Глава 9. "Осеннее утро"

Свежий воздух из приоткрытого окна приносил запах приходящей осени — влажный, терпкий, с лёгкой горечью опавших листьев. Амит осторожно приподнялся с кровати, стараясь не шуметь. Кристина спала крепко, но если её разбудить — день был испорчен. Он это знал. Один раз случайно хлопнул дверцей шкафа — и потом слушал до вечера, что «некоторые люди вообще не думают о других». Сказано было спокойно, практически как шутка, но от этого только неприятнее. Он всегда просыпался рано. Организм сам поднимал его к семи — пробежка, душ, кофе, иногда пара строк к новой песне. Кристина же могла спать до одиннадцати, до двенадцати. Иногда дольше. Он пробовал мягко говорить ей о режиме. — Тебе самой потом тяжело будет, — как-то заметил он. — Я живу так, как мне комфортно, — спокойно ответила она, — я не в армии... И вообще, у меня мозг лучше работает ночью. Он больше не настаивал, раз хочет так – то пусть. Её дело. К тому же, пока они не жили вместе и оставались друг у друга лишь на ночь, разницу в режиме можно было перетерпеть. Амит быстро натянул футболку, вышел в коридор и аккуратно прикрыл дверь. В гостиной раздалось недовольное шарканье — два его кота, запертые там на ночь, услышали шаги хозяина и уже требовали свободы. Если выпустить их сейчас, они устроят скачки по квартире и точно разбудят Кристину. Он шёпотом пообещал им завтрак через пять минут. На кухне он включил чайник, приоткрыл окно шире и вдохнул глубже. Утро было его временем. В эти минуты он чувствовал себя собранным, спокойным, настоящим. — Ты опять убежал? — раздалось из спальни. Через минуту Кристина появилась в дверях, завернувшись в его футболку. Волосы растрёпаны, глаза ещё сонные. — Я не убегал. Я тут. — Мог бы разбудить. — Ты же злишься, когда тебя будят в такую рань. Она с улыбкой потянулась. — Ну иногда приятно, когда тебя будят. Он замялся. Это «иногда» всегда появлялось неожиданно — как тест, который он заранее не мог пройти. Кристина поцеловала его в щеку, села за стол и, взяв его кружку без спроса, сделала глоток. — Ты сегодня к Лидии? — Да. Она хочет обсудить клип. — Опять этот клип, — протянула она, — вы серьёзно думаете, что это сейчас необходимо? — Я предлагал отложить эту идею до лучших времён, но ты же знаешь какая она упёртая, – улыбнулся он, – пусть попробует, может клип поможет нашему продвижению. Мне даже интересно что из этого получится. — Интересно не равно полезно, — спокойно сказала Кристина, — сначала аудитория, потом клипы. Логично же. Он кивнул. Формально она была права. Но каждый раз, когда разговор сводился к «логично» и «рационально», у него внутри что-то сжималось. Будто в творчестве сначала нужно было всё вдоль и поперек просчитать, а уже потом ловить вдохновение. Он налил себе новую кружку чая. — Кстати, — сказала Кристина как бы между прочим, — вы что-то отмечаете в субботу? — Да, у Лидии день рождения. — А-а, — она даже не подняла глаз с кружки, — меня, видимо, опять не позвали. Он неловко кашлянул. — Это, наверное, небольшой формат. Только близкие. Кристина хмыкнула. — Близкие? Почему я не в их числе? Он почувствовал, как внутри неприятно потянуло. Лидия действительно относилась к Кристине ровно — вежливо, но без особого интереса. И Кристина это чувствовала. А спокойно переносить игнор она не умела. — Я могу не идти, если тебе неприятно, — спокойно предложил он. Она резко посмотрела на него. — Не нужно. — Не обидешься? — Нет, просто... странно, — она отвела взгляд, — я думала, что если ты часть компании, то и я автоматически тоже. Он хотел сказать, что всё не так просто. Что Лидия вообще редко кого-то «автоматически» принимает в компанию. Что для неё важен не статус «чей-то девушки», а человек сам по себе. Но он лишь сказал: — Не бери близко к сердцу, ты же знаешь, она в этом плане странная. Кристина усмехнулась. — Это точно. Неловкость повисла между ними. Он попытался её сгладить. — Обещаю, я там буду недолго. А после — можем куда-нибудь сходить. Или просто досмотреть тот фильм, на котором вчера уснули. Она посмотрела на него внимательнее. — Я буду рада просто досмотреть фильм. — Замётано. Он сел напротив. Чайник щёлкнул, коты снова заскреблись в дверь — Только без глупостей, ладно? — добавила она уже тише. — Каких глупостей? — Я про вашу компанию... Ты иногда слишком… мягкий. Люди этим пользуются. Он едва заметно нахмурился. — Звучит так, будто ты считаешь меня дураком, которым легко манипулировать. — Я не это имела ввиду, — она коснулась его руки, — просто не хочу, чтобы ты мирился с их странными идеями. Он невольно посмотрел в окно. По стеклу ударили первые капли дождя. Для неё странные идеи — это клип, в котором он хотел попробовать непривычный образ. Странные идеи — это выступление на маленькой площадке ради эксперимента. Странные идеи — это музыка, в которой он позволял себе быть другим... Кристина часто говорила «перебор». Слишком ярко. Слишком вызывающе. Слишком рискованно. А для него в этом и был смысл. Он вспомнил, как Лидия однажды сказала: «Если не страшно — значит, неинтересно». И тогда ему впервые стало по-настоящему легко. С сестрой ему не нужно было оправдываться за желание пробовать что-то новое. Он не стал что-либо доказывать Кристине и лишь молча допил чай, а потом выпустил котов, и те вихрем пронеслись по коридору, разбавляя тишину утренним хаосом. Кристина улыбнулась, наблюдая за ними. Всё выглядело нормально. Почти гармонично. И всё же где-то глубоко внутри он поймал себя на мысли, что в её присутствии ему приходится быть аккуратным — в словах, в идеях, в желаниях. А в утренней тишине, когда никто не спорил о «полезно» и «логично», он чувствовал себя... настоящим?