Глава 12: Герой или Злодей?

Тень Дины скользила по крышам Метрополиса, как призрак. Её цель - подстанция Ордена недалеко от лаборатории Стар-лабс, питающая один из районов. Небольшой сбой, перегрузка, хаос, этого достаточно, чтобы заставить Лютора нервничать и, возможно, совершить ошибку. План Оливера был прост и эффективен. Она уже готовилась спуститься к вентиляционной шахте, ведущей к генераторам, как вдруг почувствовала не движение, а скорее... сдвиг воздуха. Резкий порыв ветра, и перед ней возникла фигура в красном костюме, отделанном чёрными апоколиптийскими акцентами. Его лицо было скрыто маской, но осанка, скорость - всё было до боли знакомо. - Барри? - не поверила своим глазам Дина, опуская боевые палки. - Это... ты? Флэш снял маску.Барри Аллен выглядел как человек, чей организм работает на пределе возможностей, сгорая изнутри.Время для него текло иначе - пока Дина делала один вдох, этот человек успевал прожить целую минуту. Это был «бегун», обладающий способностью перемещаться быстрее мысли, но эта сила выжимала из него все соки. В его глазах не было злобы, лишь бесконечная усталость того, кто видит мир как застывшую картинку и вынужден вечно мчаться сквозь неё, чтобы успеть исправить хоть что-то, пока всё окончательно не превратилось в прах. - Дина. Остановись. Ты не должна этого делать. - Не должна? - её голос дрогнул от ярости и непонимания. - Ты работаешь на него? На Лютора? Боги, Барри, что он с тобой сделал? - Он ничего со мной не сделал! - парировал Барри, но без злобы. В его голосе звучала отчаянная убеждённость. - Он открыл мне глаза! Да, я работаю на него. Я помогаю ему... зачищать следы. - Зачищать следы? - Дина смерила его взглядом, полным презрения. - Ты стал его дворником? Вытираешь кровь после его расправ? - Нет! - Барри поморщился, как от боли. - Я уничтожаю информацию, которую не должен увидеть Дарксайд! Отчёты о чрезмерной жестокости, списки «исчезнувших», которые на самом деле спрятаны Лексом в безопасных местах! Я стираю данные, которые могли бы навести Тёмного Отца на мысль, что его Верховный Проповедник ведёт двойную игру! Он сделал шаг вперёд, его глаза умоляли её понять. - Лекс - не герой, Дина. Я это знаю. Он циничный, манипулирующий ублюдок. Но он - единственная причина, по которой на этой планете ещё остались островки относительной безопасности! Он играет в опаснейшую игру, балансируя на лезвии ножа! И если Дарксайд заподозрит неладное, он сотрёт Метрополис с лица земли просто на всякий случай! Моя работа - не дать этому случиться! Дина молчала, её разум пытался переварить этот взрывной поток информации. Она хотела кричать, что он наивен, что Лютор его использует. Но в словах Барри была жуткая, извращённая логика. - Ты доверяешь ему? - наконец выдохнула она. - После всего, что он сделал? - Я доверяю его страху и его прагматизму, - поправил её Барри. - Он знает, что если Дарксайд победит окончательно, для него самого не останется места. Он борется за выживание. И пока его выживание зависит от нашего, он наш лучший шанс. Он оглянулся по сторонам, хотя его скорость гарантировала, что их никто не подслушает. - Он скрывает не только людей, Дина. У него есть... проект. Девочка. Лет пятнадцать. Криптонка. Дину будто ударило током. - Что? Как? - Я не знаю всех деталей. Он прячет её. Воспитывает как... как оружие. Против Дарксайда. Он называет её своим козырем. И он прав. Если она сможет контролировать свою силу... - Барри замолчал, понимая, как это звучит. - Он вырастил своего собственного Зода, - с ужасом прошептала Дина. - И ты помогаешь ему в этом? - Я помогаю ему скрывать это! - настаивал Барри. - Потому что главная опасность сейчас - даже не Дарксайд напрямую, а Гродд! Дина нахмурилась. - Гродд? Он отвечает только за африканский сектор... - И он метит на место Лекса! - перебил её Барри. - Он фанатик. Он искренне верит в учение Дарксайда о «Единстве через Силу». Он считает людей и атлантов «недостойными». Если он сместит Лютора... для всех нас настанет настоящий ад. Концлагеря, массовые казни, чистки. Лекс, при всей своей мерзости, хотя бы пытается сохранить хоть какое-то подобие цивилизации! Он буфер между нами и абсолютным хаосом! Дина закрыла глаза, пытаясь осмыслить этот кошмарный политический