Пролог (часть 1)

Девушка на картине – Жасмин Диабло. Единственная дочь герцога Иклиса Диабло; "Выдающийся талант" к фехтованию; единственная жемчужина поместья Диабло и.. бывшая глава рода. Эта девушка – великий человек для рода. Она спасла его великой ценой, и тем самым обрекла на горе близких...

‧͙⁺˚*･༓☾　☽༓･*˚⁺‧͙

Холодная ночь пробиралась под кожу. Каждый ненужный шум был препятствием для задания. Поместье маркиза Шафрон, а именно сам маркиз интересовал Розу Адлер. Пробираясь по ночным коридорам Роза, примерно, вспоминала план здания. Его комната должна находится дальше по коридору. Девушка спряталась за нишу. Сливаясь с фоном она на мгновенье подумала что становится леди-невидимкой. Проходящая мимо стража заставила её задержать дыхание. – Маркиз снова ждёт барышню. – Какая это уже за неделю? – Пятая. Он никогда не был верен своей жене. Избивал сына и маркизу. "Мерзость.. – подумала девушка. –От этого человека появляется чувство мерзости. Ведь верность – одно из лучших качеств партнёров." – "Когда я выйду замуж, то перестану работать убийцей. Слишком утомительно. " Стража ушла, а это значит что она может закончить начатое. Пробираясь по коридору, Роза дошла до покоев маркиза. Прижавшись ухом к двери, она прислушалась и услышала звуки негодования. Роза тихо постучала. На мгновенье всë затихло, а после прозвучало "войдите". И она вошла. И сразу же увидела перед собой не молодого человека в одном халате. Его взгляд был направлен на её лицо, а после на её удобное чёрное платье. Она стояла, опустив подбородок вниз. Слушала его приближающие шаги и чувствовала его прикосновение к лицу. Он поднял его, рассматривая её алые глаза. – Прекрасные алые глаза, восхитительные смольные волосы, нежная бледная кожа. Сегодня ко мне прислали колдунью. Мерзость. Его ухмылка мерзкая; его прикосновения мерзкие; его голос мерзкий. Он сам мерзкий. Его руки появились на её талии. Притягивая тело девушки к себе, маркиз с ухмылкой говорил: – Сегодня ты будешь прекрасна. – Я лишь ваша, маркиз... – а после в мыслях произнесла. – "Сейчас стошнит." Его лицо приближается для поцелуя и она понимает, что пора действовать. Ненамного отходя от маркиза, Роза с улыбкой говорит, почти соприкасаясь с его шеей: – Мой господин.. Позвольте мне кое-что сделать!.. – И что же? – Позвольте.. лишить вас жизни. – Что.. Не успел он отскочить, как она быстрым движением перерезала ему шею. Кровь брызнула во все стороны. И тем самым попала на её бледную кожу лица и шеи. – Думаю пора заканчивать с этим цирком. Роза переступила труп и вышла на балкон. Вздохнула полной грудью свежий воздух и чуть ли не закричала, но тут же закрыла рот и спокойно проговорила: – Мне не помешает ванная. Хочу освежиться. Кажется когда я добиралась до поместья, заприметила озеро. Оно так заманчиво выглядело. Запах крови разошёлся по всем покоям, что даже доходил до балкона. Поморщив нос, она спрыгнула с балкона и безопасно спустившись, вышла наружу. Спокойным шагом девушка дошла до леса, где оставила свою лошадь. В еë мыслях были завтрашние новости: – "Таинственное убийство маркиза. Неужели Роза снова начала действовать? Что же будет делать императорская семья?" Её это немного рассмешило. Однако, это деятельность тяготит. Медленно пожирает юное сердце. Не прошло и года, как она занимается этим. И это очень сильно утомляет... Роза подошла к своей вороной лошади. Погладив её, она взобралась, и поехала. – Чёрный ветер, радость моя, остановись около озеро. Мне бы хотелось искупаться. – Ф-р-р. Рука девушки коснулась её гривы и потрепав её, она направила свой взгляд вперёд. Спустя несколько миль девушка увидела отблеск озера. Её сердце затрепетало от восторга, что она сможет побыть в воде. По просьбе Розы, Чёрный ветер остановилась около озера. Она с замиранием сердца рассматривала отблеск Луны на воде. Роза разделась до гола. В округе лес да горы. Кто увидит? Кулон, что был на её шее она тоже сняла. Магия спала и, наконец, она представилась не Розой Адлер, а Жасмин Диабло. Леди осторожно ступила в воду. Приятно. Следующие шаги были увереннее и вот она до груди в воде. Откинув голову назад она громко простонала от удовольствия. Приятная влага окружала тело, снимая напряжение, смягчая кожу... Жасмин проплыла чуть дальше и нырнула под воду. Она обняла себя за колени, прикрыв глаза. В мыслях тут же появилось желание впустить в себя холодную воду, но Жасмин не могла этого сделать... Ей просто нельзя умирать в такое время. Девушка открыла свои гранатовые очи, наблюдая за расплывчитой луной... Звуки притуплялись, и Жасмин слышала лишь журчание воды и тихое-тихое ржание своей лошади. Девушка поняла, что это патруль, ищущий леди ночи Розу Адлер. Мечница вынырнула, откинув свои белоснежные локоны назад. Они неприятно прилипли к спине. Капельки воды то медленно,то быстро стекали по обнаженной кожи. Жасмин выдохнула: – Позволь здесь меня съедят мысли. – Ф-р-р, – лошадь мордой показала на огни вдалеке. Жасмин взглянула на далеки огни. Пламя горело ярко, притягательно и оно манило, словно лучик света в непроглядной тьме; словно оно было спасением от всей проблемы, поедающей Жасмин изнутри. Девушка сказала: – Ничего мне не будет только из-за того, что я встречусь с ними. И более не засматриваясь, Жасмин недовольно отвернувшись, вновь нырнула под воду. Холод воды вновь прикоснулся поцелуем к лицу. Лишь холод мог спасти её и не дать сойти в безумном танце с психикой. Жасмин вновь закрыла глаза, вспоминая