Глава 1. От 1 июля 1995 года

По стеклянным витринам Косого переулка лениво скользили лучи закатного солнца. Напротив лавки зелий стоял сверкающий мотоцикл. Внутри у одного из стеллажей Сириус Блэк с равнодушным видом перебирал флаконы, откинув со лба прядь черных волос. Кожаная куртка была расстегнута, а под ней белая майка с изрисованным портретом английской королевы. Позади него пара молодых волшебников перешептывалась и бросала на него осторожные взгляды. - Я тебе серьезно говорю, мой отец сам видел, как он одному из магглов перерезал глотку. - А моя мама говорит, что он выпустил адское пламя. - Вообще-то там был взрыв, - Сириус бесшумно подошел к ним сзади, отчего те замерли на месте. - Для него как раз нужно было пару пучков мяты. Позволите? Молодые люди медленно разошлись, уступая ему дорогу. Сириус взял связку сушеной мяты и обернулся, как раз в тот момент, когда спины волшебников испуганно сжались под мантиями и исчезли за дверью. У прилавка крупная продавщица шумно вздохнула и из-под бровей взглянула на Сириуса. - Давно вас не было видно, мистер Блэк. - Соскучились? - Вы мне покупателей пугаете. - Это чтобы не расслаблялись, - Сириус хитро улыбнулся и подмигнул ей. - Я один делаю вам месячную выручку, так что не ворчи, а работай. Продавщица опустила глаза и принялась считать и взвешивать каждый товар. Блэк бродил взглядом по сотням флаконов, стоявших позади нее. Из соседнего зала вальяжной походкой вышел Люциус Малфой. Сириус, не спеша, сунул руки в карманы, откинул голову и посмотрел на него почти ласково. - Все еще играешь в маггла, Блэк? - процедил Малфой. - Нет, всего лишь забираю твою славу, Люциус, - голос Сириуса звучал мягко, почти дружески, но сам не сводил с него пристального взгляда. - Обидно, наверное? Малфой усмехнулся, но промолчал. - Кстати, что-то тебя не видел на финале турнира трех волшебников. Хозяин вызвал? Лицо Малфоя скривилось, и он медленно опустил голову. Сириус заметил, как он сжал палочку в кармане, отчего с интересом наклонил голову и хищно улыбнулся. Продавщица прерывисто вздохнула и вслух начала считать. - Не переживай, скоро все встанет на свои места. И ты уже не убежишь. - Это угроза? - Сириус повернулся к нему. - Повтори, Люциус. Я жду. - Тридцать семь галлеонов, - тихо сказала продавщица, все это время старательно не поднимавшая голову. Сириус шагнул к Малфою вплотную, похлопал его по щеке, почти по-свойски и бросил: - Передавай привет сестренке и не смей приближаться к нему… Малфой стал еще белее, чем обычно, посмотрел ему в глаза и сделал шаг назад. Сириус медленно рассчитался и вышел на улицу. Из-за угла на него испуганно косилась все та же пара волшебников. Он протянул им связку мяты, отчего они тут же ретировались. - Это к чаю, кстати, крикнул он им вслед и весело рассмеялся. Римус уже ждал, привалившись к сиденью мотоцикла. Он одновременно курил и ел рожок клубничного мороженого. На бежевую дорожную мантию упало несколько капель. - Лунатик! Серьезно? А почему мне не взял? - Взял - в пакете упаковка целая, - зажав сигарету губами, он заклинанием стал очищать одежду. - Чем в этот раз Малфой угрожал? - Любезничал, как обычно, - Сириус натянул черные солнцезащитные очки и кинул в люльку пакет с покупками. - Поехали. Римус меланхолично оглянулся на Косой переулок, одним укусом доел рожок и с набитым ртом сказал: - Прям затишье перед бурей… - Она уже. И мотоцикл взревел.

