Упс, Техно нашёл ребёнка.

Небо было голубым. Это было первое, что заметил Техноблейд, проснувшись. За долгое время Техноблейд привык к тому, что небо затянуто дымом, постоянно серое, а иногда черное или оранжевое, в зависимости от количества дыма, пожаров или непогоды в непосредственной близости от Техноблейда. Но оно никогда не было голубым. По крайней мере, во время войны. Техноблейд участвовал в бесчисленных сражениях и войнах, но каждый раз, когда войны заканчивались, его удивляло голубое небо над головой. На этот раз оно показалось ему особенно удивительным. Техноблейд не ожидал, что переживёт эту войну. Эссемпия была грозным противником, и возглавлял их единственный человек, которого Техноблейд считал равным себе как в стратегическом гении, так и в физической силе. Техноблейд не зря пользовался такой репутацией. Ему платили за то, чтобы он выигрывал войны, и всего несколько дней назад Техноблейд был уверен, что наконец-то потерпел поражение. Он окинул взглядом поле боя и задумался, кто из его приближённых крот, которого ему придётся убить, чтобы выбраться из прекрасной ловушки, устроенной Дримом для людей Техноблейда. Но убивать никого не пришлось, потому что армия Дрима угодила в карстовую воронку. Карстовая воронка поглотила более трети основных боевых сил Эссемпии, унеся с собой сотни всадников и лучников, не пощадив ни лошадей, ни знаменосцев. Техноблейд так ничего и не понял. Внезапно ловушка обернулась фатальной ошибкой: целый фланговый отряд армии Эссемии исчез, и армия оказалась беззащитной. Техноблейд действовал быстро, и через два дня армия была повержена, а Техноблейд доставил голову Дрима тому, кто платил ему жалованье, в обмен на оговоренную сумму, и война закончилась. Теперь небо было голубым. Техноблейд вдохнул через нос, и воздух со свистом вышел из того места, где нос был сломан и плохо сросся, так что перестал выполнять свою функцию. В воздухе слабо пахло лесом и цветами. Дикостью. Техноблейд слегка улыбнулся. Он действительно скучал по этому запаху. Обычно, когда Техноблейд выигрывал войну, он просто садился на своего коня Карла и скакал к следующей точке потенциального конфликта, чтобы продержаться до тех пор, пока один или оба лидера не отправятся на поиски печально известного Кровавого Бога, Военного пиглина, чтобы тот сразился за них. Техноблейд делал вид, что обсуждает это предложение, но всегда принимал самое выгодное из двух, и в итоге снова оказывался под серым небом со сломанным носом и в крови. Это был своего рода замкнутый круг, но поле боя было единственным местом, где Техноблейд чувствовал себя как рыба в воде, единственным местом, где он действительно знал, что делает. Поэтому он всегда оказывался там, словно его притягивала некая божественная сила, которую он не мог понять. Но, может быть, пришло время сделать перерыв? Он никогда не уйдет на покой, это было бы слишком просто и слишком похоже на самодовольство, на то, чтобы ничего не делать, пока он чахнет от болезней или пока его не выследят за многочисленные военные преступления. У Техноблейда было слишком много врагов, чтобы уходить на покой. Он перестанет сражаться только тогда, когда нож окажется в его сердце или яд в его желудке. А может, и то и другое. Итак, Техноблейд, Кровавый Бог, Боевой пиглин, тот, кто никогда не умирает, Убийца Дрима, оседлал Карла и привычно взгромоздился на боевого коня, на этот раз не имея конкретной цели.