события, которые изменили её радикально. Но вдруг она уловила едва громкий мужской голос. Мечница вынырнув, медленно обернулась к мужчине. Её плотные локоны закрывали груди, те самым защищая её ногое тело. Светловолосый рыцарь поджал губы тактично отвернулся и спросил: – Леди? Что вы здесь делаете так поздно? – Прогуливалась, господин рыцарь. – Леди, здесь опасно... Неподалёку находится Роза Адлер. Я немедленно провожу вас домой. – Мне ничего не угрожает. Моя лошадь весьма быстра. Я доберусь домой в целости и сохранности. Жасмин посмотрела на него и уловила в голосе смущение. Оно и понятно: голая девушка перед мужчиной переходит все рамки этикета. Но пока её не узнали ей нет до этого дела. Кому придëт в голову следовать за незнакомой девушкой? Это всего лишь мимолëтная встреча. Тяжёлое молчание давало о себе. Рыцарь старался смотреть на лес вокруг лишь бы не обернуться, опустив взгляд ниже. Девушка вышла из озера, попутно выжимая мокрые волосы. Она медленно подходила к лошади, играясь над смущенным рыцарем. И наконец остановившись у лошади, Жасмин заметила как его хмурые брови дрожали, а плотно закрытые губы то и дело были искусаны. – Вы – рыцарь. У вас должен быть безупречный вид, но искусанные губы вас портят. Жасмин достала одежду из сумки, закрепленной на боку у лошади. Лёгкая ткань запасной одежды закрыла её нагое тело, а мокрые волосы были вновь собраны в хвост. Девушка разрешила обернуться. Проверив свой внешний вид, она увидела, что забыла про обувь. – Господин, подождите немного. – Леди, что вы задумали? – Хочу сделать вам подарок, – Жасмин снова открыла сумоку и начала искать баночку. Через минуту, леди достала керамическую баночку, где хранилась мазь. – Господин, дайте руку, – Жасмин положила мазь в его руку. – Леди!... – Это мазь для ран. Она очень эффективна. Просто наносите её каждый вечер и тогда ваши губы будут, как новые. – Она выглядит дорогой... Я не могу её принять. – Не переживайте, господин. У меня таких много. Это мой вам подарок за то, что так беспокоились о юной леди. Рыцарь прижал руку к сердцу и поклонился ко мне. Его светлые волосы так и сияли в свете луны, а голубые глаза нежно и благодарно смотрели в её алые, почти рубиновые, глаза. Рыцарь заметил, что Жасмин была босой, и спросив разрешение помочь сесть на лошадь, вынул из сумки торчащие туфли, и надел их на изящные ступни леди. – Благодарю вас, леди. – Не стоит... Граф Обелити. Он поднял на нее удивленный взгляд. В них играли блики, хотя на улице была ночь. Те блики дрожали, когда смотрели в противоположные цвету глаза. Если бы глаза умели говорить, то они бы шепотом проговорили: "Я знаю, кто Вы, но не смею этого сказать." Дыхание замедлилось, и Жасмин смотря в его глаза, невольно захотела смотреть в них вечно. Вздрогнув от этой мысли, мечница отвернулась, и уже тогда граф спросил следующее: – Как вы догадались, леди? – У рода Обелити есть одна особенность: их глаза сияют, как только на них попадает свет. Словно магия во плоти. Он опустил голову, посмотрев на хрупкие ноги и тихо рассмеялся, а после направил свой задорный взгляд на Жасмин и его улыбка стала ещё шире. – Может и правда в нашем роду были волшебники? Кто знает. И всë же, леди, вам нужно домой. Я выведу вас из леса, а дальше поеду помогать отцу искать Розу Адлер, – юноша встал и привёл своего коня, а после взял поводья лошади Жасмин. – Вы, Рикфольд, и правда семейный человек. Он с изумлением посмотрел на Жасмин, а после грустно нахмурился. Всё знают, что Рикфольд не желает быть тем, кем является сегодня. А самой Жасмин было искренне жаль Рикфольда Обелити и его отца. Всю жизнь они пытаются найти убийцу, а убийца находится среди них. И это никто иная, как сама Жасмин Диабло. Юноша на секунду остановил на ней свой взгляд. Дольше, чем положено. Но... Жасмин видела его взгляд, который говорил многое, но не злость, ярость, ненависть и прочее. Рикфольд мастерски скрывал свои мысли сейчас: он хмурил брови, недовольно поглядывал, дабы наблюдать, чтобы Жасмин ничего не выкинула, изредка спрашивал, где удобнее ей доехать до дома. И когда он выслушал девушку, сказал: – Я оставлю вас около Академии, а после уйду. Надеюсь, вы не будете в обиде. – Граф, не переживайте. Это не грубость по отношению ко мне. – Хорошо. И попрошу воздержаться от ночных прогулок. Роза Адлер известна как ночная леди; убийца аристократии. Жасмин кивнула, а после и вовсе замолкла: она всё это время рассматривала тёмный лес. Тени игрались по деревьям и кустам, создавая впечатления иллюзии. Силуэты были задорными, весёлыми, а иногда жуткими и злыми, от которых Жасмин было не по себе, но она скрывала это, как и свои чувства. Всё это время смотрящий на дорогу граф, обернулся к Жасмин и с тенью улыбки спросил: – Леди, как ваше имя? Я отправлю мазь обратно, как только раны на губах заживут. – Не стоит. Это мой подарок Вам. Рикфольд поджал губы и отвернулся от девушки, вновь смотря на ночную тропу. Ему хотелось узнать её имя не потому, что хотел отправить лекарство обратно, а убедиться, что эта дева – та, которую он ожидает. Однако, он вновь с улыбкой обернулся и начал разговор. Жасмин поддержала его, не заметив, как доехали до главной площади. Взяв поводья, Жасмин сказала: – Вы узнаете меня, как только мы вновь увидимся. До встречи, граф Обелити. Жасмин уехала, а всё ещё стоящий Рикфольд смотрел на её удаляющийся силуэт, и улыбка не сходила с его лица. Прижимая баночку к сердцу, он прошептал: – До встречи, леди.

