Глава 3.1. Профессиональный интерес

      Драко Малфой не планировал сегодня оказаться в магловском магазине.       Он вообще не был сторонником чего-то спонтанного. Драко был человеком привычек и контроля, что стало особенно заметно после войны. Все должно было быть строго по правилам, под его строгим наблюдением, но сегодня что-то пошло не так.       Утро, как и любое другое началось с аврората. Холодные каменные коридоры, запах чернил и старой бумаги, протоколы, отчеты, бесконечные подписи. Вокруг царил хаос. Кто-то бегал с бумажками туда-сюда, кто-то громко спорил или же принимал заявление от плохо слышащей бабули, что в очередной раз жаловалась на гремлинов, которые стащили у нее очки, пока она спала. Вечный день сурка. Малфой любил свою работу, несмотря на вечный балаган. Это место было его отдушиной, именно тут он чувствовал себя нужным и полезным, но так было не всегда. Он выгрыз себе эту возможность.       После войны он и его семья стали изгоями общества. От именитого рода Малфоев не осталось ни-че-го. Их презирали, травили, было большое количество нападений на Малфой-Мэнор, писали вечные письма с угрозами и пожеланиями смерти. Появиться на людях было невозможно. Если не старались проклясть непростительными, то поливали грязью с ног до головы, шарахались, шептались.       Последний год в Хогвартсе прошел как в аду.       После приговора он уговорил Нарциссу переехать в имение Румынии. Она долго отказывалась, не желая оставлять сына в таком положении и окружении, где каждый второй, если не первый, желал ему смерти, но Драко уверил ее, что с ним все будет в порядке, что толку тут от нее не будет никакого, только лишняя забота и нервы для него. Он пообещал, что вернет ей возможность спокойно жить в Лондоне, без страха за него и себя. Драко Малфой сдержал свое обещание.       Весь год он не вылезал с квидичного поля, библиотеки, постоянные силовые тренировки. Парень уматывал себя до изнеможения, только бы не думать о том, чем была и во что превратилась его жизнь. Только отметина на руке была самым большим напоминанием о том, каким чудовищем он являлся.       Драко не участвовал в убийствах, но совершал пытки над пленными. Он давно начал задумываться о фанатической страсти своего отца к Темному Лорду. Тот грезил только его возвращением и тем, какая слава его ждет. Маленький Драко верил отцу, в его речи о чистоте крови, в идеалы Волдеморта, но чем парень становился старше, тем страннее это все ему казалось. Смотря на ту же выскочку Грейнджер, он часто задавался вопросом: «Почему мы разные?». Она тоже была волшебницей, причем довольно умной, выглядела как обычная девчонка, какая разница кто ее родители? Ну да, она была вредной, постоянно лезла везде, что его дико раздражало, но он ее не ненавидел. Просто обычная заумная девчонка. Как-то он пытался поговорить об этом со своим отцом, на что получил разъяренный взгляд и очередную гневную тираду о грязной крови, о том, что подобные ей — ошибка природы. В глазах отца они были хуже домовых эльфов, мутанты. Больше он не поднимал эту тему.       Дальше все было как в тумане. Волдеморт вернулся. Дом превратился в то место, куда меньше всего хотелось возвращаться. Куча поехавших волшебников, готовых лизать ноги своего господина. Вечно гордый, чистокровный, важный отец пресмыкался перед волшебником. Когда первый раз Драко увидел, как отец общается со своим владыкой, то чуть ли не рассмеялся в голос. Вечно важный Люциус Малфой боялся сказать лишнее слово, лишь молча стоял, кланяясь перед змееподобным мужчиной, терпя унижения и оскорбления. Тут у Малфоя-младшего все и встало на места. Отец есть и всегда был трусом, который с самого начала старался проложить себе дорожку к более выигрышной, по его мнению, стороне. Он хотел стать одним из главных советников самого Темного Лорда, но ему это было не нужно. Отец стал просто крысой для Волдеморта, а Драко стал пешкой своего отца.       То время было самым страшным за всю его жизнь.       После успешного окончания школы чародейства он подал документы в аврорат. Драко долго думал, что он хочет делать дальше. Он никогда не задумывался о том, что будет делать после выпуска, потому что план был один — выжить. В последние дни лета он все-таки решил для себя, что хочет стать мракоборцем. Физическая составляющая у него была, все экзамены были сданы на превосходно, по всем возможным критериям он проходил. Блондин подумал, что этот путь станет частью его искупления перед людьми. Он сможет помогать тем, кто попал в беду, как он когда-то. Драко сможет их обезопасить. Так же это был хороший вариант восстановить влияние в обществе и исполнить данное матери обещание.       