Часть 1

      Уютное придорожное кафе «Little Big» встречало посетителей греющим душу ароматом: горьковатый шлейф свежесваренного кофе смешивался со сладким только что испечённых круассанов. ВОзле самого солнечного окна замерли Томми и Йост. Их сдавлённые шёпотки и усмешки явно давали понять, идёт обмен свежими сплетнями. У стойки с кофемашиной, чьё металлическое брюхо гудело без остановки, Валя с сосредоточенным видом протирал группу-холдер. А за кассой, отгороженный от всего того невысокой стойкой, Даня методично, почти машинально, перебирал пальцами пачку банкнот, его взгляд был устремлён в пустоту.       Сергей Алкашечич снимал, неспешно обходя кафе. Его речь, щедро усыпанная матом, заставляла посетителей отрываться от кофе и смотреть на него с немым вопросом или осуждением. Артём сидел за столом и украдкой наблюдал за Шнуром. Уголки губ приподнялись; руки были сложены пирамидкой. Валя с досадой покачал головой, протирая фарфоровую чашку; Даня приподнял бровь.       — В общем, это хуёвое кафе, в котором продают всякую хуйню, — с энтузиазмом рассказывал на камеру Сергей Алкашевич. Артём встал и подошёл к нему.       — А не слишком много матов, а? — поинтересовался Пивоваров.       — Кто сказал? — поворачивая голову в поисках источника звука, отозвался Сергей Шнур.       — А вы обернитесь и посмотрите на меня, — продолжил Артём. Сергей обернулся. Артём стоял совсем рядом и смотрел на него сверху вниз, ехидно улыбаясь.       — Чего тебе? — брезгливо, будто выплёвывая яд, спросил Шнур. Пивоваров не секунду смутился, но тут же взял себя в руки.       — Я хотел уточнить, не слишком много матов в вашем видео, — повторил он вопрос.       — Тебя ебать не должно, — отрезал Шнур.       — Ах, вот как…не должно меня волновать, — язвительно усмехнулся Пивоваров.       Валя с грохотом поставил на стойку вытертую чашку:       — Артём, да он же в каждом втором слове матом кроет! Даже на уроках!       — Валюха, завали своё ебало! — рывком шагнув к нему, прошипел Сергей.       — А вы хотя бы могли продержаться без матов? — язвительно спросил Артём, сузив глаза. Взгляд у него был острый, змеиный.       — Конечно, могу. Спорим, что я в течение двух недель не буду материться, — бросил вызов Шнур. — Если я выиграю, то буду голым ходить возле твоего дома!       Глаза Вали расширились. Он не мог поверить, что учитель способен на такое. Артём же улыбнулся язвительнее, оскалив зубы.       — А если выиграю я, то вы месяц не будете материться и пакостить, — парировал Пивоваров.              — Идёт, — согласился Шнур. Артём и Сергей пожали руки. Йост подошёл и резко хлопнул по их сомкнутым ладоням, «разбивая» рукопожатие.       — Готовься проиграть! — усмехнулся Шнур.       Сергей Шнур с весёлой улыбкой в прыжке покинул кафе, явно надеясь на проигрыш Артёма. Едва дверь захлопнулась, как Валя подошёл к приятелю, наклонился и прошептал ему на ухо:       — Артём, он сделает всё возможное, чтобы ты проиграл.       — Не переживай, — уверенно успокоил его Артём, похлопывая Валю по плечу. — Мои козыри слишком сильны.       Сергей Шнур на следующий день уже был на Садовой, 14. С камерой наперевес он снимал двор, из последних сил сдерживаясь от мата — спор он был намерен выиграть любой ценой, ведь призом была: пройтись голым по элитному жилому комплексу «Green Place». Неожиданно его взгляд наткнулся на знакомую фигуру: на скамейке отрешенно медитировал Артём.       — Добрый день, зрители! С вами снова я, Весёлый Шнур. — он поднёс камеру ближе к лицу. — Вам, наверное, интересно, чего это я тут по дворам шляюсь и рот на замке. Вчера мне кинули вызов! Держусь из последних сил. Если выиграю — мне зелёный свет на голую пробежку по тому самому двору Пивоварова! Ну, а если проиграю, — тут он сделал страдальческое лицо, — целый месяц никаких добрых дел. Так что стаки ого-го! Мне та победа нужнее воздуха!       Стоило Шнуру сделать шаг, как он споткнулся о камень. Алкашевича чуть не бросила на асфальт, он едва удержал равновесие.       — Блядь, — вырвалось у Шнура, и он резко закрыл рот рукой. Артём тут же подхватил:       — Можно считать, что я победил! — радостно воскликнул он.       — Рано не радуешься! — крикнул Сергей. — Это была проверка на его наивность, — обратился к зрителям через камеру.       К скамейке, затерявшейся в тени разлапистых клёнов, подошли Немо и Сильвестр. Их внимание разу привлёк учитель, который нервно прохаживался неподалеку с камерой в руках. Артём повернул голову на шорох шагов, мельком увидел двоих, и, не выразив никакого интереса, вернулся у своей медитации, снова уставившись в пустоту. Поняв, что им не рады, немо и Сильвестр молча сели на противоположный конец скамейки, стараясь не нарушать странное спокойствие, которое излучал Пивоваров.       — Здравствуйте, Сергей Алкашевич, — поздоровался Немо.       — Да, он нас не слышит, — констатировал Сильвестр.       — Сергей Алкашевич спор выиграть пытается, но у него ничего не выходит, — ехидно прошипел Пивоваров.       — Да ты что? — воскликнул Немо, застыв с округленными глазами.       