Предвестник (Холдер)

Завтра должна приехать Кали. Это их привычный распорядок. Холдер проводит с ней выходные, а затем, в понедельник, сажает на утренний автобус. Этот уикенд обещает быть не самым простым. У Кали день рождения. А, значит, в субботу он должен испечь с ней клубничные и лимонные кексы, а в воскресенье отправиться пораньше к Кэролайн, чтобы помочь с приготовлениями и, в целом, создать доброжелательную атмосферу в ее доме перед приходом маленьких гостей – подруг Кали. Еще неделю назад это не казалось чем-то обременительным и неловким, но теперь… Холдер идет по улице, привычно засунув руки в карманы, чтобы никто не заметил суетливую барабанную дробь его пальцев, выдающих внутреннее смятение с головой. Чертов Реддик! Он не может сдержать негодования. Какая неведомая сила могла заставить старого лиса прийти к нему домой сегодня? После стольких лет? Холдер искренне недоумевает. Он чувствует, как его ладони отчаянно сжимаются в кулаки. Это может показаться странным, но он никак не может отделаться от дурацкой мысли, что появление Линден в Сиэтле каким-то образом пробудило покойников, заставило их восстать из своих могил. Терзаемый противоречиями, он заходит в небольшой бар, ловко спрятанный в тени неприметных серых домов, и тут же натыкается на бежевый плащ Реддика, скрывающий его самого от зевак у стойки. Он небрежно падает на соседний стул и отшивает официанта коротким кивком: – Воды, пожалуйста! Он давно не пьет, потому что алкоголь неизменно требует себе в напарники пачку сигарет. Он намеренно не хочет курить. Слишком много воспоминаний таит в себе любая, даже самая маленькая затяжка. Ее влияние сопоставимо с машиной времени, он не уверен, что готов занять место в кабине и отправиться в это путешествие. Реддик пьет пиво. Его кружка уже наполовину пуста, когда он поворачивается к Холдеру. – Привет, друг! – радостно восклицает он. – Босс тебя все-таки отпустил? – Он прижимает обе руки к груди, изображая фиги. – Или сегодня ты ночуешь в мотеле? Он пристально вглядывается в лицо Холдера, словно хочет проверить границы дозволенного. – Я устал, Реддик! – Стивен только вяло отмахивается от этих нелепых шуток. – Зачем ты меня позвал? – Бессонные ночи с фурией… – бормочет Карл едва слышным шепотом, как будто про себя, но достаточно громко, чтобы быть услышанным. – Давно вы с Линден? Вопрос оседает на его языке, пока он продолжает сверлить Холдера взглядом. – Я сейчас уйду, Карл! – Стивен говорит это почти злобно, чувствуя, как натягивается невидимая струна его нервов. Он уже не тот вспыльчивый коп, каким был пять лет назад, но некоторые реакции тела искоренить невозможно. Например, желание ударить Реддика по лицу и смыть с него это самодовольное выражение. За последние годы он смог смириться со многими вещами: уходом Линден, ее ужасными обвинениями, брошенными ему в лицо; с тем, что он не стал сержантом, потому что оказалось, что карьера никогда не была в списке его жизненных приоритетов; с постоянной тягой что-нибудь понюхать или забить свои легкие табачным смогом; с тем, что был херовым мужем для Кэролайн – у этого списка не существует конца. Он на самом деле смог примириться с собой, но возвращение Сары задело в нем глубоко похороненные эмоции, о существовании которых он уже успел позабыть. Он никогда не боялся остаться безработным или бездомным – он все это уже проходил. Он не боялся сгинуть в какой-нибудь сточной канаве или снова сорваться – он это уже переживал. Но он чертовски боялся оказаться плохим отцом. Тем, кого не любят вспоминать, повзрослев. Тем, кого нельзя обнаружить на семейных фотографиях с домашних праздников и торжеств. Любовь к Кали была его ахиллесовой пятой. Но с одной пяткой можно жить, поэтому он смог примириться с этим! Однако, возвращение Линден пробило его другую ступню, разом превратив в инвалида, сделав его еще