Илеальная семья

Спустя шесть лет после произошедшей резни деревня оказалась заброшенной. Все, кому посчастливилось остаться в живых после кошмаров той самой ночи, в срочном порядке покинули это место. Которое, как и сама вендиго, теперь превратилась в легенду. Это дело так и осталось нераскрытым, почти все опрошенные выжившие рассказали о том, что на протяжении всей ночи, сидя в импровизированных укрытиях, то и дело слышали жуткие крики, а иногда и звуки расправ сопровождавшихся предсмертными издыханиями. Установлено, что убийц было трое, и двое из них были людьми. Но вот действия, совершенные третьим участником, слишком отличались от тех, которые мог совершить человек. Некоторые предположили, что двое виновников использовали какое-либо животное, но эта теория разбивалась о ещё множество других явных деталей. Удивительно, но, судя по реконструкции преступления, даже люди, учинившие это, обладали сверхчеловеческими физическими способностями. Что только добавляло загадочности всему произошедшему. Случившиеся ярко намекало, что та самая легенда о Вендиго вполне может быть правдивой. Известно, что каждый из трех участников предпочитал играть с жертвой перед тем, как оборвать её жизнь. По этому людям предоставляли возможность убежать из укрытия при обнаружении. Но некоторые были найдены выпотрошенными и разорванными прямо в своих мнимых убежищах. Материалов после масштабного расследования было создано очень много. Вероятными подозреваемыми стали Эбби и Лана, ведь они были одними из немногих, кто пропал в без вести и не был обнаружен ни в живом, ни в мёртвом состоянии. На них указывали и другие детали их объявили в розыск, но результат был тщетным. Вскоре, оказавшись в тупике, расследование прекратилось, оставив это массовое убийство одним из самых таинственных в мире. Кое-кто, однако, вернулся сюда после окончания расследования и продолжил жить. Этими кто-то были наши знакомые герои, у каждого из них была своя причина оставаться здесь. Большой дом, в котором некогда жила Зип с семьёй, был единственным, в котором горел свет. Электричества не должно было быть, ведь питание деревни отключили. Но мисс Тавел нашла мистический способ снова заставить его заработать. Они жили в этом доме впятером: Эбби, мисс Тавел, Лана, Зип и Клер. Вендиго в своём извращенном понимании построила себе семью, где она и Эбби были родителями, Зип и Клер — детьми, а у Ланы была роль подруги «семьи». Только вот о любви в этой «семье» не шло и речи. Бедные Клер и Зип регулярно подвергались избиениям и жестокому обращению, в первую очередь со стороны своей «матери». Которую по её приказу они продолжали звать «Мисс Тавел», ведь ей нравилось это имя. Лишь Эбби имел право отвечать на её жестокость взамен. Лана была исключением, но ей на самом деле приходилось хуже всех. Она страдала от бессонницы, постоянно страшась спать, ведь часто ей в эти сны приходила Алиса. А после встреч с ней у неё оставались серьёзные раны и травмы. Алисой Лане была дарована способность к регенерации, но раны, оставленные той, кто подарил эту силу, заживали очень долго. Чаще всего во сне Алиса сама их исцеляла, но лишь для того, чтобы нанести новые. Мучая её, кровавая принцесса говорила подобное: – Не сопротивляясь и подчиняясь моей воле, какой бы она ни была, ты показываешь свою преданность. Во время того, как она причинила боль своей предвестнице, её мертвый и холодный взгляд становился особенно разлечимым. – Ты чувствуешь во мне то, что я позволила. Но я хочу, чтобы у тебя не осталось даже намёка на сомнения в этих чувствах. Скажи, ты придаёшь значение тому, если случайно наступишь и покалечишь муравья? – Раньше я придавала, но совершенно минимальное, а сейчас вообще перестала. Трясясь и захлёбываясь в собственной крови, ответила Лана, валясь на