Часть 1

      Игра теней в свете костра создавала живые картины, повторяя то сцены древних битв, сокрушавших мир в минувшие эпохи, то воплощая сцены охоты духовных зверей, то обретая особую материальность и словно поглядывая на двух людей, сидящих рядом. Мало кто бы придал этому значение, всё же на первый взгляд в тенях не было ни капли ци, а вернее она была столь тонка и эфемерна, что даже практики моего уровня едва могли почувствовать её даже зная о воздействии. Ещё меньше тех, кто сумел бы ощутить в аромате дыма тончайшие нотки особого корня, что на далёком юге применяется в шаманских практиках. Человек под его воздействием становится предельно честен, открывая своё сердце миру. За что и ценится сверх всякой меры. — Что бы ты сделал, обрети сейчас силу практика стадии Ядра? — наконец прозвучал главный вопрос сегодняшнего вечера.       Ранее я уже успел узнать историю юноши и, хотя ответ на вопрос был очевиден, предпочитал надеяться на лучшее. Ведь бывают в жизни чудеса, верно? — О, тогда бы я немедленно вернулся в клан Чжао! — глаза юноши вспыхнули яростным огнём, отражавшим пламя костра. — Я бы заставил ублюдка Чжао Жэня сожрать ту пощёчину, которой он наградил меня перед всеми! Заставил бы его ползать у моих ног, молить о пощаде! А старейшину Чжао Вэя, что выгнал меня из клана, назвав бесполезным отбросом с искалеченными меридианами… — юноша сжал кулаки так, что костяшки побелели. — Я бы разрушил его культивацию и оставил калекой, чтобы он на собственной шкуре испытал то унижение, что пережил я! И тогда… тогда даже нефритовая красавица Чжао Линьюй, что смеялась надо мной и плевала в лицо, сама припала бы к моим ногам, умоляя стать её партнёром для парной культивации! Но я бы… я бы просто прошёл мимо, не удостоив её даже взглядом! Пусть горит от стыда и зависти, глядя, как истинные нефритовые феи из Академии сражаются за мою благосклонность!       Он замолчал, тяжело дыша, словно уже совершил всё то, о чём говорил.       Дым стал гуще. Огонь наконец добрался до сердцевины, особо пропитанной туманящими разум веществами. Я выдержал паузу, дав дыму корня сделать своё дело, затем тихо спросил: — А что же твоя семья и род? — А? Семья? — он махнул рукой с лёгким раздражением. — Да-да, они, конечно, прославятся, когда моё имя будет греметь по всем Девяти Небесам. Отец получит почётное место в клане, мать обретёт доступ к лучшим эликсирам долголетия… Их имена будут произноситься с благоговением как имена тех, кто породил великого культиватора. Разве не в этом их мечта?       Эх… Чуда не произошло. А ведь у парня такой талант! Хорошая скорость культивации, склонность к Закону Огня, спящая родословная… Видимо мне придётся постараться, прежде чем я обрету своего Ученика. Но я никуда не тороплюсь. К великому счастью и облегчению, я не главный герой Сянси, чтобы влипать в неприятности на ровном месте. А моей силы пика ядра хватает, чтобы всякие Старейшины и Патриархи местных, довольно слабеньких буду честен, провинций не пытались гопстопнуть этого вольного практика. А сокрытым Древним Мастерам, просто обожающим селится в таких вот тихих уголках мира, я не интересен.       Тык. Палец упёрся точно в центр лба парня, который даже не успел моргнуть. Его тело обмякло, сознание погрузилось в глубокий сон под воздействием простейшей техники усыпления. Я поймал его падающую фигуру и аккуратно уложил на подстилку из сухих листьев, подальше от костра. — Спи, — пробормотал я, глядя на его умиротворённое лицо. — Утром не вспомнишь ничего, кроме приятного сна о силе и славе.       Поднявшись, я взмахнул рукой, рассеивая дым корня. Ци потекла из ядра, формируя печать очищения воздуха. Тени у костра дёрнулись и застыли в обычных, безжизненных формах. Ещё одна техника — и пламя успокоилось, перестав источать дурманящий аромат.       Я отошёл к краю поляны и уселся на валун, обхватив руками колени. Звёзды на небе мерцали спокойно, безразлично к человеческим драмам, разыгрывающимся под ними. Где-то в вышине проплыл силуэт летающего духовного (слишком уж большой для обычной птицы) зверя — возможно, ночного журавля с Пиков Тысячи Ветров. «Система Наставника» «Имя: В данный момент Ученик отсутствует». «Для Мастера нет лучшей награды, чем успехи Ученика! Отныне вы будете получать баллы за развитие вашей связи Наставника и Ученика. Баллы можно будет использовать для совершенствования таланта, культивации, либо совершения покупок в Магазине. Баллы предоставляются за мудрые советы, успехи в культивации и прочие наставления…»       Привычно пропустив текст вступления, которое я выучил наизусть ещё три года назад, когда эта проклятая штука впервые появилась перед глазами, я с досадой смахнул полупрозрачное голубое окно.       