Эпилог

Свет от зажженных свечей колышется от движения воздуха, обозначая, что дверь в кабинет открыта. Шорох ткани по камням пола. Беззвучные шаги босых ног. Выдох, в котором слышится облегчение. — Ты задержался. — Немного потерялся… во времени. Слишком запоздало начал плести заклинание. — Главное, что вернулся. Привычный посох остается стоять у кресла. На дрожащие, покрытые синяками и копотью плечи, опускается тяжелая ткань, скрывающая под собой обожженные и разорванные белые одеяния. — У вас… все получилось, Shalafai? — Да. Все получилось даже лучше, чем я думал. Улыбка едва касается тонких обескровленных губ. — Я рад, что смог… — Ты сделал даже больше. Я… не забуду этого. — Shalafai? Сухие тонкие пальцы сметают с чужого лица черные волосы, отводят пряди назад, касаются шрамов. — Я не забуду твою самоотверженность. Во имя моей цели ты пренебрег собой. — Я лишь… — Здесь есть и моя вина. Я знал, что ты чувствуешь себя виноватым. И… должен был предусмотреть, что в таком состоянии ты можешь понять меня неверно. — Shalafai, это был мой выбор! Тени качаются. Свечи гаснут. Сухие горячие руки ложатся на плечи, скользят вверх по тонкой шее, по скулам, накрывают укороченные кинжалом уши. — Я найду способ вернуть их. Если не до Бездны… то когда вернусь — обязательно. — Не нужно. Голос дрожит, но звучит почти неуверенно. — Это не вопрос. И не обещание. Это факт. Ты не заслуживаешь такого. Ты — единственный, кому я доверил самому решать, как поступать. — Shalafai… — Ты единственный, в чьих результатах я был уверен. Остальные требовали контроля. Ты справился… сам. По острым скулам стекает медленно одинокая капля. — Спасибо, nyar Shalafai.