Часть 17

Джинни схватила Малфоя за локоть. — Стой. Давай вы с… — Уизли взглянула на Фину и поняла, что всё ещё не знает её имени. — Серафина, — быстро подсказал Драко. Джин кивнула и продолжила: — Вы с Серафиной пойдете к Тео и остальным, а я через десять минут приведу к вам Рона и Асторию. Сделайте так, чтобы ваш шатенчик, завидев любимую, не грохнулся в обморок прямо в зале. — Давай лучше выведем Тео и Тори к пляжу. Думаю, слёз будет много, — подкорректировал план Драко. — Да, так и сделаем, — согласилась Джинни и поспешила к своему столику. — Драко, будет лучше, если с Тео поговорю я, — подала голос Серафина. Малфой повернулся к ней, и до него только сейчас дошёл весь абсурд происходящего. Он снова чуть не поцеловал её, и их снова прервали. Драко твердо решил: он перестанет противиться чувствам к Серафине. Да, он всё ещё любил Гермиону и смертельно боялся, что увлекся Финой лишь из-за их пугающего сходства. Но… вдруг Уотсон понравится ему в своём истинном обличии? Без призрака Грейнджер за спиной. Перестать видеть в Серафине Гермиону будет чертовски сложно, но попытаться стоило. В конце концов, что он теряет? — Кхм, Драко, о чём ты задумался? — Фина помахала рукой перед его лицом. Малфой осознал, что уже минуту стоит в полном молчании. — А… Да. Думаю, он легче воспримет информацию от тебя, — неловко кивнул Драко, и они направились к столику. Когда они подошли, друзья встретили их хитрыми ухмылками, но Фина и Малфой предпочли их проигнорировать. Драко опустился на свой стул, а Серафина склонилась к Тео и что-то шепнула ему на ухо. Нотт резко кивнул, и они вдвоем поспешили к выходу. Музыкальный фон: Give Us a Little Love — Fallulah — О чём ты хотела поговорить? — спросил Теодор, когда они вышли на улицу. Морской ветер трепал его кудри, а луна ярко подсвечивала лицо. — Тео, тут такое дело… — начала Серафина. — Не тяни, Фина. — Астория сейчас здесь, в Австралии, — быстро выпалила она и замерла, наблюдая за реакцией брата. — Очень смешно, Грейнджер. Я пошёл назад, — Тео уже развернулся, чтобы уйти, но Уотсон схватила его за руку. — Во-первых, не называй меня так в людных местах, даже если кажется, что вокруг никого нет. Во-вторых, я не шучу. Она прямо сейчас сидит в этом ресторане вместе с Джинни и Рональдом, — мягко, но серьезно проговорила Серафина. — Не может быть… — В глазах Теодора отразилось полное неверие. — Мерлин… Фина, веди меня к ней! Я должен её увидеть! За каким она столиком? — Нотт сорвался с места, намереваясь вбежать обратно в заведение, но сестра удержала его. — Стой! Она сейчас выйдет сюда! Джинни её приведет. Тео затормозил и повернулся к ней. Его глаза блестели от подступивших слёз, он всё еще не мог осознать услышанное. — Я не могу просто стоять и ждать её, ты не понимаешь! В этот момент резкий порыв ветра донес звук захлопнувшейся входной двери. Фина перевела взгляд на ресторан. Теодор, заметив, как изменилось лицо сестры, тоже обернулся и замер. На лестнице перед рестораном стояла Астория Гринграсс. Её шоколадные волнистые волосы развевались на ветру, вторя полам глубокого синего платья. На её руках были надеты элегантные белые перчатки до локтя. Фина никогда не видела столь утонченного человека — разумеется, если не считать Малфоя. Астория, узнав Теодора, вскрикнула и сорвалась на бег. Нотт бросился ей навстречу. Между ними было не более сорока метров, но казалось, что они преодолевают бесконечность. Как только Гринграсс добежала до него, она, не обращая внимания на каблуки-шпильки, прыгнула ему на шею и разрыдалась. Нотт подхватил её, сильно прижав к себе, и закружил в воздухе. — Живой… — сорвался жалобный всхлип с её губ. Она уткнулась носом в его шею, вдыхая знакомый запах. — Я знала… знала… — сквозь рыдания шептала Тори. Тео не выдержал — по его щекам тоже потекли слёзы. Он держал её так крепко, будто боялся, что она испарится, окажется лишь миражом, вызванным