Пролог

      — Идём с нами, Дженна!       — Ты нужна нам!       — Вместе с нами ты станешь намного сильнее!       — Оставь этих никчёмных черепах, они тебе не нужны!       — Прочь, прочь! — Дженна бежала по тёмному лесу, слыша голоса неизвестных ей людей. — Я сама решу, что мне делать!       Дженна не заметила, как выбежала на лесную поляну. Звёзды и луна освещали путь, а где-то неподалёку завыли волки. Стало прохладно, и девушка слегка поёжилась, хоть и была одета по летней погоде. Дженна слышала шаги тех, кто говорил ей пойти с ними, но она изо всех сил держалась. Как учил мастер Сплинтер, думала Дженна, не показывай своих слабостей.       — Идём, наивное дитя!       Дженна ощутила сильный холод, казалось, вот-вот эти голоса проявят свою мощь. Нужно что-то делать.       — Я сама решу, как и с кем мне быть! — воскликнула Дженна, продемонстрировав свою строгость и решительность.       Голоса становились громче, и Дженна тоже кричала громко. Она пыталась доказать, что лишь сама способна управлять своей волей и решительностью.       — Семья Хамато не достойна тебя!       Эти слова стали для Дженны последней каплей. Девушка разозлилась не на шутку. Собрав волю и злость в кулак, она, что есть сил, крикнула:       — Достойна! ***       — Дженна, проснись! — говорила Эйприл, обеспокоенно глядя на подругу.       Дженна открыла глаза, подскочив на диване и приняв положение сидя. Она переводила дыхание от страшного, непонятного сна. Увидев черепашек-ниндзя, мастера Сплинтера, Кейси и Эйприл, которые собрались вокруг неё, ей стало легче.       — Ты как, Дженна? — спросил Донателло, протягивая ей стакан воды, который девушка тут же мигом осушила.       — Лучше, спасибо. Что произошло?       — Мы отошли в зал для тренировок, решив не будить тебя, — Рафаэль начал свой рассказ. — После разминки Майки отошёл на кухню попить воды и увидел, что ты ворочаешься и что-то произносишь во сне. Его это напугало, он нас всех позвал, а когда мы пришли, ты на всё логово заорала слово «достойна».       — Признаться честно, было жутко, — сказал Кейси.       Дженна бегло всех осмотрела и потупила взгляд в пол, пытаясь собраться с мыслями, вспоминая все детали своего сна, от которого на душе становилось тревожно. Что ей приснилось — она до конца понять не могла.       — Мне приснилось, как я бежала по тёмному лесу, а чужие голоса вслед твердили мне, чтобы я ушла от всех вас. Говорили, что я не достойна находиться в вашей семье. Но я воспротивилась и... Дальше вы всё знаете.       — Ты знаешь, с чем это может быть связано? — спросил Лео, осторожно коснувшись девичьего плеча.       Дженна отрицательно махнула головой.       — Не знаю, такого никогда не было.       — Как давно ты связывалась с родителями? — спросил Донателло.       — Я... почти каждый день поддерживаю с ними связь, не думаю, что это как-то из-за этого.       — Даже если не из-за этого, то тебе надо отвлечься, идём, научу тебя кататься на скейтборде, — Майки хотел было взять Дженну за руку, но своим посохом, преграждая путь, его остановил мастер Сплинтер, намекнув на то, что те ещё успеют.       — Идём со мной, Дженна, — мастер Сплинтер мягко положил свою ладонь на плечо девушке и пошёл вперёд.       Дженна последовала за мастером Сплинтером, думая о том, какие вопросы он будет ей задавать и что советовать. Когда они пришли в его покои, то сразу сели беседовать.       — Ты часто думаешь о негативе?       Дженна задумалась.       — Да, мастер.       — Почему?       Такой простой вопрос, но как сложно на него ответить. Дженна тяжко вздохнула, губы задрожали, а сама девушка вот-вот была готова заплакать. Слишком много негатива скопилось внутри еë души.       — Я... — сказала она, но тут же опустила голову вниз, вытирая слëзы платочком.       — Не бойся и не стесняйся своих слëз, милая, — мягко произнëс мастер Сплинтер. — Рассказывай всë так, как есть.       — В моей жизни сейчас не простой период. Я думаю, что никому не нужна. Я понимаю, что родители заняты своей жизнью, а я своей, но иногда мне просто не хватает их... Заботы что ли. Я понимаю, что уже взрослая, но... Я не знаю, — Дженна всхлипнула. — Иногда мне кажется, что весь мир против меня. К тому же какие-то кошмары снятся. Это очень странно и пугающе. Простите, мастер, но так оно и есть.       