деревянном полу. На её груди и животе красовалось несколько глубоких порезов, два пальца на правой руке и один на левой отсутствовали. Алиса вырвала их с мясом. Из её правого глаза текла кровь вместе с водяной влагой. Ещё недавно она прикладывала ей руку к щеке, сначала какое-то время погладив, а затем выдавив ей глаз. – Вот. А ты для меня бактерия, я невероятно опускаюсь, смотря и разговаривая с тобой, но признаюсь, больше мне нечем заняться. Передай всем, что я уже совсем близка к вашему миру и очень скоро мы встретимся уже там. Алиса подошла и надавила на голову Ланы, она не торопилась, как и всегда, позволяла Лане почувствовать, как её череп трескается, а мозг зажимается. Подруга Эбби очнулась, первым делом она хотела проверить, какие раны Алиса решила ей оставить, а какие убрала. Она спала без одеяла, под светильником, чтобы после таких пробуждений сразу всё видеть. Но острая боль опередила её. Кровавая принцесса вернула ей пальцы, все пальцы, но длинные и глубокие царапины на груди и животе остались. И глаз, она видела только одним, а правый всё ещё находился в состоянии, полученном во сне. Её постельное бельё заляпалось довольно большими лужами крови. Но она стирала его только раз в неделю, ведь следующая такая встреча могла произойти в любое время. В общем, говоря, она, как и все, жила в боли. Когда все остальные проснутся, она передаст сообщение. Лана лежала и ждала всего сразу: пришествия Алисы, пробуждения Эбби, новый день, конец своих страданий. Из целого омута покатились слёзы, но не от боли, а от того, чем она стала. Её охватили воспоминания о былой жизни, когда она как минимум считала себя человеком, а не куском мяса, принадлежавшим ей. Спустя пару часов свет проник в её комнату, но это абсолютно не повлияло на её состояние. Она замотала следы касаний Алисы бинтами, при этом проигнорировав выдавленный глаз. Девушка надела комплект из чёрных штанов и футболки с длинным рукавом того же цвета, она больше не заплетала волосы в косичку, а лишь немного причёсывала. Зайдя в ванную, она почистила зубы и смыла на прекрасном, но измученном лице засохшие слёзы, кровь и водяную влагу. Лана спустилась на кухню и открыла холодильник, осматривая, какие ингредиенты у них есть. К ней спустился и Эбби, остальные в их доме отсутствовали, подходя к ней, он проронил: – Доброе утро. Лана ничего не ответила, лишь прижалась тазом к кухонному столу и нагнулась, уперевшись на локти и ладони. Лана просила его делать это, чтобы ощутить что-то кроме боли и страданий. Он снял с неё штаны и трусы, бросив одежду рядом. Вся одежда в этом доме за шесть лет уже достаточно подносилась, они стирали её, но гардероб обновлялся довольно редко и бедно. Их внешний вид идеально вписывался в атмосферу их дома. Сквозь трусы Эбби стимулировал себя, а когда его аппарат пришёл в готовность, он оголился ниже пояса и резко вошёл в неё. Лана отреагировала на это, лишь немного выгнувшись в спине, но не проранила даже вздоха. Периодически он лупил её по булкам, внешним сторонам бёдер и спине. Он практически всегда делал это, когда девушка из их дома находилась перед ним в такой позе, и это было ещё самым безобидным. Он, конечно, был не так жесток, как Алиса и Вендиго, но лишь немногим меньше. Эбби двигался в ней максимально грубо, врезаясь в красный от сильных ударов зад девушки с огромной яростью. Он взял её за руки, заламывая их, Лана отлипла от стола. Несмотря на всю жестокость его действий, во время всего процесса она не издала ни звука. Единственное, чего он мог добиться, это то, что она иногда немного выгибала спину и то, что её дыхание чуть сбивалось. Он закончил и вышел из неё, но это было ещё не всё, она развернулась к нему и ударила в живот, из-за чего он согнулся, следом ещё один удар, рассчитанный, пришёлся по губам, разбив