Целые две недели Сергей из последних сил старался удержаться от мата, что выиграть пари. АРтём с интересом наблюдал за Шнуром и едва слышно посмеивался. Он только и ждал, когда учитель сорвётся. Немо и Сильвестр, напротив, пытались всеми силами помочь ему одержать верх. Как-то раз они предложили Шнуру хитрость: Немо будет материться вместо него.       — Это тоже считается поражением, — ехидно прошипел Артём.       Едва завидев Артёма, Сергей Шнур с силой сжал челюсти, отчего послышался неприятный скрежет. Его пальцы сами собой скрутились в тугой узловатый комок, будто бы не живая плоть, а переплетённые стебли сорняков. Артём, ещё с дальнего расстояния разглядев злобное и перекошенное недовольством лицо соперника, лишь весело подмигнул в ответ. Их случайна встреча парке сулила быть жаркой.       — Всё ещё держитесь? Так и хотите пройтись голым по моему жилому комплексу? — ехидно поинтересовался Артём.       — А ты всё ещё изгаляешься надо мной, змея стихийная, — процедил Шнур.       — Что ж, я даже дам вам прогуляться голым по моему двору, чтобы вы не расстроились после моего выигрыша, — продолжал Артём.       — Ху… — хотел поматериться Шнур. Артём расширил глаза и с улыбкой ждал, когда Шнур сорвётся и скажет мат. — Хрен тебе! — показал фак Пивоварову.       Три дня спустя       В кафе «Little Big» сотрудники смотрели шоу «В гостях у Слепакова». Ведущим программы был Семён Дебилович — бывший преподаватель ПТУ, которого уволили после скандала. Валя прибавил громкость телевизора, чтобы весь персонал кафе мог расслышать, что говорит ведущий.       — Итак, к нам поступило сообщение от моего друга Серёжи, — объявил Семён и через свой телефон начал читать вслух: «Привет Семён. Это сообщение без мата. Обычно ты от меня с матом получаешь. Дело в том, что я бросил вызов Артёму Пивоварову. Я пытаюсь не материться, а он идиот улыбается и надеется, что я не поматерюсь. С каждым днём он меня достает вопросом: «Ну, как, вы держитесь?» Я даже во сне не могу материться. Что делать я не знаю. Артём мной манипулирует.       Валя с улыбкой покачал головой:       — Бедный Сергей Алкашевич.       — Я скажу сразу, Серёжа, ты в жопе. Тебя манипулирует чёрнокнижник. У меня тоже был случай в ПТУ. Эта Хель Костя Бочаров тоже мной манипулировал и всякие подлянки строил, чтобы я проиграл. Спор был такой: я должен не пить. Я старался не бухать, хотя Костя тоже бухал, только он не показывал этого. Вот-вот была победа, но оказалась Костя подсунул мне чай с водкой, и в итоге я проебал пять косарей. Так что, Серёжа, держись и не ведись на подлянки, — рассказал Семён.       В это время в парфюмерном доме Костя и Никита смотрели по телефону шоу Семёна Слепакова и смеялись.       — Помнит свой проигрыш и пять тысяч рублей, которые он проиграл, — ядовито смеялся Костя. — Бедный его друг. Им манипулируют.       На следующий день Артём встретил Сергея Алкашевича возле скамейки в парке.       — Сергей Алкашевич, ну, почему сразу «манипулирует»? Я же не манипулирую, — с обидой в голосе сказал Артём.       — Нет, ты манипулируешь, и делаешь это специально, чтобы я проиграл, — не верил Шнур. Артём сел на скамейку. К нему подошли Немо и Сильвестр.       — Артём, а почему ты манипулируешь Сергеем Алкашевичем? — поинтересовался Немо.       — Я манипулирую? Я не манипулирую, — сказал Пивоваров. Послышался звук детектора лжи, зафиксировавший ложь. Мергей Алкашевич достал телефон и с ехидной улыбкой начал снимать.       — Нет, правда, ты хочешь проигрыша Сергея Алкашевича? — не веря своим ушам, напрямую спросил Меттлер.       — Я не говорил, что хочу проигрыша Сергея Алкашевича. Может, я хочу, чтобы он выиграл, — сказал Артём. Снова послышался звук детектора лжи, на этот раз распознавший новую ложь.       — Обманывает, — смеялся Шнур, указывая на Артёма. В это время возле дерева Гильерме возился со своим ручным детектором лжи.       — Что-то не работает, — сказал Гильерме, обращаясь к Немо и Сильвестру.       — Это Артём обманывает, — указал на Артёма Шнур. Сергей хотел сесть на скамейку, но Артём, будто невзначай, ткнул его в пятую точку вилкой, которую до этого держал за спиной.       — А-А-А! — закричал от боли Шнур. — Бл…       Артём ехидно улыбнулся и начал ждать, когда Шнур заматериться.       — Давайте, говорите смелее, не стесняйтесь, — усмехался Пивоваров.       — Блин, — сквозь зубы прошипел Шнур.       Тем временем, две недели истекли, и Сергей Алкашевич наконец-то мог праздновать победу. Он обрадовался и смело в кафе говорил маты так, что посетители зажимали уши.       — Я победил, ёб твою мать! — кричал на всё кафе Шнур. — Готовься, Пивоваров. Я буду ходить голым!       Сергей бегом покинул кафе. В это время к столику Артёма подошёл Валя.       — Артём, ты же понимаешь, что ты проиграл, — напомнил Валя.       — А у меня план Б, — с улыбкой сказал Артём, допивая зелёный чай.       Этим же днём Сергей Алкашевич бегал голым по всему жилому комплексу. Жители закрывали глаза и возмущались. Артём наблюдал из окна и смеялся. Позже за Шнуром приехала полиция и забрал его.       — Будь ты проклят, Артём Пивоваров! — кричал Шнур.       — Я вас слышу, Сергей Алкашевич, — усмехнулся Артём и продолжил читать книгу.