Глава 2. Перед бурей

Эйвери встала в полшестого утра. Сон никогда не был её лучшим другом — с детства, сколько она себя помнила, она просыпалась с первыми лучами солнца. В Тихой Гавани это время было особенным: океан казался жидким серебром, а воздух был настолько чистым, что кружилась голова. Она тихо выскользнула из своей хижины, стараясь не разбудить Мэри, которая наконец-то спала крепким сном после тяжелой недели в лазарете. На улице было свежо, над песком стелился легкий туман. Эйвери натянула тренировочные штаны, плотную футболку из серой мешковины и зашнуровала ботинки. Волосы она собрала в тугой, высокий хвост — в Гавани длинные локоны были роскошью, мешающей в драке или на бегу. По пути к полосе препятствий она миновала центральный склад. Там уже вовсю кипела жизнь. Хорхе, неизменно в своей кожаной куртке, несмотря на утреннюю прохладу, распределял группы на рыбалку и сбор плодов. Его голос, хриплый и властный, разносился далеко над лагерем. — Эй, мучачос! Не спим на ходу! Если сегодня не будет улова, Минхо заставит вас есть песок на завтрак! — Хорхе заметил проходящую мимо Эйвери и салютовал ей кружкой дымящегося отвара. — Рано встала, дочка. Идешь муштровать нашего блондина? Завтра на рассвете первый забег, времени почти не осталось. — Кто-то же должен, Хорхе, — улыбнулась она. — Сами же учили: победа куется до боя. — Истинные слова, — кивнул он. — Будь осторожна, Кай сегодня с утра не в духе. Он уже потащил свою партнершу на скалы. Эти новенькие... в них слишком много гонора. Они думают, что если «ПОРОК» их не догнал, то они бессмертные. Эйвери кивнула и ускорила шаг. Слова Хорхе заставили её насторожиться. Кай и Вера были не просто соперниками — они были олицетворением новой волны иммунов, которые не знали ужасов Лабиринта так, как их знали глейдеры. Для них Тихая Гавань была не спасением, а их законным правом, а турнир — способом показать, что старая гвардия засиделась на троне. Когда она подошла к площадке, Ньют уже был там. Он сидел на поваленном бревне, вертя в руках стрелу с тупым наконечником. Он смотрел на горизонт, и в утреннем свете его профиль казался высеченным из камня. В нем всегда сочетались две крайности: невероятная хрупкость и стальная воля. — Ты чего так рано? — спросила она, подходя ближе. Он обернулся, и на его лице расплылась та самая спокойная улыбка. — Не спалось, Эйв. Решил проверить, не захватили ли скалы крабы-переростки. Знаешь, после Гриверов я ожидаю подвоха от каждого шороха в кустах. — И как успехи в охоте на крабов? — она присела рядом, чувствуя, как от него исходит спокойное тепло. — Пока ни одного. Но, думаю, они просто испугались твоего решительного вида. Эйвери фыркнула и поднялась, разминая плечи. — Завтра утром всё начнется, Ньют. Минхо подтвердил: полоса будет здесь, на глазах у всей Гавани. Выступаем по очереди, на время. Это значит, что каждая наша заминка будет видна как на ладони. Она хлопнула по первой стене полосы препятствий. Это была высокая конструкция из кедровых бревен. — Значит так. Эстафета состоит из трех этапов: спринт, вертикальная стена и лазание по канату. Мы должны финишировать вместе. Я буду бежать первой, ты — вторым. — Почему я второй? — Ньют приподнял бровь, поднимаясь. Его левая нога слегка подкосилась, но он тут же выправился. — В Лабиринте я привык прокладывать путь. — Именно поэтому, — она посмотрела ему прямо в глаза. — Ты быстрее бежишь, но на финальном этапе лазания я смогу подтянуть тебя, если нога подведет. Мы здесь не для того, чтобы доказывать, кто из нас круче. Ты согласен? Ньют на мгновение замолчал, глядя на неё сверху вниз. Его взгляд задержался на её глазах чуть дольше обычного, от чего