‧͙⁺˚*･༓☾　☽༓･*˚⁺‧͙

Утро следующего дня было оживлённым: ученики то и дело разговаривали. Но лишь двое студентов выбивались из подобной картины: леди из дома Диабло и господин из дома Ромбарди. Молодые люди сидели на своих местах, никому не мешая, но другие студенты то и дело подходили к каждому, а именно к герцогине и лорду, со своими вопросами о дружбе. – Леди, я отказала многим и Вы думаете, что я даю согласие Вам? Прошу прощения, но у меня нет времени на подобные глупости. Если это всё, то попрошу Вас уйти. Жасмин не смотря на свою грубость, набирала популярность у студентов. Ежегодно ей в поместье приходили письма с помолвкой, на что нынешний герцог с яростью и ревностью отказывал. Жасмин с забавой наблюдала за отцом, занимаясь поисками и убийствами. Герцогиня продолжила заниматься, не замечая ничего и никого вокруг. Всë это время за ней наблюдали пара друзей: один из них голубоглазый блондин, а второй черноволосый юноша с изумрудными глазами – граф Эдмунд Юэль. Рикфольд сидел за своей партой, смотря на девушку. Не замечая внешний шум, он то и дело рассматривал её, и его светлую душу терзали сомнения. Та ли эта девушка у озера? Та ли эта девушка, которая с лёгкостью и нежностью в голосе разговаривала с Рикфольдом? – Рик! Рикфольд вздрогнул и хмуро обернулся на лучшего друга. Тот лишь также смотрел на него, ожидая, когда он обратит свой взгляд на Эдмунда. Тяжело вздохнув, Рикфольд спросил: – Что? – Почему ты так пристально рассматриваешь госпожу Жасмин? Скоро на ней будут дыры от твоих взглядов. – Я задумался... – Рик, я не первый год тебя знаю. И также знаю, что ты никогда задумывался о чём-либо. – Как грубо, Эд. Я задумался о том, почему госпожа Жасмин всегда такая серьёзная. Я никогда не видел, как она улыбается. Наверняка она ещё красивее, когда улыбается. – Я понял. – Что ты понял? – Она тебе нравится. – Нет. Ты видел где я, а где она? Мы по статусу не равны. Вот господин Галлагер ей больше подходит. – Рик, я говорю не о статусе, а о твоих чувствах к госпоже. Да, госпожа Жасмин и господин Галлагер хорошие друзья. И если их дружбу разрушит брак, то это многое изменит между ними. Рикфольд уткнулся лбом в парту и тяжело вздохнул. Он обернулся к ней и всë продолжал смотреть. Эдмунду ничего не оставалось, как пойти на крайние меры. – Если уж она тебе так нравится, то спроси господина Галлагера о том, что она любит. Он очень добр и ответит. – Да не нравится она мне! Эти слова прозвучали так громко, что заставили замолкнуть всех присутствующих. Почувствовав неловкость, Рикфольд извинился и продолжил тихий разговор с другом. – Рик. Это очень странно: раньше она даже не привлекала твоего внимания, а сейчас ты почти умираешь, как только смотришь на неё. Она тебе что-то сказала или сделала? – Нет. Мы с ней даже не общались. Я задумался о другой леди. Очень похожую на неё. Эд, ты не знаешь, если ли у госпожи Жасмин сестра? – Сестры нет. Есть старший брат. – Ты же знаешь, что я помогаю отцу поймать Розу Адлер. И вот вчера я наткнулся на леди. Такие же белокурые волосы и рубиновые глаза. Может быть, она и есть та леди? – Так ты влюбился в незнакомку. Так пойди и спроси госпожу об этом. Может та дева и есть она? – Ты думай, что говоришь! Рикфольд хмуро посмотрел на друга, а после обернулся к госпоже и увидел, как она общается с господином