Его документы приняли сразу, что не могло не вызвать удивление. Первое время он был таким же нелюдимым, ни с кем не общался, от него постоянно шарахались, не общались толком. Преподаватели относились предвзято, часто давали работу сложнее, чем другим, стараясь завалить, но он не сдавался. Он прожил несколько лет под одной крышей с самым страшным волшебником магического мира, а тут какой-то старый противный мужик, который старается поставить себя выше за его счет. Херня.       Дальше было проще. У него появилась пара приятелей, с которыми он мог встретиться после учебы или сесть вместе на обеде. Жить становилось легче, но трудность состояла в одном человеке — Гарри Поттере.       Они толком не разговаривали после того, как пересеклись в первый день. Редкие кивки головой в знак приветствия и не более. Драко чувствовал свою вину перед ним и большую благодарность за показания на суде. Ему было стыдно и неловко рядом с героем войны.       Все недосказанности разрешились в один момент.       На одной из вылазок, когда они ловили очередную кучку пожирателей уже после окончания обучения, Драко Малфой спас Гарри Поттера.       Они не ожидали, что преступников будет так много. Поттер со своей героичностью полез в самое пекло, его окружила толпа из пяти человек и хищно улыбаясь собирались убить всеми любимого героя. Драко вовремя успел во аппарировать рядом и бросить Бомбарду в ближайшую стену. В ту же секунду, когда она начала рушиться схватил Поттера за руку переместившись оттуда. Малфой начал орать на Гарри. О том какой он тупоголовый идиот что поперся туда один, не взяв никого с собой и не проверив помещение. Парень стоял в шоке уставившись на школьного врага вытаращив на него свои зеленые глаза. Вокруг них собрались остальные авроры молча наблюдая на этой сценой. Гарри Поттер смог вымолвить только хриплое: «Извини».       Прошло несколько дней с этого инцидента в обеденный перерыв Гарри подошел к блондину и предложил встретиться после работы в баре за углом. Он согласился. Чисто из любопытства что ему будет говорить Поттер.       Как работа была закончена они встретились на выходе и молча пошли по назначенному Гарри направлению. Заняв место в конце зала небольшого бара они долго молчали, после начался нелепый разговор о работе. По ощущению это могло длиться вечно если бы Малфой не психанул, прося отбросить весь фарс. Он начал первый. Извинился за все что когда-то делал в сторону уже нынешнего коллеги, а тот его не перебивая слушал. Разговор пошел легко. Они долго говорили о войне, о том, что происходило, а после начали вспоминать школьные времена и немножко даже посплетничали о работе.       Так они и начали понемногу узнавать друг друга. Это вытекло в нелепую клишированную дружбу между бывшими врагами.       Драко исполнил свое обещание перед матерью.       Он стал главой отдела магических преступлений. Доказал самому себе в первую очередь и всем вокруг что он чего-то стоит сам. Без отца, денег, фамилии, а сам. Своим трудом. Его начали уважать, с его мнением стали считаться и брать в приоритет в важных вопросах. Не только рабочих.       Волшебник больше не жил в Малфой-Мэноре.       Мэнор стоял безупречно восстановленный, с идеально подстриженными садами и тишиной, которая давила сильнее любого крика. Забрав Нарциссу, они пытались вернуть прежнюю жизнь в стенах фамильного поместья, но не смогли. Когда-то родная обстановка, наизусть изученные уголки дома давили на них с огромной силой посылая ужасные воспоминания перебивая все хорошее что здесь когда-то было. Слишком сильную боль хранило это место.       Блондин подобрал для них большой дом в хорошей части магического Лондона. Не такой большой как их прошлый, но тоже довольно приличного размера. С хорошим просторным садом, где его матушка могла выращивать свои любимые цветы.       Пространство без истории. Без призраков.       Сегодня он опять задержался до утра в своем кабинете разбирая отчеты от ново поступивших на службу стажеров. Перепроверял, какие-то переделывал, кого-то отмечал за хорошо сделанную работу, а кого-то наоборот проклинал за чрезмерную тупость.       Его идиллию прервал пришедший на работу начальник без стука ввалившийся в его кабинет.       — Ты опять перерабатываешь, — зевая сказал Гарри став ему на стол стакан с черным кофе без сахара. За время, проработанное вместе, он уже знал, что пьет его друг.       — Кто-то же должен это делать, пока остальные создают иллюзию работы, — не отрываясь от бумаг ответил блондин, отпивая свой напиток. Поморщившись, стал рассматривать этикетку стакана — не бери больше там кофе оно у них отвратительное.       — Не переводи тему, Малфой. Если ты будешь столько тут сидеть ты умрешь от недосыпа, — мужчина потянулся к шторам распахивая их — или ослепнешь от отсутствия нормального освещения.       Драко зажмурился от неожиданно яркого света, наполняющего его кабинет.       — Я пропустил тот момент, когда ты стал моей нянькой.       Гарри кинул на него злой взгляд. За время их дружбы Драко уже смирился к Поттерской заботе, но каждый раз она безумно раздражала.       — Иди домой и отоспись, я не хочу наблюдать твою сонную недовольную рожу весь день. Это приказ старшего по званию.       Драко усмехнулся. Они больше не соревновались. Не пытались доказать друг другу кто прав. Это было странно дружить с ним. Но за все эти годы работы в аврорате все рамки между ними стерлись, оставляя только уважение и спокойствие.       — Как скажете, босс.       После утренней стычки с другом он трансгрессировал в обычный магловский. Эта часть мира для него все еще был чужой, но иногда намеренно старался здесь бывать. Как тренировка. Как способ доказать самому себе, что он больше не мальчик, живущий в стеклянном футляре чистокровного превосходства.       Волшебник часто заходил именно в этом магазине. Не особо людный район, людей даже в час пик не так много, как в том же Косом переулке, на полках есть все что нужно. Как раз ему подходит.       Супермаркет пах пластиком, свежи испеченным хлебом и чем-то химически сладким. Драко четким путем шел в отдел с уже готовой едой чтобы по приходу домой быстро перекусить. Его матери не нравились сильно пахнущие продукты в пластмассовых коробках что он таскал домой, но он не мог отказаться от них. Как только он открыл для себя такое место как супермаркет случайным образом попробовал это и больше не смог отказаться от вредной химозной еды.       Он ее не заметил.       Столкновение было почти грубым его плечо врезалось в девушку, стоящую перед холодильником.       Она подняла голову.       Гермиона мать ее волшебницу Грейнджер.       В привычной ей одежде, недовольным лицом, но будто в ней было что-то другое. Она была серая. Если до этого бывшая сокурсница буквально светилась, то сейчас она была тусклая как черно-белая колдография.       Мужчина смотрел на нее слишком долго. Он плохо понимал, что она ему говорит. Было ощущение, что они столкнулись не между стеллажами, а его окунули в бочку с водой и все что она произносит, было застелено пеленой. Малфой заметил легкую дрожь в ее пальцах, когда она убирала с пола последствия их встречи. Он хотел ей помочь, но застыл от абсурдности ситуации. Как поехавший молча стоял наблюдал за ее нелепыми движениями.       «Она всегда была такая нервная?» — подумал Драко наблюдая за ее не послушными руками.       Волшебник был уверен, что она в Австралии у родителей. Именно так ей сказал Поттер после того, как она прислала ему письмо об отъезде из-за расставания с Узли Гарри тогда ему вынес весь мозг на тему, как они оба ему близки и он не знает как разорваться между ними.       Гермиона ушла первой съязвив ему пока тот не мог ничего сказать.       Ее уход можно было считать бегством. Шаг был слишком быстрым для обычной ходьбы.       Через какое-то время Драко вышел из оцепенения и пошел за ней. Выйдя из помещения ничего не взяв, он заметил ее на пешеходном переходе. Грейнджер стояла к нему спиной сжимая в руках пакет с покупками.       Недолго думая накинув на себя чары невидимости последовал за ней. Профессиональное любопытство взяло верх над здравым смыслом.       Жила она недалеко от этого места. Для себя он сразу выделил квартиру с большими окнами на последнем этаже. И не прогадал. Через пару минут после того как девушка скрылась за дверью подъезда в комнате загорелся свет.       Немного постояв наблюдая за ней в окна, он апарировал домой с пустыми руками, уже позабыв какую изначальную цель он имел здесь.       Перенесясь домой, он быстро поздоровался с матерью, чмокнул ее в щеку скрываясь за дверью своего кабинета ссылаясь на усталость и большое количество работы.       Уснуть он так и не смог.       Первое время сидел в кресле прокручивая в голове их встречу. Было как-то много странностей в этом. Почему она не в Австралии? Почему смотрела на него опять как когда-то в школе? Знает ли Поттер, что она здесь?       