Часть 2. Роли меняются

Жизнь в небольшой квартирке большого и казалось бы шумного города, оказалась не такой уж и плохой. Под боком лежит тот самый известный и популярный супергерой Шторм, оказавшийся милым, домашним, и таким же извращённым пареньком, как и сама девушка. Так в очередной вечер парочка устроилась на диванчике, том самом, где познакомились в первый раз. Каждый устал, после тёплого душа, с лёгким светом от не менее старенького телевизора впереди. Очень даже уютно, так спокойно, что парочка вздыхает с облегчением. Они переглядываются, кривляясь лицом, как любая обычная парочка в отношениях, дразня и щипая партнёра в игривой манере. Но в остальном, Ник продолжал лежать на мягких бёдрах Трис, наслаждаясь теплом, приятной усталостью после рабочего дня и умиротворением. Хотя, одного шального взгляда стало достаточно, чтобы подтолкнуть паренька к ехидному выражению лица. А вместе с тем и подначить распустить руки. Пальцы проползлись по старенькой обивке дивана, подкрадываясь к мягким бёдрам и ягодицам девушки, мягко обволакивая, сжимая не сильно, а игриво. Так, как она любила, так, как заводило эту маленькую извращенец сталкершу. Но в этот раз реакция не была шальной или весёлой, нет. Герой получил звонкий шлепок по руками и надутые в обиде губы. – Нет, я не хочу. Ты всегда ведёшь, дразнишь меня всякими своими штучками, способностями, а я ничего не могу сделать,– Трис посмотрела на молодого человека сверху вниз, сжимая руки на груди и упрямо отводя взгляд к коврику под своими ногами,– У меня всегда такое ощущение, что я ничего не контролирую, это нечестно!– Заявила в итоге та, переводя взгляд обратно к лицу Ника. В этих глазах читалась настоящая обида, желание и печаль. Герой ведь даже не задумывался о разнице сил, о том, что он легко может ускользнуть от пассии, а сама Трис от него – нет. И что в постели зачастую ведёт правда именно парень, что он неосознанно забирал главенство, желая чтобы девушка получала удовольствие и просто расслабилась. Ему не приходило в голову, что всё может выглядеть иначе со стороны простой девушки без сил. Видимо, несмотря на любовь к бондажу и дразнениям, Нику стоит задуматься над изменениями в ситуации. Он задумался, поднялся с мягких бёдер и не садясь, тут же выпрямился. – Сейчас посмотрю, что можно с этим сделать. Какая ты оказывается у меня доминантная,– Шагая в сторону шкафов, парень бросает через плечо и это звучит как настоящий комплимент. Особенно с подмигиванием, шутливым виянием зада. А Трис, оставшись позади, лишь заинтересованно подняла бровь. Конечно, ей было обидно, но как можно обижаться на эту весёлую мордашку? Особенно раз он собрался придумать что-нибудь для решения проблемы? Скрывая своё нетерпение Трис сжала руки на груди плотнее, ёрзая и стараясь не улыбаться слишком сильно. Чтобы герой ничего не понял раньше времени, а то начнётся очередная игра и шутки! Ник некоторое время рылся в шкафчиках, тумбах, даже в своём фирменном сундучке, явно не подходящем к атмосфере комнаты. И на дне того самого сундучка он нашёл то, что искал. – Вот. Сегодня тогда ты веди,– Он поколебался, протягивая в своих руках громоздкие наручники. Не те, что используют полицейские, а крупнее, тяжелее, оковы толще, да и крепления находятся как на запястьях, так и чуть выше локтей. Вся конструкция связана между собой металлическим прутом, что не позволит выбраться и освободить руки из-за спины. И предвещая ответ о том, что простую железку герой мог бы легко сломать и выбраться с помощью собственных сил, Ник добавил,– Блокирует суперсилы, так что не переживай, я весь в твоём распоряжении,– Наручники отлетели на диван, сразу же привлекая внимание девушки. А Ник уже стягивал с себя домашнюю футболку, поворачиваясь к Трис спиной, складывая руки так, чтобы легко закрепить ограничители. То, что наручники предположительно использовались только на злодеях, и что вещичка довольно опасная как для героя, так и для его доверия, парень уточнять не стал. – О-хо-хо, я так и знала, что у тебя есть любовь к