Искусство нормальности

Часть 1Ключ застрял в замке. Снова. Марк дёрнул его со всей силы, с глухим лязгом вытащил и тут же уронил на бетонный пол подъезда. Звук, знакомый до зубной боли. Пять лет в этой квартире, сотни таких утра, и эта проклятая дверь так и не притёрлась. — Чёрт! — прошипел он, негромко, чтобы не услышали из-за двери. За его спиной, в глубине квартиры, звенела посуда — Лиза завтракала одна. Они снова не поговорили. Спорили вчера до двух ночи о переезде, о кредите, о том, что он «никогда не рискует». А рисковать, по мнению Лизы, значило вложить все их сбережения в кофейню. В городе, где на каждой улице уже было по три кофейни. Риск. Он поднял ключи, на мгновение почувствовав холод металла. Риск — это вот так. Каждый день ходить на ненавистную работу в «GreenLife», чтобы платить за ипотеку этой самой квартиры с вечно заедающей дверью. В машине пахло кофе и вчерашним дождём. Он вставил ключ в замок зажигания, но сначала, по привычке, ткнул в радио. Выскочил бодрый голос утреннего шоу. — "…и снова о загадочной «болезни агрессии»,которая развиваетс с невероятной скоростью по всему миру! Наш корреспондент шутит, что скоро мы все перейдём на дистанционку не из-за ковида, а чтобы не быть съеденными соседом по офису! Серьёзно, ребята, в сети уже полно видео как люди ведут себя странно и нападают на других,но не переживайте это всего лишь постановные ролики созданные Америкой для распространения хаоса! Далее вы узнаете откуда взялся новый вирус,как передается и какие симптомы несёт за собой! Но сначала реклама,не переключайтесь!…" Марк переключил на музыку. Очередная истерия. То птичий грипп, то лихорадка, то метеорит, который обязательно упадёт. Мир сошёл с ума по-мелкому, суетливо, чтобы было о чём потрепаться в соцсетях между котиками и рецептами квашеной капусты. Он выехал из двора, под колёса хрустнула пустая пластиковая бутылка. Обычный звук. Обычный день. Последний из таких. Дорога на офис была предсказуема, как скучный анекдот. Тот же левый поворот, который всегда забит, тот же светофор, мигающий жёлтым ровно три секунды. В окна бил слепящий свет уже горячего солнца. Нормальный летний день, пахнущий асфальтом и выхлопами. На перекрёстке у Центральной больницы он на секунду замер. За высоким забором, возле корпуса неотложки, стояло два чёрных микроавтобуса с затемнёнными стёклами. Рядом — трое в тёмно-синей форме, не полицейской и не военной. Что-то вроде МЧС, но слишком... стерильные. Один из них что-то говорил в рацию, жестикулируя. Марк всмотрелся. Из открытых дверей приемного покоя выкатили каталку. На ней, пристёгнутый широкими ремнями, бился человек. Не стонал, а издавал короткие, хриплые звуки, похожие на лай. На секунду его голова резко дёрнулась в сторону Марка, и их взгляды встретились. Глаза были дикими, мокрыми, но сознание в них не плавало — оно выгорело дотла. — Что за черт... — пробормотал Марк. Сигнал клаксона сзади вырвал его из оцепенения. Зажегся зелёный. Человек в форме у «скорой» резко махнул ему рукой: проезжай, не останавливайся. Марк нажал на газ, и видение осталось в зеркале заднего вида, уменьшаясь. Сердце стучало где-то в горле. «Наверное, наркоман, — быстро подумал он, пытаясь встроиться в поток. — Или буйный псих. Сейчас полно таких». Он почти убедил себя. Чтобы окончательно вытереть картинку из памяти, он потянулся к телефону, лежащему на пассажирском сиденье. На экране горело уведомление от приложения «Городские новости»: «ВНИМАНИЕ. В связи с проведением внеплановых учений служб МЧС в районе Центральной больницы возможны временные неудобства. Просим сохранять спокойствие и не распространять непроверенную информацию». «Учения», — с облегчением выдохнул Марк. Всё логично. Они любят эти спектакли. Он даже позволил себе лёгкую усмешку над своей минутной паникой. Парковка у офиса «GreenLufe» была почти полной. Он припарковался на своём обычном месте под кривым тополем, который каждую осень засыпал его машину липкими семенами. Перед тем как выйти, он на секунду задержался. Проверил мессенджеры. Лиза прислала стикер с котиком — знак перемирия. Друг детства, Антон, с которым вчера созванивались, скинул мем: картинка с танцующими скелетами и подписью «Когда объявят карантин по зомби-апокалипсису, а у тебя как раз отпуск». Марк фыркнул и отложил телефон решив ответить позже. Он вышел из машины, щёлкнул брелоком. Солнце припекало спину. С автострады доносился привычный гул. Из открытого окна на первом этаже офиса несло запахом свежемолотого кофе и чем-то химическим — уборщица мыла полы. Мир вернулся на свои оси. Твёрдый асфальт под ногами, расписание совещаний в календаре, скучная предсказуемость дня. Он уже взялся за ручку стеклянных дверей, когда с другой стороны улицы донёсся душераздирающий, животный крик. Не человеческий — именно животный. Потом грохок опрокинутого мусорного бака. Марк резко обернулся. У подъезда жилого дома металась женщина, размахивая сумкой, а на неё, пошатываясь, шёл тот самый мужчина в растерзанном пиджаке, который всё утро спал на лавочке. Он шёл странно, волоча одну ногу, вытянув вперёд руки. «Пьяные уже с утра», — подумал Марк с брезгливостью и толкнул дверь. Холод кондиционированного воздуха обнял его, отрезав от внешнего мира вместе со всеми его криками, запахами и странностями. Он прошёл к лифту, думая о том, как бы перехватить чашку того самого кофе до совещания. Последняя его мысль о внешнем мире была: «Надо будет вечером купить вина. Помириться с Лизой как следует». Двери лифта мягко закрылись.