у Эйвери перехватило дыхание, но он тут же отвел глаза. — Хорошо, командирша. Веди. Они начали обход. Эйвери двигалась по трассе, объясняя каждый нюанс. — Здесь, на бревне, не наступай полной стопой. Только носок. Оно качается. Если упадешь — потеряем секунд десять, а это провал. Ньют внимательно следил за её движениями. Они начали первый тренировочный забег. Ньют двигался грациозно, но на стене его колено отозвалось резкой болью. Он не подал виду, но Эйвери заметила, как побелели его костяшки пальцев, когда он вцепился в сеть. — Нормально? — крикнула она, когда он спрыгнул вниз. — Нормально! — отозвался он, вытирая пот со лба. — Просто напоминание о прошлом. Они тренировались еще час. Эйвери видела, как он устал, как он начал сильнее припадать на левую ногу, но он не жаловался. Ни разу. — Хватит на сегодня, — отрезала она, когда Ньют в очередной раз спрыгнул со стены и едва удержал равновесие. — Еще один круг, Эйв. — Нет, — она встала прямо перед ним, сложив руки на груди. — Я медик. Я вижу твое колено. Оно опухает. Завтра старт. Если ты травмируешься сейчас, мы вообще не выступим. Это приказ. Ньют посмотрел на неё — в этом взгляде было смесь благодарности и тихого упрямства. — Ладно. Твоя взяла. Из тебя вышел бы отличный Куратор в Лабиринте. Они устроились на скамье у края полосы. Солнце уже поднялось выше. — Знаешь, — сказал Ньют, глядя на воду. — Я думал, будет хуже. Тренироваться с тобой. Думал, ты будешь занудствовать. А ты... ты нормальная. — Констатация факта? — улыбнулась она. — Комплимент. С тобой легко. Эйвери промолчала, не зная, как реагировать. Она чувствовала, как между ними натягивается невидимая нить. Ей хотелось коснуться его руки, просто чтобы поддержать, но она лишь крепче сжала флягу. — Эйвери, — тихо позвал он. — Я до сих пор просыпаюсь по ночам. Лабиринт, стены... и тот момент на площади. Если бы не ты... — Не надо, Ньют, — она наконец посмотрела на него. — Мы все сделали то, что должны были. Их момент прервал резкий, насмешливый голос. — О, посмотрите-ка. Лазарет на прогулке. К ним шел Кай. Высокий, атлетичный, с короткими светлыми глазами и взглядом, в котором не было ничего, кроме амбиций. За ним шла Вера — жилистая, быстрая, с холодными серыми глазами. — Разве медикам не положено пересчитывать бинты? — Кай остановился рядом, демонстративно разминая плечи. — Выглядите так, будто уже проиграли. Будет жаль, если завтра твой напарник развалится прямо на глазах у Винса. Мы слышали, «легенды» Лабиринта уже не те. Эйвери поднялась, чувствуя, как внутри закипает ярость. — За собой следи, Кай. Песок не прощает самоуверенности. — О, куколка, за меня не переживай, — Кай усмехнулся, подходя ближе к Ньюту. Он был выше и явно пытался использовать это. — Говорят, ты был кем-то важным в Глэйде. Но сейчас ты просто парень с больной ногой, который тянет свою партнершу на дно. Может, тебе стоит сняться с турнира, пока ты окончательно не опозорился? Ньют медленно встал. Он был спокоен, но в его глазах зажегся опасный огонек. Кай продолжал наседать, сокращая дистанцию: — Да ладно тебе, не смотри так. Мы же все понимаем. Ты просто балласт. Эйвери заслуживает напарника, который может бегать, а не ковылять. — Слышь, ты, кусок кланка! — Громкий, полный ярости голос разрезал воздух. Из-за скал вышли Минхо и Соня. Минхо шел вразвалочку, но его кулаки были сжаты, а на лице играла та самая зловещая ухмылка, которую он приберегал для Гриверов. Соня шла рядом, она уже держала лук в руках, и хотя стрелы в нем не было, её вид не сулил ничего хорошего. — Кай, я смотрю, у тебя язык вырос длиннее, чем твои мозги, — бросил Минхо, вставая прямо между Каем и Ньютом. Он бесцеремонно толкнул