***

Двое друзей сидели на небольшой площади Гриммо. Вокруг уже тускло зажглись фонари и летний ветер гнал по брусчатке мусор. Лишь в паре домов горел свет, в остальных же из разбитых окон зияла темнота. - Что ж так долго-то? - Сириус стоял, держа руки в карманах. - Он директор, - философски заметил Римус. - У него дела есть. - У меня тоже есть дела. - Ты полдня флаконы нюхал. Сириус устало рассмеялся и ногой остановил, подгоняемую ветром, пустую железную банку из-под пива. - Когда ты последний раз здесь был? - спросил Римус, кивнув на дом. - В день похорон матери, - Блэк смял ногой банку. - И мне были не рады. - Там настолько все плохо? - Ты даже не представляешь. Зато дерьма для нашей работы полно! И Сириус с размахом пнул железку из-под ног. Та отлетела прямо в одно из разбитых окон. Друзья переглянулись и довольно кивнули друг другу. Раздался тихий хлопок. Дамблдор в темно-синей мантии выглядел так, будто только что встал из-за своего стола в Хогвартсе. - Прошу прощения за задержку, - мягко сказал он. - Было одно неотложное дело. - Конечно, - протянул Римус. - Мы тут местной архитектурой любуемся. Дамблдор улыбнулся. - Есть новости? - спросил Сириус, пожимая руку профессору. - Пока тишина. Ты готов? - Нет. Профессор слегка ухмыльнулся и повел плечом. - Значит, пора. Все трое встали между домами 11 и 13. Сириус сосредоточенно вгляделся в стык зданий и взмахнул палочкой. Клуб пыли вырвался, и дома начали раздвигаться. Куски облицовки упали на истертые каменные ступени, и появилась черная, покрытая царапинами, дверь без замка. Блэк поднялся по крыльцу, положил руку на кольцо-молоток, сделал вдох и открыл дверь. Она со скрипом отворилась. И дом зашипел. Кто-то завизжал, так что заложило уши. Половицы застонали под ногами, а где-то наверху что-то рухнуло и затопало. Из темноты поднялась маленькая фигура и заверещала: - Воры! Воры! Госпожа! Воры в доме! - Заткнись, Кикимер! Это я! Рот эльфа шумно захлопнулся, а большие глаза сузились и настороженно уставились на Сириуса. Домовик от злости заметался на месте, но никто не обращал на него внимания. Дамблдор с интересом оглядывал коридор, а Римус застыл в проходе. - Раньше тут было чуть светлее, пожимая плечами, произнес Сириус. Люпин только покачал головой. - Я на улице подожду. И вышел. Сириус и Дамблдор остались вдвоем в окружении шипящих картин и мычащего эльфа. Профессор поднял палочку и через несколько секунд дом затих. Только портрет темноволосой женщины, висевший на входе, продолжал бормотать, подозрительно прищурившись. - Вернулся! Деньги кончились? Привел предателей крови вытирать ноги о память моих предков! Убирайся! Ты не мой сын! Я проклинаю тебя! - И тебе добрый вечер, матушка… - тихо произнес Сириус, стараясь не смотреть на Дамблдора. Один взмах палочки и женщина на портрете закрыла глаза, будто заснув. - Проходите на кухню. Газовые лампы с треском зажглись одна за другой, освещая длинный коридор. На кухне все покрылось пушистой пылью. Только маленькая протоптанная дорожка напоминала о единственном жителе этого дома. Сейчас же эльф переминался с ноги на ногу и не сводил глаз со своего почти забытого хозяина. Печи давно нечищены, а стекла в окнах были серо-коричневые от старой копоти. - Ты точно согласен? - Вы так спрашиваете, будто у нас выбор, - начал Сириус через паузу. - Я уже все обдумал и готов оставить свой комфорт. Он хитро взглянул на профессора. - Но на время. Осенью буду только заходить сюда. Дамблдор вздохнул