Галлагером. Их лица спокойны, а а речь свободна. В аудиторию вошёл преподаватель и посмотрев на леди Жасмин, быстро произнёс: – Леди Жасмин, вас вызывает его превосходительство герцог. Она кивнула и спокойно встала, как Галлагер резко встал и спросил будет ли она в порядке. Удивленная девушка кивнула, а после вышла из аудитории. Начался урок. Рикфольда смутила эта сцена: обеспокоенный Галлагер чуть ли не пытался удержать её на месте, лишь бы госпожа не шла туда. Посмотрев на господина, Рикфольд всё ещё видел то беспокойство. Он явно что-то знает о её превосходительстве. И он должен это узнать. Всё это время Рикфольд не мог думать о уроке. В голове постоянно выскакивала та сцена. И она мучила не только голову, но и сердце. Рикфольд старался хоть мельком уловить то, что говорит учитель, но получалось довольно плохо. Уроки закончились, и на удивление Рикфольда его ни разу не окликали. Собрав все вещи, Рикфольд обернулся к Галлагеру, но никого не обнаружил. – А где господин Галлагер? – Только что вышел, – ответил Эдмунд. – Эд.. Мне нужно обсудить кое-какие дела с господином Галлагером. Можешь меня не ждать и идти вперёд! И не дождавшись ответа, Рикфольд выбежал из аудитории. Ухмыльнувшись, Эдмунд произнёс, подправив очки. – "Кое-какие дела"– это госпожа Жасмин? Так я и знал. Ты влюблён в неё. И спокойным шагом вышел из аудитории, направившись в противоположную сторону.

‧͙⁺˚*･༓☾　☽༓･*˚⁺‧͙

– Господин Галлагер! Господин Галлагер! Постойте! Галлагер с переживанием обернулся, но увидев того, кто его зовет, удивился. – Господин Рикфольд? Рикфольд облокотился о колени и стал выравнивать дыхание, иногда смотря на Галлагера. Тот терпеливо ждал, когда Рикфольд отдохнëт и сможет нормально говорить. Выпрямившись, Рикфольд извинился: – Ничего страшного, господин Рикфольд. Вас что-то заинтересовало? – Господин Галлагер.. Я бы хотел узнать следующее: вы слышали о деве с серебристыми локонами и рубиновыми глазами? Галлагер улыбнулся, а после положил руку на плечо одногруппника, чуть посмеиваясь. – Господин Рикфольд. Вы и сами прекрасно знаете о ком речь. Вас заинтересовала моя подруга, не так ли? – Возможно, но речь сейчас не о госпоже Жасмин, а о другой юной леди. – Хм... Тогда я не смогу Вам помочь. В нашей империи лишь одна леди с серебристыми локонами и рубиновыми глазами – и это Жасмин. Ведь рубиновые глаза редки. – Вот как... – Но если вы хотите что-то узнать о Жасмин, то не стесняйтесь спрашивать. – Госпожа когда-нибудь улыбается? Галлагер удивленно остановился. Онне ожидал, что Рикфольд так быстро задаст свой первый вопрос. Поджав губы и похлопав глазами, он быстро произнёс, продолжая шаг. – Вот так резко... Когда-то она улыбалась. – Когда-то? — Да. Но в определённым момент я увидел уже не ту веселую девочку, а холодную и строгую по отношению к себе Жасмин. Тогда она заявила, что хочет стать главой рода. – Но разве госпожа не младшая в семье? – Именно так. Но я уверен, что она сможет этого добиться. Вы просто не знаете какая она упрямая, – посмеялся Галлагер. – И последний вопрос. Почему Вы так встревожились, когда госпожу вызвал его превосходительство? На этот раз Галлагер окончательно остановился. Нахмурив, в грусти, брови, он ответил. – Вы... узнаете об этом позже. Если будет случай. – "Неужели это серьёзная тайна?" – но он произнёс: – Хорошо.