их, так что у него потекла кровь. Ещё раз ударив не пытавшегося увернуться Эбби кулаком по лицу. Она запрыгнула на стол и, раздвинув ноги, взяв его за волосы, она силой притянула его к промежности. Он же решил сначала подразнить, только облизывая внешнюю часть и лишь чуть заводя язык внутрь. Секунд через десять Лане надоело это, она убрала руку с его волос и положила на шею, Эбби чувствовал это и знал, что сейчас будет. Она опустила руку чуть ниже и, надавив ногтями, оцарапала ему сзади всю шею. В результате оставив красную линию с разодранной по краям кожей. В местах царапин образовывались алые капли крови. Изодранная кожа горела, и он игнорировал это, настала её очередь причинять боль. Он отреагировал на угрозу во всю длину, заведя язык внутрь, она только вздрогнула и сильнее вдавила его голову. Он изо всех сил прижимал и водил языком в стороны, иногда задерживаясь в определённых местах. Она же правой рукой впилась в его шею, а левой в плечо. Её ногти заходили очень глубоко, ведь Лана была гораздо сильнее обычной девушки. Вскоре её накрыло облегчение, после окончания она лишь спросила: – Я собираюсь готовить яичницу с беконом, ты будешь? – Да, мне пару яиц. – Хорошо. Сегодня ночью великая кровавая принцесса сказала, что она уже как никогда близка к нашему миру. – Это прекрасно, мы так давно её ждём. Лана, несмотря на свой неживой настрой, как ни в чём не бывало продолжила заниматься своими делами, всё ещё будучи обнажённой ниже пояса. Предвестница позавтракала, помыла посуду, убралась и только, покидая кухню, оделась. Опять же она сделала это, чтобы позабавить Эбби и в попытке что-нибудь ощутить. Теперь уже сестры Зип и Клер радовались, когда мисс Тавел уходила из дома. Часто она пропадала на несколько дней, в это время они могли более-менее спокойно жить. Как и в этот раз, пока Тавел отсутствовала, им поручили найти в деревне определённые вещи и доставить домой, они знали, что их ждёт в случае неудачи. Так две девушки вошли в дом, в котором собирались продолжить поиски нужных предметов. На улице стояло лето, поэтому внутри было душно, помещение уже заросло паутиной и запылилось. Но эти мелочи даже в мыслях не останавливали искательниц. Во время поисков Клер нарушила нависшую перед ними тишину: – Как думаешь, она сегодня вернётся? – Обычно её нет по два-три, в лучшем случае по четыре или пять дней. Но уже идёт третий, поэтому нам лучше из-за всех торопиться... – Боюсь представить, что она сделает, если мы не справимся. Девушки старательно выискивали необходимое, и только чудом этот предмет завалялся между стеной и ножкой пыльной кровати. – Я не хочу туда возвращаться, давай сделаем это, мы не можем уйти за пределы деревни, но можем закончить наши страдания здесь. – Но если мы оборвём свои жизни, то попадём к кому-то ещё хуже. – Да не может быть никого хуже её. – Идём, ты же видела, что принцесса Алиса творит с Ланой, и она же однажды мне сказала, что это лишь малая часть того, что вытворяет, принцесса. – Ненавижу свою жизнь, — Клер закричала и заревела от ужаса, безысходности и отчаяния, Зип обняла её, утешая. – Мне кажется, когда наша принцесса явится, что-то точно изменится. – Ты же боишься встретиться с ней. – Да, но мне кажется, что изменения точно будут, а вот какие? Нам предстоит узнать. В надежде на это девушки вернулись домой. Там их встретила Лана, обрадовав новостью, что та, ради которой они все живут, уже совсем близко, как раз в дополнение к их надежде. Мисс Тавел, к их счастью, ещё не вернулась. Поэтому они решили потратить те немногие часы, что у них остались, чтобы забыться. У себя в комнате Зип достала спрятанную под полкой настольную игру, в которую они любили играть раньше, до их «новой жизни», и они начали игру. Мисс Тавел возвратилась, она постучалась. Этот стук уже