Мастер слушал девушку внимательно, думая, как ей помочь. Он только хотел сказать речь, но Дженна вновь продолжила.       — Мне помогаете вы и ваши сыновья, мастер, я очень благодарна вам за это. Рядом с вашей семьëй я чувствую себя счастливой, но в то же время думаю, что я слишком навязчива.       — Дженна, мы очень рады, что ты с нами. Когда ты приходишь к нам, то в логове становится ещë веселее и лучше. Ты искренне любишь этот мир и Творца. И поверь, он ответит тебе тем же. Порой в жизни каждого из нас случаются испытания, которые дают нам для развития нашей души. Мы сами соглашаемся на эти испытания, прежде чем прийти сюда. Вся наша жизнь — это сценарий, а трудности — великий замысел свыше. Тебе нужно верить, что ты стойко выдержишь все трудности. Помни, Дженна, за чëрной полосой следует белая.       Дженна подняла взгляд на мастера, слушая его внимательно. Она больше не плакала.       — Ты пришла в этот мир, потому что так решил Творец. Ты здесь, чтобы выполнить своё предназначение. Всë наладится, главное верь в это.       Дженна с облегчением выдохнула. Это были важные слова, которые ей так нужно было услышать.       — Вы правы, мастер, благодарю вас за такой урок. ***       Мужчина в чëрном одеянии бежал через дворы Нью-Йорка. Была глубокая ночь, большинство людей уже были дома и наверняка пребывали в сладком сне. Где-то слышался лай бездомных собак или мяукающих котов и кошек, устроящих битвы за территории. Мужчина подошëл к дому и посмотрел на телефон. На дисплее было сообщение из соцсети от одной девушки.       «Как долго ты ещë будешь шастать по улицам города? Живее иди домой!» — сообщение несло в себе недовольство, но мужчина лишь усмехнулся.       Он положил телефон в карман кофты, застегнул его и приложил карточку к электронному звонку. Дверь открылась, и он вошëл внутрь здания.       Идя по коридору, где в некоторых местах освещение было тусклым из-за перегоревших лампочек на люстрах, он не боялся. В его душе ощущалось доверие к Творцу, к миру, в котором он жил, к себе, к своей душе. И не боялся мужчина вспышки агрессии своей любимой и любящей его напарницы, которая была отличным ниндзя.       — Почему так долго, Дэйв? — спросила девушка, ожидая его у входа в комнату.       — Прости, дорогая, служба, — пошутил он, вспоминая слова персонажа Добрыни из одного российского мультфильма, который он смотрел буквально недавно.       — Ты когда-нибудь повзрослеешь? Вроде двадцать три годика, а ещë мультики смотришь.       — Не порть себе карму, Моника, — спокойно ответил Дэйв. — Не суди да не судима будешь.       — И почему ты такой зануда?       — Ты моя ровесница, отличный ниндзя, а многого не понимаешь. Ладно, не мне судить. Вот вся информация об этой девушке, которую ты ищешь.       Дэйв протянул Монике белый конверт, в котором были фотографии и досье. Только девушка хотела взять свой трофей, как Дэйв поднял конверт вверх.       — Сначала моë вознаграждение, а потом всë остальное, — спокойно сказал Дэйв, глядя, как Моника недовольно нахмурилась. — Не хмурься, морщины будут.       Моника достала десять баксов из кармана и протянула их мужчине, а он после этого отдал ей конверт.       — Вопрос, зачем тебе эта девушка? — спросил Дэйв, подойдя к кулеру с водой, чтобы попить воды.       — Хороший вопрос, милый, — Моника достала из конверта фотографии, на которых был портрет девушки. — Давно мы не виделись с тобой, Дженна.       — Ты еë знаешь? — Дэйв подошëл к ней и тоже посмотрел на фото.       — Знаю, очень хорошо знаю, мы дружили раньше, но потом наши дороги разошлись, — она села на диван, приглашая Дэйва сесть рядом. — И я знаю то, что она общается с черепахами.       — Это те, про которых байки ходят? Боже, Моника, тебе двадцать три годика, а ты в такое веришь, — передразнил еë Дэйв.       — Поверь мне, это не байки. Как тогда ты объяснишь тот световой луч из башни «Корпорации Винтерса», случившийся год назад, а? А ещë то, как потом всë дело замяли, сказав, мол, Винтерс ушëл, но обещал вернуться?       — Моника, что за бред ты несëшь, — посмеялся Дэйв, потирая переносицу.       — Какой бред? Ты совсем?!       — Уже ночь, надо ложиться спать, а то ты всякие фантазии выдумываешь.       — Это правда, — послышался голос женщины.       — Мисс Мáрика, доброй ночи! — сказали оба в один голос, встали и поклонились ей.       Мисс Марика была сенсеем, которая обучала Дэйва и Монику боевым искусствам. Она была строгой, но мудрой, понимающей и справедливой женщиной. Сама же родом из Японии, но была вынуждена переехать в Нью-Йорк по работе, чтобы преподавать боевые искусства в одной из Нью-Йоркских школ. На вид ей было около тридцати пяти лет. Сейчас женщина была одета в синее кимоно, а еë светлые волосы были собраны в пучок.       Дэйв и Моника начали обучаться у неë с подросткового возраста, когда их родители решили отдать детей на курсы боевых искусств, чтобы те занимались делом, а не просто так сидели дома помимо обучения в обычной школе. Дэйв и Моника были хорошими учениками, которые отлично преуспевали во всëм. Сенсей Марика стала им родным человеком, приняла их, как своих собственных детей. Она была строга с ними, но также уважала их, воспитывая в них характер и силу воли.       — Мои ученики, я думала, что вы уже спите, но услышала шум, поэтому притаилась. Оказалось, что вы оба нарушили правило тишины, поэтому я думала наказать вас, но услышала о черепахах, поэтому передумала.       — Я спасла нас, — тихо шепнула Моника Дэйву.       — Я была знакома с Хамато Йоши, но позже он исчез. Оказалось, что мастер Сплинтер стал крысой и... — послышался тихий смешок Дэйва. — Ничего смешного, мой ученик, никогда не смейся над проблемами чужих, — слегка повысила голос Марика.       — Прошу прощения, Сенсей, виноват.       — Но как всë получилось? — поинтересовалась Моника.       — Долгая история. Но факт остаëтся фактом, у него есть сыновья, которых он обучил боевым искусствам и назвал в честь великих людей эпохи Возрождения.       — Леонардо, Рафаэль, — произнесла Моника.       — Микеланджело и Донателло, — закончил Дэйв.       Марика кивнула.       — Но откуда вы всë это знаете? — спросил Дэйв.       — Я была его ученицей. Он долго не выходил на связь, а потом ответил мне. Сначала он думал, что я не поверю во всë это, однако я поверила и отнеслась к этому с пониманием и сочувствием, — женщина предалась воспоминаниям. — Помню, он ответил мне, что его не нужно жалеть, потому что в этом ничего страшного нет и это всего лишь уроки и испытания судьбы, посланные ему свыше.       — Очень мудро, — сказала Моника.       — И каких чудесных и сильных сыновей он воспитал. Вы бы с ними поладили. Я спрошу у него разрешения насчёт нашей встречи. Моника, не замышляй ничего корыстного, дитя моë, — женщина взглянула на ученицу. — Я догадываюсь, что ты была намерена делать и как хотела выпытать информацию у той девушки.       — Сенсей, я не собиралась этого делать, я просто...       — Я просто предупредила тебя, дорогая, я знаю, ты бы не пошла на такое, но твои желания и эго стали выше совести и искренней любви к Творцу. Не делай то, за что потом будешь расплачиваться и жалеть.       — Я поняла вас, простите.       Марика улыбнулась.       — Я благодарна вселенной и Творцу за то, что они послали мне таких хороших и понимающих учеников. А теперь ступайте спать, утро вечера мудренее.       — Да, Сенсей, — оба поклонились.       Марика ушла, оставив молодых людей одних.       — Круто, Дэйв! — запрыгала от счастья радостная Моника. — Я так счастлива! Творец услышал меня!       — Теперь-то я точно спокоен, ибо понимаю, что ты в норме.       — Дэйв, мы познакомимся с ними! Познакомимся, познакомимся, познакомимся!       — Да-да-да, если этот Сплинтер одобрит, а теперь пошли спать, иначе мисс Марика больше не разрешит нам оставаться у неë на ночлеги после долгих тренировок.       — Доброй ночи, Дэйв! — Моника быстро забежала в комнату и тихонько закрыла за собой дверь. Еë радости не было предела.       — Чудеса и только, — усмехнулся Дэйв, пройдя в свою комнату. Он лëг спать с мыслями о черепашках-ниндзя, а затем ему приснился сон, как он вместе с ними и Моникой играют в игровую приставку.