огневиски и тоской. Девушка отстранилась и взяла его лицо в свои ладони. Теодор сделал то же самое, заглядывая в её глаза. — Почему ты не писал? Не приходил? Почему, Тео? — жалобно шептала Гринграсс. — Ты была замужем за моим лучшим другом… Ты же знаешь, я не мог… — тихо ответил он, большими пальцами смахивая слёзы с её лица. — Но… все думали, что ты мертв. Даже я начала в это верить… — после этих слов Астория окончательно потеряла самообладание. Её начало трясти от рыданий, и она бессильно опустилась на колени прямо на песок. Тео опустился вслед за ней, не разжимая объятий. — Тише, моя девочка… Тише… Я рядом, — шептал Нотт, прижимая Асторию к себе так крепко, словно пытался защитить её от всего мира. Серафина стояла в стороне, наблюдая за воссоединением влюбленных. По её щекам невольно текли слёзы. «У тебя ведь всё могло бы быть точно так же… Стоит лишь снять иллюзию — и всё…» Фина судорожно всхлипнула и подняла взгляд к небу, пытаясь сдержать новый приступ рыданий.  Окинув взглядом побережье, она заметила светлое пятно в тени у стены ресторана. Малфой. Облокотившись о здание, он молча наблюдал за Асторией и Тео. Его лицо казалось каменным, непроницаемым, и лишь в самой глубине серых глаз затаилась острая, невыносимая боль.  Серафина почувствовала укол вины. Неожиданно Драко повернул голову и посмотрел прямо на неё. Фина замерла. Ей на мгновение показалось, что он всё понял. Что он видит её насквозь, сквозь все слои магического обмана и чужой внешности. Ей отчаянно, до боли в груди хотелось, чтобы он действительно раскрыл её тайну. Чтобы этот кошмар закончился здесь и сейчас. Но Малфой лишь коротко кивнул в сторону входа, давая понять, что ей пора возвращаться к остальным, и первым скрылся за дверью заведения. Решив оставить влюбленных наедине с их долгожданным счастьем, Серафина поспешила за ним.  Дойдя до столика, Серафина обнаружила, что Джинни и Рон уже перебрались к их компании. — Ну что? Как они там? — нетерпеливо спросила Уизли. Все присутствующие воззрились на неё и Драко с неподдельным интересом. Малфой, всё еще пребывая в подавленном настроении, молча опустился на своё место, проигнорировав вопрос. Друзья понимали его состояние и невольно сочувствовали ему. — Всё хорошо. Они счастливы, — кратко ответила Фина с натянутой улыбкой и последовала примеру Драко. — Вот и славно. А то я всё сомневалась: остаться или нет, но в итоге решила не мешать их воссоединению, — сказала Джинни. — Кстати, мы ведь так и не познакомились. Серафина, верно? — Да. А ты… — Джинни, — Уизли доброжелательно улыбнулась. — Приятно познакомиться. — Взаимно, — кивнула Фина. — Слушай, ты так похожа на мою давнюю лучшую подругу, я просто поражена! — с любопытством протянула Джинни. — Ты случайно не знакома с Гермионой Грейнджер?  Джинни осторожно покосилась на Малфоя, но тот застыл в своём внутреннем мире, не обращая внимания на происходящее. — Я видела её в Хогвартсе, но лично мы не знакомы. Хотя знаю, что мы похожи внешне. — Ясно… Кстати, так ты сестра Тео? — Да, двоюродная. Во время войны мы вместе уехали, чтобы помогать моим родителям. Они были серьезно больны, — пояснила Фина. — Ой, это кошмар! Но всё хорошо, что хорошо кончается, верно? С ними ведь сейчас всё в порядке? — Да… да, конечно, всё обошлось, — Серафина тяжело вздохнула, стараясь не выдать волнения. — Это замечательно! — Джинни перевела взгляд на Драко. — Кстати, Малфой, а ты-то как здесь оказался? Драко словно вывели из транса. Он встряхнул головой и рассеянно посмотрел на младшую Уизли. — Кхм… Честно говоря, Забини заставил. Как он выразился: «Надо же оценить, куда я вложил столько бабла». Вот мы и здесь. — Стоп. А куда ты вложил деньги? — непонимающе переспросила Джинни, глядя на мулата. — Лисичка, отель, в котором мы все дружно живем, — мой, — ухмыльнулся Блейз и пригубил коктейль. — А почему именно Австралия? — подала голос Фина. — Ну, сюда