таким вещам,– Заговорчески отозвалась Трис из-за его спины, она мурлыкала от удовольствия, от власти. Но перед началом обязательно проверит насколько правдивы эти байки про ограничение сил! Юноше даже сомневаться не стоит, журналистка обязательно перепроверяет источники. Металл щёлкает на запястьях, выше локтей, сводя лопатки молодого героя вместе. Материал холодит горячую кожу и Ник уже ощущал толику беспомощности. В таком состоянии он не смог бы дать отпор или даже как-то защититься, да что уж, бежать в таком положении было неудобно. И всё же, без сил, уязвимый, он прикусил губу в нетерпении, признавая про себя, что пожалуй наслаждается своим положением даже слишком сильно. – Ну готовься, великий герой Шторм, сейчас тебя атакуют!– Позади послышался смех Трис, одним движением за крепление наручников она притянула парня назад, роняя его на диван. А секундой позже, притянула стопу беспомощной жертвы, начиная щекотать мягкую часть лодыжки, усиливая давление и делая почти больно, заставляя парня извиваться и смеяться как раненного зверя. – Бвахаха прекрати-прекрати так не честно!– Надрывался от смеха герой, извиваясь как неуклюжий червяк, стараясь вырвать ногу из ловких пальцев девушки. А глядя на такого Ника, девушка чувствовала новую подпитку и желание продолжать. – О нет, а то что? Остановишь меня своими силами?– Одна рука всё ещё щекотала мягкую стопу, пока Трис навалилась на парня всем своим телом, чтобы добраться до его уязвимых боков и защекотать и их. У неё это получилось, хотя в конце концов они рухнули с дивана, переплетаясь в один сплошной комок, задыхаясь от смеха и от усилий. Всё это время Ник беспомощно надрывался от смеха, дёргаясь, вздрагивая и извиваясь. Давно он не ощущал такого, чего-то равного и эффективного в свою сторону. Последний раз задорно хрюкнув носом, он вздохнул, уточняя. – Довольна?– Улыбка сама растекалась по его губам, такая пьяная, родная и влюблённая, глядя на свою девушку с восхищением. Трис, не менее растрёпанная и покрасневшая, ухмыльнулась хитрее. – Конечно довольна!– Она убедилась в собственном всевластии убедилась, что герой не сможет выбраться из ловушки даже если правда этого захочет. И от этой власти дьявольская сторона тихонько, но настойчиво дёрнула пару ниточек. Осознание, идея, желание, и хитрая, такая скользкая ухмылочка стала ещё шире на мягких губах. Одним движением Ника поднимают, усаживая перед диваном, так, чтобы спина упиралась в седушку, но сам парень оставался на полу. В то время как сама Трис возвышалась над ним. Домашняя красавица превращалась в зловещую фурию. С мокрыми от возбуждения трусами, с домашним, неказистым топиком, а всё равно, душа паренька убегала в пятки, от желания, от непонимания, что с ним будут делать дальше. – Какой же ты дурачок, наконец-то у меня получилось,– Девушка легко выскользнула из нижнего белья, оставляя влажную, капающую смазкой промежность свободной, наклоняясь ещё ближе к партнёру, но выглядя отнюдь не добро. А хитро, злобно,– Ты правда поверил, что я люблю тебя? Я так долго ждала и мечтала об этом моменте,– Изящно склоняясь вниз, эти нежные пальчики обхватывали лицо молодого человека, ласково поглаживая его скулы, обводя контр губ, а колени Трис всё сильнее упирались в края дивана,– Такой жалкий, такой уязвимый. Сфотографировать тебя, выложить в сеть, отдать в редакцию и конец твоей карьере,– По мере того, как взгляд Ника становился всё шире от испуга, наполняясь настоящим отчаяньем и страхом, Ирис продолжала наседать, игриво подводя эти щенячьи напуганные глазки,– Постарайся, постарайся. Будь хорошим рабом, до конца своих дней и я подумаю над тем, чтобы не портить твою репутацию. Давай, покажи язычок, я же знаю как ты хорош в работе с ним,– И ведь парень не мог ничего сказать. Слова остались где-то глубоко в горле, проглоченные с комом страха, ужаса. «Ты же шутишь?» Так и осталось в голове, «скажи, что ты шутишь», так и читалось в светлых глазах со слезами. А следом за ужасом пришёл и гнев, чувство предательства. Вместе с тем блондина притянули за волосы, направляя и зажимая его голову между бёдер, накручивая мягкие прядки себе на пальцы, не оставляя выбора кроме как облизать и занырнуть в пучину пряного возбуждения. – Я не буду тебе лизать!