и сверкнул глазами. - Мне нравится твой боевой настрой. Давай начинать. Сириус закрыл глаза и откинул голову. Мысленно он пробежался по всем комнатам и чуланам дома своей семьи. Вспомнил каждую дверь, окно, гобелен со своим выжженым портретом, табличку у собственной комнаты, дверной косяк, где он с братом мерил рост. Опустил голову и посмотрел Дамблдору прямо в глаза. Из его палочки появился сгусток энергии и медленно перетек к профессору. Дом на секунду будто задрожал, но тут же успокоился. - Благодарю тебя, Сириус. И мне жаль, что обстоятельства снова вынудили тебя вернуться в этот дом. - Это меньшее, что я могу сделать для нашего дела. - Будь аккуратнее и выходи отсюда почаще. Я знаю, что ты привык жить отшельником. Но, судя по всему, стены этого дома и без чужих усилий способны ранить. Сириус вздохнул, будто хотел что-то сказать, но передумал. Профессор заметил это. - Я схожу за Римусом. И Блэк остался один посреди старой и грязной комнаты дома, из которого так рвался сбежать. Вокруг были закопченные печи, грязный стол, посуда. Оглядывая все это, он думал о том, как не хотел сюда возвращаться. Но долг и надвигающаяся война все решили за него. Его рассуждения прервал старый эльф. - Предатель крови хочет жить в доме? Хочет водить сюда своих грязных друзей? Сириус опустил на него голову и, чуть морщась, холодно начал: - Именно это я и буду делать, а ты не будешь мне мешать. И будешь закрывать свой проклятый рот, когда это нужно. - Мастер Сириус сбежал и разбил сердце моей Госпожи, а теперь хочет жить здесь… - И буду. Пошел прочь, Кикимер. Эльф, продолжая бормотать что-то о чистоте крови и предательстве, залез в чулан. Через пару минут Дамблдор вернулся вместе с Римусом и несколькими сумками. Портрет вновь возмущенно закричал. Люпин, щурясь, взмахнул палочкой, и картина как будто убавила громкость. - Черт, давайте позже с ней разберемся, - задергивая портьеры, говорил Сириус под бормотания матери. Римус вошел в кухню. Вид у него был слегка ошарашенный. Он оглядывал все вокруг, оценивая - поможет ли магия тут вообще. Дамблдор же остановился у края кухонного стола и провел по нему пальцем, оставляя чистую полосу. Блэк всматривался в темноту лестничного пролета. - Думаю, наверху ситуация еще хуже. Я точно видел пару глаз. Но с этим мы разберемся. Да, Римус? - Несомненно. Повисла гнетущая тишина, от которой у Сириуса стало тяжело в груди. - Давайте подытожим. Для Ордена прекрасный вариант. Но до приезда детей здесь необходимо навести порядок. Не только в плане уборки, но и … - он широко взмахнул рукой, охватывая пространство. Профессор кивнул, а Римус продолжал потерянно бродить по кухне. -Знаете, что я всегда хотел сделать? Они подняли на него с интересом глаза, что наконец раззадорило Сириуса. Он подошел к одной из сумок и достал из нее радиоприемник. Он был лишь издалека похожим на те, что стоят в домах магглов. Сириус поставил его на стол, прокрутил пластиковое колесико и тихо, будто издалека, заиграла странная музыка. Сначала звон часов, удары, за ними не спеша гитарные риффы. Показать родителям, что такое настоящая музыка. Сириус растянулся в улыбке, откинул волосы назад и прибавил громкость. Римус заговорщически ухмыльнулся. Блэк вытянул руку в его сторону и начал качаться в ритм музыки. - И вот сейчас! Ударили барабаны, и Римус наконец узнал песню - Pink Floyd – Time. И друзья вместе запели. Дамблдор улыбнулся, глядя на них. - Есть в этом мире вещи неизменные…

8 июля 1995 г.