Соблазн выбрать первого попавшегося был велик. Ох как велик, ведь я сам уже застопорился на своём Пути к Небу, хотя и славился как один из талантов своего поколения. И самое главное для этого нет никаких причин. Мой корень духа силён, понимание законов глубоко, а фундамент прочен, как челябинский бетон. Ресурсов в моём пространственном кольце хватит, чтобы основать небольшую секту. И всё же дверь к стадии Зарождающейся Души остаётся для меня наглухо закрытой. Не хватает самой малости. Какого-то осознания, а возможно внутреннего огня… Я просто наслаждаюсь красотами огромного нового (даже спустя столько лет после попадания) и неизведанного мира. И да, магией. Чудесами… Возможно мне и не нужна большая сила? С большой силой приходит большая, нет не ответственность, напряженка. Кому-то что-то вечно надо, какие-то интриги, борьба за ресурсы, бесконечные попытки доказать, что твой «Путь» длиннее и толще, чем у соседа. Такое мне не интересно.       Возвращаясь к системе надо сказать, что магазин предоставлял крайне широкий выбор товаров, начиная от «Зелий Очищения», а таких в мире вообще-то нет — загрязнения меридиан нужно либо вычищать-выжигать очень долгими и неприятными медитациями, либо сокровищами Неба, и заканчивая могущественными родословными. И всё это стоит баллов, которых у меня разумеется нет и не будет, пока я не найду себе Ученика.       Но торопиться я не собираюсь. Слот для Истинного Ученика у системы только, возможно пока, один и выбирать его нужно с умом. Хотя бы по причине местного менталитета. Фэнтезийно псевдо-китайские представления о морали довольно специфичны. Как в курятнике: клюнь ближнего, насри на нижнего, подлижи жопу вышнего. Нет, конечно далеко не все такие и я часто встречал нормальных людей, готовых помочь нижестоящему. Проблема в том, что таких людей очень мало среди практиков, прошедших через местные Академии, Секты и Кланы. В них всегда кипит борьба за ресурсы, за влияние, за внимание наставников и сверстников, за престиж… А так как юный практик попадает в них довольно рано, или вообще воспитывается с детства, то и представления о нормальном у него искажаются окружением.       Именно поэтому я ушел на окраины цивилизации, в самые бедные на духовную силу провинции. Тут куда меньше могущественных Сект, Кланов, Храмов и прочих организаций с их юными гениями. А значит и конкуренции в поиске моего Истинного Ученика будет меньше. Тем более, что я кое-какие знания почерпнул из прошлой жизни, а уже в этой они частично подтвердились. Именно на окраине, в самых слабых на ци местах, рождаются самые невероятные самородки. Те, чья воля закалена нуждой, потом тренировок до упада и знанием жизни простых людей. Ведь когда у тебя нет ничего, кроме собственного упрямства, ты либо ломаешься, либо становишься тверже любого духовного кристалла. И пусть многие из них мечтают о силе и богатстве, но именно среди них стоит искать тех, кто в своё время стоял в мутной воде рисовых полей и смотрел на далёкие звёзды, мечтая увидеть чудеса мира, познать радость первого полёта… просто жить полной жизнь.       Дождавшись рассвета, я оставил рядом с юношей мешочек с серебром и пару склянок с обычными, не «системными», но качественными пилюлями для укрепления основ. Его меридианы действительно были повреждены, и, хотя для меня это была задача на пару часов медитации, я не стал этого делать. Дать силу человеку, чьё сердце полно лишь жажды мести — значит выпустить в мир очередного Сына Неба, который будет оправдывать свои зверства «справедливым возмездием».       Может быть ему и суждено исцелится, обретя ещё большую силу, но сделаю это не я. Свернув лагерь, я отправился дальше на запад. Лазурные Луга были бедны на ци даже более чем соседние с ними провинции, а оттого были малоинтересны даже местному царьку, подчинившему по меньшей мере пять провинций. Кроме самих местных людей, часто набираемых в стражу, тут и взять нечего. Всё дело в растущей там повсеместно Лазурной Землянике, поглощающей ци из воздуха и земли, превращая её в довольно ценную, но в то же время бесполезную духовную ягоду. Она просто портилась за считанные дни если её сорвать. Так что местные её едят, получая укрепление организма. Но это простые люди, а для практика пользы в ней с гулькин нос.       