Часть 8

- Подожди в машине. Я приду за тобой, если понадобится. Коробейников припарковался недалеко от Аничкова моста, около которого сейчас работали оперативники, чтобы Яков Платонович не заметил девушку в салоне. Аня на удивление не сказала ни слова против, проводив взглядом выходящего из машины Антона. *** Закончив осмотр, Минская подошла к следователю. - Информации мало: тело пробыло в воде не менее восьми часов. Девушке было около 25 лет. На руках и ногах – несколько кровоподтёков, но шея и лицо чистые. Повреждён затылок: она могла удариться при падении. Скорее всего – суицид. Однако, если вода в лёгких не обнаружится… - Тогда – убийство, - закончил Яков. – Документы? - Нет, - спокойно ответила судмедэксперт. – Всего несколько купюр в карманах. Так что придётся искать родственников. А сейчас – только вскрытие. - Понял. Спасибо, Екатерина Петровна. Женщина кивнула в ответ, посмотрев на Штольмана с едва заметной улыбкой, собрала инвентарь и направилась к своей машине. *** Первое время Аня пыталась разглядеть своих знакомых, но вскоре поняла, что это бесполезно: дождь снова усилился и залил окна машины, окончательно лишив девушку обзора. Вконец потеряв терпение, Миронова достала телефон, чтобы позвонить Антону, но, вскрикнув, чуть не выронила его из рук: слева от Анны, на месте водителя, сидела насквозь мокрая девушка. - Кто Вы? – дрогнувшим голосом выдавила Аня, вжавшись в сиденье. Непосредственно духи приходили к Мироновой очень редко, поэтому сейчас девушка была действительно напугана. Призрак, медленно повернув голову, посмотрел мёртвым взглядом на Анну, а потом, так же медленно, будто движения давались ему с большим трудом, - в окно автомобиля, в сторону полицейских, в данный момент склонившихся над мёртвым телом. Аня проследила за взглядом духа; от тухлого запаха сырости неприятно скрутило живот. - Это Вас нашли в Неве? – прошептала Миронова. Призрак вновь посмотрел на неё в упор. - Покажите мне, что случилось, - продолжала Анна. - Вас убили? И тут, так же неожиданно, как и появился, дух девушки исчез. Аня сделала несколько вдохов, приводя сердцебиение в порядок. - Прости, Антон, но придётся рискнуть… Убрав телефон в карман, и надев капюшон, чтобы как-то спастись от дождя, девушка выскочила из машины. -Яков Платонович! Штольман поднялся над телом и, оглядевшись, был готов взвыть: один из полицейских удерживал Анну, не давая подойти ближе. Якову хватило одного взгляда, чтобы Коробейников, который уже успел стать бледнее лежащей перед ним утопленницы, пробормотал: - Вы её не знаете! Мне проще было согласиться! - В следующий раз - отстраню! - грозно отчеканил следователь и обратился к рядовому, за спиной которого топталась Миронова: - Пропустите! Девушка кинулась к Якову, и тот сразу спрятал её под своим зонтом. Тонкая куртка не спасла Анну: косы потемнели от влаги, по розовым щекам стекали крупные капли, а губы слегка дрожали от холода. Штольману на мгновение захотелось обнять девушку, чтобы поделиться своим теплом. - Яков Платонович, позвольте мне осмотреть тело, - сказала девушка, в упор смотря на мужчину. - Я так понимаю, не как врач, - ответил Яков, вздохнув. Аня коротко кивнула. - Анна Викторовна, Вас бы надо отвезти домой и как следует согреть! – продолжал упорствовать мужчина, но решительный взгляд синих глаз победил. – Но, раз уж Вы здесь… - добавил следователь, заставив Антона спрятать взгляд и сильнее вжать голову в плечи, - даю две минуты. Аня просияла, и Якову на мгновение показалось, что даже летнее Питерское солнце никогда не светило так ярко. Девушка осторожно подошла к трупу и склонилась над ним; Штольман с зонтом держался рядом, чтобы Анна не промокла ещё сильнее. В нос резко ударил запах речного канала, который Аня недавно почувствовала в машине. Обратив, как и Минская, внимание на синяки, Миронова коснулась холодного запястья утопленницы. К горлу резко подступила тошнота, голова закружилась и стала тяжёлой, сердцебиение участилось. Аня услышала душераздирающий крик и почувствовала такую сильную боль вперемешку с отчаянием и одиночеством, что была голова закричать сама. С силой отняв руку, девушка отпрянула от мёртвого тела и уткнулась спиной в грудь Якова. Тот непроизвольно обнял её сзади. - Аня, ты как? – Антон шагнул к подруге и обеспокоенно