Спустя несколько дней особняк Блэков не изменился. Все также пах пылью, плесенью и старыми обидами. Работа в нем шла, но с каждым днем бодрость двух друзей угасала. Еще и выходки Кикимера усложняли процесс. В тот вечер после очередных воплей эльфа они наконец принялись разбирать спальню бывшей хозяйки дома. Сириус, ругаясь, избавлялся от паутины в углах, Римус сидел на корточках у книжного шкафа, разбирая пожелтевшие тома и коробки. За одной из них оказалась небольшая, покрытая плотным слоем пыли, фотография. Он провел по ней пальцем и увидел знакомые лица. - Видимо, сердце твоей матери было не настолько холодным, - сказал Римус, протирая снимок полностью. - Что? Мой испорченный портрет нашел? - Сириус отплевывался от пыли в углу. - Нет, даже удивительно… Смотри что тут. Он подошел к Блэку, и они оба уставились на фотографию. На ней юный Сириус стоял в компании своих школьных друзей на вокзале Кинг-Кросс. Слева направо: Питер, Джеймс, Сириус и Римус. Совсем юные, еще нескладные. Джеймс широко улыбался, но тут же менялся в лице. Римус неловко переминался с ноги на ногу и поднимал голову в камеру. Питер, вытаскивая руки из карманов, смущенно улыбался. А Сириус с глубоким вдохом вытягивал спину и делал серьезное лицо. За ними маячили школьники и их родители. - Мы тут какие-то приличные. - Конечно, это же для моей матери. Я помню, как мы стояли и всем было неловко от того, что мой отец рявкнул на нас. Посмотри на мое лицо. Я уже был готов драться. Это какой курс? Римус перевернул снимок. Аккуратным почерком было выведено «Сириус с друзьями, 1973». - О, как раз. Самый цвет твоего пубертата. Зато смотри кто на заднем фоне, - ткнув пальцем в рыжеволосую девочку, обнимающую родителей, продолжал Римус. На заднем фоне Лили Эванс, будущая Поттер, крепко обнимала за шею мать и отца. Сириус скользил глазами по снимку. В окно поезда высунулась Марлин Маккинон и с недовольным видом слушала полную женщину. Блэк тут же радостно воскликнул: - А это смотри кто! Неужели твоя первая любовь, Лунатик? - Да, классная она была. А это, мне кажется, или… И Римус указал на девушку с темными кудрявыми волосами, поднимающуюся в поезд. Она все время оборачивалась куда-то в сторону и смеялась. Сириус узнал ее. И кудри, и смех, и поворот головы. Той, которую он уже давно похоронил и пытался забыть. Он забрал фотографию из рук Римуса слишком быстро. - Это же…. - Я помню кто это, - отрезал Блэк. - На кой чёрт она это хранила? Если уж решилась от меня отречься, так отрекайся во всем. Еще и вы на этой фотографии. Наверное, проклятья шептала и смотрела на нас. Вот! - он с недовольным видом вскинул руку. - Слышишь? Только заговорили, и вот и она! Где-то внизу раздались недовольные вопли портрета его матери. Через секунду к ним присоединилось злое шипение домашнего эльфа. - Ребят, вы тут? Ребята! Да замолчи же ты наконец! - прорываясь сквозь шум, кричала Тонкс. - Пошли! - устало сказал Римус, и они вместе двинулись вниз. В коридоре среди коробок и мусорных пакетов стояла Тонкс. Ее палочка рассекала воздух в попытке остановить поток воплей и проклятий от портрета и Кикимера. Римус, морщась, захлопнул портьеры, и шипение от картины стало тише. - Проклятый эльф! Иди отсюда! - пренебрежительно говорил Сириус, пока домовик, сутулясь, уходил куда-то в темноту. После Блэк взмахнул палочкой, и картина наконец замолчала. Друзья выдохнули и практически синхронно отряхнулись. - И вам привет, - ухмыляясь, сказала Тонкс. - Как вы это терпите? - Боюсь, что уже не терпим, - ответил ей Сириус, пробираясь сквозь коробки и пакеты для объятий. - Ты откуда