акт первый: пропажа и обнаружение

Когда Кэтрин заканчивала полицейскую академию, её первая практика должна была проходить в Раккун-сити. Одна ошибка разрушила весь город, из-за которой его навечно уничтожили. Она не верила новостям в газетах, не верила радио, не верила людям. Даже когда в её училище из раза в раз повторяли о ужасной трагедии и вспышке мертвецов, девушка не верила. Она не была единственной, кто не верил, но таких оставалось единицы. У всех происходил переломный момент, столкновение один на один со своим страхом и неверием; после этого, как правило, никто не сомневался. Окраина города пустовала не без причины. Странные случаи здесь происходили: и скот пропадал, и люди. Кто-то фиксировал здесь нападение бешенной собаки, поймать которую так и не удалось. – Советую быть на готове. Захвати с машины дробовик, – предупреждает напарник. Кэтрин тихо вздохнула, открывая багажник и доставая оттуда упомянутое оружие. Девушка перевесила его через плечо, патроны бросив в набедренную сумку. На подготовку ушло несколько минут: каждый перезарядил пистолеты и проверил остальное снаряжение. – Слушай.. – девушка несколько раз щелкнула фонариком, – уверен, что они здесь будут? Я думаю, что.. ну знаешь, в тот день все уничтожили. Врядли какая-то тварь доползла до нас. – Мы не знаем наверняка, но, знаешь, лучше определённо перебздеть, чем недобздеть, – Сэм хохочет. – Ну и сама пойми: если их находили в центре, более чем очевидно, что окраина ими кишит. Будь осторожна. – Тогда у меня другой вопрос, – Кэтрин совершенно точно не хочет далеко уходить от машины. – Если тут так опасно, схренали нас тут двое? – Просто штаб не считает это задание "таким" опасным, – парень оборачивается и улыбается. – Пойдём. Мы справимся. – Как скажешь.. – Кэт, чтобы набраться сил, сделала несколько глубоких вдохов-выдохов. Им всего-то 19 лет – точнее Кэт, поскольку её напарник был на год старше. Они без пяти минут как закончили академию, уже специалисты, их даже отправляют на вызовы. Однако даже при всем этом раскладе их не могло не пугать происходящее, ведь на улице уже стемнело, а странных звуков с каждым пройденным метром становилось все больше. В домах почти не горел свет, а даже если и горел, то там будто никто не жил – никаких мелькающих теней, мимо проходящих людей или чего-то ещё постороннего, что могло создать видимость жизни. Будто кто-то чего-то очень сильно боялся. Уличные фонари работали через раз, полицейским приходилось ориентироваться только на свой источник света. Всё выглядело сильно заброшенным; кажется, после оглашения в этом районе странных происшествий, весь адекватный контингент людей отсюда съехал. Кэтрин их не осуждает, она бы сделала точно также. Даже раньше объявлений, скорее всего – здесь пахнет кровью и чем-то неестественным, оно ударяет в нос ещё при въезде. – Кэт, это кровь, – где-то позади девушки подаёт голос Сэм. Кэтрин разворачивается и с опаской подходит к напарнику, не забывая осматривать и освещать ближайшую местность фонариком. Убедившись, что угрозы нет, та присела на корточки рядом с коллегой, всматриваясь в яркий след на земле и деревяшке. " Она свежая?.. " – девушка не успевает задать свой вопрос вслух, как её мысли сбивают помехи рации. – Кажется, нам хотят что-то сказать, – с усмешкой проговаривает Сэм, пока достает рацию из кармана на груди: – Это Честер, приём. – Честер и Уияльмс, немедленно покидайте зону. Как можно скорее уезжайте на машине, отряд уже едет в вашу сторону. На окраине в секторе Б была обнаружена редкая аномалия. Вероятнее всего, мутант. Конец связи, – проговаривает женский голос из аппарата, сразу после этого отключаясь. Кэтрин почувствовала, как сильно забилось ее сердце; ей стало так страшно, как не было давно. Она на ватных ногах поднялась с земли и довольно резко потянула на себя напарника, с неописуемым выражением лица глядя на него. – Чего ты вылупился, Сэм? – глаза девушки стали метаться из стороны в сторону, а голос дрожал и подскакивал. – Пошли обратно, мы не так далеко ушли. Машина совсем рядом, главное поторопиться.. – Кэт проговорила