сжал мокрую ладонь. – Ты что-то почувствовала? Голос и прикосновение Коробейникова привели девушку в чувство. Осознав, что стоит к Штольману неприлично близко, Аня отстранилась от него и развернулась к мужчинам лицом. - Её что-то мучило… Она страдала, - начала девушка, пытаясь передать испытанное. – В душе - невыносимая боль. И горечь… - Горечь? – переспросил Яков. - Да, на языке… Как от горького лекарства. Слушая Аню, следователь неотрывно смотрел на неё и понимал: эта девушка действительно способна видеть и чувствовать что-то глубокое, скрытое от глаз. Потому что этот взгляд, в котором Штольман сейчас выдел страх и опустошение, невозможно было подделать. Миронова снова задрожала. - Спасибо, Анна Викторовна, мы примем это к сведению! А сейчас – немедленно домой, я отвезу Вас, - сказал Яков и обернулся к помощнику. – Коробейников, отправляйте тело, - он кивнул в сторону ожидавшей машины скорой помощи. – Я скоро к Вам присоединюсь. Антон попрощался с девушкой и направился к оперативной группе, а мужчина повёл Аню к своей машине. - Снимите куртку, я включу обогрев. Девушка, сев на переднее сиденье, послушно сняла промокшую верхнюю одежду, и почувствовала дуновение сухого горячего воздуха. - Да, так лучше. Спасибо. Автомобиль тронулся с места. Первое время ехали в тишине, только дождь барабанил по лобовому стеклу. Анин взгляд был прикован к боковым улицам и прохожим, а Штольман следил за дорогой, изредка поглядывая на девушку. - Давайте поговорим, - наконец сказал Яков, когда машина стояла на светофоре. Миронова посмотрела перед собой и вздохнула, медленно и глубоко. - Я не знала, что это может быть настолько тяжело, - произнесла она. – До сегодняшнего дня из мёртвых я «читала» только того мужчину, который работал у дяди. Но тогда я не испытала сильного потрясения; похоже, он прожил достаточно спокойную жизнь. Загорелся зелёный свет, поток автомобилей продолжил движение. - С этой девушкой всё иначе: громко, страшно и больно… А главное, я так и не поняла, что с ней случилось. Штольман не спешил с ответом. - Я был в похожей ситуации, - произнёс мужчина, сворачивая с главной дороги. – В самом начале карьеры следователя меня окружили десятки дел: убийства, суициды, несчастные случаи… Он заметил краем глаза, как девушка снова напряглась и сжала руками колени. - Пожалуйста, дослушайте меня, - добавил он как можно мягче. – Каждую смерть я нехотя пропускал через себя, из-за чего начались кошмары, а иногда - и панические атаки. В конце концов, дело дошло до психолога. Аня посмотрела на Якова. Мысли о смерти вытеснило сочувствие к мужчине. - У Вас получилось абстрагироваться? - Да, со временем, - кивнул мужчина, не отрывая взгляд от дороги. - Принял всё, как должное, и убедил себя, что, как ни старайся, всех не спасёшь. Каждому под силу только то, с чем он может справиться. - Да Вы философ, Яков Платонович, - сказала Анна, наконец, улыбнувшись. Следователь улыбнулся в ответ - его профиль посветлел. - В работе полицейского, как ни странно, приходится им быть. Ещё раз повернув руль и проехав пару километров, Яков, наконец, остановился у дома Мироновых. Однако девушка не спешила прощаться. - Но мне неподвластно то, что я испытываю. Оно само проходит через меня, и я не могу этому помешать, - сказала девушка, развернувшись вполоборота к Штольману. – Как мне с этим справиться? - Всё всегда находит свой выход, как бы не было тяжело, - ответил Яков. – Вот и Вы, Анна Викторовна, уже улыбаетесь. Осталось лишь найти способ, чтобы эта улыбка появлялась как можно чаще. Аня поняла, что за время этой поездки, действительно, смогла переключиться и сейчас думала о тяжёлых событиях дня как о том, что уже подошло к своему концу. - Но это Вы заставили меня улыбнуться! - Буду рад сделать это снова! Девушка на секунду задержала взгляд, смотря в светлые глаза мужчины, после чего открыла дверь и уже хотела выйти, но снова обернулась в сторону водителя. - Спасибо Вам, Яков Платонович. За всё. - Взаимно, Анна. Когда девушка скрылась за дверью подъезда, Яков отправился в больницу. Стоя в небольшой пробке, мужчина взял в руки телефон и обратил внимание на одно непрочитанное сообщение: «До встречи!» Отправителем была Аня. Штольман не сдержал улыбки и посмотрел на посветлевшее небо: дождь, наконец, закончился.