***

Оглядываясь назад, Техноблейд понимал, что блуждать в неизвестном направлении не лучшая идея, но ему было все равно. Например, он был почти уверен, что находится в стране фейри. Техноблейд никогда не сражался с фейри и даже не помышлял об этом. Он не терпел магию и все, что с ней связано. Фейри славились своей собственнической натурой и были готовы обманом склонить бедных людей к вечному рабству. Или просто обмануть их. Именно из-за них Техноблейда никогда не называли по имени, у него было столько титулов. Он встречал людей, которым было все равно, знают ли их имена, но он также видел, как они исчезали, оказавшись рядом с территорией фейри. Дрим не доверял никому своего имени, и Техноблейд так и не узнал его настоящего имени. Его почти беспокоило, что единственный равный ему по положению человек так и не назвал ему своего настоящего имени. Техноблейду вечно придётся обращаться к нему по имени, которое должно внушать страх таким врагам, как он сам. Вот незадача. Техноблейд уже сталкивался с фейри, и эти встречи всегда были краткими и напряженными. Только глупцы могли вести себя невежливо по отношению к фейри, но и Техноблейд не был из тех, кто медлит. Однажды фейри предложил ему дорогу, но Техноблейд вежливо отказался. Разочарованный фейри попытался прибегнуть ко всем законам гостеприимства, но Техноблейд наконец покинул лес, и фейри ничего не оставалось, кроме как отпустить его. Привязчивые ублюдки. Путешествие по стране фейри обещало быть долгим, и Техноблейд был рад, что у него есть железные доспехи и оружие, а также соль в мешочке на луке седла Карла. Техноблейд не рисковал связываться с тем, чего не понимал. Фейри были на первом месте в этом списке. Однако путь через лес был спокойным, и Техноблейд расслабился, как никогда за последние годы. Его тело смирилось с тем, что война закончилась и ему больше не нужно постоянно быть начеку. Это было странное чувство. Ветер в кронах деревьев, заслонявших голубое небо яркой зеленью, успокаивал, а маленькие существа, которые шуршали вокруг и разбегались, когда их пугали копыта Карла, напоминали Техноблейду о более простых временах. Техноблейд мало что помнил о том, что было до его первой войны, в которой он принял участие в почтенном возрасте десяти лет. Он знал, что много охотился и ловил зверей. И выращивал картошку. В то время он ненавидел это занятие и с некоторой теплотой вспоминал, как жаловался на свои обязанности и на то, что они едят только картошку. Эта жизнь закончилась кровью и пожарами, и на свет появился Боевой пиглин. «Боевой пиглин» был первым псевдонимом Техноблейда. Он еще даже не повзрослел, когда получил его, скитаясь от одного мелкого конфликта к другому, в основном участвуя в бандитских разборках. Банды имели обыкновение давать прозвища тем, кто их превосходил, и так за ним закрепилось прозвище «Боевой пиглин», отчасти из-за его и без того изуродованного носа. Затем он ввязался во вторую настоящую войну, и она стала печально известной. Так продолжалось какое-то время, пока его не сменил Кровавый Бог, когда Техноблейд решил попробовать себя в роли стратега после того, как его командир погиб и ему пришлось взять командование на себя. Он был хорош и беспощаден. Это породило нескончаемые слухи. Когда человек остается единственным выжившим после множества засад и покушений, слухи о его бессмертии кажутся единственным логичным объяснением. Однако из всех его титулов «Убийца Дрима» был самым новым и не самым любимым у Техноблейда. Он предпочел бы, чтобы его запомнили как человека, совершившего множество достижений, а не как человека, погибшего в результате несчастного случая, каким бы хорошим он ни был. Кроме того, лет через десять достижения Дрима померкнут, превратившись в достояние прошлого, и «Убийца Дрима» уже не будет внушать такой ужас и трепет, как сейчас. Техноблейд не обращал внимания на мысли о Дриме, еще мгновение оплакивал потерю равного себе, а затем снова сосредоточился на окружающем мире. Страна фейри не то место, где стоит отвлекаться на свои мысли. У фейри есть склонность к слежке. Сейчас Техноблейд никого не видел, но это ничего не значило. Вполне