расклад. Она ненавидела Лекса. Но перспектива правления Гродда... была поистине ужасающей. - Чёрт, - выругалась она тихо. - Ты уверен в этом? - Я видел отчёты, - мрачно подтвердил Барри. - Гродд уже строчит доносы на Лекса Дарксайду, обвиняя его в «излишней мягкости». Мы не можем ему дать повода. Твоя диверсия сейчас... она может стать таким поводом. Пожалуйста, Дина. Остановись. Хотя бы пока. Чёрная Канарейка несколько секунд смотрела на него, затем медленно кивнула. Её плечи опустились - не от поражения, а от тяжести нового знания. - Ладно. Я не буду ничего предпринимать против Лекса. Пока. Но мне нужно обсудить это с Оливером. - Конечно, - с облегчением выдохнул Барри.- Держи связь. Я передам тебе частоту... особого канала. Лекс не мониторит его. Мы можем общаться. И... постараемся не подставлять друг друга под удар. Он снова надел маску. - Мир сошёл с ума, Дина. Приходится выбирать не между добром и злом, а между плохим и ужасным. Я выбрал то, что, как мне кажется, меньшее из зол. - Надеюсь, твой выбор окажется верным, Барри, - тихо сказала она. - Ради всех нас. Он кивнул и исчез в очередном порыве ветра, оставив её одну на крыше с новыми, тревожными мыслями и тяжёлым решением. Война оказалась куда сложнее, чем просто битва между светом и тьмой. Она погрузилась в грязные, серые тени, где бывшие герои становились пособниками тиранов, а величайшее зло могло быть временным союзником против ещё большего зла. «Ноша дьявола» Комната Кары в «Монолите» была стерильной и безликой, как клетка. Она сидела на краю койки, сжав кулаки так, что костяшки побелели. Перед её глазами снова и снова стояло лицо учёного - шок, боль, затем пустота. И лицо его дочери. Её собственные руки казались ей чужими, осквернёнными. Дверь открылась беззвучно. Вошла Талия , Она выглядела как клинок, который закалили в крови и теперь спрятали в изящные ножны. После того как легионы Дарксайда стерли Лигу Теней с лица земли, превратив древние крепости в пепел, Талия лишилась всего: отца, наследия и своей армии На ней не было традиционных доспехов воительницы; она носила строгий, облегающий костюм из черного шелка и высокотехнологичного кевлара. Её лицо оставалось безупречно спокойным, но в глубине темных глаз застыл неугасающий огонь мести. Для неё работа на Лекса Лютора и обучение Кары - это не верность новому режиму, а долгосрочная инвестиция в уничтожение Бога Апоколипса. Сейчас её взгляд был, как всегда, аналитическим, но в нём появилась тень чего-то, что могло сойти за понимание. - Ты не ела, - констатировала она, глядя на нетронутый поднос с едой. - Я не могу, - голос Кары сорвался на шёпот. Она не смотрела на Талию. - Я... убила его. Я просто оттолкнула его, а он... Он был безоружным. Он не атаковал. Он просто хотел поднять тревогу. - Он хотел помешать выполнению миссии, - поправила её Талия, подходя ближе. Её голос был спокоен, почти монотонен. - Его действия, пусть и продиктованные страхом, напрямую угрожали безопасности этого объекта и, как следствие, будущему всего нашего предприятия. Твой ответ был... адекватен. - Адекватен? - Кару будто ошпарило. Она наконец подняла на Талию глаза, полные слёз и ярости. - Это было убийство! Вы учили меня сражаться с солдатами, с монстрами! А не с испуганными стариками! Талия вздохнула. Это был редкий, искренний звук усталости. - Мир не делится на чёрное и белое, девочка. Особенно этот мир. Иногда приходится делать ужасные вещи. Совершать зло. Но не ради самого зла. Ради той единственной хорошей цели, которая оправдывает любую цену. - Какая цель может оправдать это? - с вызовом спросила Кара. - Выживание, - твёрдо ответила Талия. - Выживание твоего вида. И моего. И всех остальных, кто ещё дышит на этой планете. Дарксайд не просто тиран. Он раковая опухоль. И чтобы её вырезать, иногда приходится резать по живому. Она присела рядом на койку, что было несвойственно её обычно холодному поведению. - Ты думаешь, тебе тяжело? Ты думаешь, ноша твоя велика? - Талия смотрела прямо на неё. - Посмотри на Лекса Лютора. Весь мир видит в нём чудовище. Верховного Проповедника. Человека, который предал свой родной мир ради власти. Его ненавидят те, кого он пытается спасти. Каждый день он просыпается и надевает маску самого ненавистного