– Отворачивая лицо в сторону, противясь, да извиваясь вновь, пытаясь подняться на ноги или отползти, наконец возразил Ник. Он не хотел драться или вредить девушке, пускай она и оказалась предателем! Пускай это всё было ложью, но он герой и до сих пор любит её. – Будешь,– Констатирует факт Трис, роняя блондина на пол. Без лишней жестокости, но и не мягко. Она немного отвлеклась, отходя к уже знакомому сундуку, легко находя то, что искала. А Ник дрожит и пытается перевернуться на живот, к тому моменту, как его соски оказываются в зажимах, а на основании члена крепкое кольцо. Всё эластичное, подвижное, но давящее и плотное. – Больно же! Сними их!– Застонал герой, как только зажимы вцепились в бусины сосков. Мало того, так еще и все три аксессуара оказались связаны между собой цепочкой, основание которой уже лежало в цепкой руке девушки. – Тогда хорошо себя веди и всё будет хорошо!– Трис вернулась к прошлому положению, нависая над лицом супергероя. В этот раз Ник, кряхтя от напряжения в сосках, в члене, что успел возбудиться, он не сопротивлялся, открывая рот и начиная облизывать, сосать, мусолить. Он слышал стоны сверху, чувствовал как бёдра по обе стороны от его лица дрожат. Чувство наслаждения находило его само, против воли юноши. Возбуждение не проходило, а становилось только сильнее, к собственному разочарованию Ника. Он упивался влагой, соками девушки, что теперь направляла его лицо, голову, натягивая пряди волос каждый раз, стоит ему присосаться к нежному клитору чуть сильнее обычного. – Хороший мальчик, видишь как всё просто?– Самодовольно звучало сверху. Девушка тихонько пыхтела и едва слышно постанывала от удовольствия. Без сомнений, она близка к оргазму. Ник тоже понял это, хорошо зная реакции своей девушки, и именно поэтому он остановился. Упрямый до самого конца. – Эй. Я не приказывала останавливаться! – Раздалось властно, почти грубо. Ник ничего не ответил, храня молчание и тогда Трис сдвинула бёдра, вновь натягивая цепочку, заставляя сжатые соски и член сдвинуться вперёд. Блондин сжал зубы от напряжения, но сохранил тишину, молчание. – Вот так значит… Ну хорошо,– Трис ворчливо фыркнула, словно разочаровалась в реакции партнёра, поднимаясь на ноги. По пути назад, она продолжала причитать,– А я ведь предупреждала тебя, сладкий. Ты должен быть хорошим рабом,– Сказала та, возвышаясь над Ником, капая ему на лицо смазкой, своим теперь уже ядовитым нектаром пока закрепляла ремешки страпона на бёдрах. Присаживаясь на корточки, Трис уже не спрашивала разрешения, согласия, она даже игнорировала упрямое выражение лица героя, давя на его скулы и проталкивая стержень игрушки тому в рот. – И не смотри на меня такими глазками. Такой жалкий, такой сладкий и глупый мальчик,– Она шептала себе под нос, возвращая хватку вокруг лица паренька, наседая, но теперь лишь для того, чтобы протолкнуть страпон до самого основания. Ник давился, мычал и дрожал, металл под ним звенел от тщетных потуг к освобождению. Такой слабый, такой податливый, принимающий в рот до самого горла, пока девушка смотрела на него сверху вниз, наслаждаясь зрелищем, воспитывая этого неблагодарного щенка. Она видела его как горло дрожит под её руками, как кадык скачет туда сюда, принимая сильные толчки игрушки, слышала, как он задыхается и едва успевает дышать. И конечно, от Трис не ускользнуло то с какой обидой эти светлые глазки смотрели на неё, роняя слёзы. Только когда рот героя и его лицо покрылись слюной, слезами, когда он уже едва дышал от усталости, да и сама девушка тоже запыхалась, чувствуя усталость в ногах, страпон отодвинулся назад. Ник подорвался в сторону, кашляя и делая глубокие вздохи как рыба на мели. Его щёку снова обняли, нежно поглаживая. – Ну что, ты будешь хорошим мальчиком?