Глава I. О том, как всё начиналось. Часть 1

– Ну и дороги в этой вашей Москве, – шутливо проворчал Алексей Николаевич, когда машина подпрыгнула и нырнула вниз на очередной яме, знатно тряхнув всех пассажиров. – Дороги, пап, везде одинаковые, – заметила Юля. – Да и к тому же мы на окраине, возле леса. – Кстати, можно и здесь выйти, наверное, – сказала Татьяна Александровна, оглядевшись по сторонам. – А сумки вы через пол-Москвы потащите? – Так мы сейчас только документы возьмём, заселимся, а потом уж будем вещи таскать. – Ладно, тогда тормозим здесь. Юрку разбудите. – Ура, приехали! – завопил во весь голос Кирюшка. – Юра-а-а! Вставай! Он первый выскочил из машины и с любопытством начал оглядываться по сторонам. За ним вышли Татьяна Александровна и Юля. Алексей Николаевич оглянулся на мирно спящего на заднем сидении Юрку и командирским голосом сказал: – Студент Савчук, подъём! А когда Юрка дёрнулся от неожиданности и растерянно посмотрел на отца, уже мягче добавил: – Вставай, авиатор. Шумной компанией (шумел в основном Кирюшка) они двинулись по дорожке, ведущей к общежитию. Это была самая обыкновенная жёлтая шестнадцатиэтажка с серыми балконами и деревянными окнами. Возле подъезда толпился народ, причём родителей было едва ли не больше, чем детей. – А ты боялся, что мы одни такие, – шепнула брату на ухо Юля. – Ага. Многие стояли с огромными сумками, пакетами и коробками. Кто-то спал на своих чемоданах у стены общежития. Поэтому Юрка, стоящий с одной лишь папкой под мышкой, чувствовал себя по меньшей мере странно. – Юр, ты оплатил общежитие? – как будто для порядка спросила Татьяна Александровна. Конечно, сын её был не по годам самостоятелен и уже давно научился нести ответственность не только за себя, так уж сложилась судьба. И в том, что он точно взял все необходимые документы, справки, чеки, причём не только свои, но и Юлины, она ничуть не сомневалась. Однако в окружении обеспокоенных мам, которые как наседки всё хлопотали вокруг своих давно уже немаленьких детей, ей вдруг отчаянно захотелось прижать Юрку к себе, растрепать его золотисто-русые кудри и не отпускать никуда. И Юрка это почувствовал. И кивнул ей с лёгкой улыбкой – Да, мам. Юля уже стояла в толпе каких-то ребят с курсов постарше, которые вышли помочь заселявшимся, и увлечённо расспрашивала их обо всём. Алексей Николаевич с чьим-то отцом отошёл метров на двадцать от общаги, чтобы как следует разглядеть состояние старых деревянных окон. Параллельно они начали обсуждать поступление детей, учёбу, жизнь в целом, а там уже и на рыбалку и слесарство перешли. – Ну, папа наш как всегда, – усмехнулась Татьяна Александровна, наблюдая за ним. – Везде себе собеседника найдёт. – Ага, – улыбнулся Юрка. Ему вдруг вспомнился забавный случай из Крыма, где они отдыхали. Рядом с ними расположилась семья из Витебска (это стало понятно из их разговора). Пока Юлька плюхалась в воде под присмотром отца, Юрка распластался на коврике и просто лежал. Минут через двадцать к белорусам вернулся их отец и тут же начал рассказывать жене: – Представляешь, с одним из Донецка познакомился, вот такой мужик... И хотя рядом располагался большой санаторий, где отдыхала смена донецких шахтёров, а на всём пляже было немало семей из Донецка, Юрка был на тысячу процентов уверен, что говорил он про его отца. Спустя пару минут, когда Алексей Николаевич с Юлькой вернулись, его догадка подтвердилась. – Кирюш, не отходи далеко, – попросила Татьяна Александровна младшего сына, который крутился вокруг неё, периодически отбегая на несколько метров. – Смотри, сколько людей. – Да я быстренько, – бросил Кирюшка и уже собирался удрать куда-то, но Юрка вовремя схватил его за запястье. – Ну и куда ты собрался? – крепко сжимая его руку, спросил он совершенно спокойно. – Москва – не Донецк, потеряешься – никто не найдёт. Кирюшка насупился, но всё же перестал вырывать руку. – Там площадка есть, за домом, – уже смирившись, пояснил он. Юрка прокрутил в воспоминаниях путь от машины до общаги и попытался вспомнить, была ли она там. Вроде была. – Давай так: мы с Юлькой заселимся, заполним все бумаги, а потом пойдём на площадку. Договорились? – Ну, Юр. Юрка лишь крепче сжал его руку и категорично покачал головой. – Вот, развлекаем людей с утра пораньше воспитанием малолетних непосед, – сказал он матери. Кирюшка дипломатично промолчал. – Ты думаешь кому-то есть дело до нас? Все со своими проблемами приехали. Да и к тому же, не мы одни всем табором приехали. Вон, смотри, мальчика тоже всей семьёй провожают, – сказала Татьяна Александровна, кинув на семью, стоящую в нескольких метрах от них. Тот самый мальчишка с младшей сестрой, которая едва доставала ему до плеча, о чём-то увлечённо разговаривал. Они смеялись, глядя то на общежитие, то на собравшихся вокруг людей, показывали друг другу какие-то жесты и иногда пихали друг друга. Юрка не поверил им. Это были слишком идеальные братско-сестринские отношения. Как по учебнику. Вот они с Юлькой чуть не поубивали друг друга, пока собирали вещи, ехали в Москву и шли от машины до общежития. Хотя, быть может, дело в том, что они-то и дальше будут жить вместе (да, в разных комнатах, но это и к лучшему), а эти ребятки прощаются на неопределённое время. Точно, вон девчоночка иногда смахивает слезинки, а брат делает вид, что не видит.

