А где дедушка?

Субботнее утро в Склифе было необычно тихим. Коридоры, где обычно слышался шум пациентов и дежурных медсестёр, сегодня были почти пустыми. Ирина Алексеевна привела Агнию с собой — вновь девочка шла на работу вместе с бабушкой. — Зачем мы сюда пришли в выходной? — спросила Агния, держа рюкзак за спиной. — Я работаю каждый день, я же начальница. — ответила Ирина ровно, строго, как всегда. — Сегодня ты подробнее увидишь, что значит быть частью ответственности, учиться заботиться о других. Агния шла рядом, внимательно наблюдая за строгой бабушкой, которая шла по знакомым коридорам с уверенной, ровной походкой. Ей было интересно, но и немного страшно: огромные двери, непонятные приборы, строгие лица сотрудников. — Бабушка… а где дедушка? — спросила Агния неожиданно, остановившись в коридоре. — Почему он никогда не был рядом? Ирина Алексеевна замерла на секунду, сжав руку девочки на своей ладони. Глубоко вдохнув, она посмотрела прямо в глаза внучке. — Агния… — начала она, ровно, но с тяжестью, — твой дедушка сделал свой выбор. Он не был рядом, и ты не можешь винить себя за это. Мы живём с тем, что есть, а не с тем, чего нет. Агния кивнула, но вид её глаз показывал смесь любопытства и недоверия. Её мысли крутились вокруг вопроса, который она не могла отпустить. — Но… а где он сейчас? Что с ним? — тихо спросила девочка. Ирина Алексеевна сжала губы, намереваясь не уходить в эмоции. — Неважно, — сказала она строго. — Он не часть твоей жизни сейчас. А мы сосредоточимся на том, что важно: на твоей безопасности, твоём взрослении, на твоей семье, которая рядом. Агния снова кивнула, но перед глазами у неё возникло движение. В дверь кабинета Ирины вошёл Кривицкий. — Егоровa… — прозвучало тихо, почти шёпотом, но так, что девочка сразу обернулась. Ирина Алексеевна выпрямилась, плечи расправлены, голос ровный: — Геннадий… вы здесь. — Да. И мне хотелось бы познакомиться с твоей внучкой, — сказал он, улыбаясь тихо, делая шаг ближе. — Привет, Агния. Девочка замерла, не зная, как реагировать. Её взгляд метался между строгой бабушкой и спокойным мужчиной, который внезапно появился в комнате. — Привет… — выдавила она тихо. — Я знаю, что для тебя многое странно, — продолжал Кривицкий, — но я хочу, чтобы ты знала: я здесь, и ты можешь задавать любые вопросы. Агния осторожно приблизилась, изучая его лицо. — А вы… это кто для меня? Ирина Алексеевна мягко коснулась плеча девочки: — Он… друг нашей семьи. Ты можешь доверять ему, если захочешь. — Друг? — переспросила Агния с подозрением. — Да, — сказала Ирина строго, — друг. Но сейчас главное, чтобы ты чувствовала себя в безопасности здесь и понимала, что я всегда рядом. Кривицкий кивнул, уважая её позицию. — Я понимаю, Егоровa. Агния села на стул, наблюдая за ними обоими. В голове крутились вопросы: почему дедушка никогда не был рядом, почему бабушка строгая, почему этот мужчина вдруг появился в жизни. Всё смешалось в головокружительный клубок эмоций. — Егорова… — тихо сказал Кривицкий, — ты справляешься. Я вижу это. Но если нужна помощь… — Я справляюсь сама, — строго ответила Ирина. — И это касается моей семьи. В твоём случае — Агнии. Агния почувствовала, что бабушка говорит правду: её сила не была угрозой, а щитом, за которым она могла найти безопасность. — А что с дедушкой? — снова спросила девочка, едва сдерживая слёзы. Ирина Алексеевна глубоко вздохнула. — Он сделал свой выбор. Ты не могла повлиять на это. Мы живём настоящим, Агния. Настоящее — вот что важно. Кривицкий улыбнулся тихо и тихо добавил: — И я здесь, если понадобится. Но всё, что важно — это ваша связь, ваша семья. Агния кивнула, впервые почувствовав лёгкость, хотя сердце всё ещё сжималось. Ирина Алексеевна села рядом, поправила волосы девочки и тихо сказала: — Ты будешь задавать вопросы, Агния. Но главное — доверять себе и тому, кто рядом. Я сильная, и это даёт тебе опору. — Да… — тихо ответила девочка. Кривицкий отошёл немного в сторону, позволяя им быть наедине, и сказал тихо: — Егоровa, я рад, что она у тебя. Ты сильная, как всегда. Ирина Алексеевна кивнула, не улыбаясь, но внутри почувствовала странное тепло. Она знала, что впереди ещё много трудностей: вопросы Агнии о прошлом, адаптация в новом городе, эмоциональные шрамы. Но теперь у неё был ещё один союзник — Кривицкий рядом, и главное — её внучка постепенно училась доверять миру. Скоро, подумала она, нужно будет говорить и о прошлом. Но сегодня важно было одно: показывать силу, заботу и уверенность. И когда дверь кабинета закрылась за остальными сотрудниками Склифа, Ирина Алексеевна осталась с Агнией, и впервые за долгие годы внутри неё появилась мысль: мы справимся.