***

*** Король Ирминсуль любил шумные праздники. С самого дня коронации Ее Высочества принцессы Люмин он проводил ежегодные балы во Дворце. В этот раз — маскарад. Траин молча ожидал Софию у главного входа во Дворец, разглядывая цветы интейватов на клумбе. Белый костюм с восьмиконечной звездой в сочетании с высоким хвостом смотрелся восхитительно. Капитан перед выходом разглядывал себя, по меньшей мере, полчаса. Настолько ему нравился образ. Люди, в основном аристократы, толпились в саду, вели светские беседы и оглядывали друг друга в поисках знакомых лиц. К самому Траину подошли поздороваться как минимум десять человек. Благо, хоть диалоги вести не захотели. Потому что Траин не готов к очередному потоку заученных фраз. Он хотел отойти в тень, чтобы не привлекать сильно много внимания от знакомых лиц, но его окликнули: — Уже сбежать пытаешься? Маскарад не начался даже. София быстро догоняет его. Траин, безусловно, впечатлен ее образом. Он всегда считал ее красивой, в конце концов, речь об его возлюбленной, но на этот раз девушка явно постаралась больше, чем обычно. Капитан берет в свою ладонь ее изящные пальцы с поблескивающим кольцом и с осторожностью целует, задерживаясь чуть дольше необходимого. — Ты восхитительна, — он говорит коротко, но глаза выдают более глубокий восторг. Он вообще скромен. И комплиментами сильно не разбрасывался, предпочитая демонстрировать свои истинные чувства через какие-либо жесты. — И ты тоже, — девушка всегда смущается, словно в первый раз. Траин повторно целует ее пальцы, после чего надевает маску и ведет ее к главному залу по коридорам огромного Дворца. В отличие от нее, здесь капитан чувствовал себя более свободно, ведь знал, куда идти. Краем глаза капитан уловил нескольких знакомых: Сумеречный меч Дайнслейф, как и всегда, ошивался рядом с принцессой и своим лучшим другом, Сурталоги; Лунный мститель, с которым Траин имел честь переброситься несколькими фразами, кружил в вальсе со своей девушкой, Толиндис; Провидец заигрывал с незнакомой капитану девушкой, а Мудрец — с Рэйндоттир. Жаль, здесь не было ни Гутфрита, ни Эфтирвита, ибо без них капитану становилось скучно. София на балах часто уходила к подружкам и могла задержаться на долгое время, а вот Траину делать было попросту нечего. Уйти нельзя, это неприлично, а с незнакомцами разговаривать он лишний раз не хотел. Кто знает, что у них на уме? — Почаще наряжайся так. Тебе очень идет, — говорит вдруг девушка, следуя за Траином к их излюбленному месту — рядом с балконом. — Хорошо, я постараюсь, — он мягко улыбается. Комплименты капитан слышит часто, причем не столько из-за действительно красивого личика, сколько из-за желания людей подобраться поближе к вышестоящему человеку путем лести. Но когда о тебе говорят хорошие вещи те, кого ты сам любишь, — это совершенно иные чувства. Он всегда осторожен в своих словах, потому что одно лишнее — и отношения могут быть испорчены навсегда. — Ты хочешь сразу потанцевать или... — Хочу сначала освоиться. И почему я не вижу короля? Траин оглядывает толпу людей в масках и, не найдя короля, пожимает плечами. Кажется, его действительно нет во Дворце или в бальном зале. А вот принцесса здесь. Возможно, что-то случилось? — Не бери в голову. Ему просто не хотелось, чтобы возлюбленная вмешивалась в политику, потому что излишнее любопытство никогда не приводило ни к чему хорошему. В эпоху правления короля Ирмина это правило стало актуальным как никогда. Любой, кто приоткрывает завесу тайны становится жертвой дурного замысла. — Я все же хочу потанцевать, пойдем? — бросает София. — Конечно, позволь, — его рука в перчатке обхватывает тонкое женское запястье и ведет к центру зала. Его узнают и пропускают, — пожалуй, один из немногих плюсов занимать высокую должность при дворе. Они нашли свободное место среди кружащихся пар. Траин сместил руку с запястья на ее кисти, положил другую на талию. Он вел легко, а София следовала за ним, доверяя полностью. Капитан в танцах хорош. — Ты сегодня особенно неразговорчив, — заметила София, глядя ему в подбородок. Выше задрать голову в танце не позволяла маска. Неудобная. — Я всегда неразговорчив, — коротко отвечает Траин, слегка меняя направление, чтобы избежать столкновения с неловкой парой аристократов. — Я ведь уточнила, что особенно неразговорчив. Тебя что-то беспокоит? Траин следил, чтобы во время танца не произошло никаких неприятностей. В конце концов, на балах случайное столкновение может привести к потере репутации, которая играет в Каэнри'ах значимую роль. — Меня, как и тебя, беспокоит отсутствие короля на его же балу, — тихо сказал Траин, наклоняясь к ее уху так, чтобы никто не слышал. — В королевстве и без того напряженная обстановка, поэтому... Траин осекся. Достоинство и некогда отданная клятва не позволяли что-либо сказать в адрес короля Ирминсуля. София не стала донимать его бессмысленными вопросами, и капитан чуть сильнее прижал ее к себе. Танец подходил к концу. Музыка затихала. По правилам этикета Каэнри'ах партнеры кланялись друг другу, а Траин добавил самовольства — поцелуй запястья. — Душновато. На балкон пойдем? Она кивает. Капитан повел Софию обратно к их месту у балкона. По дороге они перебросились парой фраз с Дайнслейфом и чуть не врезались в Хадена, наставника Черных Змей. Все это время он не выпускал ее запястье из рук, придерживая рядом с собой, чтобы не потерять. — Прихватим вина? У меня нет желания ближайший час возвращаться сюда. — Я думал о том же. Прихватив два бокала с вином, капитан, галантно придержав даме дверь, зашел следом. Вид с балкона Дворца открывался красивый. Пусть королевство и находилось глубоко под землей, свои особенности делали это место таким же красивым, как и Тейват на картинках учебников. Они наконец-то снимают маски, позволяя себе вдохнуть каплю свежего воздуха. Ночь на улице была прохладной. Траин сделал глубокий вдох, ощущая, как спадает напряжение в плечах. Он поставил бокалы на каменные перила и повернулся к Софии. — Лучше? — спросил он, протягивая ей бокал. — Гораздо, — она взяла бокал и сделала маленький глоток, морщась от терпкости. — Здесь так тихо. Ты хорошо танцевал. Темы у Софии менялись быстро. — Ты тоже, — он ответил просто. Комплименты все еще давались ему нелегко, даже ей. Вместо этого он коснулся тыльной стороной пальцев ее щеки. Кожа была прохладной. — Замерзла? — Немного. Не спрашивая больше, он снял с себя накидку и набросил ей на плечи. Капитан поправил складки, его движения были точными и бережными. — Спасибо, — прошептала она, кутаясь в теплую ткань. Он лишь кивнул, снова взяв свой бокал. Музыка из зала доносилась приглушенно, как далекое эхо. Шумные мероприятия быстро надоедали. — Когда мы уйдем? — спросила София через некоторое время. — Ты можешь уйти сейчас, а я, увы, останусь. Как капитан, я обязан находиться здесь от начала до конца. Девушка размышляет лишь мгновение. — Я останусь. — М? — Никогда тебя не брошу. Капитан сдерживает улыбку, но наклоняется, целуя макушку.