въелся им в головы, он был тем, который они не спутают ни с чем. Рогатая постучала прямо по их сердцам и душам. Девушки подбежали, чтобы открыть перед ней дверь, после полностью опустились и склонили перед ней головы, уперевшись ими в пол. Они ждали, пока она разрешит им встать по обе стороны от двери. Она вернулась, и бесконечный поток пыток, издевательств и унижений на протяжении всех дней и ночей тоже. Они были обязаны ходить рядом с ней, открывать перед ней все двери, доставать ей вещи, включать за неё приборы. «Куклы» делали даже самую минимальную работу, а за любой провал в виде неуспеваемости или неправильного, по мнению оленихи, выполнения следовало жестокое наказание. Но обычно они подвергались этому всему, даже без минимальных причин, в абсолютно любой момент. Однажды они попросили помощи у Ланы, но она лишь холодно ответила: – Мисс Тавел появилась благодаря великой принцессе Алисе, а это значит, что вы обязаны ей подчиняться, чего бы она ни хотела и ни делала с вами. Рогатая заранее предупредила, что произойдёт, если они решат оставить своё бремя, лишившись жизни. – У вас в голове, наверное, начнут или уже мелькали мысли о том, что, может, вам лучше положить конец своим страданиям. А всё лишь из-за того, что я бываю немного игрива и требовательна. Спешу заверить, что вы связаны с великой кровавой принцессой и если решите покончить с собой, то оправитесь прямо к ней, в её мир. А попав туда, я вас уверяю, вы будете мечтать, чтобы вернуться ко мне. Тем более я ведь так вас люблю, вы же не хотите меня расстроить. Зайдя на порог, она отдала приказ. – Встать. Если вы двое здесь, значит, вы нашли всё, что я просила? – Да, мисс Тавел, ответили они синхронно. Сидящая за столом Лана порадовала её новостью о скором пришествии Алисы. Рогатая пошла вперёд, а они следовали за ней сзади по обе стороны. Эбби вышел, чтобы поприветствовать её, и она ответила: – Я загляну к тебе, но чуть позже, сначала я хочу провести время со своими чудесными дочками. Они поднимались наверх, в комнату вендиго, там зачастую происходила большая часть веселья. На ходу, во время того как Клер ускорилась, чтобы открыть перед хозяйкой дверь. Рукой Тавел сильно толкнула девушку, так что та ударилась плечом и вскрикнула. Другой рукой она потянулась к ручке, но не успела, их мучительница уже стояла около неё. Дрожащим голосом она начала... – Умоляю, не надо! Я стану лучше, клянусь! Просите меня! Рогатая открыла дверь сама, и дверь ударила «плачущую куклу», но одного удара было, конечно, недостаточно, и она повторила его ещё несколько раз. После каждого удара она вопила: – Аргх! Не-е-ет, прошу! А-а-а-а! Зип смотрела на это, ведь мисс Тавел требовала, чтобы они смотрели, на то как она «преподносит уроки» одной из них. Окончив, она схватила её за волосы и через вскрикивания и мольбы потянула её в комнату. Там она пнула её к стене и приказала полностью раздеться и встать к стене лицом. Так перед оленихой во всей красе предстал результат многолетних вмешательств в целостность её тела. По всему её хрупкому тельцу располагались шрамы от ударов плетью, следы глубоких укусов и царапин, разорванного мяса, иногда ожоги. Самый главный шрам в виде того символа оставался нетронутым. Только в расстоянии двух-трёх сантиметров от него находились другие. Вид голого тела не возбуждал вендиго, она желала любоваться. Тем, как на ней появляются оставленные её рукой новые яркие красные линии, как текут алые капли крови, её холодный пот и первобытная дрожь от боли и страха. Она желала унизить её, растапав остатки личности. Рогатая наслаждалась её бесприкословым подчинением и тем, как, несмотря на него, она всё равно подвергалась бесчеловечным вещам. Прижавшись лбом к стене и понимая, что её мольбы всегда были тщетны, она опять стала плакать от