Золотая жертва и разбитое сердце

Праздник на Земле был прерван зловещим золотым сиянием. Вики и Румпельштильцхен, воспользовавшись моментом, когда защита Академии была ослаблена из-за Дня открытых дверей, нанесли сокрушительный удар. Вернувшись в школу через портал, ребята застали ужасающую картину: замок покрыт золотой паутиной, а их бабушки и дедушки стоят неподвижно, превращенные в сверкающие статуи. ​Хоук, Роуз, Тревис, Астория, Джой, Лин-Лин, а также Шон и Эсквайр не стали медлить. Прямо из главного зала тянулась самая толстая и яркая золотая нить, пульсирующая темной энергией. ​Астория сверяясь с картой—Нить ведет в Запретную Башню Времени! Если он доберется до маятника судеб, он перепишет все наши сказки! ​Шон обнажая меч—Значит, мы его остановим. Эсквайр, ты готов? ​Эсквайр в боевом шлеме—Я готов превратить этого портного в лягушачий завтрак! ​Внутри башни воздух был пропитан магией. Румпельштильцхен стоял у огромных часов, его пальцы-веретена бешено вращались. Вики стояла рядом, готовясь нанести решающий магический удар. ​Хоук замораживал нити, летящие в команду. ​Лин-Лин и Шон в дуэте отражали атаки Вики. ​Тревис, несмотря на свою неуклюжесть, использовал свой щит, чтобы прикрывать друзей от золотых игл. ​Эсквайр прыгал по стенам, отвлекая злодея своим длинным языком. ​Но Румпельштильцхен был слишком силен. Каждый раз, когда они разрывали нить, на её месте появлялись две новые. ​Злодей внезапно прекратил атаку и захохотал. Весь зал заполнился густым золотым туманом.—Довольно! Вы можете сражаться вечность, но ваши бабушки навсегда останутся золотым ломом. Однако... я готов заключить сделку. Последнюю сделку. ​—Мы не верим тебе! ​Румпельштильцхен: О, это честный обмен. Чтобы я ушел навсегда и вернул жизнь вашим родным, одна душа должна добровольно уйти со мной в Запределье. Один из вас станет моей вечной искрой для прялки. Тогда я покину этот мир, и вы заживете как прежде. Мне нужна ты! Роуз золушка! Такая яркая и чистая душа, отлично подойдет для моих нитей! ​Наступила мертвая тишина. ​Роуз тихо, но решительно— Я пойду. ​Хоук в ужасе—Нет! Роуз, это безумие! Мы найдем другой путь! ​—Другого пути нет, Хоук. Моя бабушка подарила мне всё. Вы подарили мне настоящую жизнь. Если цена их спасения — я, то я согласна. Это моя сказка, и я выбираю её финал. ​Румпельштильцхен довольно оскалился. За его спиной открылся огромный черный разлом, из которого тянулись золотые щупальца. Он крепко схватил Роуз за руку. ​Роуз стояла на самом краю бездны. Её волосы развевались от ветра из портала, а по щеке катилась одинокая слеза. Она обернулась в последний раз. ​Хоук стоял в нескольких шагах, его ледяной меч выпал из рук и с звоном ударился о камни. Он сделал шаг вперед, протягивая руку, его голос дрожал и срывался от рыданий.—Роуз... пожалуйста... не надо... Прошу тебя, вернись! Мы справимся вместе! Не оставляй меня! ​Роуз горько улыбнулась ему, её пальцы на мгновение коснулись хрустальной туфельки на ноге. Хоук упал на колени перед ней—Прошу останься... Роуз.. ​—Прощай, мой принц... ​Румпельштильцхен дернул её за руку, и они оба исчезли в черном пламени портала. Разлом захлопнулся с оглушительным грохотом. ​В ту же секунду золотые нити в башне рассыпались в пыль. Где-то внизу послышались голоса оживших бабушек. Но в Башне Времени Хоук упал на колени перед тем местом, где только что стояла Роуз, закрыв лицо руками. Команда замерла в тяжелом молчании, глядя на пустой трон и погасшие огни. Залы Академии, которые всегда сияли и звенели от смеха, теперь