***

Минут через тридцать из подъезда вышел мужчина в камуфляже. Юрка заметил, как сразу же напрягся Кирюшка, и положил руку ему на плечо, чуть сжав его. – Доброе утро! Он начал рассказывать о порядке заселения, о правилах и жизни в общаге в целом. Всё смешалось в кучу: обогреватели нельзя, чайники и микроволновки можно, курить только на улице (а лучше вообще не курить), возвращаться желательно до комендантского часа и смены охраны. – А в Москве тоже есть комендантский час? – удивился Кирюшка. – То есть, если не прийти вовремя домой, убить может? – Нет, это другое. Это такое время, когда общежитие закрывается и никого внутрь не пускают, – объяснил Юрка. – А если беспилотники налетят? – Кирюшка, мы в Москве. Её, знаешь как, охраняют? Ни одна сволочь беспилотная не прилетит, – уверенно заявил он, однако краем глаза поймал обеспокоенный взгляд матери. – А если обстрел начнётся? Ракетный? – не унимался брат. Юрка присел перед ним и серьёзно сказал: – Кирюш, Москва – столица нашей Родины. Её защищают очень хорошо, от ракет, от беспилотников, от самолётов. Потому что это главный город в стране, понимаешь? Кирюшка молча кивнул. – А ещё вспомни: за всё утро ни одной сирены не прозвучало. – Ну да, – задумчиво протянул мальчик, вглядываясь в хмурое, пасмурное, но относительно спокойное небо. Первое и главное, что необходимо было запомнить – внутрь по восемь человек в порядке очереди, без родителей и чемоданов. Оглядевшись по сторонам и вспомнив своё примерное место в очереди, он прикинул, что они с Юлькой попадут в лучшем случае в третью восьмёрку. Однако стоило объявить начало заселения, как толпа ломанулась вперёд без разбора и очереди. Потоком людей их разделило. Юльку унесло вперёд. Его активно начали теснить в бок, к стене. Рядом кто-то возмущённо суетился, мелькнула и резко сдала вправо какая-то светлая макушка, успевшая только пискнуть: «Куда прёшь?!». Юрка подхватил его за руку и вытянул из эпицентра давки. – Ты чего творишь? – накинулся было он на Юрку. – Спасаю тебя от чести быть размазанным по стенке. Паренёк, который был на полголовы ниже, глянул снизу вверх удивлёнными ясно-голубыми глазами, пару секунд хлопал ресницами и наконец понял, что к чему. – А, спасибо, дружище. – То-то же, – усмехнулся Юрка. – Юрка. – Тёмка. Юрка вдруг подумал, что это имя ему очень идёт. Маленький, щупленький, с ёжиком пшенично-белых волос и ясными глазами, конечно же, он был больше Тёмой, чем Артёмом. – Что это ты так необдуманно сунулся в самую гущу? – Хотел повоевать за своё законное место в очереди, – полуворчливо отозвался Тёмка. – С семи утра караулю – и то десятым был. А тут беспредел какой-то начался. – Вот поэтому мы приехали только сейчас. Какая разница, во сколько занимать очередь, если она ничего не решает? – Знал бы я это раньше. Но вообще-то у меня поезд пришёл в шесть утра, так что выбора особо не было. – А, ну поезд, это да. Ты, кстати, откуда? – Из Курска, – с некоторой гордостью отозвался Тёмка. – А ты? – Из Донецка, – сказал Юрка максимально спокойно, будто говорил о самом обычном провинциальном городе России. Реакция Тёмки его удивила. Он не стал расспрашивать, приставать, сочувствовать, только присвистнул и чуть прищурился: – Так, Донецк – это подальше будет. Ну, ты издалека, конечно. Хотя слышал, тут девчонка из Владивостока есть. Это ж надо было с другого конца земли прилететь! – И всё Россия, – добавил Юрка. – И всё Россия, – соглашаясь с ним, повторил Тёмка.