это слишком быстро, не контролируя собственную речь. Вся кровь в венах забурлила с невероятной скоростью. – Боюсь, будет поздно, – Сэм каменеет на месте. – Мы уже в секторе Б, – следом за этим следует истерический смешок. – Заткнись! – Кэтрин не в силах контролировать нервы, ей страшно до усрачки. – Заткнись и пошли в машину, Сэмюуэл, это не смешно. Я не пойду туда одна. Честер не мог двигаться: он чувствовал, словно был замертво прибит к земле; пока он стоит, не шевелясь, его никто не заметит – угроза минует и он благополучно доберётся до машины, уедет на встречу к подкреплению и в принципе заживёт счастливо. Голова, полная бессвязных мыслей, вдруг стала пустой: Сэм просто неотрывно смотрел на напарницу и не понимал, почему та начала на него кричать. – Сука, что же ты встал! – Кэтрин рычит, со всей силы хватая того за руку и дергая на себя. От этого действия Сэм пришел в себя, сделав шаг вперёд, и осознал, что время ещё есть. Он осмотрелся по сторонам и обнаружил более короткую дорогу к машине. Думать все ещё было сложно, правильным решением оставалось стоять на месте, но Кэтрин ему этого не допустит. – Пошли так, – не успевает парень договорить, как девушка уже быстрым шагом направилась вперёд. Ему не осталось ничего, кроме как поспешить за ней. Они прошли всего ничего, как услышали какое-то лязганье впереди. Полицейские остановились у небольшой бетонной постройки, напоминающей чью-то будку, и прислушались к звукам, обнаруживая, что тут правда кто-то ходит; они переглянулись: в глазах читался лишь страх и немое "блять". Когда Сэмюэль показал "четыре" на пальцах, Кэтрин обратила внимание на то, как у него трясутся руки, и не сразу поняла, что число символизировало что-то действительно пугающее. Когда нечто, бродившее спереди, внезапно оказалось где-то позади, девушка только осознала: существо ходит на четырех ногах. Сердце билось в бешенном ритме, ноги уже заводились, готовясь к внезапному побегу – до машины рукой подать, главное добежать, спрятаться; быстрее её завести и уехать отсюда к чёртовой матери; согреться пледом и горячим чаем в участке, рассказывая эту безумную историю другим полицейским; увидеть их испуганные и неверящие лица, а после услышать успокаивающее "ничего, главное что пережили" и почувствовать уверенное похлопывание по плечу; во время написания отчёта неделей позже вспоминать эту ситуацию с истерическим, но облегченным смехом; возвращаться- Нет времени думать. – Сейчас! Бежим! Кэт подрывается, дёргает Сэма за руку, чтобы обратить на себя внимание, а после отпускает и бежит вперёд, не оборачиваясь. Она слышит шаги позади и чувствует, как совсем скоро по щекам потекут горячие реки слез, потому что она никогда в жизни такого не испытывала: даже в детстве, когда смотрела ужастики; даже тогда, когда все казалось таким большим, страшным и неизведанным – тогда казалось, что все это правда, и даже что тот самый Фредди Крюгер перережет ей глотку ночью; даже тогда не было так страшно, как страшно сейчас. Страшно, потому что позади неё никто не бежал. Не было чужих шагов, это её собственные отдавали звоном в голове. Все происходит в считанные секунды: вот она бежит, вот она осознает, оборачивается, и видит лишь силуэты в далеке, и вот она понимает – Сэм никуда не убежал. Девушка, стоя как вкопанная, смотрела на то, как её самый близкий товарищ борется с неизведанным и все ещё пытается. Происходящее быстро приводит её в себя. – Сука-сука-сука! – она отчаянно шипит себе это под нос, на ходу трясущимися руками снимая с плеча дробовик и заряжая его. Девушка остается на расстоянии нескольких метров и просто стреляет. Её голова горячая, рассудок мутнеет, в глазах почти темнеет от страха и стресса, но она продолжает бесщадно всаживать патроны в четвероногое слепое существо, атаковавшее Честера. Она не целится ни в какое определенное место, не ищет слабых точек – в её целях стоит просто убить. Убить, откинуть как можно дальше от Сэма, помочь тому встать и вместе добраться до машины. Затем уехать.. далеко и надолго. И может нахрена им вообще работать копами? – Сэм! Я