Эта нелепая встреча разожгла в Драко азарт, которого давно он не ощущал. Новая загадка, а в главной роли сама Гермиона Грейнджер.       Он не заметил, как уже наступил вечер, а к нему на порог заявился гость. Блейз зашел в его кабинет широко распахивая дверь держа в руке бутылку огневиски.       Мулат работал при министерстве в отделе международных магических связей. Он умел говорить, договариваться и улыбаться так что люди забывали зачем и к чему проходит встреча. Блейз занимал все их внимание собой добиваясь цели.       Во время войны его семья держалась в стороне. Джанет Забини известная своей осторожностью и многочисленными браками с влиятельными мужчинами, умела выживать. Она из тех женщин, что всегда оставят себе кусочек послащена, сумеют выйти сухой из воды при любых обстоятельствах. Красивая, хитрая, а главное умная леди с самыми изысканными манерами.       Джанет Забини и ее единственный ребенок были неактивными участниками войны. Наблюдателями. Смотрели и запоминали.       Спустя минут 40 Блейзу надоело наблюдать за летающим в облаках другом.       — Ты выглядишь так, будто темный Лорд опять заселился в соседнюю комнату твоего дома — непринужденно вбросил мужчина, обрывая свой рассказ о горячей девушке посоле из России — Поттер наконец-то признался тебе любви?       — Я видел Грейнджер.       Мулат поднял бровь.       — Она вернулась или ты решил навестить ее в Австрии? Или, где она там.       — В супермаркете — Драко откинулся на спинку кресла — Утром.       — И? В чем проблема?       — Она от меня сбежала, хотя в последнюю нашу встречу она не была так враждебно настроена, — размышлял Малфой в слух покручивая в руке стакан с алкоголем — да и в целом после встреч у Поттера у нас не было проблем в общении. Это странно.       — Я бы тоже от тебя сбежал. Ты видел свое отражение?       Малфой нахмурился от слов друга. Он хотел обсудить эту тему, а не слушать очередное комедийное выступление.       Увидев реакцию друга Блейз стал серьезнее.       — Думаешь Поттер не в курсе?       — Уверен. Она какая-то другая, Забини. Забитая, серая. Если бы не знал кто это, смело подумал, что она сидит на какой-то дряне.       — Ну… — протянул тот вытягиваясь на кресле — мы все меняемся. Тео вообще после Азкабана стал философ.       — Он никогда не был в Азкабане.       — Но любит об этом говорить, — усмехнулся парень вспоминая сказки их кудрявого друга о тяжелое времени в волшебной тюрьме.       Теодор Нотт тот самый слизеринец, о котором всегда знали меньше, чем хотелось бы. Во время войны он не размахивал знаменами и не рвался в первые ряды. Он делал то, что у него получалось лучше всего: думал. Просчитывал. Передавал информацию туда, где она могла изменить исход партии. Слишком умен, чтобы быть фанатиком и слишком осторожен, чтобы стать героем.       Он участвовал, да. Присутствовал при собраниях, выполнял поручения, наблюдал, запоминал. Говорят, однажды именно его «случайная» ошибка в расчетах спасла несколько жизней. Разумеется, официально это нигде не записано.       Суд его оправдал.       Недостаточно доказательств, слишком много серых зон. Формально он чист. Практически с безупречно подпорченной репутацией, но Тео это не смущает.       Наоборот.       В пабах магического Лондона он лениво закатывает рукав, демонстрируя абсолютно чистое предплечье, и с трагическим вздохом сообщает:       — Ах, Азкабан… тяжёлое было время. Дементоры, знаете ли, совершенно не уважают личные границы.       Он не был в Азкабане ни дня, но рассказывает об этом так вдохновенно, что половина слушателей начинает сомневаться в официальных архивах.       Перед девушками он особенно старается:       — Я изменился. Тюрьма закаляет характер. И пресс, — добавляет он, совершенно серьёзно.       Теодор Нотт не герой, не злодей и уж точно не мученик, но если твоя история идеально подчищена, то можно самому придумать новую.       — Что планируешь делать? — спросил Блейз.       — Ничего — сухо бросил Драко смотря прямо в глаза собеседнику.       Блейз ни разу ему не проверил, но решил промолчать. Пусть все крутиться как есть. Он займется своим любимым делом — наблюдением.       Дальше разговор ушел в другое русло. Немного посидев за выпивкой Малфой в очередной раз за тот день, сослался на усталость выпроводив изрядно напившегося друга домой.       Когда Блейз ушел комната опять погрузилась в тишину. Долго размышляя Драко, взял в руки перо с пергаментом и начал писать послание своей беглянке.