Дорога была мягкой во всех смыслах. Под ногами стелился ковер из высокой, синеватой травы, а в воздухе висел сладковатый, чуть водянистый аромат той самой земляники. Она росла повсюду: огромные, размером с кулак ребенка, ягоды светились мягким неоновым светом в тени широких листьев.       Местные жители выглядели подозрительно здоровыми для такой глуши. У них были крепкие зубы, ясные глаза и светлая кожа без признаков тяжелого труда под солнцем — результат диеты из ягод, которые выкачивали из округи всю свободную Ци. Но ирония судьбы заключалась в том, что, достигнув определенного порога физического совершенства, человек упирался в тупик, а знания о культивации в такой глуши обычным крестьянам не достать. Да и культиваторов тут почти не было.       Имея возможность быстро посетить все наиболее интересные места провинции, я всё же не спешил доставать из кольца ковёр-самолёт, предпочитая пройтись помедленнее, но тщательней. Да, не меч, я предпочитаю комфорт, а меч для меня что-то на уровне метлы в плане удобства. Правда делать пришлось самому. Уж почему-то местные не додумались до столь идеального средства передвижения. На ковре можно лежать, наблюдая за небом, вкушать яства и балдеть.       Небольшие, по меркам мира сянся, деревушки Лазурных Лугов напоминали рассыпанный по синему бархату жемчуг. Домики здесь строили из светлого дерева, а крыши крыли широкими листьями местных лопухов, которые под воздействием сока земляники становились прочными, как черепица. Их было много, но проходил их я быстро, благо моё духовное чутьё практика на пике стадии Ядра позволяла за раз охватывать взором всё поселение целиком, не делая ни единого шага вглубь.       Я «видел» их всех: кузнецов, занятых лишь ценой на уголь; старосту, чей дух был крепок, но уже тронут тленом старости; и сотни детей, среди которых попадались весьма перспективные «ростки». Но стоило мне приглядеться к их внутреннему миру, как я видел лишь отражение всё тех же амбиций: стать сильнее, чтобы уехать в город, стать богаче, чтобы не пахать в поле, стать важнее, чтобы все кланялись.       Обычные человеческие желания. В них нет ничего плохого, но я желаю себе в ученики человека, что хотя бы частично разделяет мой взгляд на мир.       К вечеру я добрался до городка «Синяя Бухта», стоящего на берегу огромного озера. Небо на западе уже начало окрашиваться в пурпур, отражаясь в зеркальной глади воды. Здесь было поживее. Я накинул на себя лёгкую иллюзию, чтобы не выделяться слишком чистой и дорогой одеждой, и вошёл в город.       Пройдясь по рыночной площади, послушав сплетни в таверне (удивительно скучные: кто кому сколько должен, и чей буйвол забрел в чужой огород), я уже собирался покинуть это место и заночевать где-нибудь на холме с видом на озеро, когда моё внимание привлекло необычное зрелище.       У самой кромки воды, лениво накатывающей прибоем на синеватый песок, сидел мальчишка лет десяти. Он был одет в лохмотья, сшитые из, похоже, старых мешков, но они были чистыми. Худенький, с торчащими коленками и локтями, он был полностью поглощен странным занятием.       Он строил замок из песка. Настоящий, сложный архитектурный комплекс с башнями, стенами и даже крошечным рвом, куда затекала вода. Но самое удивительное было не в этом. В каждую башенку он вставлял маленькие, светящиеся ягоды земляники, из-за чего замок в сгущающихся сумерках казался настоящим дворцом духов, сияющим изнутри.       Я подошел ближе. Он не испугался, только мельком глянул на меня большими, темными глазами и вернулся к работе. — Красиво, — сказал я, присаживаясь рядом на корточки. — Да, — просто ответил он. — Но скоро прилив. — И всё смоет? — Угу. — Тогда зачем строить?       Мальчишка на секунду замер, отряхивая руки от песка. Потом посмотрел на меня как на немного бестолкового взрослого. — Потому что это красиво сейчас. А потом я построю новый. Еще лучше. И он простоит до следующего прилива.       Я улыбнулся. Ответ был хорош, но недостаточен. — Скажи, малыш, о чем ты мечтаешь? — спросил я, ожидая услышать про игрушки, сладости или, может быть, про то, чтобы стать великим воином, как тот парень у костра. — Я хочу научиться останавливать волны, — сказал он серьезно. — Не навсегда. Просто на чуть-чуть. Чтобы замок постоял подольше. И чтобы рыбацкие лодки не переворачивались в шторм. Мой папа рыбак. Когда штормит, он не может выйти в озеро, и мы голодаем. А иногда… иногда лодки не возвращаются. — А если бы у тебя была сила Бессмертных? — я внимательно следил за его реакцией. — Ты знаешь, кто это? Практики, способные летать, двигать горы, жить вечно.       