ещё несколько лет назад переехала моя мать со своим пятым мужем. Вот я и решил построить отель для «богатеньких». Чтобы, если её муженёк по неизвестным причинам откинется, она могла присмотреть себе нового прямо на месте, — Забини пожал плечами. — Всё ради матери. — Хм, и какие же «неизвестные причины» могут привести к смерти её мужа? — ехидно уточнила Уизли, ухмыльнувшись. — На то они и неизвестные, чтобы о них не знать, — парировал Блейз и подмигнул ей. — Кстати, а вы-то тут как объявились? У тебя же квиддич, — он посмотрел на Рона, который всё это время хранил молчание, — а у тебя — магазин вредилок, нет? — Всем нужен отдых. Джинни давно уговаривала меня куда-нибудь съездить, да и Астория тоже хотела сменить обстановку, — спокойно ответил Рон. Стоило ему упомянуть Асторию, как к столику подошла воссоединившаяся пара. Они выглядели вымотанными и заплаканными, но в их глазах светилось абсолютное счастье. — Что мы пропустили? — спросила Гринграсс, усаживаясь рядом с Тео. — Ничего особенного. Рон как раз рассказывал, почему вы решили приехать, — ответила Пэнси. Весь остаток вечера ребята оживленно общались: вспоминали прошлое, делились планами на отпуск. Единственными, кто по большей части молчал, ограничиваясь односложными ответами, были Фина, Драко и Рон. Казалось, эта троица глубоко ушла в себя, и причины их раздумий были понятны лишь им самим. Рон постоянно переводил взгляд с Серафины на Малфоя, замечая, как те украдкой обмениваются странными, полными печали взглядами. Когда ужин подошел к концу и счет был оплачен, все вышли на улицу, собираясь расходиться по номерам. — Пока, ребята. До завтра, — кивнула Фина и, развернувшись, направилась к своему дому. — До завтра, Искорка, — произнес Драко с такой интонацией, что Уотсон на мгновение замерла.  Она обернулась. Когда их глаза встретились, в глубине её взгляда промелькнула какая-то до боли знакомая эмоция. Драко не успел её распознать — девушка моментально отвернулась и ускорила шаг. Малфой тяжело вздохнул, собираясь последовать за остальными, но его остановил тихий голос: — Ты так её и не отпустил. Драко резко развернулся и обнаружил, что за его спиной стоит Рон, угрюмо глядя на него. — Кого? — вопрос прозвучал глупо, ведь он прекрасно понимал, о ком идет речь. — Гермиону. Ты просто нашёл ей замену. Точную копию. Так нельзя, — в голосе Уизли промелькнула эмоция, которую Малфой ненавидел больше всего — жалость. — Ты ничего не знаешь, — отчеканил Драко, сжимая кулаки. — Малфой… — Рон запнулся, подбирая слова. — Драко, она любила тебя, а ты любил её. Это я знаю наверняка. Но разница в том, что её больше нет, а ты всё ещё застрял в том чувстве. Если любишь — отпусти, иначе разрушишь жизнь и себе, и Серафине. Гермиона всегда желала тебе счастья, но то, что ты делаешь сейчас, — это не оно. — Откуда тебе знать, чего желала Грейнджер? — прошипел Драко, делая шаг вперед. — Она сама мне рассказывала. *** Сегодня в библиотеке было шумнее, чем обычно. Всё-таки завтра зачёт по травологии, и за столами не было свободных мест. Рон сидел за книгой, то и дело поглядывая на Гермиону. Она сегодня была сама не своя: задумчивая, рассеянная, нервная. Уизли даже побаивался спрашивать, в чем дело — вдруг они с Гарри снова что-то натворили? — Рон, можно с тобой кое-чем поделиться? — раздался неуверенный голос Гермионы. Рон тут же вынырнул из раздумий, чувствуя смесь облегчения и легкого страха. Если Гермиона говорит таким тоном — значит, дело серьезное. — Да, конечно. Что такое? — Ты же знаешь, с кем я делаю проект? — тихо спросила она, не поднимая глаз от пергамента. О-о-о, конечно он знал. Малфой. Рональда тут же захлестнула привычная ярость. — Это из-за него ты сама не своя? Я ему сейчас задам! — он вскочил со стула, но Гермиона перехватила его руку, удерживая на месте. — Стой, нет! Он ничего не сделал. Сядь, пожалуйста. Рон нехотя опустился обратно на стул. Ярость