Глава 10. Жребий брошен

На ужине за главный стол снова сели только Таргариены. И снова Бейлор мог наблюдать за счастливо болтающей ногами Рейнирой, лакомящейся сладостями, ухаживать за своей женой, видеть довольство жизнью на лице у брата — Деймон оставил доспехи в зале малого совета и в большой зал вышел уже в поддоспешнике, чтобы было удобнее сидеть и есть.        Рейнис, впрочем, времени за главным столом провела совсем немного, затем куда-то исчезла, но после вернулась, когда публика в зале уже подкрепилась. Бейлор с любопытством наблюдал за тем, как она в сопровождении великого мейстера деловито обошла все длинные столы, и вскоре на свободном пространстве перед главным столом выстроилась группа очень разных людей, а остальные гости в зале прекратили пить вино и навострили уши.        — Мы практически готовы кинуть жребий и определить порядок встреч с вами, ваше величество, — с достоинством объявила Рейнис.        — Это прекрасно, леди-десница. Вручите этот выбор в руки богов!        — Интересно, что же мне выпадет? — забормотали вызванные лорды.        — Нет, интересно, что выпадет мне!..        Бейлор видел на их лицах азарт. Даже такую простую вещь, как распределение дней, лорды приняли за развлечение, и кое-кто из них уже даже потирал руки.        — Великий мейстер, вам слово, — кивнула Меллосу Рейнис.        — Что ж, по приказу нашего короля я подготовил небольшие дощечки с цифрами от одного до девяти, — его помощник продемонстрировал широкую доску, на которой лежали маленькие дощечки с крупными цифрами. — Можете убедиться, что их здесь ровно девять, милорды и леди-десница, без пропусков и повторов.        Многие из лордов всерьёз решили это проверить и одобрительно покивали.        — Да, всё так…        — Ровно девять, мы видим…        — Хорошо. А вот в моих руках пустой мешок, — Меллос поднял его за уголок вверх и потряс отверстием вниз, показывая, что в нём ничего быть не могло. — Убедитесь, что он пуст.        — Да пустой он! Сразу же видно…        — Точно! Вытаскивать уже давайте!        После этого Меллос неторопливо открыл мешок и с помощью слуги ссыпал в него все дощечки, а затем кивнул Рейнис.        — С моей стороны всё готово, леди-десница.        — Благодарю вас, великий мейстер, — Рейнис встала поудобнее и повысила голос, чтобы было хорошо слышно всем: — Здесь девять дощечек, которые будут пробовать вытянуть восемь представителей разных земель. Последний, девятый, по указанию нашего короля, останется Королевским землям. Мы будем их вытягивать в порядке от самого старшего из присутствующих к самому молодому, и потому я попрошу сперва каждого из вас назвать свой возраст. Самыми старшими я вижу Хранителя Севера, лорда Элларда Старка, и лорда Гровера Талли, представляющего Речные земли. Но кто из вас старше, милорды?        Два солидных седовласых лорда переглянулись.        — Я в этом году уже справил свой шестьдесят восьмой день рождения, леди-десница, — громко произнёс лорд Эллард под уважительный гул вокруг.        — Обошёл меня, значит! — недовольно воскликнул лорд Гровер. — Мне пока только шестьдесят и семь.        — Да, лорд Гровер, в сравнении со мной вы совсем юны. Расти вам ещё и расти! — с улыбкой покивал лорд Эллард, и Гровер усмехнулся ему в ответ.        — Очень хорошо, первого и второго мы определили, — кивнула им обоим Рейнис. — Третьим тянуть очевидно будет лорд Боремунд Баратеон от Штормовых земель.        — Да уж очевиднее некуда, принцесса! — фыркнул тот. — Мне всего-то полсотни в прошлом году стукнуло!..        Его голос прозвучал пренебрежительно, и Бейлору не понравилось такое отношение к Рейнис. Да и смотрел лорд Боремунд на неё недобро, как на выскочку или кого-то подобного. Возможно — завидовал её должности десницы.        «Надо будет мне к нему присмотреться…»        Рейнис, впрочем, надолго перед своим родичем не задержалась и повернулась к трём лордам примерно схожего возраста.        — Лорд Таймонд Ланнистер представляет здесь Запад, лорд Маттос Тирелл представляет Простор. Кто из вас старше, милорды?        — Увы, леди-десница… — с наигранной тоской протянул лорд Маттос. — Мы тут только что выяснили, что всего на какой-то годик лорд Таймонд старше меня! Ему сорок три, а мне едва стало сорок два…        — Да, я старше, — задрал нос лорд Таймонд. — И год — это порядком времени.        — Да кто ж спорит-то?.. — трагически покивал Маттос, затем выдержал паузу и язвительно добавил: — Но моя свита на Великом совете все равно была больше твоей!        Публика расхохоталась и одобрительно загудела. Лорд Таймонд гневно засопел так, что стало слышно и Бейлору.        — Посмотрим, какой номер тебе ещё выпадет! — попытался отыграться Таймонд. — Жребием-то управляют боги. Они могут благоволить мне.        — Да посмотрим, конечно… — легко пожал плечами довольный реакцией других Маттос. — Отчего же не посмотреть, верно, леди-десница?        — Верно, лорд Маттос. Лорд Йорберт Ройс, вы здесь представляете Долину, и, насколько я помню, вы старше и лорда Таймонда, и лорда Маттоса?        — И правда старше, леди-десница. Мне сорок пять. Вот только я всего лишь лорд-протектор, Долина у нас в управлении леди Джейн Аррен, а ей пока только девять. Так что будет справедливо, если я вытяну номер последним.        — Как вам угодно, лорд Йорберт. Лорд Бейлон Грейджой, вы у нас прибыли с Железных островов.        — Верно, леди-десница, — кивнул высокий и очень крепкий молодой мужчина. — И мне двадцать девять, так что я буду следом за лордом Простора. Дорниец-то, как я вижу, меня всё же помладше будет, да, принц? — обратился он к стройному, хорошо сложенному парню с тёмными волосами и оливковой кожей, одетому в жёлтый наряд.        — Я и правда вас младше, лорд Бейлон, — спокойно подтвердил тот. — Мне ещё только шестнадцать. Но я не принц, я брат принца Дорана Мартелла, сир Квентин Мартелл.        Бейлор, услышав это, скользнул взглядом по дорнийской группе из полутора десятка человек в дальней части зала — там принца Дорана тоже явно не было, в жёлтом сидела ещё лишь темноволосая девочка лет десяти рядом с очень гордой и зрелой дамой, одетой в лиловое платье.        Затем он внимательно посмотрел на младшего брата принца.        — Значит, Дорн на мою коронацию прибыли представлять вы, сир Квентин? — негромко уточнил он, и все голоса в зале резко стихли.        Другие лорды быстро расступились, чтобы дорниец оказался прямо перед королём, и Квентин постарался расправить плечи в небольшом волнении. Впрочем, его можно было понять: без этой жеребьёвки и задумки со встречами вряд ли кто-то бы вообще обратил внимание, что от Дорна нет его правителя. С другой стороны, Бейлор прекрасно знал, что на этом этапе истории Дорн считал себя совершенно независимым, власть Таргариенов над собой не признавал, как бы там ни хотелось самим Таргариенам со времён Эйгона-Завоевателя, и ожидать его принца на коронации строго говоря не приходилось: этот шаг бы восприняли в самом Дорне как подчинение воле Железного трона и предательство интересов Дорна.        Но и совсем игнорировать коронацию Визериса Таргариена дорнийцы не стали — это тоже могло напомнить всем о непокорённости Дорна, привлечь нежелательное внимание драконов, и к тому же так бы они не смогли сами взглянуть на нового короля — вон, из вольных городов тоже прибыли небольшие группы людей на него взглянуть, принц Пентоса даже присутствовал, правда, они попросить день встречи для себя не решились (а то бы тоже получили, безусловно). Дорнийцы же отправили в Королевскую гавань небольшую делегацию, добавили в неё даже двух Мартеллов — брата правителя и, вероятнее всего, либо его племянницу, либо дочку, но сам принц, конечно же, остался в Солнечном копье.        — Да, ваша милость, — твёрдо ответил сир Квентин. — Дело в том, что совсем недавно скончалась наша с Дораном матушка, принцесса Мара Мартелл, и правление перешло к моему брату. Он всего на год старше вас. И он пока только начал разбираться с делами, так что… — Квентин сглотнул. — Дорн не мог оставить коронацию без внимания, поэтому принц Доран отправил на неё меня, своего единственного брата. Он очень доверяет мне и знает, что я хорошо понимаю интересы наших земель.        Квентин окончательно замолчал. В большом зале снова стало очень тихо и напряжённо — Бейлор кожей ощущал это всеобщее ожидание его ответа, лорды жаждали увидеть, как молодой король примет это объяснение и примет ли вообще? Потому что от любого другого королевства на коронации, безусловно, ожидался главный взрослый человек в нём, и большинство лордов Семи королевств это устроили.        А вот Дорн… Независимый и несгибаемый...        Можно, конечно, было проявить строгость к этому молодому сиру Квентину, как-то надавить, быть может — зацепиться за отсутствие принца как за повод вновь заявить о желании Таргариенов покорить однажды их земли. Это могло вызвать симпатии у тех лордов, которые высоко ценят силу или страдают от дорнийских набегов на границах. Таких, как лорд Боремунд Баратеон, например, — у него выражение лица уже сейчас стало предвкушающим.        Вот только Бейлор сам в своей первой жизни был наполовину дорнийцем, горячо любил свою матушку — Мирию Мартелл, помнил, что Мартеллы преклонили колено только перед его отцом — Дейроном Добрым, когда это сделал принц Марон на свадьбе с сестрой Дейрона, произнеся вассальную клятву Железному трону... К тому же Квентин своими интонациями и поведением очень напомнил ему старшего сына Валарра. И внешне между ними что-то общее наблюдалось тоже — в линии челюсти, например...        «У богов занятное чувство юмора, раз сюда сегодня вышел именно такой парень… — мысленно хмыкнул Бейлор. — Но можно было обойтись и без этого сходства: я и сам знаю, что мне нужен мирный, лояльный Дорн, чтобы он признал над собой власть Железного трона».        Поймав настороженный взгляд сира Квентина исподлобья, Бейлор сказал:        — Я скорблю о вашей с братом утрате, сир Квентин. Не сомневаюсь, что смерть принцессы Мары — это серьёзная потеря для всего Дорна.        — Так и есть, ваша милость, — сдавленным голосом ответил Квентин. — Спасибо.        — Кто ещё прибыл с вами от вашего Дома? Я вижу за столом юную леди.        — О, — Квентин быстро оглянулся, девочка в жёлтом тут же встала и изящно поклонилась. — Это моя младшая сестра… Вернее, не так! Это дочь моего брата, принца Дорана, принцесса Алирия Мартелл. Десять лет назад леди Дианна из Дома Дейнов подарила моему брату близнецов: Кворена и Алирию. Алирия очень хотела увидеть вашу коронацию, так что прибыла сюда вместе со мной-защитником и своей бабушкой — вдовой лорда Дейна, леди Дерией Дейн.        Сидевшая рядом с Алирией солидная дама в лиловом платье привстала и тоже учтиво поклонилась, сказав:        — Ваша милость.        — Почему вы назвали свою племянницу сестрой, сир Квентин? — полюбопытствовал Бейлор.        — У нас… не очень большая разница в возрасте, всего шесть лет, и как-то с её рождения мы настолько сдружились, что она ещё маленькая стала называть меня своим старшим братом. Очень упрямо. А потом я махнул на это рукой, и нас братом и сестрой стали считать и все остальные.        Алирия на это гордо задрала нос, и у Бейлора возникло впечатление, что она с трудом удержалась от того, чтобы показать своему брату-дяде язык.        — Упрямая… Как интересно… — пробормотала Рейнира.        Бейлор быстро взглянул на дочь — та смотрела на Алирию с заинтересованно-хищническим выражением лица и под столом комкала ткань своего платья.        С другой стороны, дорнийцы и так получили уже много времени, а жеребьевка ещё даже не началась, так что Бейлор сказал:        — Я вас понял, сир Квентин. Буду рад лично убедиться в вашем «хорошем», как вы сказали, понимании интересов дорнийских земель на встрече в ваш день. Леди-десница, принцу Дорану Мартеллу, как мы выяснили, сейчас двадцать семь, поэтому сир Квентин вытянет жребий после лорда Бейлона с Железных островов и перед лордом Йорбертом Ройсом. В итоге общий порядок теперь всем ясен. Начнём с Севера.        — Да, мой король, — кивнула Рейнис, повернулась к Меллосу, а уже тот подошёл с мешочком к Элларду Старку.        — Милорд?        — Сейчас узнаем! — лорд Эллард сунул руку в мешок.        Публика вокруг затаила дыхание, следя за ним, а вот Бейлор задержал взгляд на дорнийском парне и потому увидел, как тот тихо выдохнул и украдкой стёр пот со лба. Всё-таки разговор с королём дался ему нелегко, хотя и впечатление этот сир Квентин в итоге произвёл хорошее. Вероятно, потому, что в нём не было заносчивости — даже такой, как у его племянницы-сестрёнки. Зато имелись внутреннее спокойствие и кое-какая рассудительность, так что Бейлор в принципе понял, почему Доран выбрал главой делегации именно его.        «…С другой стороны, вряд ли Квентина на эту роль вообще выбирали, — пришло в голову ему. — И его общение со мной в Дорне не планировалось: он, скорее всего, уже здесь решил воспользоваться шансом получить день для Дорна, возможно — обсудить со мной общие торговые дела... Нет, судя по всему, посмотреть коронацию изначально захотела именно Алирия Мартелл, её отец в одиночку ребёнка отправлять не стал и привлёк своего брата на роль защитника для дочки, ну а мать жены Дорана из Дома Дейн вызвалась присмотреть за молодёжью. Так они и оказались здесь втроём. И хорошо! Двое Мартеллов в Красном замке — это немало с учётом нынешних времён…»        Квентин всё-таки заметил, что за ним наблюдают, встретился взглядом с Бейлором и слегка поёжился. А потом и вовсе сделал вид, что очень хочет выяснить, какой там номер на дощечке у Старка.        Бейлор, хмыкнув на это, обнаружил, что за ним самим всё это время бесшумно наблюдал Деймон и поймал его подозрительный взгляд, а потом Деймон и вовсе склонился к нему и очень тихо шепнул на ухо:        — Слишком любезно для мальчишки, чей независимый брат не явился сюда, Визерис. Пожалел, понимаю. Но всё же.        — Номер пять! — между тем громко объявил лорд Эллард. — Ровно середина!        Ему дружно зааплодировали все северяне в зале и некоторые другие гости. Бейлор присоединился к аплодисментам, уважительно кивнул Элларду, а затем на грани слышимости ответил Деймону:        — Я могу объяснить тебе и свою любезность, и свою жалость в любое время. Подходи, если интересно.        Деймон на это сильно наморщил лоб, сузив глаза, затем выдержал паузу и в итоге кивнул:        — Вот теперь стало интересно.        — Следующим тянет жребий лорд Гровер Талли, — объявила Рейнис. — Прошу вас, лорд Гровер.        — А ну-ка… — этот старик в отличие от своего предшественника долго руку в мешке не держал и продемонстрировал всем дощечку. — Ха! А у меня третий номер! Так что возраст ещё совсем не главное, лорд Эллард, — довольно изрёк он.        — Боги знают, что и для кого главное, лорд Гровер. Я доволен своим серединным днём.        Дощечки они оба отдали помощнику мейстера и пожали друг другу руки.        — Ваша очередь, лорд Боремунд.        — Да уж помню, что теперь моя, родственница, — пробасил Боремунд. — Посмотрим…        Бейлору внезапно очень сильно захотелось, чтобы этому Баратеону досталось не слишком удачное число, — как ответ на его неуместно снисходительное отношение к Рейнис. И… на табличке оказалось число «6»!        — Шестой? Нет, я должен быть раньше! Я что же, после Севера? — возмутился Боремунд под довольные усмешки северян. — Это нечестно! Дайте мне вытянуть ещё раз! Ну же!        Но его оттеснили в сторону лорд Эллард и лорд Гровер.        — Боги выразили свою волю, лорд Боремунд, — с тщательно скрываемым злорадством отозвалась на его вопли Рейнис. — Будем уважать её.        Она оглянулась на главный стол, и Бейлор с Деймоном, не сговариваясь, одновременно кивнули ей. Кажется, это придало ей ещё сил.        — Следующий у нас лорд Таймонд Ланнистер.        Представитель львиного Дома ворошил рукой в мешке недолго и показал цифру «8».        — О! Даже позже, чем я! — оживился лорд Боремунд. — Печально, лорд Таймонд. Печально!        — Я уверен, что как раз наоборот, — высокомерно ответил Таймонд, демонстративно стряхнув соринку со своего рукава. — Мой день — предпоследний, милорды. А чем ближе к концу встреч, тем лучше нас запомнит наш король. Так что я очень доволен.        — О-о-о… — в задумчивости протянули остальные, для которых это была новая мысль.        — Тянем дальше. Лорд Маттос Тирелл, какой день ваш?        — Сейчас, леди-десница… — деловито отозвался Маттос, уже вовсю ощупывая содержимое мешка. — О! Второй! — показал всем табличку он. — Нет, что бы кто ни говорил, а я рад, что Простор будет практически в самом начале, пока вы ещё не утомили нашего короля своей тоскливой болтовнёй.        — Что?! — тут же вызверился на него лорд Таймонд. — Это у кого тут ещё она тоскливая?        — Милорды, прошу, осталось немного. Тяните вы, лорд Бейлон.        Бейлон Грейджой молча вытащил дощечку с седьмым номером и осмотрел с обеих сторон.        — Сойдёт, — кратко отреагировал он на цифру и ушёл к своему столу.        Маттос и Таймонд продолжали жарко спорить. Меллос же с невозмутимым видом подошёл с мешком к Квентину.        — Очередь Дорна, сир Квентин. Пусть и всего три номера осталось, но важных.        — Вы правы, великий мейстер, — Квентин быстро вытащил свою дощечку. — И мой из них — четвёртый.        — Хорошее число, сир Квентин, — кивнула ему Рейнис. — Почти середина.        — Я тоже считаю, что оно неплохое, леди-десница, — вежливо ответил ей Квентин и тихо ушёл к дальнему столу.        — Ну и остались вы, лорд Йорберт. И это особенно интересно: какой номер из двух достанется Долине? Первый или последний?        — Вот это выбор! — воскликнул лорд Эллард, и даже Маттос с Таймондом спорить перестали. — Вот это интрига! Какой же регион будет первым? Долина или Королевские земли? Королевские земли или Долина?..        Лорд Йорберт решительно сунул руку в мешок. Публика вновь затаила дыхание, часть людей привстала со своих мест и вытянула шеи, чтобы ничего не пропустить. В зале стало чрезвычайно тихо, когда…        — Первый! — неверяще выдохнул Йорберт и широко улыбнулся, уже показывая свою цифру всем. — Смотрите все! Долина будет первой! Сами боги так решили!        Народ в зале оживлённо загомонил, зааплодировал, послышались поздравления лорду Йорберту. Пара человек громко сказали:        — Да это и справедливо!        — Точно! Королева оттуда же!..        Участники жеребьёвки принялись расходиться к своим местам за накрытыми столами и уже там делиться впечатлениями с остальными.        Бейлор подумал, что есть некая высшая справедливость и в первом номере у Долины, и в том, чтобы заканчивать эту серию встреч разговором именно с лордами Королевских земель — им остался девятый номер, и поблагодарил Рейнис и великого мейстера за определившийся порядок встреч.