возможно, что его окружили со всех сторон. Он решил внимательнее следить за тем, куда идет. День прошел почти без происшествий, лишь однажды у Техноблейда возникло ощущение, что за ним наблюдают, но оно быстро прошло, и Техноблейд решил, что можно позволить себе поспать хотя бы несколько часов. Чтобы дать Карлу немного отдохнуть. Генерал спешился и начал снимать с Карла сбрую. Это было на уровне мышечной памяти. Техноблейд никогда не позволял лакеям делать это за него. Карл был лучшей лошадью из всех, что у него были, и Техноблейд не стал бы рисковать его здоровьем из-за лени или небрежности измотанного лакея. Не говоря уже о том, что Карл предпочитал, чтобы с ним так обращались. Освободив Карла от сбруи, Техноблейд достал щетку и провел ею по бокам массивного животного. Карл был боевым конем, выведенным ради его размеров и темперамента. Он слушался только Техноблейда и укусил немало людей и других животных. Техноблейд никогда еще не любил лошадей так сильно, как сейчас, и, убедившись, что Карлу будет удобно спать этой ночью, устроился сам, прислонившись к дереву с мечом в руке, и задремал. Через несколько часов беспокойного сна Техноблейд впервые услышал вой. Волки. Он чуть было не вскочил и не пришпорил Карла, но понимал, что с мечом в руках у него будет больше шансов справиться с этими тварями, чем верхом на лошади, поэтому он сидел в полной тишине и ждал. Может, они и пройдут мимо, но может и нет, а Техноблейд знал, что их вой означает начало охоты. Судя по звукам волчьего воя, волки медленно приближались, и Техноблейд становился все более настороженным. Они шли с противоположной стороны поля боя, так что он сомневался, что они идут по его следу, но не хотел рисковать и становиться для них более легкой добычей, чем то, что они учуяли. Затем он услышал, как волчий вой становится все ближе и ближе, и понял, что они заметили свою жертву. Он уже собирался расслабиться, как вдруг раздался крик. Звук был совсем близко, ближе, чем волки, и Техноблейд, несмотря на тяжелую броню, вскочил на ноги и выхватил меч. Это был… человек? Может, молодой, хотя по крикам не всегда можно определить возраст. Техноблейд слышал, как взрослые мужчины кричали, как дети, и наоборот. Это могло быть животное, но Техноблейд большую часть жизни слышал крики людей. Это был человек. Техноблейд начал искать источник криков. Вскоре он продрался сквозь густой подлесок и, чертыхаясь из-за своих огромных размеров, вышел на что-то вроде поляны. По крайней мере, здесь не было подлеска, а заросли белых сосен не давали прорасти более мелким растениям, а толстый слой хвои на земле и ветви деревьев не пропускали свет. Техноблейд осторожно вышел на поляну и, обогнув ствол дерева, увидел трех волков, которые что-то окружали. Техноблейд вытянул шею и, увидев добычу стаи, застыл на месте. Маленький мальчик, дрожа, сидел на корточках на сосновой подстилке, босиком, с золотисто-русыми волосами, мерцавшими в приглушенном лунном свете. Техноблейд заметил острое ухо и две белые пушистые конечности на спине мальчика. Это был не человеческий ребенок. Это был фейри. Молодой, если такое вообще возможно. Один волк бросился вперед, клацнув зубами рядом с ногой мальчика, и тот снова закричал, рыдая. Волки умны, и эта стая, скорее всего, знала, что, каким бы маленьким ни был фейри, он далеко не беззащитен, и они не станут нападать сразу. Но рано или поздно они нападут. Техноблейд долго не раздумывал. Не успел он опомниться, как уже рычал на волков, и три головы повернулись к нему, а еще три, находившиеся дальше от фейри, тоже смотрели в его сторону. Техно ударил плоской стороной клинка по нагруднику, надеясь, что это отпугнет стаю. Не помогло. Они бросились в атаку. Техноблейд встретил их в центре. Первый волк получил удар мечом в яремную вену, и кровь брызнула на сосновый лапник, на мгновение засияв в воздухе. Второй волк погиб так же. Третий лишился передней лапы, четвертого выпотрошили, прежде чем прикончить третьего. Пятый и шестой замешкались, словно оценивая свои шансы, а затем поджали хвосты и скрылись в ночи. Техноблейд стряхнул кровь со своего клинка, проверяя, действительно ли это был последний