Часть 3

Алиса проснулась только к вечеру следующего дня. Рядом обнаружилась Гела, она меняла мокрую тряпицу на лбу хозяйки. — Госпожа Мариям, вы очнулись, слава Богам. У вас нервная горячка уже сутки. Даже доктора вызвали, — вываливала девушка новости на Лису. — Вы кушать хотите? Кашку, бульончик, фрукты? Я сейчас принесу! Пока служанка бегала за ужином, Алиса пыталась внутренне себя проинспектировать. Чувствовала она себя странно, вроде физически всё в порядке, только небольшая слабость присутствует. А вот сознание… Его было, как будто, больше, шире. Лиса отметила, что речь Гелы она восприняла, как родную, без маленького суфлера, как это было вчера. Да и всё вокруг было теперь родным и знакомым, но и та жизнь, тот опыт — всё с ней. Копание в себе прервала служанка с подносом. Алиса почувствовала к девушке благодарность и чувство привязанности. Это были чувства Мариям, Геле было тринадцать, когда её приставили служить десятилетней маленькой госпоже. И две девчушки действительно крепко сдружились. Их связывало гораздо больше, чем отношения слуга — хозяин, как и предположила Алиса. Гела жизнь отдаст за свою госпожу. После того как насытилась, Лиса продолжила сортировать все воспоминания и переживания. Выходило вот что: королевство Ярикия, подданной которого являлась Мариям, располагалось в предгорьях и частично в горах, где ещё можно было что-то построить. Поэтому основным доходом аристократии была разработка месторождений металлов, или самоцветов. Сельскохозяйственных угодий было мало, в основном на побережье Срединного моря, которое разделяло Ярикию и соседние два королевства Аранию и Святогорию. Горы назывались Непроходимыми, и что находится за ними, никто не знал. Исследователи, затеявшие экспедицию через горы, не возвращались. Мариям вторая дочь князя Ридана, магически одарённая. Детство, до тринадцати лет, провела в родовом поместье. Росла беззаботным ребёнком, немного шилопопая, она купалась в любви и обожании родителей. В тринадцать отправилась учиться в магическую школу. Это стоило дорого, но их семья не бедствовала, имея на своих землях богатое месторождение самоцветов, добыча которых приносила хороший доход. Камни шли на изготовление артефактов, их кристаллическая структура легко менялась, и удерживала необходимые свойства. Нагревающие, или наоборот, охлаждающие, освещение и другие бытовые артефакты, всё это делалось из камней, добытых в их княжестве. В шестнадцать лет Мариям впервые вышла в свет. Это был осенний бал дебютанток. Как и обещал отец, девушка выделялась на фоне остальных молоденьких прелестниц, от кавалеров отбоя не было. А ещё через год, на таком же осеннем балу Боджидар покорил девичье сердечко. Она тоже ему понравилась, и молодой король сосватал дочь князя Ридана, решив, что это достойная партия. Полтора года помолвки закончились традиционно весной магическим брачным ритуалом в храме Богини любви Орсаты. После чего молодые выехали в летнюю резиденцию на берег моря. Супруг занимался делами государства, иногда выезжая на охоту в лесные угодья, свободное время уделяя молодой супруге. На воспоминаниях о ночах с мужем, Алисе захотелось поматериться. Муженёк, как его там, Далжебоженькадар, лаской Мариям не баловал, заботился только о своём наслаждении. Толком не возбудив девушку, брал её, причиняя больше неудобства и боли, а кончив, отправлялся спать, даже не поинтересовавшись самочувствием супруги. При всём этом она же чувствовала за собой вину, что не может удовлетворить любимого супруга, считала себя обязанной терпеть такое отношение. Сейчас же воспоминания были общие, и Мариям теперь, зная, как бывает в постели хорошо с чутким любовником, чувствовала сильную обиду. Последнее воспоминание — ритуал обращения к высшим силам. Это был родовой секрет, передаваемый из поколения в поколение. Семейное придание говорило, что помощь можно просить только в случае крайней нужды, а ещё обязательным условием было наличие магического дара. Проведя воззвание, Мариям оказалась в белом тумане, она звала и просила, и тогда из белого марева вышла рыжая девушка и обняла её. На этом воспоминания обрываются, утром проснулась уже Алиса. Сама Лиса, кстати, не помнила ни тумана, ни плачущую Мариям. Зато она хорошо помнила всю свою жизнь. Родители девочки были учёными и жили в небольшом академгородке. Когда Алисе было пять лет, их семья, как и многие другие в ту ночь, подверглись нападению фанатиков. Радикальная оппозиция, прознав про генетические эксперименты над детьми, добивалась закрытия проектов и уничтожения всех образцов. Причастность к нападениям они не подтверждали, но и не отрицали. А тем временем были убиты десятки семей, родители