Глаза парня расширились. — Как в сказках? — Да. — Тогда я бы сделал так, чтобы озеро никогда не сердилось! — воскликнул он. — И построил бы мост из света до того берега! — А семья? — задал я свой контрольный вопрос. — Путь Бессмертных долог. Часто приходится уходить далеко и надолго. Ты готов оставить папу и маму ради своей мечты? Ради силы, которая позволит строить мосты из света?       Мальчик нахмурился, обдумывая. Его взгляд метнулся к хижинам рыбаков вдалеке, где уже зажигались огни. — Я вернусь, — твердо сказал он. — Я обязательно вернусь. Если я стану таким сильным, то смогу вернуться очень быстро, правда? Я прилечу и починю все лодки. И покажу папе, как выглядит озеро с высоты. Он всегда хотел узнать, где оно заканчивается.       Да, это детские мечты. Но они, пожалуй, куда честнее разумных суждений взрослых. «Система Наставника» «Имя: Чжан Чжи» «Талант: » «Физическая сила — Смертный (Потенциал: Сокровенный)» «Энергия — Отсутствует (Потенциал: Земной +)» «Восприятие Законов — Смертный (Потенциал: Нефритовый -)» «Близость Законов: » «Огонь — Смертный» «Вода — Нефритовый -» «Воздух — Земной +» «Металл — Земной -» «Дерево — Смертный +» «Меч — Земной» …»       Окошко системы было чуть больше обычного. Мальчишка, Чжан Чжи, по меркам среднего практика не был чем-то выдающимся. Скорее даже наоборот. Разве что потенциал тела хорош, но в Лугах у многих тело сильное. Восприятие Законов хорошее, а вот потенциал самой культивации слабоват. Почти отвратителен. На уровне практиков навсегда застрявших на ступени Трансформации Тела. Максимум Пробуждения Меридиан. Но самое главное шло после таланта. «Особенности: Небесная Крепость Духа и Воли» «Родословная: Отсутствует»       Название особенности ничего мне не говорило, так что пришлось обратиться к Магазину, в котором к товарам всегда шло пояснение. Благо, поиск по названиям присутствует. После недолгих поисков, я нашел искомую «Небесную Крепость…». Не то чтобы это была уникальная вещь, скорее всего результат странной мутации в нескольких поколениях, но она давала обладателю… ничего. Она лишь служила множителем собственной силы воли и крепости духа практика. И закономерно, если он слаб духом, то и бонус нулевой. Но если практик твердо идёт по пути, то никакие невзгоды не сумеют его сломить. Поводок чужой воли бессильно соскользнёт, злобный дух проникший в Океан Духа упрётся в неприступные стены и будет вечно скитаться по лабиринтам, пока не сгинет в них.       Эта особенность была именно тем, чего не купишь ни за какие духовные камни. Талант можно подстегнуть алхимией, каналы расширить мучительными процедурами, понимание законов подстегнуть озарениями под древом Бодхи. Но волю? Волю нельзя пересадить. Она закалятся только препятствиями встреченными на Пути.       «Нефритовый» с минусом в сродстве с Водой по сути соответствует уровню гения провинциального гения с окраин. Не «Избранный Небесами», но очень, очень солидно. А в сочетании с «Крепостью»…       Пока я размышлял мальчик спешно достраивал последний шпиль замка. Вода уже подбиралась к его ногам, первая пенистая лапа прилива лизнула ров, угрожая размыть фундамент. — Ой! — вскрикнул он, пытаясь заслонить творение своим худым телом. — Началось…       Идеальный момент. — Смотри внимательно, Чжи, — тихо произнёс я, поднимаясь с валуна.       Для пика стадии Ядра уже не нужны выкрики техник и взмахи руками, чтобы остановить прилив. Управление стихией на таком примитивном уровне было сродни дыханию. Я просто позволил своей Ци мягко коснуться поверхности озера. Проникнуть в воду. Слиться с ней.       Волна, уже готовая обрушиться на песочный замок, замерла. Затем изогнулась прозрачной дугой, огибая творение мальчика, и мягко расплескалась по песку позади него, не задев ни песчинки стен.       Чжан Чжи замер с открытым ртом. Он переводил взгляд с меня на воду и обратно. Я сделал легкое движение пальцем, и вода вокруг замка отступила, образовав сухой круг диаметром в три метра. Озеро продолжало шуметь, волны накатывали, но разбивались о невидимую преграду, уважая границы маленького королевства. — Ты… Ты остановил её, — прошептал мальчик. — Как? — Такова сила Бессмертных, — улыбнулся я. — Меня зовут Сай Тинг. Мне понравились твои ответы, а потому… Желаешь ли ты стать моим Учеником?