‧͙⁺˚*･༓☾　☽༓･*˚⁺‧͙

Прошло три или четыре дня с того разговора. Жасмин так и не вернулась. В классе об этом говорят уже второй день. Поговоривают, что она бросила учёбу. – Быть того не может, чтобы она бросила учёбу. – Рик, она не могла провалиться сквозь землю. Я тоже отвергаю факт, что она бросила учёбу. Но она наверняка сейчас занята работой. – Тогда бы отправила весточку Галлагеру! Посмотри на него: весь на иголках. И он ничего не знает о ней. Рикфольд с сочувствием посмотрел на Галлагера, а Эдмунд, подправив очки также с напряжением ответил. – И правда. Здесь что-то не так. Она пропала после того, как поехала в герцогство. Наверняка должны знать их превосходства, что с ней случилось. И словно на его слова вошёл профессор с знакомым мужчиной с такими же белокурыми волосами и голубыми глазами. Все начали шептаться: – Господин Ян прибыл!... – Неужели из-за пропажи госпожи? Ян не слышал никого. Его нахмуренные брови и напряженный взгляд обводил каждого из студентов, рассматривая. Он остановился на Галлагере и Рикфольде. Тихо прошептав что-то профессору, Ян подозвал парней выйти в коридор. Как только стало тихо, он обернулся к студентам и спросил: – Последний раз когда вы видели Жасмин? Она возвращалась в Академию? – Нет. Три дня назад, как только её вызвал герцог мы не видели её, – ответил Галлагер. – Что-то с ней случилось? – спросил Рикфольд. – Я знаю. Моя сестра не могла вот просто пропасть. Она весьма способна. Для начала вам нужно утихомирить слухи. Она печется о своей репутации. И если уж вернётся, то явно не будет рада это услышать. – Хорошо... – произнёс Галлагер. – Ян.. С ней правда будет всё в порядке? – Конечно. Она ведь мастер меча. И ребенок дома Диабло. Справится. Он улыбался. Но было видно, что он очень переживает за свою сестру. Так или иначе, студенты вновь зашли в класс и сели по своим местам.