сменилась жгучим любопытством. — А что тогда случилось? — Если я этого не скажу, то просто сойду с ума… — затораторила Гермиона, и её речь стала почти невнятной от волнения. — Мне нужно поделиться хоть с кем-то, но Пэнси и Гарри где-то бродят — кстати, подозрительно, что они исчезают в одно и то же время… А Джинни на тренировке, и я… я просто… — Стоп, Гермиона, я ничего не понимаю. Скажи прямо, — прервал её тираду Рон. Гермиона глубоко вздохнула, словно перед прыжком в ледяную воду. — Мне нравится Малфой. И я хочу сказать ему об этом. Рона будто оглушило Конфундусом. Он никогда не думал, что Гермионе может нравиться что-то, кроме книг, а уж тем более… Малфой? — Э-э… Ты уверена? — В том, что он мне нравится — да. В том, что хочу признаться — тоже да. Но мне страшно, Рон. Ужасно страшно. «Гермионе Грейнджер страшно? Я точно попал в параллельную вселенную», — подумал Рон, но вслух сказал другое. В голову пришла идея, подсмотренная в какой-то магловской книжке, которую читала его мама. — Хм, ладно… Попробуй представить самый худший исход этой ситуации. — Что? — не поняла Гермиона. — Это психологический прием. Давай, попробуй. Что самое плохое может случиться? Гермиона задумалась. Её взгляд подернулся дымкой, губы на мгновение презрительно искривились — видимо, воображение рисовало холодную усмешку Хорька. Но через минуту её лицо расслабилось, и она глубоко вздохнула. — Наверное, я слишком много надумала. Самый худший исход — это если чувства невзаимны и он просто больше не захочет со мной разговаривать, — грустно произнесла она. — И что бы ты тогда сделала? — Отпустила бы. Я хочу, чтобы Драко был счастлив, Рон. Даже если это счастье он разделит не со мной… — Ну вот, Герми. Даже если он откажет, ты просто через какое-то время найдешь человека, который с радостью разделит с тобой всё на свете. И забудешь о Малфое, — Рон ободряюще улыбнулся, а потом добавил, заметив её грустную улыбку: — Но если тебя это успокоит, я уверен-— он ответит взаимностью. Видела бы ты, как он на тебя смотрит… — Как? — она резко оживилась, в глазах вспыхнул интерес. — Так же, как и ты на него — абсолютно влюбленно. Раньше я не понимал, что значат эти ваши переглядки на уроках, но теперь до меня дошло. Гермиона засияла. — Спасибо, Рон!  Она резко вскочила, сгребая сумку. — Пойду скажу ему сейчас же. Нечего тянуть. — Эй, а зачёт? А травология? — крикнул Уизли ей вдогонку. — Я вернусь через час! — донеслось уже из коридора. Как и ожидал Рон, в тот вечер она так и не вернулась в библиотеку. И он был по-настоящему счастлив, понимая: всё прошло именно так, как должно было быть. *** — Я не собираюсь тебя переубеждать, — спокойно произнес Рон. — Просто помни: если ты любишь Серафину только за то, что она напоминает тебе Гермиону, то это не любовь. Ты любишь призрак, Драко. Тень прошлого, а не живого человека. — Уизли, я люблю Фину, — вырвалось у Малфоя прежде, чем он успел подумать. «Я правда это сказал? Чёрт». — И скажу честно: я не всегда вижу грань между ней и Грейнджер. Когда я сам разберусь, насколько мои чувства подлинны, ты узнаешь об этом первым. Рон хмыкнул, вполне удовлетворенный таким исходом. — Спокойной ночи, Малфой. После того как Уизли скрылся, Драко еще долго стоял на берегу, вслушиваясь в шум прибоя и обдумывая собственные слова. «Я люблю Фину». Было ли это правдой? Он не знал. Самым пугающим было то, что он так и не нашел ни одного существенного различия между Серафиной и Гермионой, за исключением едва заметных перемен во внешности. Он не видел разницы между своей любовью к той, что была в прошлом, и к той, что стояла перед ним сейчас. Решив оставить эти мучительные мысли на потом, Драко медленно побрел к отелю. В его голове, точно в калейдоскопе, сменялись кадры из прошлого и настоящего. Голос Гермионы в библиотеке, смех Фины на пляже…  «И вправду… никакой разницы», — с тяжелым сердцем констатировал он.