к нам? - Прям с работы. Сняла копии с нескольких досье. Сириус вопросительно на нее посмотрел. - Во имя Мерлина! - цыкнула девушка. - Тех, кто работает в Отделе Тайн. Решила занести к вам, чтобы не таскать на собрания. Смотрю, работа идет полным ходом? Пока она говорила, Сириус повернулся на друга. Римус стоял, со странным выражением лица, щелкая костяшками пальцев. Его брови поднялись наверх, а глаза были, как у щенка. «Знаю этот взгляд» пронеслось в голове у Блэка. - Да. Как видишь… Повисла неловкая тишина. - Может выпьешь с нами чаю? - поперхнувшись, начал Римус. - Или кофе? Смотря, что ты любишь… Тонкс лишь чуть повела бровью и широко улыбнулась, глядя на него. - Я бы с удовольствием, но мне, правда, пора бежать… - Все в порядке, Нимфадора, - кивнув головой, сказал Сириус. - Так и знала, что ты откажешь, Сири! - передразнивая на последнем слове, ответила она и вышла из дома. Дверь за ней захлопнулась. Сириус медленно повернулся к Римусу. - Это что сейчас было? - Что? Сириус повернулся на друга с томным выражением лица. - Смотря, что ты любишь… Римус резко вздохнул и оттолкнулся от стены. - Ой, блять! Сириус, иди к черту! И двинулся в сторону кухни. Блэк рассмеялся и пошел за ним. - Смотри у меня, - специально понижая голос, начал Сириус. - Я хороший дядя для своей племянницы! - Бедная девочка. - И не дам ей кокетничать со всякими зельеварами! - по-хулигански закинув сигарету в рот, продолжал он. - Только с оборотнями! - Ни капли сожаления… Друзья устало рассмеялись, уселись у небольшого окна и затихли. - Так вот, возвращаясь к вопросам ностальгии, тот запах в Хогсмиде… Сириус на секунду замер, а сигарета застыла в пальцах. - Это ты мне за Тонкс мстишь сейчас? - Не, ну… Может быть… Не только сам-знаешь-кто-вернулся… - Римус поднял глаза. Блэк криво ухмыльнулся. - Это не смешно. - А я и не смеюсь…  А вот, если бы да? Что бы ты делал? Сириус вздохнул и свел брови, уставившись в точку на стене. - Не знаю… Обрадовался бы… Наверное… - тут он откинулся и посмотрел прямо на друга. - Твою мать, не накаркай.

Ночь с 13 на 14 июля 1995 г.

В доме номер 12 на площади Гриммо всегда было душно. Очередной день угас. Сириус, лежавший на кровати, молча смотрел в потолок. Впереди месяц до встречи с Гарри. А значит и месяц пыльной, проклятой работы. Последние две недели они с Римусом выковыривали дом от пакостливых чар, оставленных его «любящей» матерью - прекрасное развлечение для двух одиноких мужчин. Сон не шел. С тяжёлым вздохом Сириус взмахнул палочкой, не вставая, распахнул окно. Поток свежего воздуха наполнил комнату. Хорошо, когда в воздухе пахнет табаком, ванилью и какао. И сейчас пахнет. Запах рвется сквозь пыль и сырость и заполняет пространство. Он давно его не чувствовал, хотя любил и зарывался бы в него с головой. А поднимет голову - и ее зелёные глаза сверкают, как далёкие звёзды. Прямо перед ним. Пустота из дыма и перламутра. Ее черные волосы, бездна с ярко белой трещиной, струились сквозь пальцы. Он притянул ее к себе, чувствуя под ладонью на ее спине горячую незнакомую пульсацию. - Где же ты... - вырвалось у него и голос провалился в вакуум. - Я была рядом. Просто ты не видел меня, - ее шепот прозвучал у него в самой кости. Их губы сошлись. Поцелуй был взрывом звезды. Они кружились, сплетаясь, так, что границы тел стирались. Все быстрее. Она светилась изнутри. Сначала мягко, потом - ослепительно, невыносимо. Звёзды вокруг сплавились в сияющее полотно. Хлопок. Исчезла. И неизвестный ветер уносил остатки маслянистого, горячего пепла. Он остался висеть в пустоте, сжимая в пустых ладонях жгучий холод.