из волков, прежде чем переключить свое внимание на фейри. Маленькое существо наполовину спрятался за сосной, уставившись чересчур голубыми глазами на Техноблейда, совершенно перепуганное. Его заостренные уши были отведены назад и опущены, а маленькие белые крылышки трепетали в отчаянной попытке казаться устрашающими, когда фейри обнажил острые зубы. Техноблейд с каким-то смирением смотрел на фейри, на то, как он прижимает к груди единственную руку, на то, как его грудь залита кровью. Он не мог просто оставить его умирать здесь. Он явно был молод, а совесть Техно не позволяла ему оставлять умирать невинных детей, даже детей фейри. Техноблейд вытер меч о штанину и убрал его в ножны, прикрываясь руками и слегка пригибаясь к земле. — Привет, — тихо поздоровался он. Он подумал, что этот фейри слишком молод, чтобы на него распространялись правила фейри. Он не хотел рисковать, поэтому не стал представляться. — Я просто хочу помочь. Ты ранен. Маленький фейри снова оскалил свои острые зубки. — Я не причиню тебе вреда намеренно, — Техноблейду приходилось быть осторожным, чтобы не обещать того, что он не сможет выполнить. Нарушенные обещания с фейри всегда заканчивались плохо. — Если только это не будет необходимо для твоего общего благополучия, — добавил он. Лечить эту рану может быть больно. Существо сделало несколько шагов назад. Техноблейд понял, что на нем слишком много железа, и вздохнул про себя, надеясь, что это не какой-то хитроумный трюк, а потом принялся расстегивать доспехи. Вскоре на нем остались только туника, кожаные штаны, красный плащ и сапоги. Он чувствовал себя жалким и голым, когда его доспехи тяжелой металлической грудой лежали в стороне, но он не хотел спугнуть фейри. Погоня за ним могла закончиться еще хуже, чем попытка обмануть его. — Видишь? Никакого железа, — он пошевелил пальцами, демонстрируя явное отсутствие даже каких-либо украшений, не то чтобы украшения принадлежали Техноблейду, но он знал, что фейри опасаются поддельных украшений. Молодого человека, возможно, даже предупредили бы о таких вещах. Фейри уставился на Техноблейда, и страх на его лице постепенно сменился недоумением. — Я хочу помочь, — сказал Техноблейд, осторожно делая шаг вперед. — Могу я помочь? Фейри зашипел. Техноблейд продолжал наступать. Фейри не убегал, и тогда Техноблейд присел на корточки перед дрожащим существом, и его охватило незнакомое чувство. Сожаление. Существо явно было напугано и измотано. Его волосы были спутаны ветками, халат был грязным и порванным, босые ноги в мелких порезах, грязи и смоле. Ни один ребенок не заслуживает такого. Техноблейд расстегнул плащ и медленно накинул его на плечи крошечного фейри, а затем осторожно поднял его. Он пискнул, но в остальном оставался совершенно неподвижным и скованным в руках Техноблейда. Он был таким маленьким. Техноблейд стоял, глядя на маленькое существо у себя на руках, и гадал, бывают ли человеческие дети такими маленькими. Наверное, бывают. Техноблейд не общался с детьми по собственной воле… почти десять лет. Техноблейд направился обратно к своему подобию лагеря, сжимая в одной руке доспехи, а в другой фейри. Всю дорогу он старался не трясти его слишком сильно, потому что на руке фейри был глубокий порез, из которого медленно сочилась кровь, стекая на некогда кремовый халат. Казалось, фейри борется со сном: его глаза медленно закрывались и открывались, он мотал головой и подергивал маленькими крылышками, пытаясь проснуться. Это не пошло на пользу существу, потому что к тому времени, как Техноблейд, пошатываясь, вернулся в свой лагерь, фейри уже спал, закрыв голубые глаза и уткнувшись носом в грудь Техноблейда. Это было почти мило. Техноблейд надел доспехи, и Карл с любопытством наблюдал, как тот, сидя у своих седельных сумок, достает аптечку и флягу. Это было очень… невесело. Техноблейд медленно разбудил фейри, подул ему на маленькое личико, увидел, как сморщился его маленький, целый нос, и осторожно вытащил веточку из золотистых волос, переложив ребенка на скрещенные ноги. Фейри медленно просыпался, его маленькие бровки нахмурились, и Техноблейд снова поразился тому, каким маленьким