~ Глава 19 ~

Дракон ​рычит, ​челюсти ​спускаются ​вниз, ​рассекая ​стражника ​пополам ​и ​заглатывая ​остатки. ​ ​[Душа ​была ​поглощена!] ​ ​Я ​принимаю ​это ​как ​подсказку, ​чтобы ​броситься ​вперед ​и ​пронестись ​мимо ​перепуганных ​стражников, ​окружающих ​меня, ​но ​один ​из ​них ​пытается ​дотянуться ​до ​меня, ​чтобы ​остановить. ​ ​— ​Маг, ​куда ​ты ​собрался! ​ ​Куда, ​спрашиваешь? ​ ​— ​Я ​заставлю ​эту ​сучку ​исполнить ​крик ​из ​Тома ​и ​Джерри ​по-настоящему! ​ ​[Арканная ​пушка]. ​ ​В ​десять ​раз ​дороже, ​в ​сто ​раз ​мощнее. ​Маленькая ​сфера, ​которую ​многие ​считают ​заклинанием ​для ​детей, ​тем ​не ​менее ​способна ​превратить ​их ​в ​пасту. ​ ​Модификация; ​Пробивание! ​x2 ​ ​(2/10) ​ ​Мой ​правый ​кулак ​сжимается, ​и ​яркий ​свет ​начинает ​накапливаться ​и ​расти ​внутри ​моей ​руки. ​ ​— ​Прикройте ​глаза! ​— ​прокричала ​Аурелия, ​подбрасывая ​высоко ​в ​воздух ​золотой ​и ​светящийся ​шар. ​ ​Дракон ​тупо ​поднимает ​голову ​и ​настороженно ​смотрит ​на ​него, ​прежде ​чем ​он ​сработает, ​что ​заставляет ​его ​издать ​удивленный ​возглас. ​ ​— ​Проклятые ​смертные! ​— ​Все ​еще ​в ​настроении ​поболтать, ​да? ​— ​Ваши ​уловки ​не ​приведут ​меня, ​Мирмульнира, ​к ​поражению! ​— ​О, ​так ​это ​реально ​ты! ​ ​Я ​бросаюсь ​в ​бок ​под ​его ​хвост ​и... ​ ​Хм... ​Не ​знал, ​что ​у ​них ​такое ​есть. ​ ​Я ​имею ​в ​виду, ​это ​должно ​быть ​очевидно. ​Они ​ведь ​иногда ​едят ​людей, ​верно? ​И ​я ​только ​что ​увидел, ​как ​этот ​ублюдок ​загрыз ​стражника, ​так ​что, ​конечно, ​им ​нужен ​способ ​выпустить ​отходы. ​ ​Поэтому, ​разумеется, ​я ​делаю ​то, ​что ​сделал ​бы ​любой ​разумный ​и ​здравомыслящий ​человек ​— ​то ​есть ​скелет ​— ​и... ​отвожу ​назад ​всю ​свою ​руку, ​заряжающую ​заклинания... ​ ​А ​затем ​засовываю ​ее ​глубоко ​в ​задницу ​дракона. ​ ​Этот ​парень ​перестает ​в ​слепую ​метать ​огонь ​повсюду ​и ​просто... ​застывает. ​ ​Его ​длинная ​шея ​и ​голова ​поднимаются ​вверх ​от ​чистого ​удивления ​и ​шока. ​ ​Если ​бы ​у ​меня ​были ​губы, ​я ​бы ​сейчас ​ухмылялся. ​ ​Дракон ​медленно ​поворачивает ​голову ​и ​смотрит ​на ​меня, ​а ​я ​свободной ​рукой ​дружески ​машу ​рукой. ​ ​— ​Да, ​я ​собираюсь ​прострелить ​тебе ​жопу. ​Если ​тебе ​интересно. ​ ​О, ​я ​вижу ​в ​его ​глазах ​страх? ​ ​В ​любом ​случае, ​на ​чем ​я ​остановился? ​ ​Ах, ​точно! ​ ​Конечно ​же, ​как ​джентльмен, ​которым ​я ​являюсь, ​я ​собирался ​сделать ​именно ​то, ​что ​сказал ​Дракону. ​ ​Прострелить ​его ​гребанную ​жопу. ​ ​Итак, ​я ​выпустил ​заряженное ​заклинание ​и ​дернул ​руку ​назад. ​ ​БУМ! ​ ​Разорванные ​кишки, ​плоть ​и ​кровь ​брызнули ​на ​меня, ​когда ​зад ​Дракона ​просто... ​исчез. ​Разрушился ​на ​атомы, ​мякоть ​и ​дымящуюся, ​разорванную ​плоть. ​ ​Черт, ​заряженным ​это ​заклинание ​еще ​более ​жесткое. ​ ​Дракон ​жалобно ​заскулил, ​задние ​лапы ​оторваны, ​кишки ​разбросаны ​повсюду, ​а ​хвост ​полностью ​оторван. ​ ​Соратники ​и ​стражники ​Вайтрана ​останавливаются ​все ​как ​один, ​а ​я ​медленно ​обхожу ​пропитанную ​кровью ​тушку ​дракона, ​чтобы ​посмотреть ​ему ​в ​глаза, ​пока ​он ​умирает. ​ ​— ​Ты... ​— ​рычит ​он, ​большие ​мутные ​глаза ​ядовито ​смотрят ​на ​меня, ​несмотря ​на ​его ​нынешнее ​состояние, ​— ​Как? ​ ​Я ​делаю ​паузу, ​обдумываю ​его ​вопрос... ​Затем ​решаю ​не ​проявлять ​к ​нему ​ни ​капли ​уважения ​и ​не ​давать ​ему ​достойного ​ответа, ​когда ​Аурелия ​приближается ​со ​своим ​клинком. ​ ​— ​Как, ​спрашиваешь? ​— ​повторяю ​я, ​а ​затем ​пожимаю ​плечами. ​— ​Просто ​ты ​слабак. ​ ​Получай ​свое ​фаталити ​до ​смерти, ​ты, ​гребаная ​игуана. ​ ​Ярость ​заполняет ​его ​глаза, ​а ​затем ​лезвие ​проходит ​насквозь ​и ​входит ​в ​его ​мозг. ​ ​Он ​дергается, ​потом ​замирает, ​когда ​Аурелия ​с ​ворчанием ​вытаскивает ​свой ​клинок. ​ ​Я ​смотрю ​на ​нее, ​а ​она ​поворачивается, ​чтобы ​посмотреть ​на ​меня. ​Я ​поднимаю ​и ​развожу ​руки, ​с ​которых ​все ​еще ​капает ​кровь ​и ​кишки: ​— ​Хочешь ​обняться? ​ ​Она ​направляет ​на ​меня ​свой ​меч ​с ​очень ​бледным ​лицом. ​Грубиянка. ​ ​Кроме ​того, ​вскоре ​плоть ​дракона ​загорается, ​даже ​кровь ​и ​плоть ​на ​моем ​теле ​медленно ​сгорают ​и ​исчезают, ​превращаясь ​в ​сгустки ​голубой, ​оранжевой ​и ​белой ​энергии, ​которые ​текут ​в ​сторону ​ошеломленной ​и ​растерянной ​Аурелии. ​ ​Она ​скушала ​Душу ​Дракона, ​но ​я ​не ​против. ​ ​Наверное, ​мне ​нужно ​убить ​дракона ​в ​одиночку, ​чтобы ​получить ​такую ​же, ​если ​я ​вообще ​смогу. ​Это ​нужно ​выяснить ​позже. ​ ​— ​Что ​происходит? ​— ​Аурелия ​впадает ​в ​панику, ​и ​мне ​хочется ​улыбнуться ​тому, ​как ​она ​ищет ​меня ​взглядом, ​чтобы ​получить ​мой ​ответ. ​ ​— ​Ты ​только ​что ​поглотила ​Душу ​этого ​идиота. ​— ​Я ​пинаю ​гигантский ​скелет, ​покрытый ​слоем ​чешуи, ​рядом ​с ​собой, ​— ​Это ​значит, ​что ​ты, ​моя ​дорогая ​— ​Драконорожденная. ​ ​Я ​поднимаю ​руку, ​затем ​три ​пальца. ​ ​— ​Так ​что... ​Три, ​два, ​один. ​ ​От ​взрыва ​содрогаются ​небо ​и ​земля... ​ ​— ​ДОВ-АААА-КИИН! ​ ​— ​И ​это, ​моя ​дорогая, ​кучка ​слабоумных ​стариков, ​объявляющих ​о ​твоем ​присутствии ​всему ​гребаному ​Тамриэлю. ​ ​Потому ​что, ​вряд ​ли ​же ​Алдуин ​это ​услышит, ​да? ​ ​Отличная ​работа, ​бородатые ​долбоёбы. ​ ​*** ​ ​Аурелия ​слышала ​истории ​о ​том, ​что ​норды ​бывали... ​очень ​шумными, ​особенно ​после ​битвы. ​О ​том, ​как ​они ​празднуют ​победу ​и ​отдают ​честь ​павшим, ​выпивая, ​веселясь ​и... ​избивая ​друг ​друга? ​ ​Ее ​глаза ​отвлеклись ​от ​пьяной ​драки, ​ее ​слегка ​веселило, ​что ​женщины ​подзадоривали ​голых ​и ​потных ​мужчин, ​бьющих ​друг ​друга ​по ​лицу. ​ ​Как ​только ​битва ​закончилась, ​Соратники ​устроили ​пир, ​который ​проходил ​в ​огромном ​Йоррваскре, ​причем ​главными ​звездами ​пира ​были ​стражники ​и ​воины, ​участвовавшие ​в ​битве. ​ ​И, ​надо ​признать, ​вполне ​заслуженно. ​Пусть ​они ​и ​взмахнули ​мечами ​один-два ​раза ​или ​выпустили ​всего ​пару ​стрел, ​но ​сам ​факт ​того, ​что ​они ​взяли ​в ​руки ​оружие ​и ​бросились ​сражаться ​с ​драконом, ​был ​достоин ​уважения. ​ ​После ​победы ​ярл ​прислал ​гвардейца, ​чтобы ​поблагодарить ​ее ​и ​Леонида ​за ​участие ​в ​битве, ​и ​предложил ​им ​обоим ​дом ​для ​ночного ​отдыха, ​так ​как ​мужчина ​явно ​не ​хотел ​собирать ​людей ​на ​встречу ​ночью, ​да ​еще ​после ​такой ​битвы. ​ ​Она ​чувствовала ​себя ​странно ​от ​одного ​только ​факта, ​что ​не ​против ​разделить ​дом ​с ​нежитью... ​Но ​опять ​же, ​это ​же ​Леонид. ​ ​Он ​отлучился, ​чтобы ​сменить ​одежду, ​так ​как ​после ​того, ​как ​он ​взорвал ​дракона ​и ​извалялся ​в ​его ​крови, ​от ​его ​одежды ​исходил ​сильный ​запах ​крови. ​ ​Погрузившись ​в ​размышления ​о ​своем ​странном ​спутнике, ​она ​не ​могла ​не ​почувствовать, ​что ​очень, ​очень ​рада, ​что ​пощадила ​его ​еще ​в ​Ветреном ​Пике. ​ ​Само ​его ​присутствие, ​то, ​как ​он ​привлек ​внимание ​дракона ​к ​себе, ​и ​то, ​как ​он ​сыграл ​решающую ​роль ​в ​уничтожении ​чудовища... ​Благодаря ​тому, ​что ​он ​просто ​был ​рядом, ​в ​бою ​пало ​всего ​пять ​воинов. ​ ​Конечно, ​некоторые ​получили ​неприятные ​травмы ​и ​сломанные ​кости, ​но ​нет ​ничего ​такого, ​что ​она ​не ​могла ​бы ​исправить ​с ​помощью ​своей ​магии ​восстановления ​или ​просто ​заштопать ​так, ​чтобы ​это ​было ​уже ​не ​смертельно. ​ ​Ее ​плечи ​опустились, ​а ​на ​губах ​заиграла ​тонкая ​улыбка. ​Никогда ​бы ​раньше ​она ​не ​подумала, ​что ​однажды ​будет ​смотреть ​на ​нежить ​и ​воспринимать ​ее ​как ​друга. ​ ​Как ​и ​то, ​что ​одно ​его ​присутствие ​на ​самом ​деле ​приносит ​ей ​облегчение. ​ ​И ​если ​уж ​говорить ​о ​ее ​глупом ​друге, ​то ​он ​действительно ​был ​главной ​темой ​разговоров ​этой ​ночи.