‧͙⁺˚*･༓☾　☽༓･*˚⁺‧͙

Плеск холодной воды разбудил девушку. Привязанная к стулу железными браслетами, дева с ненавистной ухмылкой смотрела на капитана императорской гвардии. Сплюнув кровь, она съязвила: – Великий и добрый Максимилиан Беренс, что и мухи не обидит стоит и лично избивает девушку. Слухи о тебе явно не те! – Великая и неуловимая преступница, леди ночи, Роза Адлер сейчас сидит передо мной, избитая мной лично, – передразнил Максимилиан девушку. – Ответишь на вопросы честно – отпущу. Наблюдая за всей картиной, охрана с напряжением наблюдала за допросом. Многим бы и смелости не хватило дотронуться до этой девушки. Однако, один из охраны молча наблюдал за всем этим без единой на то эмоции. И Роза это заприметила... – Как интересно... Глава императорской гвардии собирается отпустить убийцу... – Кто заплатил тебе? – Отвечу честно: меня деньги не интересуют. – Ну что ж.. Если не хочешь отвечать, то останешься здесь ещё на пару дней. Уходим. Роза сидела, смотря на удаляющуюся спину капитана. Она ухмыльнулась, а после, дождавшись, когда они уйдут, обратилась к охране. – Ну и долго ты будешь стоять и ничего не делать? У меня руки затекли. – Сейчас, подожди минуту. Открыв решётку, Ян обошёл сестру и взломав замок на железных браслетах, снял их. Девушка встала, разминая запястья. – Есть запасной выход? – Да. – Тогда идём. Не стоит здесь задерживаться. Беренс не глуп и сразу поймёт, как только увидит человека без сознания, которого ты плохо спрятал. – Ты вообще не прячешь трупы. – А мне не за чем. Галлагер не беспокоиться? – Весь на иголках. – Поняла. Плутая по коридорам, Ян начинал хмурится. Заметив это, Жасмин положила руку на его плечо и сказала: – Ян, ты забыл где выход? – Нет... Этот коридор... По нему мы уже проходили. – Ах, да, точно. Это же не обычная темница. Здесь прибегают к магии. – Тогда без мага нам не обойтись... – Вовсе нет. Можно выйти с помощью компаса. – Я не брал с собой компас, который ты разработала. Жасмин задумалась, а Ян облокотился на стену. Сложив руки на груди, он спросил. – Точно ли больше нет способа выйти? Главный вход перекрыт. Ты ранена, а потому мы не можем сражаться. – Магия не работает в темнице. А потому я не смогу нас перенести. – Я бы тебе не доверял в этой теме. – Забудь тот случай. Я же сказала, что это на один день. Жасмин нахмурилась, а после посмотрела в другой конец коридора, где стоял Максимилиан Беренс. Брат и сестра напряглись и встали в стойку, но Максимилиан спокойно стоял, а в его руках наблюдались оружия Розы. Жасмин ещё больше напряглась. – Следуйте за мной. Брат и сестра застыли от недоумения. Посмотрев друг на друга, они вновь направили свой взгляд на капитана, а тот терпеливо ждал, когда они подойдут. Но терпение явно не его конёк. – Быстрее, если хотите выбраться от сюда. – А с чего мы должны тебе доверять? – спросила Роза. – Леди Роза, не знаю каковы ваши причины убивать этих людей, но в ваших глазах я увидел то, что нельзя увидеть в остальных преступников – не принятие своего дела. Поэтому я доложу императору, что леди ночи сбежала. А потому быстрее следуйте за мной. Жасмин снова посмотрела на брата, и уже с уверенностью пошла за Максимилианом, но не успела девушка пройти и шага, как её взяли за руку. – Мы не должны ему доверять! – Я знаю, но он единственный кто сможет нас вытащить отсюда. Поэтому у нас нет времени на выяснение отношений. Жасмин всё же отправилась за Максимилианом, а её брат, Ян, не мог не пойти за ней. Ведь не он один был заложником этого коридора. Пробежав коридоры, троица, наконец, выбралась из темницы. Снаружи их ждали лошади. Роза подошла к своей и погладила её по морде. – Я провожу вас до безопасного места, а там дальше вы сможете уйти сами. – Почему вы помогаете нам? – спросил Ян. – Потому что вы убиваете не по своей воле. На ваших руках кровь, я признаю, но... – На моих руках. Он – чист. – На ваших руках, леди. Беренс помог Розе сесть на лошадь, а после сам сел на неё и повёл заключённых в противоположную сторону от дворца. Проехав несколько миль, Максимилиан затормозил. Развернув лошадь, мужчина посмотрел на Розу. – Здесь вы можете ехать медленнее. На этом всё. – Постойте! Брат, можешь ехать. Ян кивнул, а после слегка похлопав лошадь, уехал. Роза же обернулась к Максимилиану. – Леди Роза, я... Я уже не раз вас отпускаю. – Я знаю. – Я ненавижу себя за то, что должен был причинить рукоприкладство по отношению к вам... Но из-за лишних глаз мне пришлось. – Ничего страшного нет. Лицо восстановится. – Наблюдая за вами все четыре дня я понял, что вы совсем другая, нежели остальные. И каждый раз смотря в ваше лицо, я видел лишь лицо устало человека. Хоть ваши глаза и говорили о усталости, но я увидел в них цель. И это не убийства. Что-то иное, более ценное.. – Капитан, вы явно вытащили меня не из-за этих слов, – ухмыльнулась Жасмин. – Да. Я просто не мог видеть собственными глазами смерть любимой леди, – Максимилиан улыбнулся, а после подъехав, отдал её вещи и оставил лёгкий поцелуй на чистой щеке. – Удачи вам, леди Роза. Жасмин замерла. А через время кивнула, и развернув лошадь, уехала. Максимилиан продолжил стоять на месте, наблюдая за силуэтом, удаляющимся всё дальше и дальше. Его сердце не непрерывно бешено билось, а улыбка играла на лице. Но она быстро померкла, так как он понимал, что больше не сможет с ней увидеться. – Прощайте, милая Роза.