оно было, пока не открыло свои голубые глаза и не встревожилось, увидев, что на него смотрит Техноблейд. Фейри испуганно зачирикал и попытался сбежать. Техноблейд поймал его, прежде чем тот успел причинить себе еще больший вред, и накрыл его своим плащом, как кошку, чтобы эти маленькие коготки нигде не зацепились. — Ш-ш-ш, успокойся, малыш, — попытался успокоить его Техноблейд. Если метания фейри что-то и значили, то у него это плохо получалось. — Эй, это всего лишь я, — попытался успокоить его Техноблейд, обхватив одной рукой дергающиеся конечности фейри и осторожно прижав к себе окровавленную. Фейри издал пронзительный крик, похожий на птичий, и Техноблейд поморщился, уверенный, что если бы у него уже не было проблем со слухом, то они бы точно появились. Он не обращал внимания на отчаянные попытки существа укусить и поцарапать его и крепко обхватил его. Единственная свободная конечность, раненая рука, была зажата в одной руке Техноблейда, а другой он схватил флягу. — Будет больно, — предупредил Техноблейд, — но так ты не заболеешь, ясно? Фейри издал воющий звук, который был гораздо ближе к человеческому, чем все остальные звуки, которые он издавал до этого, не считая криков. Техноблейд надеялся, что фейри способен говорить или хотя бы понимает, что ему говорят. Затем он вылил крепкий алкоголь на рану, и фейри закричал человеческим криком. Техноблейд подумал, что, возможно, фейри не переносят алкоголь, но не стал обращать внимания на страх, охвативший его, и попытался мыслить логически. Он протер рану чистой тряпкой, не увидел ни ожогов, ни изменения цвета кожи и с тревогой решил, что крики были вызваны возрастом и впечатлительностью фейри. Затем он перевязал рану и просто прижимал ее к груди, пока она наконец не затихла, всхлипывая. — Тебе лучше? — осторожно спросил Техноблейд. — Да пошел ты, — всхлипнул фейри. Техноблейд был удивлен и тем, что существо заговорило, и тем, что оно на него накричало. Однако он решил, что раз оно может говорить, то это хороший знак, и спросил: — Ты еще где-нибудь ранен? Фейри шмыгнул носом и ничего не ответил. — Поговори со мной, малыш, — настаивал Техноблейд. — Так будет проще для нас обоих. Фейри сверкнул на него ярко-голубыми глазами: — Нет. Техноблейд с облегчением вздохнул: — Хорошо, хорошо. — Он прислонился к дереву, но не ослабил хватку. — Отпусти меня, — буквально прорычал фейри, обнажив клыки. — Нет, — ответил Техноблейд. Фейри напряглся и изо всех сил попытался отстраниться от Техноблейда, пока тот держал его в руках. — Почему нет? — Потому что ты маленький и раненый, — сказал Техноблейд. — Ты умрёшь. — Мой отец тебя убьёт, — предупредил фейри. Техноблейд посмотрел на маленького эльфа: — Не сомневаюсь, что он попытается. — Если бы у малыша был отец, который его искал, Техноблейд мог бы по-хорошему отпустить его утром, надеясь, что его найдут. Но он не хотел, чтобы его застали с потерявшимся ребёнком какого-то фейри. Это выглядело бы настолько подозрительно, что его бы убили, не дав возможности объясниться. Казалось, фейри недоволен тем, что Техноблейд не испугался угроз его отца. — Он большой и страшный фейри, — продолжал давить на него маленький фейри. Техноблейд кивнул: — Я знаю. — В конце концов, фейри не умеют лгать. Фейри на мгновение замолчал, а затем решил попробовать другую тактику: — Как тебя зовут, уродливый человек? Техноблейд почти с любопытством посмотрел на фейри. Многие люди называли его уродливым, и, зная цель юного фейри, этот обмен колкостями показался ему ещё более забавным. — Обычно я не имею привычки называть своё имя. — Но какое оно? Наверное, что-то уродливое, как и твоё лицо, — сказал фейри. — Ты недалёк от истины, — усмехнулся Техноблейд. Фейри, похоже, понял, что его тактика не работает, и снова сменил стратегию: — Полагаю, если тебе так уж хочется знать, ты можешь называть меня по имени. Меня зовут Томми. Техноблейд вопросительно посмотрел на фейри Томми, понимая, что этот мелкий засранец попытался преподнести имя как подарок, чтобы заставить Техноблейда почувствовать себя обязанным. Хитро. — Как мило с твоей стороны. В ответ можешь звать меня… Дэйв. Томми яростно