человека на планете. И всё ради чего? Ради того, чтобы выиграть время. Чтобы найти оружие. Чтобы вырастить тебя. Кара замерла, слушая. - Главный риск лежит на нём, - продолжила Талия. - Если Дарксайд узнает о его предательстве, о тебе... он не просто убьёт его. Он сделает его смерть произведением искусства, которое будет длиться вечность. И всё, ради чего он так старался, рухнет. Весь этот мир погрузится во тьму без единого проблеска надежды. Он взвалил на себя ношу дьявола, чтобы у других был шанс когда-нибудь снова увидеть ангела. Слёзы, наконец, потекли по щекам Кары. Но теперь это были не слёзы гнева или отчаяния. Это были слёзы жгучего, невыносимого стыда и пронзительного понимания. Она видела лишь свою боль, свой ужас. Она не думала о том, какая цена заплачена за её существование, за её тренировки. Она не думала о человеке, который добровольно стал козлом отпущения для всего человечества, лишь бы купить ей шанс. - Он... он никогда не жаловался, - прошептала Кара, вспоминая холодное, но лишённое злобы лицо Лютора. - И никогда не будет, - сказала Талия. - Потому что он видит картину целиком. И ты должна научиться её видеть. Ты должна стать оружием, которое он так старательно выковывает. Не для него. Для всех нас. Нельзя его подводить. Он старается как может. И мы должны стараться тоже. Талия встала. - Теперь ты понимаешь? Кара медленно кивнула, вытирая слёзы тыльной стороной ладони. Боль никуда не делась. Но теперь она была не бессмысленной. Она была частью чего-то большего. Жертвой, которую требовала война. - Да, - тихо сказала она. - Я понимаю. - Хорошо, - кивнула Талия и направилась к выходу. На пороге она остановилась. - Он хочет видеть тебя завтра утром. Для нового задания. Будь готова. Дверь закрылась. Кара осталась одна. Но теперь её одиночество было иным. Оно было наполнено тяжелой ответственностью. Она смотрела на свои руки. Руки, которые убили невинного. Но теперь эти же руки должны были стать инструментом спасения. Чтобы жертва того учёного, жертва Лекса Лютора, и её собственная жертва - не были напрасны. Она больше не была просто «Объектом Zero». Она была Карей Зор-Эл. И она должна была оправдать доверие самого ненавидимого человека на Земле. «Враг моего врага» Подвал был плотно набит напряжением, густым, как смог Метрополиса. Оливер Квин, опираясь на составленную из обрывков карту Стар Лабс, водил пальцем по предполагаемым точкам входа. Рядом, не сводя с него холодного взгляда, стояла Хелена . Её пальцы бессознательно сжимали и разжимались, словно уже ощущая вес оружия, которое она метила в сердце Лютора. Кристофер Ченс молча наблюдал из угла, его лицо было каменной маской солдата, оценивающего шансы перед штурмом. Диана стояла чуть поодаль, её осанка выдавала воина, привыкшего к простору полей сражений, а не к тесным подпольям. Она слушала, внося свои коррективы, основанные на её знании тактики и укреплений. - ...значит, основной вход - самоубийство. Системы слежения там снятся мне в кошмарах, - бормотал Оливер. - Но здесь, в системе вентиляции старого исследовательского корпуса... есть слепая зона. Длинный, опасный путь, но... Внезапно дверь в подвал с скрипом распахнулась, и внутрь влетел, запыхавшись, Рой Харпер. Его глаза горели азартом добытчика, который наконец-то нашёл свой клад. - Босс! Ты не поверишь! Я влез в старую базу данных по техобслуживанию... - он замолк, его взгляд упал на Диану. Его челюсть отвисла. - Ты... ты... Чудо-Женщина? Но тебя же... все думали... - Кажется, слухи сильно преувеличены, - сухо ответила Диана, и на её губе дрогнул подобие улыбки. - Рой, сосредоточься! - прикрикнул Оливер. - Что ты нашёл? - Да, точно! - Рой встряхнулся и начал лихорадочно разбрасывать по столу снимки с поларойда. - Я залез в логи списания «Стар-Лабс» и заметил, что из сектора «монолит» грузовые платформы каждую неделю вывозят тонны искорёженного металла. Лютор хранит этот лом в закрытом ангаре на окраине Метрополиса, прежде чем переплавить. Рой обвёл команду лихорадочным взглядом. Его руки всё ещё мелко дрожали - видимо, от недавнего выброса адреналина. - Я пробрался туда сегодня . Думал, найду детали новых дронов или обломки Башен. Но то, что я увидел... - он швырнул на стол ещё несколько фотографий. На снимках