‧͙⁺˚*･༓☾　☽༓･*˚⁺‧͙

На утро следующего дня Жасмин сидела в комнате общежития. С пренебрежением смотря в зеркало, герцогиня обрабатывала раны, при этом ругаясь. – Брат и отец.. В следующий раз сами пойдёте на такое! Всю тяжёлую работу свалили на меня, а сами в ус не дуете! Посмотрев в свои глаза, Жасмин резко отвернулась. Они стали клеймом всей её жизни. Будь выбор, девушка остановилась бы таких же чистых голубых глаз, как и у всей её семьи. А если бы было можно, то она с радостью выколола бы их. – И вы додумались до такого решения! Сумашедшие! Дверь резко распахнулась и на пороге появился взлохмаченный Галлагер. Жасмин вздрогнула от резкого звука и обернулась к другу. – Жасмин! – А? Галлагер? Что-то случилось? Галлагер замер, всматриваясь в её лицо. Глаза его расширились, а брови сдвинулись в переживании. Подбежав к ней, он спросил: – Что с тобой произошло? Галлагер вбежал в комнату, а за ним, в дверях осторожно появился Рикфольд Обелити. Увидев лицо леди, его реакция была такой же. – Успокойтесь. Оба. На мою карету напали. Я отделалась синяками. – Тебя не было четыре дня.. Твой брат приезжал в Академию и спрашивал о тебе. – Вот как... Я расскажу всё по порядку, но для начала я обработаю раны. – Позволь я. – Ладно. Отвернувшись от зеркала, Жасмин расслабилась. Заметив это, Рикфольд удивился, а Галлагер улыбнулся. Во время обработки ран, Жасмин ни разу не нахмурилась. Словно, эта боль для неё привычная. Сердце сжалось от этого, и чтобы хоть как-то помочь, Рикфольд также спросил может ли он помочь обработать раны. Жасмин поджала губы, но все же кивнула. – Жасмин, губы начнут кровоточить, если будешь их сжимать. Рикфольд осторожно взял тонкую руку леди и отодвинул ткань рукава, на что он ужаснулся: кисти рук были стёрты, было множество ран и мелких царапин. Рикфольд тихо выдохнул, словно переживал её боль за неё. – Леди... – осторожно он спросил и начал обрабатывать руки. – Вы... Были в заложниках? – ... Да. Они хотели выкуп за меня, а когда поняли, что ничего не получится, то применили рукоприкладство. – Ничего не получится? – с напряжением спросил Рикфольд, осторожно обрабатывая раны. – Мои брат и отец прекрасно знают на что я способна, – Жасмин опустила взгляд на руки. – А потому помощь прибыла позже. – Господин Галлагер, так вот что вы имели в виду... Госпожа, вы возвращаетесь каждый раз в таком состоянии? – Нет. Господин Рикфольд, но что Вы здесь делаете? Этот вопрос прозвучал грубо. И Жасмин это знала. Но она вовсе не собиралась грубить. Этот вопрос был исключительно из-за любопытства, и Рикфольд это понимал. Он посмотрел на неё и слабо улыбнулся. – Когда Вы пропали, то не только господин Галлагер волновался. А также... Я хотел кое-что спросить.. – Я знаю Ваш вопрос. – Так значит это правда Вы? – Я же говорила, что вы узнаете меня в нашу следующую встречу. Галлагер слушая это всё, не мог понять о чём идёт диалог между его подругой и одногруппником, но решил не вмешиваться. Рикфольд не замечал настороженного Галлагера. Всë о чём он сейчас думал, так это то, что Жасмин – и есть та прекрасная незнакомка. Его мысли подтвердились и Рикфольд был безумно рад этому. Но грусть за то, что случилось с леди перевешивала, а потому он с каждой обработанной раной желал прикоснуться к ним губами, стараясь убрать её боль. Достав из сумки мазь, подаренную Жасмин, Рикфольд открыл крышку и взял совсем немного. Нанёс на следы от браслетов и начал осторожно мазать, словно её рука была хрупкой и могла сломаться в любой момент. Наблюдая за всем этим, Жасмин была не в своей тарелке. За ней ухаживали два господина: один – её лучший друг, а второй её одногруппник. И никто не знал о чём мог думать Рикфольд. Закончив с ранами, Галлагер улыбнулся и встал. То, что вернулась его подруга его очень радовало. – Ну вот и всё. Мы предупредим профессора, что ты не сможешь ходить ещё пару дней. А потому будем приносить тебе домашнее задание. – Хорошо. – Тогда... отдыхай. Галлагер и Рикфольд вышли, а Жасмин, задержав взгляд на двери ещё несколько секунд, легла на кровать и почти сразу же заснула.