были погружены в тяжелое, гнетущее молчание. Магия золотых нитей исчезла, но вместе с ней исчезла и душа школы. ​Команда медленно вошла в главный холл. Бабушки и дедушки, освобожденные от золотого плена, уже ждали их. Директриса Золушка сделала шаг вперед, ее глаза искали знакомый розовый бант. ​Бабушка Золушка дрожащим голосом—Вы вернулись... Но где Роуз? Почему она не вбегает сюда с криками о новых туфлях? ​Хоук не поднял глаз. Он лишь крепче сжал в руке сломанную хрустальную заколку, которую успел поднять с пола башни. Астория всхлипнула, а Тревис просто отвернулся к стене. В огромном зале воцарилась такая тишина, что было слышно, как падает пылинка. Директриса всё поняла. Она медленно опустилась на свой трон, и свет в ее короне потускнел.Следующий день был самым странным в истории Королевской Академии. ​В небе не летали драконы — они печально сидели на крышах. ​На грядках не росли тыквы — они завяли, превратившись в серые комочки. ​Никто не падал, не спотыкался и не устраивал случайных взрывов. Без неуклюжести Роуз и Тревиса школа казалась мертвым музеем. ​Хоук часами сидел на балконе, глядя в ту сторону, где исчез портал. Он больше не создавал ледяные скульптуры. Он просто ждал. ​Профессора собрали экстренный совет. Бабушка Золушка достала из тайника старую, потрескавшуюся шкатулку.—Есть один способ. Румпельштильцхен силен, но у него есть слабость. Давным-давно он потерял «Веретено Истинной Судьбы». Это единственный предмет, который может разрезать его золотые нити навсегда. ​Учителя разделили артефакт на части. Каждый профессор передал по магическому осколку члену команды: ​Хоуку — ледяное острие веретена. ​Астории — свиток с древним кодом связи. ​Тревису — железное основание для прочности. ​Джой — изумрудный балансир. ​Лин-Лин — рукоять для точности. ​Шону и Эсквайру — защитную оболочку артефакта. —Объедините их только тогда, когда будете рядом с Роуз. Сила вашей дружбы станет искрой для этого оружия. ​ ​Команда прорвалась в измерение Румпельштильцхена — мрачный мир, сотканный из колючей золотой проволоки. В центре, на троне из нитей, сидела Роуз. Её глаза были закрыты, а руки скованы светящимися цепями. ​—Вы пришли забрать свою искорку? Слишком поздно! Она теперь часть моей прялки! ​Злодей обрушил на них лавину нитей, но команда действовала как один механизм. Шон и Лин-Лин прикрывали тылы, Эсквайр отвлекал врага, прыгая по золотым нитям. ​—СЕЙЧАС! ​Они встали в круг и соединили свои осколки. Ослепительная вспышка белого и розового света ударила в самый центр башни. Раздался оглушительный крик Румпельштильцхена — его нити начали распадаться, превращаясь в обычную солому. Секунда... и всё исчезло в сияющем тумане. ​Когда свет погас, пыль начала оседать. В центре зала, живые и невредимые, стояли Хоук и Роуз. Хоук так крепко прижимал её к себе, словно боялся, что она снова исчезнет, а Роуз плакала, уткнувшись ему в плечо, и шептала, что больше никогда не уйдет. ​Чуть поодаль ​Шон бережно протягивал руку Астории, помогая ей подняться с колен и отряхивая ее свитки. ​Лин-Лин за шиворот вытаскивала Тревиса из-под завала обрушившихся камней, пока тот ворчал—Я так и планировал, это был стратегический маневр! ​Эсквайр в порыве чувств целовал в макушку Джой, которая от избытка эмоций превратилась в маленькую зеленую лягушку и довольно квакала. ​Над Академией снова взошло солнце. Первая маленькая тыковка робко проросла сквозь камни, а где-то в коридоре послышался звонкий звук разбитой вазы. Роуз вернулась. Неуклюжесть вернулась. Сказка продолжалась.