– Она спрашивала, поглаживая головку плачущего члена, большой палец натирал чувствительную плоть, поддерживая возбуждение и желая его на грани болезненного. – Да,– Ник ответил сквозь зубы, сквозь слёзы и взгляд полный обиды. – Ответ хорошего раба,– Трис вздохнула бархатно, самодовольно, как если бы наслаждалась украшением настоящего раба или зверька. Её пальцы так и норовили коснуться собственной плоти, довести себя до оргазма, но она решила потерпеть, ещё чуть-чуть… И прикусывая губу от нетерпения, шатенка устроилась уже над бедрами героя. В первую очередь она стянула эластичное кольцо с основания члена, вызывая одним этим движением сдавленные стоны Ника. Всё же плотная резинка сжимала плотно и так же туго снималась, стимулируя ствол от основания до самого кончика. Так что он едва не кончил. – А-а-а, только не раньше меня,– Ловкие пальцы сжимают плоть снова, вырывая из паренька новый стон возмущения, а ехидный смешок добивает морально. Только наигравшись с чувствительностью героя девушка наконец насаживается на него, прижимая тело когда-то сильного, ловкого и юркого героя к полу, скача на нём. Трис игнорирует стоны и визги Ника, новую порцию слёз и кривую линию обиженных губ, всё ещё влажных от игры со страпоном. Девушка насаживается самозабвенно, сосредоточившись на собственном удовольствии. Двигая бёдрами, сжимаясь на члене, чтобы сделать приятно себе. Чтобы кончить как можно скорее. Пальцы с жадностью гладят клитор, а свободна рука тянет за цепочку, заставляя парня напрячься и выгнуть грудь вперёд, чтобы облегчить ощущения от натяжения, сжатия. Трис смотрит, возбуддаясь только сильнее. Да, именно такую жалкую сторону супергероя она и хотела увидеть. Именно на это она хотела смотреть, пока дрочит, пока её бёдра сжимаются, дрожат, а оргазм подступает тихой лавиной. И даже когда она кончает, девушка не слезает сразу. Она стонет, выгибается в спине, но продолжает слабо двигаться, пульсируя и натурально выдаиваясь из супергероя его собственный оргазм. Шторм скулит, мелко двигая тазом, стараясь толкаться в ответ, но так провально и жалко, что его прижимают обратно особенно сильным толчком, вытягивая новую порцию спермы. – Хватит… Я уже не могу,– Он жалобно подал голос, обмякая на полу, пока Трис продолжала двигаться, не позволяя члену опасть. – Нет, я ещё не закончила,– Отрезала та, с трудом сглатывая слюну, готовая просто рухнуть в сторону от бессилия, но вот-вот подойдёт второй оргазм и она не может просто оставить всё как есть. Пальцы жадно, быстро и грубо натирают влажные складки, клитор пачкается в смазке со спермой, но она доводит себя до нужной кондиции, издаёт протяжный стон и валится вперёд, на его грудь. Некоторое время они лежат без сил. Ник наконец-то расслабляется, насколько это возможно в его положении, и хмурится, с той же яростью и обидой, когда Трис целует его в щёку. – Это было горячо,– Она смотрит ему в глаза, всё ещё опьянённая оргазмом. Ник молчит, продолжая пялиться на неё.– О милый, только не говори мне, что ты поверил? Сладкий… Прости-прости,– Она оживилась, расстегивая наручники, говоря совершенно нежно, сладко и даже хрипловато. Та угроза, та язвительность, всё это сошло на нет, как если бы никогда не существовало. – Мы так не договаривались,– С обидой фыркнул молодой человек, а в следующую секунду уже девушка лежит на животе, со скованными за спиной руками. И всё же… Он не мог злиться на неё слишком долго, не тогда, когда он до сих пор пульсировал в паху от удовольствия, а она была такой наглой, такой властной. Ник шлёпает подругу по бедру один раз, до тихого «ай!», и обнимает её со спины, облизывая губы и отчаянно краснея от того, что ему понравилось всё происходящее. – Больше так не делай,– Он пробормотал ей в лопатки, нежно целуя и прикрывая влажные глаза от усталости. – Хорошо, милый,– Трис подала голос тоже не сразу, улыбаясь пускай и хитро, но довольно. Руки героя обнимали её поперёк живота, согревая и притягивая к себе на полу. Позади них продолжала идти какая-то глупая программа по телевизору, а они уже засыпали, удовлетворённые, глупые…