более уязвимым. Он никогда не признается в этом вслух, даже самому себе, но он не переживет ее очередного бегства. Он понял это в тот же миг, как коснулся ее губ, теплых, мягких и таких податливых его воле. Конечно, она постоянно уходила от него раньше – это был их привычный ритуал, который он позволял ей осуществлять, потому что у их отношений была четкая понятная грань – напарники, друзья, что-то еще, тайное и невысказанное, – теперь же края их связи впились ему в аорту, спровоцировав тем самым сильнейшее внутреннее кровотечение. Он точно знает, что не сможет ее отпустить, потому что отпустить – равно умереть. Он не хочет умирать. Он не готов к такому исходу! Кажется, Реддик понимает, что перегнул палку, и примирительно поднимает обе руки вверх. – Не знаю, в курсе ли ты, но я ухожу на пенсию! – с гордостью объявляет он. Холдер недоверчиво оглядывает мужчину перед собой: – Ты пришел позвать меня на вечеринку, старик? Он отпивает глоток холодной воды из своего стакана: – Мог бы не утруждать себя так… приходить ко мне домой… звать сюда… или я какой-то почетный гость в предстоящем слёте старперов? Реддик ухмыляется в ответ и кладет на барную стойку значок детектива. Стивен чувствует, как его дыхание на секунду замирает, когда он скользит взглядом по атрибуту его прошлой жизни, с которой он завязал. – Это больше не моя малышка! Мы в разводе! – сухо отвечает он на эту безмолвную провокацию. – Брось! – Реддик бьет ладонью по собственному колену и досадливо морщится. – Ты был чертовски хорош! И был бы еще лучше, если бы не Линден… – он осекается, понимая, что сболтнул лишнего. Холдер только качает головой и встает со своего стула. – Не надо, Карл! – он говорит это едва слышно. – Я больше не нюхаю, не курю и не ищу девочек в багажниках! Стивен на секунду замолкает, стараясь вернуть своему лицу беспечность. – Хорошо повеселиться на пенсии! – уже бодрее заканчивает он, после чего стремительно направляется к выходу, не давая Реддику времени на какие-либо возражения. Он спиной чувствует, как на губах его бывшего напарника булькают слова, но все они тонут в монотонном гуле завсегдатаев. «Хорошо, это очень кстати», – думает про себя Холдер. Он не наступит в это дерьмо снова! Не сейчас!

***

Он находит Сару в спальне на втором этаже. Она задумчиво смотрит в окно, ожидая его возвращения. Он осторожно подходит к ней сзади и опускает голову на ее плечо, мимолетно целуя в шею. Она тихонько взвизгивает в ответ, потому что его губы холодные после прогулки пешком по темному сырому воздуху Сиэтла. – Ты задержался… – она произносит это с легким упреком, пока поворачивается к нему лицом, чтобы зарыться в его кофту, пахнущую дождем. – Не можешь без меня жить! – подразнивает он в ответ. – Я отсутствовал каких-то полдня… может, мне стоит уволиться с работы, Линден? Она бьет его по плечу и отталкивает от себя, язвительно фыркая. – Ты слишком самоуверен! – резюмирует она. – Я гуру во многих сферах, – игриво поддакивает он. Он колеблется пару мгновений, поглаживая ее по спине, не зная, стоит ли говорить ли ей про Реддика. Но у Сары проницательный взгляд, она сразу видит это – тень на его лице – и переходит к допросу. – Что-то случилось? – она смотрит на него настороженно, ее бездонные глаза нервно скользят по его лицу. – Реддик написал мне сегодня, – начинает он как можно более будничным тоном, – просил встретиться. Он замолкает, наблюдая за ее реакцией. Она чертовски напряжена – он это замечает. – Я зашел после работы в бар ненадолго, – продолжает он максимально небрежно, – расставить точки, знаешь? – И чего же он хотел? – она почти перебивает его, но он продолжает. – Он уходит на пенсию и зачем-то светил передо мной значком детектива, – он безразлично пожимает плечами, – я не стал его слушать. Я завязал, основательно и бесповоротно! Стивен замечает, как Сара облегченно