Часть 4

Когда Велираду после его победы на тренировочной площадке выдали лёгкие кожаные доспехи и длинный кинжал, он всё ещё не верил в происходящее. Сопровождать господ ему, конечно, не поручили, но вот в ночной караул для охраны дома поставили. Он общался с Гатой, лучше узнавая здешний язык, больше ел и чувствовал себя за последние несколько недель на порядок лучше. Теперь Велирад спокойно перемещался по дому и в свободное время либо спал, либо был на тренировочной площадке. И всё время исподтишка бросал на молодую госпожу Хионию взгляды. Она их не замечала — ну, или делала вид. В последнее время она мало что замечала. Ходила молчаливой бледной тенью, подолгу сидела в библиотеке или в саду. Поначалу Велирад даже немного позлорадствовал, думая, что появился кто-то, кто сбил с неё спесь. Но это чувство быстро прошло, на этом месте появились немного жалости и капля интереса. В один из дней, когда Велирад шёл с тренировочной площадки в купальни, то услышал, как его окликнул знакомый холодный голос. — Велирад! На секунду он остановился и, подумав, что ему послышалось, продолжил идти дальше. — Ты оглох? Отвечай, когда госпожа говорит с тобой! Нет, все-таки не послышалось. Велирад обернулся и увидел Хионию, немного нервно комкаюшую пеплос. Велирад немного наклонил голову, показывая, что слушает её. Хиония, переборов неуместную робость, которая почему-то одолевала её в его присутствии, приняла свой обычный, немного надменный вид, и сказала: — Я хочу, чтобы ты научил меня своему языку. Велирад и не думал скрывать своё удивление. Немой вопрос так и застыл на его лице, но Хиония продолжила стоять невозмутимо. — Зачем? — хрипло от долгого молчания спросил он. Хиония поджала губы. — Тебе знать не обязательно. Я говорю — ты делаешь, ясно? — и, не дожидаясь ответа, повернулась спиной, — как выйдешь из купальни, пойдёшь в библиотеку. Я буду ждать там. Когда Хиония исчезла за поворотом, Велирад усмехнулся и покачал головойголовой, подумав про себя, что это будет интересно, и что он ни за что не упустит шанса задеть эту заносчивую госпожу. *** Они сидели среди книг и свитков всего четверть часа, но за это время Хиония сто раз успела пожалеть, что обратилась Велираду. Почему именно его, а не учителя, которого предлагал нанять отец? Хиония в глубине души знала ответ на этот вопрос, но думать — а уж тем более говорить об этом вслух, отказывалась. Велирад все время поддевал её едкими замечаниями за неправильное произношение или медлительность. Как и сейчас. — Неужели такая образованная госпожа не может запомнить простое слово «по-жа-луйс-та»? Или она просто никогда его не использует? Тонкие крылья носа Хионии дернулись в раздражении, а губы сжались в линию. — По… Жа… Лос… — Лус, — с насмешливым прищуром поправил Велирад — Луста, — повысив тон, закончила Хиония. — Замечательно, а теперь всё вместе и быстрее, — продолжал забавляться Велирад. — Всё! На сегодня закончим, — не выдержала Хиония и резко поднялась. — Мы же только начали, госпожа! — Здесь я решаю, когда мы начинаем и когда заканчиваем, — возмутилась Хиония и подавила в себе глупое желание топнуть ногой для убедительности. В присутствии Велирада она чувствовала непонятное волнение, он какими-то образом был способен вывести её из себя, даже не прилагая к этому усилия. — Как скажете… Госпожа, — ухмыльнулся он и зашагал к выходу, оставив Хионию с колотящимся сердцем.