были запечатлены массивные плиты из армированной стали, предназначенные для обшивки бункеров. Металл толщиной в ладонь был не просто погнут - он был разорван и пробит насквозь. В центре каждой пробоины чётко угадывался след. Маленький, аккуратный след человеческого кулака. - Глядите сюда, - Рой увеличил один из снимков. — Это не таран и не гидравлика. Края рваные, обожжённые от трения. Кто-то лупил по этим плитам голыми руками со скоростью пулемёта. Я замерил глубину вмятин... Оливер, чтобы так вмять этот сплав, нужно обладать массой и силой летящего на полном ходу товарного поезда. Рой понизил голос, и в тишине «Сторожевой Башни» его слова прозвучали как приговор: - В этом ангаре сотни таких плит. Кто бы ни сидел там, он тренируется там на износ. Он превращает сталь в пыль просто ради разминки. И судя по размеру отпечатков... это рука подростка или девушки. Лютор растит там не солдата. Он растит там конец света. Хелена резко выпрямилась. - Это она. Та самая тварь. - Похоже на то, - кивнул Оливер, его глаза загорелись холодным огнём. — Значит, пора наносить удар. У нас есть место. Есть слабое место в системе. И есть причина. - Он посмотрел на Хелену, затем на Диану. - Готовы? Именно в этот момент дверь снова открылась. На пороге стояла Дина . Её лицо было бледным, но не от страха, а от бури противоречивых эмоций. Она была не одна - за её спиной вихрем промелькнула алая молния, и на мгновение в комнате появился Барри Аллен, чтобы бросить на стол маленькое устройство, и исчезнуть. - Оливер! Всё меняется! Всё! - выдохнула Дина, её взгляд метнулся к Диане, и в нём вспыхнула бешеная, невероятная радость. - Боги, Диана! Ты жива! Она на мгновение забыла про всё, схватив подругу в объятия в порыве искреннего счастья. Затем отшатнулась, снова собравшись. - Прости. Я так рада тебя видеть .- она повернулась к остальным, - Я говорила с Барри, он работает с Лексом В комнате повисло напряжённое молчание. Имя Флэша, работающего на Лютора, вызывало у всех лишь гримасу презрения. - И что же сказал предатель? - язвительно спросил Кристофер Ченс. - Он не предатель! - огрызнулась Дина. - Он... он играет в свою игру. Очень опасную. - Она быстро, сбивчиво, пересказала всё, что услышала от Барри: о двойной игре Лютора, о его криптонской «козырной карте», и о самой главной угрозе - Генерале Гродде. - ...Гродд не просто фанатик, - закончила она, - он ждёт любого повода, чтобы сместить Лекса. И если мы сейчас нанесём удар по Стар Лабс, именно это и произойдёт. И тогда всем нам, и всему Метрополису, придёт настоящий конец. Лекс может и ублюдок, но он контролируемый ублюдок,а Гродд - это чистая, безудержная жестокость. Оливер молча слушал, его лицо стало непроницаемой маской. План, который только что казался таким ясным и верным, рассыпался в прах, обнажив под собой куда более сложную и опасную политическую пропасть. Чёрт, тихо выругался Рой, ломая карандаш в руках. То есть мы теперь... за Лекса? -Нет! резко сказала Хелена, её глаза пылали. - Никогда! Он убил моего отца! - Мы не за него, - перебил её Оливер, его голос был усталым, но твёрдым. - Мы против ещё большего зла. Дина права. Мы должны перегруппироваться. Теперь наша первостепенная цель не Лекс. Наша цель не дать Гродду прийти к власти. И для этого... - он с трудом вынудил себя сказать это, - ...нам, возможно, придётся на время оставить Лютора в покое. В комнате повисло тяжёлое, гнетущее молчание. Принять это решение было невероятно трудно. И тут Дина снова посмотрела на Диану, и её лицо озарилось внезапным, непоколебимым оптимизмом. - Но теперь... теперь всё по-другому. Теперь с нами она. - Она указала на Диану. - С нами Чудо-Женщина. Настоящая. Та, что может сражаться с богами. Мы не просто кучка выживших в подполье. Мы... мы снова становимся сопротивлением. Настоящим. Её слова, как искра, упали на сухую траву. Даже Хелена перестала сжимать кулаки. Даже угрюмый Ченс поднял взгляд. Они смотрели на Диану - на её лассо, на её доспехи, на её бесстрашную осанку. В её лице они видели не просто союзника. Они видели живой символ той эпохи, когда герои ещё могли побеждать. И впервые за долгие годы в душном подвале метрополисского сопротивления повеяло чем-то, что все они уже почти забыли. Повеяло надеждой.