защищали своих детей, как могли. Некоторых удалось увезти в безопасное место, другие погибли. Алисе повезло, её и еще пятерых ребятишек вывезла соседка. Тогда из-за этого инцидента разгорелся нешуточный скандал, чуть не переросший в гражданскую войну. Правительству еле удалось остановить беспорядки, наложив мораторий на эксперименты. Оппозиция требовала уничтожения образцов, но было принято решение о стерилизации детей, которое устроило обе стороны. Взрослела Алиса в детском доме, созданном специально для спасшихся ребятишек. Самое обидное, что скандал был раздут страшными байками, про суперсилы, не убиваемых солдат, и созданных в лаборатории чудовищ, а на самом деле генетические вмешательства были минимальны. Некоторые ребятишки обладали более крепким иммунитетом, другие — чуть ускоренной регенерацией. Алиса и ещё пара девчонок, повышенной работоспособностью: они практически не уставали и для сна им хватало пары часов. Их детский дом курировало правительство, не желая выпускать из поля зрения уникальных детей. Лет в четырнадцать, Алису стали готовить к службе в силовых госструктурах. А позже " Контора " забрала к себе перспективного агента. Лиса была довольна своей жизнью, адреналин и чувство хорошо сделанной работы окрыляло, заставляя стараться на благо родины ещё больше. Личные отношения с такой работой, естественно, строить было опасно, но в любовниках недостатка девушка не знала, и её это вполне устраивало. Закончилось всё засыпанием вечером с головной болью. Сейчас Алиса как бы не старалась разделить две личности, сохраняя свой суверенитет, это не получалось. Девушка чувствовала, как с каждой минутой она и Мариям становятся одним целым, неразделимым сознанием. Лиса была старше, жизненного опыта у неё было больше, только поэтому новая личность чувствовала себя Алисой чуть в большей степени. В дверях появилась Гела. — Госпожа, вечер поздний, уже пора ложиться спать, вам помочь принять ванну? — Нет, Гела, принеси-ка мне перекусить, что-то я голодна, а потом ложись спать сама. Я позже лягу, — девушка не чувствовала сонливости, это обычное состояние Алисы, спать она ляжет часов в пять утра, и этого ей хватит. А ночь можно будет провести более продуктивно. Ситуацию со ссылкой необходимо было обдумать. После перекуса, испросив у Гелы бумагу и писчие принадлежности, Алиса-Мариям начала строить планы. «Во-первых: нужно узнать, кто организовал подставу с изменой. Врагов оставлять за спиной не годится. Перед тем, как попасть в чужую постель Мариям отдыхала в саду, в беседке. К ней присоединилась дочь советника по торговым делам Адели. Она, ссылаясь на жаркую погоду принесла лимонад, который королевна с удовольствием пила. Итак: подозреваемая определена, нужно собирать информацию в этом направлении. Во-вторых: источник финансирования. Тут есть вариант с изготовлением и продажей артефактов. Нужно только связаться с отцом, чтобы он пересылал камни. Но супруг, будь он трижды благословленный, забрал кольцо связи. Необходимо: найти хоть один кристал хрусталита и попробовать настроить на браслет отца. Готовые артефакты сбывать будет Гела, ей выход в город не запрещён. В-третьих: дождаться рождения ребёнка, оставить его р̶о̶г̶о̶н̶о̶с̶н̶о̶м̶у̶, эмм, венценосному папаше, а самой отправиться на все четыре стороны.» Алиса давно смирившаяся с мыслью о том, что детей у неё никогда не будет, отнеслась к будущему малышу, как к лишнему балласту. Маленьких детей она не любила, и не представляла, что с ними делать. Но со стороны Мариям пришли горестные эмоции, она очень хотела ребёнка, и идея расставания с родной кровиночкой причиняла боль. Лиса осознала, что действовать теперь придется с поправкой на чувствительную половину. Конечно, она может сейчас своей волей продавить Мариям, но потом страдать от тоски они будут вместе, а это помешает ещё больше, чем малыш. «Хорошо, хочешь забрать спиногрыза, заберём, — раньше Алиса не вела беседы сама с собой. Теперь внутренний диалог, видимо, будет обычным течением мыслей. «Тогда уходить надо месяца за три до родов. Ещё не так тяжело, но и для подготовки побега времени хватит. Резюмируем: добыть хрусталит, карты местности, особенно дорог, проинструктировать Гелу насчёт сплетен (пусть послушает, слуги обычно любят хозяевам косточки перемыть).» «А, чуть не забыла, — девушка оглядела своё тело. — Привести бы его надо в лучшую физическую форму. Ой да не наврежу я мелкому, угомонись. Есть щадящие упражнения.» Всё-таки это были странные ощущения, внезапно вспыхивающие эмоции в ответ на собственные мысли. За черчением схем и планов незаметно прошла ночь. В шесть утра было пора ложиться спать, что девушка с удовольствием и сделала.