же ночью он не даст Сириусу заснуть. Он будет выпытывать у него всю информацию. Лили не сдержала улыбки, как бы ни пыталась. — Сириуса вы тоже зовете Бродягой, — начала анализировать девушка, после нескольких минут молчания. Джеймс решил, что ее мозг уж слишком быстро начал перерабатывать информацию. Он отвлек ее посторонним разговором: — А ты знала, что в Хогвартсе есть потайные ходы, которые ведут в Хогсмид? — Правда? Я догадывалась, но не знала точно, — казалось, что она отвлеклась, но разумом все еще строила догадки по поводу Сириуса и Бродяги. А учитывая реакцию Джеймса, то подозрения лишь усилились. Джеймс шел, активно жестикулируя и что-то показывая девушке, а Лили лишь улыбалась и иногда отвечала. Сириус, который уже был в своем привычном облике, наблюдал за ними сзади. Они были настолько увлечены, что даже не услышали его. Он добродушно усмехался и поражался аналитическим умом Эванс, но когда эта оленья башка заговорила о потайных ходах, то Блэк почувствовал неладное. Неужели он всерьез решил выдать ей их общий секрет?! Но когда Сириус вспомнил, что рассказывать он собрался Лили Эванс, то успокоился. Джеймс догадывался, что именно Блэк стал причиной подобного отношения Лили. И чувствовал искреннюю благодарность. И как своим молчанием, он повлиял на всю ситуацию?! Голоса будущих, а может уже настоящих влюбленных, слились в потоке его мыслей, а он все так же следовал по их следам. Сириус надеялся, что так будет всегда. Римус, Питер, он, Джеймс и рядом маленький Цветочек, который станет частью их семьи.