нахмурился, когда его планы провалились: — Дэйв - дурацкое имя. — Это категоричное заявление, — отметил Техноблейд. — У меня сильные чувства, — ответил Томми. — Я заметил, — сказал Техноблейд, слегка улыбнувшись. — Сколько тебе лет, Томми? — Я бессмертен, — ответил Томми, не дожидаясь вопроса. Техноблейд посмотрел на маленького фейри: — Я знаю, я спрашивал, сколько тебе лет. — Кто-то другой мог бы решить, что Томми столько же лет, сколько и любому другому фейри, но Техноблейду нужно было точное число, чтобы убедиться в обратном. — Ну, знаешь, около четырёхсот двадцати, — небрежно ответил Томми. Техноблейд едва не вскрикнул от удивления, а потом прищурился: — Лет? Томми что-то промычал. — Да или нет? На этот раз Томми сверкнул глазами, а потом демонстративно надул губы: — Недель. Техноблейд сделал паузу, чтобы подсчитать: — То есть тебе едва исполнилось восемь лет? Томми фыркнул: — Мне уже больше восьми. — И недель, — согласился Техноблейд. Он снова прислонился к дереву, чтобы поразмыслить о возрасте этого существа. Когда он впервые убил человека, ему было всего на два года больше, чем этому фейри. Техноблейд задумался, был ли он тогда намного крупнее Томми. Он был истощён, так что, скорее всего, нет. Мысль о том, что такой маленький Томми мог убить человека, была… печальной. Убийства - удел таких людей, как Техноблейд, с их изуродованными шрамами лицами и грубыми манерами, а не маленьких мальчиков. Хотя, возможно, фейри были исключением из этого правила. Они были дикими и архаичными существами. — Зачем ты убил волков? — тихо спросил Томми. Техноблейд посмотрел на ребёнка-фейри: — Потому что они бы тебя убили. — Но ты же человек, — прищурился Томми, — а я фейри. Техноблейд обдумал слова фейри, размышляя, стоит ли пытаться понять смысл того, что было сказано не совсем ясно. — Говори прямо, — попросил он. Томми, хоть и был ребёнком, всё же оставался фейри. — Люди ненавидят фейри, — сказал Томми. — Мой брат говорит, что они лгут и обманывают нас. Техноблейд медленно кивнул: — Многие так думают. Но я не ненавижу фейри. Томми внимательно вгляделся в лицо Техноблейда, явно пытаясь уловить ложь. — Ты не знаешь? — Нет, — подтвердил Техноблейд, — они мне не нравятся, но и не вызывают ненависти. Томми фыркнул, поерзав в объятиях Техноблейда: — Подлюка. — Такие, как вы, сильны и опасны, — сказал Техноблейд. — Я не люблю то, чего не понимаю. — Похоже, ты много о нас знаешь, — пробормотал Томми. Техноблейд издал звук, похожий на смешок, но не совсем. — Хотелось бы думать, что я знаю достаточно, чтобы не попасться на фейри-кольцо или не ввязаться в сделку, которую не до конца понимаю. — Мой брат говорит, что люди всегда так думают, — сказал Томми. Техноблейд кивнул: — Большинство так и делают. — Но большинство на самом деле не знают, — губы Томми растянулись в хищной улыбке, — и в итоге всё равно оказываются прокляты. Техноблейд фыркнул: — Точно. Они замолчали, и Техноблейд немного ослабил хватку, чтобы Томми мог поправить свои крошечные крылышки под накидкой, но не отпустил его. Он не был уверен, что фейри не попытается сбежать. В стае, насколько было известно Техноблейду, оставалось ещё два живых волка. Он не мог рисковать и допустить, чтобы мальчика убили после всего, что он сделал, чтобы сохранить ему жизнь. Через некоторое время Техноблейд услышал тихий храп из свертка у себя на руках и мягко улыбнулся, размышляя о том, какова вероятность найти в лесу ребёнка-фейри. К тому же такого милого ребёнка, как Томми. Он слышал, что юные фейри особенно неугомонны, и в Томми определённо был огонь, но его неугомонность была совсем не такой, какой её представлял себе Техноблейд. Возможно, у Томми просто ещё не было возможности устроить тот хаос, который, по слухам, так любят его сородичи. Техноблейд вздохнул, надеясь, что это не так. Ему ещё предстояло придумать, как вернуть Томми, не погибнув при этом. Техноблейд позволил себе погрузиться в полусон, но не расслаблялся и не терял бдительности, держа меч наготове. Ночь подходила к концу. Он то впадал в дремоту, то приходил в себя, и это было на удивление спокойно, особенно с этим маленьким сгустком злобы в руках.