почти! Сэм! – девушка не может сдержать криков, когда магазин оказывается пустым. Существо падает замертво, а Кэтрин медлит лишь пару секунд, чтобы убедиться в этом. Она крепче обхватывает дробовик рукой и подбегает ближе, ногой сталкивая с Честера мутировавшего зомби. – Сэм, это конец, вставай.. – Кэтрин поднимает взгляд на Сэма и леденеет на месте. У Сэма больше нет лица. Все, что осталось от него – это две половины, чудовищно разорванные по середине, и адское кровавое мессиво на месте этого пространства. Кэт не понимает того, что видит, и хватается за несчастные куски кожи, пытаясь их сблизить. Честер пытается дышать – половины шевелятся, кровь бурлит, а девушка чувствует, как ей становится хуже и хуже с каждой секундой. Самое ужасное, что только можно было понять сейчас: он жив. Он пытается дышать через то, чего у него уже нет и никогда не будет. Руки ослабевают. Уияльмс опускает их и смотрит в пустоту перед собой. В пустоту, что была ей ближе родительского дома. Ещё пять минут назад она смотрела в такие родные и добрые глаза, подчеркнутые густыми бровями и красивым орлиным носом, мечтала поцеловать манящие губы, а сейчас.. лучше было не смотреть. В академии их учили первой помощи, но тут она была бесполезна. Движение сбоку заставило Кэтрин дернуться и перевести стеклянный взор в ту сторону. То шевелилась рука Сэма, в которой он держал пистолет; конечность парня, дрожа, поднялась, – девушка наблюдала за этим неверяще, – и дулом остановилась у разъебанного в хламище некогда лица. Оно дергалось, дышало, и будто молило: "Застрели меня". Кэтрин думала, что хуже быть не может, но сейчас поняла – у природы нет предела. Посреди пустующей окраины раздался звук выстрела. Птица, мирно сидящая на ветке, после внезапной резкости подорвалась со своего места и улетела. Уияльмс провожала её взглядом и думала, как бы она сейчас хотела бы также улететь. – Сэм.. это правда конец. Кошмар не забыт и никогда не будет. Прошло пять лет, но девушка никогда не простит себе того дня; она не слышала близких, она не слышала чужих, не слышала никого – в её голове все ещё эхом отдавались чужие фантомные слова. "Застрели меня". – Получай, урод, – пуля с пистолета Кэт вылетает прямиком в лоб ожившего мертвеца, вынуждая пасть уже с концами. Девушка пнула труп мужчины, ботинком поддевая того под бок и переворачивая. На поясе блестели бинты и спирт – Кэтрин наклонилась и забрала это, бросая к себе в рюкзак. Вместе с тем девушка достала с набедренного кармана пачку сигарет и выудила одну, подпаляя старой хорошей зажигалкой, и закурила, вглядываясь в чужое бездыханное лицо. Оно не вызывало эмоций. Совершенно никаких. Не то, что было в тот день.

*

– Кто ты?.. Испуганная рыжевласая девушка с широко открытыми глазами смотрит перед собой, пытаясь заранее отследить возможную угрозу, но получается у неё с натягом; она лишь дальше жмется к стене и отходит чуть в сторону, чтобы была возможность оббежать стремного незнакомца. Мужчина смотрит сурово и проговаривает то, что уверенности девушки вообще никакой не даёт. – Меня зовут Леон. Я здесь по приказу президента- Леона никто не дослушивает: испуганная девушка рывком оттолкнулась от стены и побежала по заранее обдуманному обходному пути. Мужчина тяжело вздыхает, расправляя плечи. – Неплохо вышло, – он с усмешкой проговорил это себе под нос и поспешил за девушкой. "Иди-ка ты в жопу, Леон, чтобы я ещё раз кому-то здесь поверила", – думает девушка, пока несётся куда-то вдаль, подальше от чужака. Дина ощущает себя самой гениальной девушкой на свете – план был идеальным, если не брать в рассчет то, что тот самый странный дядька видимо физру на парах не прогуливал, и девушку почти догнал. Рыжей внезапно стало уж слишком страшно и она вложила все последние силы в свой побег, но когда споткнулась об внезапный порог и упала, то поняла, что её судьба обречена. – Всё, убивай быстрее, я уже устала здесь прятаться, меня уже никто не спасет, – нервно тароторит Дина, зажмурившись; она знает, что незнакомец её догнал. Леон показательно прочищает горло и скрещивает руки на груди, смотря на