безысходности, ожидая неминуемой участи. Зип вернулась и встала перед мисс Тавел на колени, протянув перед ней поднос с инструментами, используемыми для нанесения увечий. Тавел знала, какую выберет плеть, и, взяв, ударила ей по лицу Зип. Та взвизгнула, а её глаза заслезились. – Я сделала, отличный выбор. Зип сидела на коленях, вытянув поднос. Тавел беспощадно стегала прижавшуюся к стене Клер, по окончанию каждого удара из её уст доносился глухой вопль. Она неестественно выгибалась и болезненно дёргалась в перерывах. Жертва вдавила зубы в свою губу, та, что едва наполовину не прокусила её. Закончив с задней половиной, она остановилась, наслаждаясь звуком тяжелого и измученного дыхания Клер. Потом скомандовала развернуться. Она повернулась к ней, и рогатая продолжила. Плеть резко и плавно рассекала ей кожу и внешние слои мяса. Несколько ударов даже пришлись по лицу. Из-за ударов по ногам она теряла равновесие, и оставаться в стоячем положении с каждым разом становилось сложнее. Ещё раз ударив Зип по щеке, она швырнула плетку в сторону, Зип поставила поднос и поползла за инструментом. Клер, услышав, что она прекратила, медленно опустилась, с ног до головы её пронзала жгучая боль. Олениха приказала подползти к ней поближе. Клер свернулась в странной позе и лежала, дёргаясь и извиваясь время от времени. Призадумавшись, наблюдая за ней минут на пятнадцать, она неожиданно проговорила: – Ты была хорошей игрушкой, Клер, мне нравилось проводить с тобой время. Но ты износилась и изжила себя, а такие игрушки больше не могут принести мне радость. Поэтому давай сыграем в последний раз, встань обратно к стенке. Услышанное пробрало Клер до мурашек. Несмотря ни на что, её хозяйка в определённый момент останавливалась, чтобы не убить её. А теперь требует страдать снова и говорит такое. Зип тоже была шокирована, услышав это, ведь понимала, к чему она ведёт. Но девушка жаждала оборвать круг своих страданий и надеялась на лучшее. Поэтому, сперва ощутив непомерный страх, она преисполнилась надеждой. Это был единственный приказ, который она искренне захотела исполнить. Собрав последние силы, она доползла и поднялась. Мисс Тавел наносила удары реже, чем до этого, смакуя происходящее, но с ещё большей силой. Зип не выдержала и обратилась к вендиго: – Умоляю, хватит, я хочу разделить с ней наказание, я готова принять всё, что вы хотели сделать с ней и даже больше, но умоляю вас, остановись. – Нет, тебя ждёт другое наказание. Проигнорировав Зип, она не остановилась. Клер чувствовала, как с каждым новым ударом из неё уходит жизнь. Нога девушки подкосилась, и она упала. Тавел нанесла удар по ней уже лежачей, но она смогла удивить олениху, вновь встав обратно. Рогатая отстранилась, разрешив Зип подойти к ней, чтобы попрощаться. Зип обняла её и, как и тогда, снова сказала: – Извини, всё это случилось из-за меня. – Нет, это ты извини, что бросаю тебя. Клер испустила последний вздох, и жизнь её покинула. – Последнее время она уже совсем ничего не выдерживала и перестала справляться, а принцесса Алиса уже так близка, поэтому в ней больше не было необходимости. Если не хочешь разделить её участь, то не вынуждай меня скучать. Рогатая милосердно объяснила свои действия Зип: – Можно её одеть? – Подарить ей немного чести после смерти? Да, одень её и забери себе в комнату на ночь. Выкинь в лес завтра утром и не больше. Зип одела её, занесла к себе в комнату и положила на кровать. Она легла рядом, обняв ещё не остывшую подругу. Олениха на время оставила их наедине друг с другом, видимо, она не хотела отвлекать её от страданий. Всё же помучить её физически она ещё успеет, а вот позволить пережить смерть единственного по-настоящему близкого человека... Лучше не отвлекать её. Сама же олениха пошла за развлечениями уже в комнату к Эбби.