Кая плечом, заставляя того отступить. — Что ты там вякнул про балласт? — Я просто говорю правду, Минхо, — огрызнулся Кай, хотя в его голосе проскользнула неуверенность. — Этот парень хромает. Это факт. — Факт в том, — перебила его Соня, подходя к Вере и глядя ей прямо в глаза, — что пока ты сидел в теплом поезде «ПОРОКа», этот парень выживал в аду. И если я еще раз услышу, как ты или твоя подружка открываете рот в сторону моих друзей, я лично прослежу, чтобы на этапе «бег по лесу» вы заблудились в самых густых колючках. Минхо сделал шаг вперед, нависая над Каем. — Ньют прошел Лабиринт. Он прошел Жаровню. Он прошел Последний Город. Если ты думаешь, что твоя новенькая футболка делает тебя круче него, то у меня для тебя плохие новости, шанк. Хочешь соревноваться — делай это завтра на трассе. А сейчас вали отсюда, пока я не вспомнил свои навыки Куратора Бегунов и не преподал тебе урок дисциплины. Кай стиснул зубы, его лицо пошло красными пятнами. Он бросил яростный взгляд на Ньюта, затем на Минхо. — Это еще не конец. Завтра вы увидите, кто чего стоит. — С нетерпением жду, когда ты будешь глотать нашу пыль, — ответил Минхо. Когда Кай и Вера наконец ушли, Минхо обернулся к Ньюту и Эйвери, мгновенно сменив гнев на привычную ухмылку. — Видали его? Петух недощипанный. — Спасибо, ребят, — тихо сказала Эйвери, чувствуя невероятное облегчение. — Брось, Эйв, — Соня убрала лук за спину. — Мы своих в обиду не даем. Тем более таким выскочкам. Ньют усмехнулся и покачал головой. — Минхо, ты как всегда в своем репертуаре. — А как иначе? — Минхо хлопнул Ньюта по плечу. — Если я не буду вас защищать, кто же проиграет мне в финале? Все рассмеялись, и напряжение окончательно спало.

***

К полудню Гавань окончательно проснулась. После тренировки ребята направились к «административной» хижине. Там уже собрались Томас и Тереза. — Итак, — начал Винс, потирая шрам на щеке. — Завтра на рассвете начинаем. Этап один: эстафета на время. Полоса здесь, на плацу. Хорхе и я — судьи. Минхо вдруг оживился. — Ребята, Соня сказала, что если я хоть раз назову её «принцессой» во время забега, она всадит мне стрелу в задницу. Я серьезно! — И всажу, — подтвердила Соня, не отрываясь от заточки наконечника. Вечер наступил незаметно. На площади разожгли огромный костер. Фрайпан приготовил жареную рыбу и лепешки. Население в 200 человек создавало ощущение настоящего праздника. Хорхе вышел в центр круга. — Слушайте все! Этот турнир — наше празднование жизни! Пятнадцать пар бросили вызов друг другу. На трассе все равны! Он начал представлять пары: — Пара номер один: Галли и Бренда! — Пара номер два: Арис и Гарриет! — Пара номер три: Фрайпан и Лили! — Пара номер четыре: Томас и Тереза! — Пара номер восемь: Минхо и Соня! — Пара номер четырнадцать: Кай и Вера! (Толпа новеньких взорвалась криками). — И наконец... Пара номер пятнадцать: Ньют и Эйвери! Когда их имена прозвучали, Эйвери почувствовала сотни взглядов. Но самыми тяжелыми были два взгляда из темноты — Кай и Вера смотрели на них с холодной решимостью. Позже, когда официальная часть закончилась, Минхо подошел к ним. — Завтра покажем им, где раки зимуют. Ньют, Эйвери — я на вас ставлю. Когда костер начал догорать, Ньют проводил Эйвери до её двери. — Спи крепко, Эйв. Завтра тяжелый день. — Ты тоже, Ньют. Береги колено. — Постараюсь, — он на мгновение задержал взгляд на её глазах, его рука на секунду коснулась её плеча — мимолетное, почти случайное прикосновение, которое оставило после себя шлейф электричества. — До завтра, напарник. Эйвери вошла в хижину, чувствуя, как сердце бьется в сумасшедшем ритме. Она знала: завтрашнее утро изменит всё. И это будет только начало.