свернувшийся комок в метре от себя. – Меня зовут Леон, Леон Кеннеди, и я здесь по приказу президента о спасении его дочери, – он делает акцент на каждом слове, вызывая в девушке резкое чувство стыда. Дина отрывает руки от головы, с опаской и взглядом загнанного хорька смотрит на очевидно заебавшегося агента. Почему-то именно с этой стороны он начал казаться более безопасным; может, виной то откровенно невыспавшийся вид? Это было уже не так важно – девушка поднялась, отряхнула юбку от грязи и неловко улыбнулась мужчине. – Прости меня. Я так много от кого-то бегала, что уже не разбираю кто есть кто, – рыжая смахнула прядь волос назад, продолжая держать на лице неловкую улыбку. – Ты молодец, что столько держалась,– Леон только кивает, разворачиваясь, – теперь идём. – Куда? – Дина удивлённо захлопала ресницами. – Домой, – мужчина смотрел на неё как на полную дуру, очевидно не понимая, чего она так кутузится. – Нет, домой нельзя, – она резко вытягивает руку вперёд и шевелит туда-сюда указательным пальцем, перебивая. – Нам нужно найти одну девушку. Возвращаемся только с ней. Кеннеди точно уйдёт в отпуск после этой миссии. Он вновь тяжело вздыхает, а после потирает переносицу; запасается нервами. Дина наблюдает за ним с какой-то опаской, потому что мужчина, очевидно, стал раздраженным – но на своём не прекратит настаивать, даже если Леон ей нож к горлу подставит. Хотя.. в принципе, если мужчина будет угрожать ей ножом, Грэм тут же оставит подругу на проивзол судьбы. "Она хотя бы драться умеет, а у меня шансов ноль", – быстро умозаключает рыжая в голове. Да, точно, теперь ее жестокость оправдана. – Давай по порядку: как ты оказалась конкретно в этом месте и про какую девушку ты говоришь? – Кеннеди начал задавать вопросы, чтобы разобраться в неоднозначной ситуации. Его правда интересовало, что она забыла здесь – в каком-то полуразрушенном заброшенном домике, в который агент изначально даже заходить не планировал; настолько убого он выглядел. А когда Леон зашел, осматриваясь в поисках припасов, уловил странные шорохи: он обошёл весь дом с дулом на перевес, поднялся на второй этаж, где внезапно и обнаружил Дину Грэм, дочь президента, спасти которую ему и надо было. А она убежала. – Ну.. мне, можно сказать, помогали с выживанием, – Дина пинает мелкие камни под ногами, – и почти спасли, наверное. Ту девушку зовут Кэтрин, и её надо найти, потому что она ещё и моя лучшая подруга, – девушка вновь неловко улыбается, поднимая взгляд на мужчину: – Она тоже какой-то агент, но её вообще-то сюда не посылали. Она где-то потеряла рацию и оставила меня здесь, а сама ушла на её поиски. Но её уже половины суток нет. Она обещала прийти через пару часов, – Грэм смотрит щенячьими глазами: – Пожалуйста.. Я попрошу отца доплатить! Леон не знал, что ответить на этот рассказ – он был слегка ошарашен, что кто-то здесь был, и этот кто-то имел ровно такие же цели, как у него самого. Мужчина начал размышлять, не мог ли встретить упомянутую незнакомку во время уже пройденного пути, но в голову ничего не приходило; либо она надежно спряталась, либо её похитили, либо она уже умерла. Других предположений быть и не могло. – Мы можем найти её мёртвой, – вдруг предупреждает мужчина. – Она живая, – Грэм говорит это с полной уверенностью. – Я просто чувствую. – Как скажешь, – Кеннеди разводит руки в стороны. Не сказать, что у Дины был капризный или избалованный нрав, но что-то определённо было; стоило ей узнать, что Леон прислан ей от отца, то та сразу же обозначила ему новый приказ, хоть и звучал он больше как призыв о помощи. Мужчина мог её понять, из-за чего не стал противиться – главное, чтобы в будущем это не вызвало никаких проблем в том, чтобы вытащить отсюда Грэм. В неловкой тишине, пока Леон рассуждал над дальнейшим планом действий, Дина смогла полностью рассмотреть его лицо; мужчина обернулся, почувствовав прожигающий взгляд, и наткнулся на брезгливое выражение лица. – Что? – Вот это прикол старых людей или это агенты отдалены от цивилизации? – девушка склоняет голову на бок, сщурившись. – А вы давно ходили к косметологу?