‧͙⁺˚*･༓☾　☽༓･*˚⁺‧͙

Рикфольд и Галлегер не спеша шли по коридору. Однако, всю дорогу Рикфольд был задумчим и его мучил вопрос: почему госпожа Жасмин так боится зеркал? Заметив это, Галлагер спросил. – Господин Рикфольд, Вас что-то беспокоит? – Есть один вопрос, который мучает мою душу. Почему госпожа так боится зеркал? – Боится? – удивился Галлагер, а после слегка отвернулся. – Вовсе нет... Это не страх, а ненависть к себе из-за цвета глаз. – Из-за этого госпожа так ненавидит себя? Но почему? – Черты рода Диабло – белокурый цвет волос и голубые глаза – знак цветов иридодиктиумов. Эти цветы были любимыми цветами основателя и потому такой герб. Основатель был очень похож на эти цветы, словно сам был из них. А его дети и внуки выглядели точно также, как и он сам. Никого изъяна не было за несколько поколений до этого случая. Жасмин – единственная, кто родился с красными глазами. И это стало для неё клеймом. Из-за этого в детстве над ней издевались и клеветали, что она не родная дочь герцога. – "Этот мир так жесток... " Галлагер нахмурил брови. В сердце стало тяжело от этой истории и воспоминаний. Но вдруг он обернулся с улыбкой и положил руку на плечо графа. – Рикфольд, я надеюсь ты сможешь заставить её улыбнуться и чувствовать счастье. Она не должна терпеть это все в одиночестве. Рикфольд остановился, а Галлагер с лёгкой улыбкой продолжил путь. Лишь только тогда, когда Галлагер завернул за угол, Рикфольд обернулся в сторону комнаты Жасмин. Его сердце сжалось. Было больно за госпожу Жасмин... Нахмурив брови, он побежал в её сторону, в сторону его госпожи. Он не думал, лишь бежал. Он не знал, что скажет, что сделает. Рикфольд понимал, что это никакая не жалость, это никакое не сочувствие – она ему нравилась. И он хотел бы проводить с ней намного больше времени, чем дано. Остановившись около двери комнаты Жасмин, Рикфольд поднял руку, чтобы постучать , но она зависла в сантиметре от неё. Он не знал её, не знает как она отреагирует, что сделает... Он боялся. Боялся того, что Жасмин прогонит его и никогда больше не заговорит с ним. – Войдите, – донёсся изнутри усталый голос. И Рикфольд вошёл, преодолев страх. Жасмин сидела на кровати, и увидев Рикфольда, удивилась. – Господин Рикфольд? Вам что-то нужно? – Госпожа... я.. я пришёл объяснить Вам темы, что вы пропустили за все эти четыре дня. Позволите? – Вот как... Проходите. Без помощи будет трудно. Благодарю. – Не стоит. Сущий пустяк. И так они начали обучение. Рикфольд старался объяснить более подробно, дабы Жасмин всё могла понять сразу, но он и не подозревал, что и без подробного объяснения она понимает. Но ей было любопытно узнать, а потому делала вид, что внимательно слушает, а когда нужно, показывала удивление. Но кое-что Жасмин не давало покоя: почему он так заинтересован в ней? Неужели подозревает в том, что она и есть Роза Адлер? А может пытается втереться в доверие и выяснить не связана ли семья Диабло с ней? Однако Жасмин не стала его расспрашивать, а продолжила делать вид, что увлечённо слушает Рикфольда. Через время он замолк. Рикфольд посмотрел на Жасмин, рассматривая её рубиновые глаза: в них отражалось спокойствие и холод, отчужденность и отстраненность. В груди возникло желание обнять госпожу, прижать к своей груди и не отпускать до того, пока из её прекрасных глаз не будут течь слёзы облегчения. Руки невольно потянулись к ней, но голос Жасмин был отрезвляющим шлепком по лицу. – Господин Рикфольд? Что вы делаете? – Я... У меня руки затекли, – неловко улыбнулся Рикфольд, и в качестве доказательств начал разминать руки. – Понятно. Рикфольд сжал губы в полосочку, почти начал кусать их, но тут резко вспомнил слова Жасмин о том, что у рыцарей должен быть безупречный вид, а потому отложил покусывания в сторону. Глаза невольно посмотрели на принцессу: холодная аура пробирала до костей, а стальной взгляд, упертый в книгу, пугал. И тут в голову Рикфольда пришла идея. Это идея была безумной, бредовой, но результат всегда интереснее, чем ничего. Граф облакотился о стол, и улыбнулся столь широко, что казалось его улыбку мог увидеть весь мир. Жасмин подняла свой взгляд на Рикфольда, неудомевая. – Господин Рикфольд? – Госпожа, мне нужно Ваше внимание. Эти слова прозвучали двусмысленно. Даже очень. Жасмин это никак не смутило, словно... ей было всë равно. Но это не так. Она смутилась, и даже очень. Жасмин всё ещё помнила ту ночь, когда хотела прикоснуться к его щеке. – Но для того, чтобы получить Вашу заинтересованность мне нужно... придумать как к Вам обращаться, – с лукавой улыбкой произнёс Рикфольд. – Так как же мне вас назвать, чтобы Вы, наконец, были во мне заинтересованы? Госпожа? Миледи? Моя леди? – Господин Рикфольд, думаю, Вам пора. Рикфольд слегка рассмеялся, а после встав, вновь сел на колено и взяв руку Жасмин, оставил лёгкий поцелуй на фаланге пальца. – До скорой встречи, моя леди!