выдыхает, когда он заканчивает свой отчет. – Он что? Хочет оказать тебе услугу? – недоверчиво ворчит она. – Ты и без него можешь вернуться к работе в любой момент! Холдеру льстит ее оценка. Они оба качают головами в знак согласия и чувствуют неимоверное облегчение, понимая, что утренний инцидент с Реддиком можно считать решенным. – Будешь ужинать? – вдруг спрашивает она и направляется к выходу из спальни. – Ничего себе! Сара Линден что-то приготовила? – Стивен демонстративно хлопает в ладоши и громко улюлюкает, изображая чрезмерное удивление. – Ты что подписалась на канал с круглосуточными кулинарными шоу, мамасита? – Я была весь день одна дома, – невозмутимо говорит она, ничуть не тронутая его реакцией, – и у меня было достаточно времени подсыпать в еду отраву! Холдер смеется в ответ и покорно следует за ней следом: – Как скажешь, босс! Он еще не привык к этому странному ощущению, когда она хозяйничает на кухне, гостиной или спальне. Его дом неумолимо обрастает ее вещами – он выделил ей множество полок в шкафах, хоть и знает, что она не из тех барахольщиц, которые имеют новую пару туфель на каждый день недели. Черт возьми, он вообще не уверен, что у нее есть туфли, но появление ее примет действует на него успокаивающе. Каждая вещь – это бетонная свая в основании их союза, они придавливают ее к земле, привязывая, уменьшая риск рецидива – то есть побега. Они спускаются в гостиную и устраиваются на диване. Пока Сара неуверенно кружит по комнате с тарелками и столовыми приборами, он тщательно обдумывает предстоящий разговор, который назревал у них еще с понедельника, но он трусливо оттягивал момент. Когда Сара устраивается рядом с ним, он понимает, что тянуть уже невозможно и неловко переходит к неизбежному. – Завтра приедет Кали, – он внимательно изучает ее лицо и немного расслабляется, когда не замечает на нем признаков тревоги или паники. – Мне уехать на это время? – Линден смотрит на него с невозмутимым спокойствием, и оно почему-то пугает. – Нет! Нет! – слишком поспешно возражает он, чувствуя, как начинает заикаться. – Я как раз хотел попросить тебя остаться. Я очень хочу, чтобы вы познакомились! Он вкладывает в последнее предложение слишком много эмоций. Он настолько взволнован, что почти подскакивает на месте. – Ты уверен, что с этим не будет каких-то проблем? – она смешно вытягивает губы и хмурит лицо. – Как Кэролайн… – Слушай… – Холдер невольно перебивает ее, стремясь немедленно развеять любые опасения. – Я и Кэролайн развелись еще в первый год жизни Кали. Я был… – он задумывается на минуту. – Я волк, Сара, понимаешь? Типа… бам… один раз и навсегда! Линден смотрит на него с недоверием, уголок ее рта выдает едва заметную улыбку. – Черт! – Он страшно паникует и не знает, как донести до нее такие простые и очевидные мысли. – Я только после твоего отъезда понял, что вообще не был с кем-либо в… любовь там… короче… Кэролайн уже давно в других отношениях… Она… – Волк, значит? – Сара не может удержаться от широкой улыбки. – Блядь… – выдыхает Стивен, чувствуя себя круглым идиотом. – Не смейся! Но она уже хохочет, привалившись спиной к дивану. – Ты пожалеешь об этом! Слышишь? – притворно угрожает он и отставляет в сторону свою тарелку с едой, к которой даже не прикоснулся, после чего тянется к Саре, запирая ее своим телом в узком пространстве дивана. Судя по ее лицу, она ни капельки не расстроена, но не может удержаться от слабого бесполезного протеста. – Ты совсем ничего не поел! – возмущается она сквозь смех. – Я сейчас это исправлю! – лукаво отвечает он и тянет ее пижамные штаны вниз по ногам. – Я чертовски проголодался, Сара Линден! Она с вызовом прикусывает нижнюю губу и оставляет любые попытки к сопротивлению. Он обожает слушать ее смех, но томные чувственные стоны, разливающиеся по гостиной спустя несколько минут – лучшая музыка для его ушей!